На расстоянии пули

Soundtrack: watch — Billie Eilish

      — Привет, — с улыбкой протянул мужчина и тут же сгрёб в объятья дочь, на что та только звонко рассмеялась. — Заждались мы тебя что-то приключилось по дороге?       — Неет… — неуверенно протянула девушка, но Джо вопросительно поднял бровь и Мия сдалась под натиском нежного взгляда. — Заезжала кое-куда, подарок для Грега…       — Чшш, — мужчина вновь улыбнулся и посмотрел на закрытую дверь.       Лицо Бэггинс вытянулось в улыбке, а глаза засветились мягким юношеским светом молодой души, сумевшей оставаться целой, после пережитых событий стервы-судьбы.       — Он здесь? — она с неописуемым восторгом взглянула на отца, и из-за его спины вышел Дури.       — Здесь.       Он улыбнулся, когда она налетела на него, крепко прижимая к себе. Потрепал по волосам, касаясь тех губами прошептал:       — Я здесь как и ты на пару дней, тебе стоит сказать спасибо Рози, это её идея собраться вместе, — тихий, мужской голос третьего «генерала» успокоил девушку.       — Может внутрь? — спросил Джо, указывая на дверь. Тот с некой гордостью посматривал на двух друзей.       — Пошли, — произнёс Грег, и не отпуская девушку из своих объятий они ввалились внутрь, оба заливались смехом, как можно крепче прижимали друг друга.       — Человеческая многоножка в реальной жизни? — с усмешкой поинтересовался Фолл, держа одной рукой девочку на вид лет пяти, а в другой стопку тарелок.       — А что это такое? — смотря на Макса большими глазами спросила девочка.       Волк тут же поймал суровый взгляд её матери. Мерис встала в коридоре с ещё одной дочерью на руках, уже более маленькой по возрасту, следом вышла и Ноа.       — Если ты сейчас расскажешь ей про фильм, я сделаю её из тебя одного, Макс, — Донован прекрасно унаследовала этот взгляд своей матери, потому что мурашки по спине у оборотня всё-таки пробежались.       — Привет, крошенька моя, — с широкой улыбкой Мия забрала племянницу и стала кружить по комнате, от чего она звонко смеялась.       — Ми! — громко завопила дочка, сидящая на Мерис и Бэггинс переключилась на неё.       — Почему же вы так быстро растёте? Я помню вас крохами.       Мия щелкнула ещё одну племянницу по носу и та вначале фыркнула, но потом указывая крохотным пальчиком за спину тёти, выкрикнула:       — Ба! — Бэггинс развернулась, в метре стояла Розария, а за её спиной оказался Марк — супруг Мерис. Теперь вся семья Донован-Макони, а также Бэггинс, Фолл и Дури были вместе в одной гостиной.       Пока все накрывали на стол Грег с Максом сидели на полу и играли с Флёр — первой дочерью брака Мерис и Марка, а также с неугомонной Инной — уже вторым ребёнком молодой пары. Вскоре к ним присоединилась и Мия забирая всё внимание девочек на себя.       — Ты сильно задержалась что-то случилось? — меж делом интересовался Макс, забирая у Инны из рта мягкую игрушку, но так недовольно вскрикнула, чем напугала волка и он ослабил натиск.       — Пришлось заехать кое-куда по дороге, в час пик… — Мия выразительно посмотрела на племянницу и мягко сказала:       — Отдай, — вытаращив глаза на «генерала», та протянула ей уже мокрую игрушку, на что Мия улыбнулась, пока с её волосами играла Флёр, пытаясь собрать там хвостики, такие же как у неё самой.       — Ты тоже здесь на двое суток? — Бэггинс помогала малютке Инне собирать башню, которая больше походила на кучу.       — Я переночую сегодня, а утром уеду, не хочу оставлять Сэм одну сейчас, — Мия только согласно кивнула.       Издав вопль отчаяния, Флёр обошла Мию и недовольно посмотрела на своё творение, что сейчас делали и все остальные. Макс закрыл рот рукой, скрывая смех, Грег тоже по-доброму улыбнулся.       — Не смей, она расплачется, — Мия пихнула волка в бок, и тот стал старательней скрывать прорывающийся смех. Но когда и Инна легонько толкнула дядю в плечо, тот сильно удивился, и смех сошёл на нет.       — Давай я помогу тебе? — проявил инициативу Дури, подсаживаясь к Флёр, первое время девочка его побаивалась, но со временем он стал её новым другом. Она кивнула и всучила все нужные инструменты в руки юного медика.       — Сделай тогда пожалуйста дулечки, ты же не против? — Бэггинс взяла за руки пятилетнюю малышку слегка раскачивая, и та довольно кивнула.       Спустя недолгое время на кухню прошли все те, кто ещё недавно собирали башню и все с хвостиками. Даже Грега с Максом наградили одним посередине и теперь:       — Ты ананас, Макс, — с усмешкой произнесла Мия, теребя светлые волосы. Тот недовольно отвернулся, состроив гримасу.       — Сказал Шрек… — демонстративно отвернувшись он поглядел на Розарию, та покачала головой.       — Вот с кем я работаю…ананасы и Шрек, — она рассмеялась и кухню наполнил хохот и остальных, Ноа даже успела это сфотографировать, но об этом пока никто и не знал.       Ужин проходил на славу. В кругу близких людей, некоторые из которых и вовсе не были связаны кровью, вспоминали самые счастливые моменты, которые им удалось провести примерно тем же составом.       — Ну же потеснитесь, — приказывала Ноа, Грегу, Максу и Мии для их совместной фотографии. — Давай Греги, вставай по центру, а вы рядышком.       Мия крепко обняла одной рукой Грега, то же проделал и Макс. Широко улыбаясь все трое смотрели в камеру. Такая спокойная наполненная умиротворением обстановка позволила событиям не так давно минувшим забыться…

