Журнал о выращивании мужа в каменном веке

Сюн Е тоже присоединился к группе людей, которые все ожидали своей доли мяса. Мясо пентацератопса уже было очищено и нарезано на куски. Все вместе они охотились на пентацератопса, и различия между теми, кто трудился больше, и теми, кто трудился меньше, не были значительными, поэтому количество мяса, которое получили охотники, в основном было одинаковым. Однако Сюн Хэ внимательно наблюдал за всем, что происходило во время охоты, и поэтому он дал тем, кто потрудился больше, лучшие куски мяса. Когда настала очередь Сюн Е, он получил довольно большой кусок печени. Все были счастливы и отмечали это событие, словно это был праздничный день, ведь сегодня им всем досталось много мяса! Пентацератопс весил более пяти тонн, и даже после удаления костей и кожи оставалось не менее трех тысяч килограммов мяса, которое можно было распределить. В их племени было более четырехсот человек, несколько десятков из которых вышли на торговлю солью. Только около ста человек участвовали в охоте... Как член охотничьей группы, Сюн Е получил около двадцати килограммов мяса, и другие охотники также получили примерно столько же. Даже пожилые и дети в племени получили по пять килограммов мяса. Не говоря уже о том, что еще была костяная похлебка! В племени было несколько больших каменных горшков, в которых варили суп. Эти каменные горшки были сокровищами племени, и они очень их берегли. Хотя по словам предыдущего жреца, в других местах были лучшие горшки из глины, жители Племени Большого Медведя всегда верили, что их собственные горшки — лучшие. Каменные горшки ведь лучше глиняных, не так ли? Сейчас в горшках варились кости вместе с некоторыми внутренностями, которые имели более сильный вкус и не пользовались популярностью среди жителей племени — зверолюды любили есть печень и сердце, а также жир из живота своей добычи, но не любили есть кишки и подобное. Тем не менее, никто не позволял этому пропасть даром. Помимо различных оставшихся ингредиентов, в костяную похлебку также добавили диких овощей, и, хоть она имела немного странный вкус, это была редкая пиршественная трапеза для людей племени. Пожилые и слабые люди племени отложили свое мясо и радостно отправились пить суп и есть дикие овощи. Сюн Е не пошел пить суп. Вместо этого он молча занялся жаркой своего мяса. Сегодня они поймали большую добычу, и все были особенно счастливы, но он чувствовал, что немного не в своей тарелке. Он не провел всю зиму в спячке; он просто спал гораздо больше, чем обычно, и в те зимние дни, когда он находился на грани между сном и бодрствованием, он постоянно размышлял о том, какой будет его будущая жизнь. Он представлял себе жизнь, которую будет вести, когда он и Ши Ли будут жить вместе — после того, как он станет парой с Ши Ли, он больше не будет один, возвращаясь домой. Он сможет охотиться с Ши Ли, и они будут есть и спать вместе каждый день. Он думал, что это будет так прекрасно, но теперь… Сюн Е оторвал кусок от жарящегося мяса и запихнул его в рот. Его животная форма была относительно большой, и аппетит у него тоже был немаленьким — он ел как минимум два-три килограмма мяса каждый день, а обычно около пяти килограммов. Когда еды было достаточно, он мог легко съесть десять килограммов или больше. После того как он поел прошлой ночью, он был увлечен охотой и ничего не ел весь день. Теперь, жаря свое мясо и одновременно кушая, он незаметно съел десять килограммов мяса. Его живот был очень полон, но он не чувствовал такого счастья, как прежде, после того как наелся. Сюн Е на мгновение уставился на оставшуюся половину мяса в своей руке, а затем посмотрел в сторону пещеры Ши Ли — Ши Ли снова не вышел за своей долей мяса. Когда Сюн Е взглянул в ту сторону, он не увидел Ши Ли, но заметил Чжоу Цзи. Чжоу Цзи жил рядом с Ши Ли, и в данный момент он сидел на камне на площадке, ведущей к входу в свою пещеру, смотря в его сторону. Увидев, что Чжоу Цзи совсем один, наблюдая за всем племенем как будто изолированно, Сюн Е вдруг почувствовал, что они с Чжоу Цзи немного похожи. — Чжоу Цзи снова не пришел за своим мясом и не