Сердце со стрелой

      В тот вечер между Алеком и Магнусом всё безвозвратно поменялось. На уроках они не столько занимались, сколько разговаривали друг о друге, узнавая друг друга и сильнее влюбляясь. В школе Лайтвуда больше никто не видел без улыбки, даже после самого трудного дня и проверки кучи не самых блистательных сочинений. Эта перемена порадовала всех его друзей, и в первую очередь Изабель, знавшую о причинах такого поведения. Как хорошая сестра, она сохранила секрет Александра ото всех, даже от своего парня Саймона. Она частенько наблюдала за братом и Бейном, когда те занимались, и не могла налюбоваться ими. Девушка твёрдо уверилась в том, что они – судьба друг друга, а остальное – дело времени.       Была и другая сторона медали. Магнус радовался такой перемене в поведении Лайтвуда, поистине наслаждаясь улыбкой и смехом своего учителя, пусть никак и не связывал их с собой. Но стоило ему остаться одному и подумать причинах безмерного счастья Александра, неясная боль затягивала в свой водоворот, а рука невольно тянулась к кулону из двух стрел, что Бейн носил теперь каждый день, не решаясь снять. Азиат думал, что, если кулон правда может указать на его судьбу, то тот явно сломался. Потому что только Алек обращал внимание на две стрелы, однако он был занят другим человеком. Было ли глупо, что Магнус надеялся, что они пройдут через это и, в конце концов, будут вместе? Для него – да. Но не для Лайтвуда, который был в этом уверен.       Александр почти сразу после того вечера расстался с Себастьяном, объяснив ему ситуацию. На удивление, тот воспринял эту новость спокойно, соглашаясь с тем, что они – не пара, а лишь друзья. Себа тоже перестал чувствовать подобного рода любовь к Лайтвуду. Он признался честно, что встретил кое-кого и, кажется, влюбился так же, как и Александр. Они разошлись, договорившись оставаться близкими друзьями. Так и произошло: они продолжали видеться, устраивать дружеские посиделки с алкоголем, рассказывать друг другу всё. В общем, Алек и Себастьян стали лучшими друзьями, просто с неким прошлым, которое помогло им лучше понимать друг друга.       Часы сменялись днями, дни – неделями, а недели – месяцами. Наступил апрель – один из любимых месяцев Магнуса. Пусть до решающих экзаменов оставалось не так долго, не радоваться тому, что природа вновь оживает и заливает мир своими яркими красками, он не мог. Хотелось проводить как можно больше времени на улице, уповая набухавшим вербам и редким распустившимся листкам на оголённых деревьях, вдыхать потеплевший воздух и лежать на мягкой зеленоватой траве. Так Бейн и поступил в один из пятничных дней. Александр отменил сегодняшнее их занятие, ссылаясь на срочные дела, что не могло не расстраивать. И лишь хорошая погода и книга Шарлотты Бронте заставляла душу сиять изнутри. В конечном счёте, как-нибудь пережить выходные и не увидеть Алека было возможно. Наверно, даже так было лучше. Какой толк от вечных встреч, если они ни к чему не приводят? Помощь Магнусу больше не нужна была, он полностью подготовился к выпускным и вступительным экзаменам. Занятия для него стали скорее отдушиной и приятным времяпрепровождением, чем полезными уроками.       Бейн сидел на траве под деревом, пытаясь погрузиться в книгу и отрешиться от друзей, жужжащих вокруг, как назойливые мухи. Рафаэль и Рагнор громко спорили между собой из-за какой-то спортивной передачи, о которой азиат ни разу не слышал. Катарина сидела рядом, положив голову Магнусу на плечо и с усмешкой наблюдая за возбуждённым дискуссией своим парнем. -Ещё чуть-чуть, - прошептала девушка, - и Раг начнёт брызгаться слюной в Рафа. -Ядовитой, - заметил Бейн, откидывая книгу в сторону и прекращая тщетные попытки опуститься в мир горячо любимых героев. Он быстро пробежался глазами по злым лицам друзей и уставился на парковку. Там, среди прочих машин, стоял чёрный Ford Алека. Значит, он ещё не уехал. Может, срочные дела были в школе? Навалилось много работы, и её безотлагательно нужно было выполнить сегодня? Но он же, оправдываясь, говорил «уехать»! Бессмыслица. Наверно, это чужая машина. Да, может же в мире быть две одинаковые машины. У Александра нет смысла обманывать Магнуса или избегать его, не было же? Или азиат так сильно надоел ему, что учитель просто решил взять выходной от него?... -Что с тобой? – обеспокоенно спросила Кат, поднимая голову с плечами и прослеживая за взглядом друга. –Почему ты так странно смотришь на машину мистера Лайтвуда? -Ты уверена, что это его машина? – уточнил азиат, пропуская мимо ушей тон подруги и встревоженное выражение её лица. -Да, - нахмурившись, ответила