Soundtrack: Bones — Imagine Dragons

      Дверь в квартиру была открыта. Всё внутри Мии натянулось пуще струн, извлекая из ножен оружия она медленно шагала внутрь.       На встречу тут же выбежала Аниса, кошка была на удивление спокойна, и это только больше напрягло Бэггинс.       Аккуратные шаги, тело девушки уже было готове к атаке или обороне и любой даже не самый громкий звук сейчас — призыв к действию.       — Странно, что ты так негостеприимна, — с ядовитым презрением произнёс голос, откуда-то из глубины квартиры. Тот был одновременно и ужасно не знаком и до боли родной.       — На кого ты работаешь? — Бэггинс медленно входила в зал. В её голове помимо этого нудного вопроса было ещё столько, что если она задаст их все, бедняге придётся тут прописаться.       Вот только когда Мия его полностью увидела. Всё внутри девушки разбилось, все вопросы, все чувства, всё что было до.       — Что?.. — тихо сорвалось с губ девушки, когда она увидела паренька с белыми, словно лист бумаги волосами. Бледная кожа, на щеках ярко выражен румянец, сам юноша среднего телосложения, с двумя шрамами на подбородке в виде креста. Он усмехнулся, когда перед ним также престала Бэггинс, не сводил своих серых, наполненных скукой, глаз с девушки, что сейчас застыла в непонятном оцепенении.       Злость окружала её тело крепче лозы, душила, заставляла кулаки сжаться до боли, а зубы скрипеть.       — Ты…вы…вы все… — её тело дрожало от той навалившейся правды, которую кто-то там посчитал правильным скрыть. Её водили за нос, как дурочку.       — Ты сдох! Сдох! Кто ты? Кто ты сучья тварь? Я…я убью тебя! — и она кинулась вперёд. Взгляд наполненный болью, злостью и страхом.       Отточенный годами удар. Девушка метилась в шею, желала залить пол его кровью.       — Второе правило: никогда не ведись на поводу у эмоций, — тихим баритоном произнёс мужчина, совершая встречный выпад.       — Я не следую ёбанным правилам! Я больше не «стрела» и ты тоже…ты труп! — вновь выкрикнула Мия, замахиваясь, но он смог перехватить руку Мии, которая не сдавалась и уже было хотела ударить его второй, но он опередил её, притянул к себе так, что расстояние между лицами было меньше тридцати сантиметров. У самых её губ, тот прошептал:       — Лучше бы ты навсегда сдохла в том лесу, 14017, — его тихий шепот прям таки кишил ненавистью к персоне Бэггинс, вероятно именно поэтому он произнёс одни из самых ужасных слов для любого «стрелка». Медленно сознание девушки, угасало, но тело её слушалось.       «Я клянусь тебе, что больше такое с тобой никогда не повториться, клянусь…» — его слова, которые она слышала в полубреду вдруг всплыли в голове от чего та начала ныть, сознание вернулась в тело и её словно озарило — она однажды свалилась с приступом и Виктор был рядом, но если это случится сейчас рядом никого не будет, и это нужно этому отморозку, это нужно Свердловскому, Вуду. А значит, что она не проиграет больше никогда не проиграет «Стреле».       Девушку знобило, и до ужаса трясло, а перед глазами всё чаще всплывали моменты из пыточных, но в голове были голоса любимых людей, и что важнее — свой собственный.       — И 14017 умерла в том лесу, — прошипела девушка, руки которой всё ещё крепко сжимали и вероятно у неё останутся синяки. Она ударила его коленом в пах, выкрутила руки. Комнату наполнил звон колокольчиков, она схватила пистолет, подняла голову и увидела, что и блондин уже направил своё дуло в её лицо.       — Вот и всё, одно движение и эта история закончится таким же жалким концом, как и её начало…