пришел пить суп, — заметил кто-то из тех, кто помогал Сюн Хэ раздавать мясо, глядя на Чжоу Цзи и внезапно заговорив. — Он снова не пришел за своим мясом? — Сюн Е немного удивился. — Он всего пару раз забирал свою долю мяса, но обычно идет за тем, что приносит группа сбора, — продолжил тот человек. — Я специально спросил его об этом, но он ничего не сказал. — Он не боится снова почти умереть от голода, как в прошлый раз? — Сюн Е нахмурился. — Он такой глупый. Возможно, он вообще ничего не понимает, — сказал человек, который раздавал мясо. — Тем не менее, он, наверное, не умрет от голода. Он не пробудил свою животную форму и ничего не делает, так что, безусловно, ему не нужно есть столько, сколько всем остальным. На данный момент Чжоу Цзи не казался таким уж глупым... Сюнь Е чувствовал, что это неприемлемо, и на мгновение колебался. Он также ощущал, что слишком лезет не в свое дело. Он не мог даже управиться со своими делами. Как он мог постоянно заботиться о Чжоу Цзи? В конце концов, Чжоу Цзи должен был научиться жить самостоятельно. С этими мыслями Сюнь Е отвел взгляд и заметил Лан Инь, которая в данный момент сидела с несколькими другими женщинами и ела мясо. Сюнь Е не мог выразить свои чувства словами. Пока все остальные все еще наслаждались мясом и супом, он взял свое жареное мясо и приготовился уйти. Сделав несколько шагов, он вернулся и нашел Сюнь Хэ, чтобы забрать долю мяса Чжоу Цзи. Сюнь Хэ уже знал о Лан Инь и Ши Ли, и его выражение лица стало немного неловким, когда он посмотрел на Сюнь Е. — Сюнь Е, Лан Инь и Ши Ли… — Ничего страшного, — улыбнулся Сюнь Е. У него не было обиды на Лан Инь. В конце концов, Ши Ли, должно быть, сам согласился, ведь Лан Инь не могла заставить его согласиться. Просто даже с улыбкой на лице он внутренне был очень расстроен. Сюнь Хэ не был так чувствителен и не заметил необычного состояния Сюнь Е, но у него уже начали появляться сомнения по поводу Ши Ли. За эти годы Сюнь Е очень помогал Ши Ли, и Сюнь Хэ это заметил. Даже если он немного неохотно смотрел на то, как они стали парами, это было только потому, что Ши Ли не мог подарить Сюнь Е детей. А теперь… Ши Ли сам не хотел! Кто дал Ши Ли право не хотеть?! Тем не менее, хотя у него были некоторые мнения о Ши Ли, он не мог отрицать, что Ши Ли был очень сильным воином, и их племени нужны были такие сильные воины, так что ему не оставалось ничего другого, как смириться. Что касается дела его собственной дочери с Ши Ли… Сюнь Хэ планировал поговорить с дочерью и убедиться, что она не отдает свою порцию мяса Ши Ли или его семье. Сюнь Е взял мясо Чжоу Цзи и пошел искать его. — Это твоя доля мяса, — сказал он. Чжоу Цзи: «…» Он не хотел его. Дело было не в том, что Чжоу Цзи был полностью вегетарианцем. На самом деле, когда он только попал в этот мир, он из любопытства попробовал мясо динозавра. И тогда он обнаружил, что… Это действительно совсем не вкусно. В мире, в котором он жил раньше, люди одомашнили овец десятки тысяч лет назад. Баранина все еще имела следы дичи, и некоторым людям было трудно есть ее без добавления различных трав при готовке, но этот дикий вкус не был чем-то ужасным. По правде говоря, большинство диких мяса имели подобный привкус, и люди в основном ели его как деликатес. Вкус дичи на Земле уже был таким; как же может мясо динозавра в этом месте быть лучше в сравнении? Это мясо таких чудовищ было как жестким, так и безвкусным! Не говоря уже о том, что кулинарные техники здесь были ужасными. Нет, лучше сказать, что здесь вообще не существовало кулинарных техник! Даже соль имела горький вкус! Конечно, самое главное было то, что он все еще предпочитал есть фрукты и овощи. Тем не менее, у Сюнь Е были добрые намерения, поэтому Чжоу Цзи в конечном итоге принял мясо, намереваясь взять его домой и законсервировать — у его матери осталась немного соли, которая могла быть использована для консервирования пищи. — Почему ты не пришел забрать свое мясо? — спросил Сюнь Е. Чжоу Цзи, возможно, подвергся травле и не решился пойти за своей долей, или он просто не знал, что должен был это сделать? Было ли его жизнь очень тяжелой после