Лосс. –Вряд ли кто-то другой ездит на такой дорогой машине. Как думаешь, сколько она стоит? -Понятия не имею, - отстранённо сказал Магнус. Материальное состояние Алека не волновало его. Конечно, по машине и дому нельзя было не заметить, что в средствах те не стеснены, но это действительно не заботило юношу. -Что случилось? – мягко спросила Катарина, положив руку на плечо другу. –Магнус Бейн, немедленно расскажи мне, что происходит! – повторила она громко и настойчиво. Кажется, слишком громко, потому что спорившие Рагнор и Рафаэль на мгновенье затихли, изумленно глядя на друзей. А в следующее уже с новой силой пытались доказать свою точку зрения. -Не кричи, - шикнул азиат. Он взял подругу за руку и, поднявшись, отвёл её в сторону. –Александр отменил сегодняшнее занятие, сославшись на срочные дела и вынужденный отъезд из-за них, - грустно сообщил Магнус. -И это всё? – удивлённо спросила Лосс. –Ты из-за этого разыгрываешь трагедию похлеще Шекспировских? -Ты не понимаешь, Кат, - вздохнул Бейн. –За этот учебный год мы стали близки. Я знаю почти всё о нём, как и он обо мне. Знаю, какое мороженое он любит. Знаю, какое первое животное у него было в детстве, и как он пережил его потерю. Его любимый цвет, фильмы, книги, музыку. Знаю, как сильно он любит своих сестру и брата, кем они работают. Могу пересказать несколько десятков смешных историй из его студенческой жизни. Но в тоже время я не знаю ничего об Александре. Не знаю его привычек. Не знаю, что он носит глубоко внутри, не показывая это. Потому что он не показывает это никому из своих учеников. И я – не исключение. Я не могу угадать по выражению его лица настоящие эмоции. Не могу по взгляду и мелким деталям понять, раздражён он или нет. Я думал, что между нами всё хорошо. Ну… насколько это может быть между учителем и учеником, что безответно в него влюбился. Но он закрыт от меня. И сейчас… а что, если нет никаких дел? Ему просто нужен был отдых вдали от меня? -Магнус, - девушка сочувственно накрыла ладонь друга своей и переплела их пальцы. Маленький успокаивающий жест. –Всем людям нужен перерыв. У всех случается эмоциональное выгорание, когда всё, что нам нужно – это побыть одному. Может, у мистера Лайтвуда что-то случилось в семье или ещё где-то, - предположила Катарина, пожимая плечами. От этого Бейну легче не стало – наоборот, он начал загоняться сильнее, бормоча: «Откуда мне знать… из нас двоих открытая книга – я». Она почувствовала укол вины и, сделав шаг навстречу, заглянула в глаза друга и продолжила. –Это не твоя вина. Ты – один из самых замечательных людей, что я когда-либо знала. Твой внутренний мир прекрасен, и однажды – очень, очень скоро – мистер Лайтвуд сможет его разглядеть. Просто поставь себя на его место. Ты – новый, молодой учитель. У тебя вся карьера впереди. И вдруг ты влюбляешься в своего ученика и осознаёшь, что чувства ответны. Как тебе вести себя? Что делать? Может, он просто дожидается твоего выпуска? -Это бред, - азиат поморщился. Если Алек действительно влюблён в него, чего точно быть не может, и знает о взаимности чувств, тогда почему не скажет напрямую? –У него есть парень, - сказал юноша ровным голосом. Когда появлялась какая-то, пусть даже призрачная, надежда на то, что он может нравиться Александру, то он повторял эту фразу, как мантру, надеясь, что однажды её смысл дойдёт до непослушного сердца. –И если бы это было так, он сказал бы мне, - слабым голосом проговорил Бейн. По крайней мере, надеялся. Он знал, что теперь слова Катарины засядут глубоко в мозге и не покинут его до, наверно, скончания веков или, как минимум, смерти Магнуса, поэтому оперативно пытался придумать поводы, почему Лайтвуд не может быть в него влюблён. Помимо, конечно же, избитой фразы, «у него есть парень». -Не обязательно, - возразила Лосс. –Предположим, он не знает, что его чувства ответны. В каком он тогда положении? Он не знает, какую реакцию от тебя следует ожидать после признания. Так он может прекратить свою работу учителем, причём навсегда, даже не начав. -Да, но.. -Никаких «если» и «но», - отрезала Кат. –Либо ты признаёшься ему сегодня же, либо я с тобой не заговорю больше никогда! -Ты такая жестокая, - притворно захныкал Магнус. Он знал, что должен сам сделать первый шаг, поэтому, отчасти, был благодарен подруге за её слова. -А вот и твой Александр-р, - Катарина подмигнула и указала пальцем на выходящего из школы мужчину. Он выглядел привычно весело. Только вот был он не один…       Около чёрной машины, облокотившись поясницей о бампер, стоял другой мужчина. Приглядевшись, Бейн узнал в нём Себастьяна. Ноги азиата