12 лет назад

      Тишина. Полутьма. Спортивная раздевалка. И всего один человек. По стене тянулись шкафчики для вещей, бледно-зелёная краска кое-где слезла и было видно ржавый металл. От потолка свисал тонкий провод, на котором еле-еле висела крохотная люстра, покачиваясь, жёлтая лампочка бросала на пол лужу блеклого света, от которого болела голова. По периметру обитала тьма, в которой в по-настоящему пугающей тишине подросток бинтовала руки, в углу на скамейке сидела ещё одна девушка, словно отражение первой, однако она читала книгу. Руки юной убийцы следовало беречь, ведь сейчас…сейчас это лишь пари, которое ей предстоит выиграть, потому что проигрыш — смерть…       — Прости, — бинтующая руки девушка обернулась на тихий шёпот, так напоминающий гул ветра осеним днём. Брови сошлись на переносице, когда перед ней предстал мальчишка, вроде, её ровесник. С виду ничего необычного: серые пугливые глаза, доброе круглое лицо, бледная кожа, на подбородке был шрам в виде креста. И только белые-белые волосы, как шапки гор, те вились на голове кудряшками и падали на лоб, скрывали.       — Что? — голос, наполненный злостью и нескрываемым раздражением, несколько секунд осматривала его, но затем вернулась к своему делу, будто его тут больше не было.       Полностью погружённая в книгу девушка, изъяла из ножен клинок, и приготовилась всадить его между глаз.       — Я не совсем понимаю зачем тебе это, ты ведь блестящий снайпер, к тому же если узнают накажут. Да и боец из тебя не такой хороший, как… — он не успел договорить, как его прижали к шкафчику, тот оглушительно затарахтел, только больше сбивал с толку.       Суровый взгляд глаз, пробивал на лёгкую дрожь. Вдруг из тьмы поднялась и вторая сестра. Тишину заполнил звон колокольчиков, которые болтались на красном шнурке, тот был обвязан вокруг запястья. Зверская ухмылка, она прислонилась к другой стене и с безразличием наблюдала. Сёстры были как один человек — абсолютно похожи, разве что у одной были слегка темнее волосы.       — Когда здесь много говорят им отрезают язык, готов распрощаться со своим, — шёпотом у самого уха ответила младшая, чувствуя как паренёк сжимается до своего минимума.       — Хлоя, — строгий голос сестры заставил её сделать шаг назад. Но сама Мия с места не сдвинулась, продолжала анализировать, нагоняя страх.       — Я хотел сказать, что…что у Тома слабые ноги…бей туда, — он запинался от ужаса и не понимал на какую из Бэггинс ему смотреть, потому что думал — рябит в глазах. Хлоя вновь стала безразличной и вернулась к своему занятию, пока Мия стояла и смотрела. Он уже собрался уходить, когда услышал:       — Как твоё имя?       Юноша обернулся на Мию, его глаза скользнули к колокольчикам на её руке, затем к символу этого места.       — Я — Фроди…