того, как он потерял мать? Чжоу Цзи думал, что сказать, когда входная дверь соседней пещеры открылась, и вышел Ши Ли. Сюнь Е перестал обращать внимание на Чжоу Цзи и повернул голову к Ши Ли. Он думал, что Ши Ли скажет ему что-то, но тот только бросил на него взгляд и пошел в другую сторону, ничего не сказав. Уже стемнело, но Сюнь Е обладал хорошим зрением и видел, что Ши Ли вошел в пещеру Лан Инь. Сюнь Е глубоко вздохнул и не мог больше беспокоиться о Чжоу Цзи, развернувшись, чтобы вернуться в свою пещеру. Он боялся, что не сможет контролировать свое выражение. Грусть, разбитое сердце, злость, недовольство… Все эти чувства наполняли сердце Сюнь Е, и у него даже возникло желание выбежать и подраться с Ши Ли. Если бы Ши Ли изначально не согласился, он бы не был так расстроен, но Ши Ли сказал «да». В последние месяцы он был так счастлив, потому что Ши Ли пообещал стать его парой. Он делал все с мыслями о Ши Ли и давал ему столько мяса, но теперь Ши Ли вдруг передумал, когда их церемония помолвки была уже на подходе. Это было нормально, если бы он просто сожалел, но Ши Ли действительно сошелся с кем-то другим менее чем через день. Сюнь Е признавал, что он действительно расстроен. Именно поэтому он решил: если Ши Ли хочет быть с Лан Инь, то между ними все окончено. Если бы Ши Ли изначально не согласился быть с ним, они могли бы остаться друзьями, даже если бы не стали парами. Но теперь, когда все так обстояло, они не могли даже остаться друзьями. Что касается пар, … Сюнь Е хотел найти пару, но в свете неожиданного поведения Ши Ли, он вдруг не знал, стоит ли ему искать другую пару. Сюнь Е сидел в своей пещере один. Спустя некоторое время ему стало немного холодно, и он превратился в свою звериную форму. Огромный бурый медведь обнял свои ноги руками и сидел неподвижно в пещере долгое время. Вдруг кто-то постучал в дверь. Сюнь Е немедленно вернулся в человеческую форму и подошел открыть. На улице стоял Чжоу Цзи. Он был немного разочарован, но в основном озадачен. — Это для тебя, — сказал Чжоу Цзи, протянув Сюнь Е кусок жареного мяса. Это была та порция мяса, которую Сюнь Е отдал ему раньше, которую он только что приготовил. Он изначально планировал законсервировать этот кусок мяса, потому что даже если он сам его не ел, он мог бы в будущем отдать его кому-то другому. Но учитывая нынешний вид Сюнь Е… Он не заботился о других в племени, но Сюнь Е был первым человеком, которого он встретил после того, как попал в этот мир, и он также спас его. Он был очень благодарен Сюнь Е, и теперь, когда Сюнь Е так страдал, Чжоу Цзи решил поджарить мясо, которое тот ему дал, и отнести его Сюнь Е в качестве утешения. — Ты хочешь отдать мне мясо? — удивленно спросил Сюнь Е, глядя на кусок мяса, который был почему-то очень ароматным. — Ты очень грустный, так что это для тебя, — коротко ответил Чжоу Цзи. Он не умел утешать людей и еще не полностью владел языком здесь. Сюнь Е услышал, как Чжоу Цзи сказал, что он «очень грустный», и глубоко вздохнул, почувствовав покалывание в глазах. Он действительно был очень грустен, но Ши Ли не заботился, а остальные в племени не замечали. В конце концов, только Чжоу Цзи, который не имел к нему никакого отношения, пришел, чтобы утешить его… — Спасибо, но лучше съешь сам, — сказал Сюнь Е, не приняв мясо. — Я уже поел, — ответил Чжоу Цзи, а затем положил мяс о и вышел, чтобы начать свой спуск обратно — этот медведь снова был голым… Сюнь Е наблюдал, как Чжоу Цзи медленно спускается, и в конце концов решил не следовать за ним. Он посидел немного, затем начал есть мясо, которое ему принёс Чжоу Цзи. Это был первый раз, когда кто-то подарил ему мясо. Ши Ли должен был поддерживать свою мать и младшего брата, и не заботился о таких вещах, поэтому он никогда ничего ему не давал. Максимум, что Ши Ли оставлял для Сюнь Е, — это более вкусные части, когда они ели вместе, но это всегда была еда, которую они добыли вместе. Необъяснимо, настроение Сюнь Е стало гораздо лучше. Чжоу Цзи не знал о мыслях Сюнь Е. Он вернулся в свою пещеру и рано лег спать. Но оказалось, что когда он проснулся, его пещера больше не была его.