***

      — Закончим же это, Мия раз и навсегда, — эта гнусная улыбка, напитанная самодовольством и гордостью. Он снял оружие с предохранителя.       «Что я делаю?» — вспыхнул вопрос в голове, перед тем как она опустила оружие. Это слишком она убила годы своей жизни на их поиски — она думала они погибли, но теперь выяснилось, что пол — был потолком. Тогда пусть она умрёт от его руки.       Вот только сам Фроди разозлился, и зол он был не на шутку.       — Для тебя это игра! Я ждал этого момента каждый день, после того как ты бросила нас! Оставила и забыла! Жила припеваючи, и даже не думала о том, что мы вероятно навсегда нелюди! А теперь издеваешься… — он качал головой, голос был слабым, кажется не его, не сводил бешенных глаз с девушки.       — Я не знала…не знала! Мне сказали…ох, как бы я хотела вернуть то время, я бы ни за что не ушла, я так хотела помочь вам…       — БРЕД! Ты жалкая лгунья, — он очертил всю квартиру. — Это то, как ты помогала, да ты отрывалась, даже сейчас, этот вампирёныш с которым ты, вероятно, уже трахаешься, — он рассмеялся ей в лицо, сильнее сжал пистолет. Смех этот был сумасшедший на грани истерики, мужчина стал чесать кожу руки, срывая корки ран. Ладонь покрывала рана, от костяшек пальцев до запястья растянулось багровое месиво, которое он расчёсывал.       Мия сделала шаг навстречу, надеясь, что ещё может помочь. Заметив движение, тот окончательно озверел и налетел на девушку, они вместе упали на стеклянный стол, тот в дребезги разбился и осколки больно впивались Мии в спину, от чего она буквально взвыла, руками добралась до глаз парня, пыталась ослепить убийцу. Наконец ей удалось быстро встать, Фроди тут же подскочил на ноги, Бэггинс ударила наотмашь, что только больше разозлило парня, тот перехватил руку «генерала» и перекинул её тело, Мия вновь быстро поднялась и кинулась на парня, они пролетели вместе несколько метров, сминая ковёр влетели в зал.       — Неужели ты правда этого так хочешь, всё это время ты хотел убить меня! Ты пришёл сюда, чтобы обвинить меня в том, что меня никто не осведомил о том, что вы живы. Знал ли ты, что после того как я узнала, что вы умерли, я пыталась убить себя! И в этот проклятый монастырь я поехала, чтобы не сдохнуть! Я убиваю, чтобы не сдохнуть от той боли, что жрёт моё сердце уже сраные двенадцать лет! Я виновата? — руки ещё сильнее сжимали его одежду, хотелось ударить его по лицу со всей силы, чтобы навсегда забыть то доброе выражение лица, с которым она его всегда ассоциировала.       — Ответь! Ответь! ОТВЕТЬ! — она ударяла его по груди кулаками, а по щекам ручьями стекали слезы, они капали с подбородка на пол, на её одежду, солёные капли были повсюду. Мия Бэггинс позволила скопившимся эмоциям выйти, однако остановить этот поток больше не могла. Её долгие годы заполняла пустота — «отключи эмоции», которые сейчас вскружили голову.       — Какая же ты слабая. — на последнем издыхании произнёс блондин, он не сопротивлялся, лишь закрывал лицо, но эта фраза ударила сильнее любой атаки, острее любого ножа, пробила больнее пули.       Глаза, окормлённые мокрыми ресницами широко открылись. С губ сорвался тихий стон, молящий о помощи. Руки начали неметь, перед глазами уже давно была пелена из слёз. Сердце кошмарно билось о рёбра, тем самым причиняя ещё большую боль.       — Убивать потому что хочешь затушить душевную боль ещё хуже, чем убивать в «стреле». — усмехнувшись произнёс Фроди.       Звонкая пощёчина в ту же секунду была выдана юноше.       Разозлившись тот схватил её за руки и вновь повалил на пол. Схватил её за шею.       Руки девушки упирались в его грудь, но он крепко наседал на неё и все больше давил на дыхательные пути. Лицо начало краснеть, вены стали более выразительными, давление образовавшееся внутри давило на череп. От нехватки воздуха всё вокруг становилось нечётким, как вдруг она услышала:       — Но смерти от моей руки ты не заслуживаешь. А затем сознание полностью покинуло её…

Спустя двое суток

      Над городом повис огромный темный купол, тот украшала россыпь звёзд. Внизу же в поселении людских душ, мир тоже был освещён огнями жизни. Несмотря на тёмное время суток, улицы были заполнены людьми, автомобилями, город, что никогда не останавливал свой бешеный ритм. Поток ветра раздул волосы, что аккуратными завитыми прядями лежали на плечах. Глубокий вдох — выдох. Она поправила темный кардиган, расправив плечи, направилась внутрь огромного небоскрёба.       «Просто вечер. Что ж, не думала, что буду волноваться…»       Она вошла в освещённый холл, оттенки которого преобладали золотом, либо белым. У стен, на которых висели картины эпохи XIX века стояли громоздкие вазы, в которых находились букеты цветов, в том же белом цвете. К Бэггинс тут же подошёл администратор, приветливо улыбнувшись, тот поинтересовался:       — Добрый вечер, у вас забронировано?       — Я думаю да… — Мия не успела объясниться, как сзади подошел вампир. Тихий, чарующий нутро голос произнёс:       — Прошу прощения, это со мной, — Бэггинс перевела взгляд на Ван Арта. Янтарные глаза встретились с ней взглядом. Дыхание девушки перехватило.       «Да что это за ерунда такая?»— недовольно вопрошал внутренний голос девушки.       — Здравствуй, ты потрясающе выглядишь, — Мия стеснительно отвела взгляд, отвечая:       — Спасибо. Нас где-то ждут?       — Да, конечно, наверху, пройдём, — он пропустил девушку вперёд, идя следом.       Вскоре поднявшись на лифте, они оказались на террасе, что располагалась на последнем этаже, под открытым небом. На крыше было куда больше растений. По периметру были установлены уличные фонари, дающие этому месту свой свет.       — Чуть дальше стоит накрытый на нас стол, — оповестил вампир, указав чуть в сторону, где, и правда, стоял готовый стол.       — Я хотела бы немного полюбоваться видом, — на что Ван Арт только кивнул.       — Я подумал, что будет лучше, если нам никто не посмеет мешать, согласна? — Мия оторвала взор от неба, перевела на вампира.       — Да, это бы испортило впечатление, здесь очень красиво, дух захватывает, — произнесла девушка, вновь переводя взгляд в сторону. Теперь её заинтересовали огни города. Виктор ещё несколько секунд рассматривал лицо Бэггинс, но затем и сам решил насладиться пейзажем.       — Я рад, что смог тебе угодить, — произнёс Ван Арт и Мия снова повернулась на него. Он тут же поймал её взгляд, и заметив её выражение лица, уже ожидал вопрос.       — Тебе ведь тоже нравиться здесь?       — Несомненно, я часто бываю здесь, возможно, это место можно назвать моим любимым, — на лице вампира появился след улыбки, еле заметный, но тот придал аристократически бледному лицу живой оттенок.       — Это хорошо, ведь мне бы не хотелось, чтобы тёплые воспоминания об этом вечере были только у меня, — она сделала несколько шагов вперёд, подходя ближе к краю, развела руки в сторону позволяя ветру огибать её тело, остужая. Вампир последовал следом, он не сомневался в здравоумии Бэггинс, однако несчастные случаи случаются, как бы по-дурацки то не звучало, сильные руки легли на её талию, девушку тут же окутала прохлада неживого тела и прекрасный аромат парфюма, она прижалась ближе, блаженно прикрывая глаза.       — Ничего бы не изменилось, будь мы сейчас в другом месте, je liet mijn hart kloppen, waardoor mijn ziel verliefd werd.       Мия перевела на вампира удивлённый взгляд. Она молчала, но вампир слышал, как быстро начало биться её сердце.       — Ты ведь знаешь, что это значит? Тогда почему не скажешь на английском? — её лицо захватило сомнение, на что вампир улыбнулся.       «Мне на секунду показалось, что мы поймём друг друга…» — обречённо произнёс внутренний голос вампира.       — Мне нравиться этот язык, тем более ты сказала, что поймёшь значение моих слов, — объяснил вампир, отворачиваясь. Мию этот ответ не устроил.       — Думаю, для этого мне нужно чуть больше времени… — она на секунду замолчала, губы растянулись в улыбке и затем она продолжила, пристально смотря на Виктора. — Однако не стоит ставить на мне крест, я обязательно отвечу тебе на этом же языке.       — Я ни сколько не сомневаюсь в тебе, — вновь не отрывая глаз от девушки, произнёс Ван Арт. И опять в груди девушки затрепетало.       «Он… Как он делает это, почему?»— вопил внутренний голос Мии, пока она всё ещё смотрела в его глаза, тонув в этой янтарной бездне…       «Я уже во второй раз вижу это выражение лица, наконец она открылась для меня с другой стороны.»— сделал вывод вампир, за те долгие секунды молчания.       Наступила неловкая тишина. Вероятно та надоела Бэггинс, потому что она решила скрасить её поцелуем. Нежным и таким аккуратным, словно каждый боялся спугнуть друг друга. Они оторвались друг от друга и во взглядах бушевала буря страсти, которую те пока скрывали. И поток ветра, который на крыше был сильнее и более холодный, принёс с собой неожиданный вопрос:       — Ты не голодна?       — Немного, — ответила Мия, по-новому наблюдая за видом внизу, суматоха жизни, от которой она так устала. Теперь же, стоя здесь, подобно Зевсу на Олимпе она по-настоящему отдыхала.       — Тогда прошу, — произнёс Виктор, вновь пропуская Бэггинс.       — Не возражаешь, если сегодня я сам поухаживаю за тобой?       Девушка смущённо улыбнулась. Всё же внимание вампира ей льстило, но нельзя было сказать, что ей это не нравилось, что для неё совсем не свойственно.       — Конечно, я не против, — ответила Мия, после чего в глазах вампира мелькнуло удовлетворение.       Стоящие на столе изысканные шедевры кулинарии зазывали к себе, Ван Арт ловко открыл бутылку вина. Воздух наполнили виноградные нотки и еле ощутимый запах кардамона.       — Виктор, — обратилась девушка к вампиру, тем самым обращая всё его внимание на себя. — Могу ли я спросить?       — Конечно, — ответил Ван Арт, наблюдая за ней. Ветер вновь раздул её волосы, открывая больше шеи взору глаз.       Белоснежное платье выбранное Бэггинс не сумела скрыть все татуировки, а когда-то накинутый на плечи кардиган был снят. И теперь Виктор всё же сумел разглядеть один из шедевров на теле наёмника: ветка пионов, та шла от плеча и заканчивалась на ключице, она придавала девушке больше нежности, которую она скрывала за ледяной коркой, остальные же татуировки скрывало платье, но однажды он увидит их все.       — Почему ты вдруг решил позвать меня на этот вечер?       Ещё несколько секунд вампир думал, он смотрел на стоящий перед ним букет белых лилий, что сейчас так гармонировали с его спутницей, создавая в голове нужный ему ответ.       — Мне захотелось узнать тебя поближе, внесу ясность, я уже долгое время счастливец быть знаком с тобой, ты…я впервые встречаю кого-то подобного, пусть мне сложно говорить нечто подобное, но думаю…я слишком много думаю о тебе, Мия и это то, что я хочу сказать тебе. Позволь прояснить, что об этом вечере никто кроме нас с тобой знать не будет, даже Вуд, он не следит за мной, у каждого из нас своя собственная жизнь, не это ли было тебе интересно? — она тяжело вздохнула, он смог её раскусить, хотя чего стоило ждать от двухсотлетнего вампира.       — Не буду врать, — она стыдливо опустила взгляд на руки, некоторое время приводила мысли в порядок. И когда всё встало на свои места, она подняла на него голову, произнесла:       — Верно, мне было интересно, нет ли у тебя каких-либо скрытых намерений, всё же профессиональная привычка не даст мне расслабиться, однако и ты не пойми меня неправильно. Я испытываю всё тоже, но я не умею проявлять эмоции, скажем так…правильно, это сложно, когда ты долгое время не был социализирован и тебе внушали, что эмоции — излишки жизни. Я доверяю тебе, это уже многое для меня… впрочем я впервые должно быть… чувствую так…я прежде не любила так…я, — она подняла голову на вампира, и увидела, что он прекрасно понимает её. — Мне нелегко, когда ты рядом, а сейчас и вовсе.       — Ничего, я прекрасно всё понимаю, Мия. Позволь теперь и мне задать тебе вопрос.       — Конечно, — девушка выжидающе посмотрела на своего спутника.       — Вопрос и правда мучает меня долгое время, но почему ты так рано решила начать карьеру наёмного убийцы? Если мой интерес заставляет тебя чувствовать себя дискомфортно, я задам иной вопрос, — Мия несколько раз кивнула, должно быть, каким-то своим мыслям, но всё же ответила:       — Это не такая уж и тайна, — она вновь прикоснулась к воспоминаниям в своей голове, те отдали болью в шрамах, когда-то заработанных там.       «Я хочу рассказать это ему, мне кажется…не знаю, но возможно ты поймешь меня…»       — Но я с самого детства убийца, не выбирала так получилось, ранее 23 года назад попала в организацию «Красная стрела», это проект, создающей из детей убийц и военных, которые потом работают либо в точках, либо в самой организации. Отец продал меня и сестру за 5 тысяч долларов, лишь бы избавиться. «Стрела» буду называть её так, лишает тебя так многого, как например выбора: если бы я не ушла оттуда раньше, то тогда, должно быть, кроме как убивать я бы ничего не умела, хотя я и сейчас так зациклена на работе, что не скажу, что человек я многогранный. Эта организация нацелена только на создание оружия и если этому что-то мешает, то они отберут и его: много говоришь — больше нет языка, отвлекают товарищи — больше их не увидишь, — брови вампира всё больше сходились на переносице, а внутри всё горело, когда он смог почувствовать то, что Мия старательно прятала, даже от самой себя. Он почувствовал сильнейшую боль, от простого чувства которой его разрывало.       — Так ещё в раннем возрасте всем девочкам проводят операцию по удалению репродуктивной системы. Чтобы мы были не женщинами, а оружием, понимаешь цель: сделать из обычного человека куклу. Так у меня забрали и ещё одну возможность: после выхода создать свою собственную семью, ведь я считаюсь неполноценной, поэтому я убиваю, делаю то, ради чего была создана, я буду молчать о тех зверских тренировках, что только укорачивали и без того короткую там жизнь, как и о наказаниях за любую мелочь, нас били розгами, если мы пили больше положенного, или не могли быстро уснуть, — Мия подняла на вампира глаза, наполненные пустотой, её потоки уже начинали заполнять сердце…вновь…ей нужно было забыть, иначе это заставит её сойти с ума.       «Это просто кошмарно, вот она та правда, заставившая стать её убийцей, она стала её не потому что хотела убивать, а потому, что это то, на что её запрограммировали. Я знал, что наемники «Красная Стрела» идеальные убийцы, но это слишком жестоко. Да, подготовки — это дело понятное, но проходить через подобное, будучи ребёнком — не гуманно.» — сделал вывод Виктор, не отрываясь от лица убийцы…       — Ты не должна считать себя «неполноценной», как ты выразилась, из-за событий, на которые ты не могла повлиять. — вампир быстро оказался рядом, ему казалось, что с его присутствием кошмары прошлого не дадут ей забыться. — Ты была лишь ребёнком, который теперь вынужден жить с тем на что тебя обрекли, разве ты в этом виновата? Точно могу сказать, что нет.       — Я понимаю, прекрасно понимаю, — она согласно кивала, потому что спорить сейчас было бессмысленно. Да и с чем спорить? Вампир был прав, но это было то с чем Мия не смогла смириться, все её попытки построить «счастливую», нет даже просто обычную семью всегда заканчивались провалом.       — Я так же знаю, что сейчас есть огромное количества возможностей, но ты сам прекрасно видел насколько сильно они залезли в мою голову, и поверь мне это лишь тот кусок айсберга, который зовётся верхушкой, пока я борюсь со всем льдом. И самое страшное, что никто не знает, как это можно исправить…

Soundtrack: bitches broken hearts — Billie Eilish

      — Время пролетело быстро, не находишь? — на горизонте появлялись первые признаки рассвета, укутанная в пиджак вампира, Мия любовалась небом, вновь в объятьях Ван Арта.       — Думаю для каждого из нас такое понятие как «время» воспринимается по-разному, но тебе должно быть пора.       — Верно и мне и тебе завтра нужно быть на работе, но я очень признательна за прекрасный вечер, не задумывайся над моими словами слишком серьёзно, это кусок прошлого, такое есть и у тебя, время, которое стало переломным, но его не вернуть и тебе нужно жить дальше, — Мия сдержано улыбнулась, а вампир стал задумчив, но общее впечатление портить не хотелось, а потому ответил:       — Мне тоже запомниться этот ужин, благодарю тебя, что всё же согласилась, — холодные губы коснулись кожи тыльной стороны ладони. Мия с долей растерянности взглянула на мужчину, тот галантно улыбнулся.       — Мне была приятна твоя компания, думаю этот вечер я запомню навсегда.       — Подобных вечеров в твоей жизни будет ещё много…       Они вновь оказались в холле. Виктор помог Мии надеть верхнюю одежду. Проводил до автомобиля, где было решено распрощаться.       — Виктор! — позвала его вновь Бэггинс, открывая дверь, уже заведенного автомобиля. —Ты забыл, что Донован — это древний ковен из Нидерландов, а значит Als we een spel speelden van wie er meer verliefd werd, zou ik het zijn, ik denk dat ik gek ben, maar ik hou van       Вампир застыл на месте, тело казалось заморозили. Мия подмигнула вампиру села за руль, лязг шин и её, словно никогда и не было.       — Ты снова обвела меня вокруг пальца… Но теперь, это воспринимается мной по-особенному…

***

      Гулкие шаги в просторном зале, казалось их звук отскакивал от мраморных стен. На лестнице застыла фигура, её губы растянулись в зловещей улыбке, когда она увидела беловолосого юношу, на её лице бликами играло отражение воды, что находилась за стеклом на полу.       — Прости, я не убил… — тихо прошептал тот, но она услышала каждое слово и возненавидела каждую гребенную букву в этих словах. Улыбка ушла с её лица, сердце заполнила ярость в первую очередь на себя.       — Доверь дураку присмотреть за конём, притащит осла… — на выдохе произнесла девушка, спускаясь по лестнице. Она прошла мимо, хромая на правую ногу, он же предано, подобно псу, последовал следом.       — Ко всему прочему, она вовсе не заслуживает смерти от твоей или моей руки.       Темноволосая дама остановилась у стеклянной двери, ведущей в сад, коснувшись ручки, замерла, словно прислушиваясь. Её голова была слегка повёрнута в сторону, посетившего её дом гостя, но взгляд был прикован к зелени впереди. Она усмехнулась развернувшись, ответила:       — Правда? Что ж, думаю ты просто не смог её убить, или думаешь Донован и правда старый идиот, каким его считают? Считаешь он поставил в генералы человека, что не достоин умереть от моей или уж тем более твоей руки? — теперь она звонко рассмеялась входя в сад, тот быстро наполнился пением птиц и одна из них: синего окраса и небольшой комплекции села на плечо девушки.       — Она несла чепуху, что всё это время убивала, чтобы не чувствовать, — объяснил парень, после чего его собеседница задумалась.       Она пересадила птичку с плеча к себе на руку, стала рассматривать.       — Пусть говорит, что хочет, может даже с плакатом ходить и говорить какая она бедная и несчастная, сколько она натерпелась и как ей было больно всё это время, но я видела достаточно, чтобы сказать: она нами никогда и не дорожила, она любит только себя, — пернатое взмахнуло крыльями улетело на располагавшееся посередине дерево, где было ещё с пару десятков птиц. — Но в конечном итоге, всё закончится одинаково.       — Почему ты так одержима ею? — вдруг спросил юноша, но уже в следующую секунду ощутил холод металла. Острый клинок был приставлен к его горлу, но что интереснее такой же был приставлен к пазухе девушки.       — Я горда тобой, Фроди — печально известная радость*, — её губы были растянуты в улыбке, а глаза широко раскрыты, создавая маску безумия.       — Я знаю все твои фокусы, Хлоя — безумный побег смерти…*

***

      — Итак, позвольте представить, — дверь в кабинет открылась и туда вошли двое: девушка среднего телосложения, со светлыми волосами и парень совсем хилый на вид, с каштановыми, кучерявыми волосами.       — Это Лиан, — Мия указала на блондинку, на что та только помахала всем рукой слегка улыбнувшись.       — И Саймон с ним вы знакомы, — теперь очередь дошла и до парнишки.       — Привет всем, настолько давно не виделись, что появились новые люди, — юношеское лицо растянулось в улыбке, остальные наёмники остались каменными статуями.       — Быстро радушно поприветствовали, невежды, — строго бросила Мия, взглядом пробегаясь по каждому члену своей группировки.       — Привет, и правда, столько времени прошло, это наш Виктор — он капитан десятой группировки, — с улыбкой произнесла Триша, на что Мия кивнула. Он подошёл к Ван Арту, представившись.       — Саймон Кук — полковник военной медицинской помощи, Грег рассказал о тебе, — юноша протянул ему руку, когда вампир ответил:       — Виктор Ван Арт — капитан десятой наёмной группировки, — Он перевёл взгляд на Мию, но та лишь подмигнула. Вампир пожал руку Кука и к Мии подошла так же пришедшая девушка.       — С Лиан вы ещё не были знакомы она была переведена к нам после прибавки штаба из Калифорнии. Лиан —генерал-майор штаба «Атаки и информации», но у неё есть одна особенность. Она также как и я бывший член «Красной Стрелы», и на одном из заданий начальник отрезал ей язык. Лиан не может говорить, но не значит, что не может коммуницировать. В вашем распоряжении язык жестов или вопросы, ответом для которых станет да и нет, как это любит говорить наш первый генерал: «вопросы умные, глупые, разные?»       Но наёмники отрицательно покачали головой.        Она отошла к экрану, на котором появилась карта со спутника.       — Всем вам должно быть интересно почему я собрала вас здесь, не так ли?       — Тц, может ты уже перестанешь кота за яйца тянуть и скажешь?! — вскрикнул Фолл. Лицо Мии захватило удивление, открыв рот, она сурово посмотрела на волка, подняв бровь, уточнила:       — Ахуел?       — Всё. Понял, — пробурчал волк, скрестив руки, он смотрел в пол. Второй раз повторять не нужно, он прекрасно знал, что следовало после комбинации этого вопроса и взгляда — новая более опасная комбинация. Что-то тревожило волка, но он молчал, а лезть к нему пока не было подходящего момента.       — Так вот, — продолжила генерал, после того как прочистила горло и вдоволь упрекла Фолла взглядом. — Нам поручили весьма ответственное задание, его суть заключается в следующем: есть некто, кто занимается продажей людей в организации, а также оружия и распространением наркотиков. Нам его поручил офис ФБР, являющейся нашими сотрудниками и подушкой на «так», который уже долгое время не может его поймать.       — ФБР не может поймать какого-то наркоторговца? — перебил её Янс, затем перевёл на Бэггинс не верящий взгляд.       — Понимаю твой скептицизм, но есть несколько причин: первая — самая тупая, как по-моему, это то, что у него большие связи и поймать его просто не получается. «А-ля» нет у нас доказательств. Второе же более правдиво — на него работает «Красная Стрела».       В кабинете повисла неловкая атмосфера. Все кроме Фолла и Ван Арта смотрели на девушку в духе: «Нормально всё у тебя?». Волк же стал более задумчив, что весьма и весьма насторожило Бэггинс. Ван Арт же наоборот стал слишком уж эмоциональным.       «Что сегодня за день? Или я сплю? Какого хера происходит с моими людьми?»       — Так, те кто уже решил писать раппорт на увольнение пожалуйста дослушайте, — продолжила второй генерал.       — Наша цель просто добыть информацию, не привлекая внимания.       — А ну да, это ведь так просто, когда ты чуть ли не на весь мир известная Звон, что сумела сбежать оттуда, — съязвил Фолл. Мия устало выдохнула. Вот он третий минус «Красной Стрелы».       — Он прав, если нам это и удастся, то живыми мы оттуда уже не выйдем, согласилась Триша, а следом и остальные кивнули головами.       — Соглашусь, но поверьте мне меня никто не узнает…       Мия в прекрасном расположении духа возвращалась домой. Она подходила к ресепшену, за которым стоял миловидный парень. Тот улыбнулся, когда увидел хозяйку одной из квартир этого пентхауса.       — Добрый вечер, мисс Бэггинс.       — Здравствуй, как твои дела? — Мия хотела поделиться своим позитивом, тем более ей нравился этот парень. Он хорошо выполнял свою работу, никогда не грубил, а когда она возвращалась в плохом настроении не лез. Одним словом, отличный парень.       — Неплохо, хоть и день сегодня оказался загруженным, ах, да. Вам письмо, мисс.       — Что? От кого? — на стойку опустился абсолютно белый конверт.       — Пришла девушка, передала его мне и сказала отдать, когда вы вернётесь.       «Девушка, но что за девушка? Может кто-то из-за границы? Но почему ничего нет?»— засыпала свой разум вопросами Мия.       — Большое спасибо, хорошей смены, — на последок произнесла Бэггинс, быстро направляясь к лифту, уже по пути открывая конверт. Она извлекла лист, на котором было написано:       «Должно быть ты забыла обо мне, поэтому я вернулась сама, твоя на веки ожившая Хлоя Бэггинс…»