подкосились, грозясь уронить тело в любую секунду. Воздух на мгновенье перестал поступать в организм, а сердце пропустило пару ударов… Алек и Моргенштерн приветственно обнялись и, сев в машину, уехали. Значит, вот они, дела Лайтвуда. Он просто поехал на свидание со своим парнем. В принципе, это подходило под описание «срочных дел, из-за которых нужно уехать». Да и это ожидаемо было, что Александр не станет проводить все пятничные вечера этого года в компании Магнуса, а не своего парня… -Нет, - заговорил Бейн. На него обернулась не только Катарина, к которой реплика и были обращена, но и проходившая мимо Тесса. Ангелы, как юноша скучал по своей подруге. В последние месяцы они почти не общались, потому что Грей полностью ушла в учёбу, редко выходя куда-то. И если выходила, то с ней постоянно был Джем, а он был на несколько лет старше девушки, и компания у них была совершенно иная. Туда же входил и Александр с Себастьяном, потому как они с Джемом были давними друзьями. -Магнус, - Тереза улыбнулась, раскрывая объятия и подходя к другу. Несмотря на всю усталость, она выглядела счастливой. –Что с тобой? На тебе же лица нет! -Я..я.. – парень запнулся, не зная, стоит ли рассказывать правду. В конце концов, о его чувствах знала только Катарина… А впрочем, это же Тесса – человек, который всегда выручал Бейна, поднимал с колен и помогал идти. –Я влюблён в нашего учителя литературы, - на выдохе сказал он, опустив глаза в пол. -Я знаю, - тихо ответила Грей, сжимая плечо друга в знак поддержки. -Что?! – Магнус был удивлён. Неужели это так сильно бросалось в глаза? –Откуда? -Я замечаю всё, - спокойно пожала плечами девушка, по-прежнему улыбаясь. –И не понимаю, почему ты ему не признался до сих пор. -У него… -Он собирался, - оборвала подошедшая Лосс. Она обнялась с Тессой. –Сегодня. -Вообще-то, я передумал, - тихо признался Бейн. Ему ли не знать, какая реакция последует. -Почему? – недовольно вскрикнула Кат. –Магнус, мы всё уже обсудили! -Это было до того, как Александр уехал отсюда со своим парнем Себастьяном! – возразил Бейн, складывая руки на груди. -Со своим парнем? – Тереза фыркнула, и на неё уставились две пары глаз, задавая немой вопрос. –Они не встречаются. Зимой ещё расстались. Себа встречается с другим, вроде. -Он изменил ему? – гнев на лице азиата слишком сложно было не заметить. В другой ситуации Тесса испугалась бы, а сейчас только прыснула и принялась объяснять друзьям. -Нет, не волнуйся. Они просто поговорили и решили, что относятся друг к другу скорее как братья, чем парни. И оба, вроде как, к моменту расставания полюбили других, но без измен, - заметила Грей, косясь на Магнуса. –Они разошлись мирно, и теперь продолжают общаться в роли близких друзей. -Тем более не буду признаваться, - неожиданно изрёк Бейн, отходя на безопасное расстояние от Катарины. –Он полюбил другого, слышала? – оправдывался юноша, обращаясь к Лосс. -Тебя, - уточнила Тереза. Пока друзья пребывали в состоянии шока, она заговорила снова. –Вы же помните Джема, моего парня? – они кивнули. –Они с Алеком друзья. И я была знакома с Алеком до его прихода в школу. Мы общаемся уже пару лет и между нами выстроились доверительные отношения. Проще говоря, я и Алек, наш учитель литературы, близкие друзья, у которых нет друг от друга тайн. Вот он и рассказал, что влюбился в тебя. Теперь понятно? -Это же замечательно, Магнус! – воскликнула Катарина, накидываясь на своего друга с объятиями. –А вот почему ты нам раньше не сказала, Тесса, это мне непонятно! – возмущённо воскликнула девушка, отстраняясь и кидая злой взгляд на подругу. -Я обещала ничего не говорить, - Грей подняла вверх руки. –Какой из меня друг, если я буду разбалтывать все секреты? -Но ты рассказала, - перебил девушек Бейн неуверенным голосом. –Почему? -Мне надоело смотреть на ваши мечтательные взгляды, которые вы бросаете друг на друга, - объяснила девушка. От этого замечания щёки азиата едва заметно покрылись румянцев. Но Кат была очень внимательная, к тому же Магнуса было не так легко заставить смутиться, так что она даже присвистнула, чем обратила на них внимание Рагнора и Рафаэля. –Серьёзно, вы как дети малые! Вам нужно поговорить. -И я о том же! – согласилась Лосс. –Теперь ты точно не отвертишься, Магнус Бейн. Сегодня же пойдёшь к Алеку домой и всё ему расскажешь! -Он уехал гулять с другом, если ты не забыла, - отмазывался Бейн. Впрочем, вышло неудачно, потому что в следующую секунду в руках Тессы оказался её телефон, а пальцы быстро стучали по экрану. На лице девушки красовалась довольная ухмылка, а глаза блестели. –Что ты делаешь? – голос слегка надломился, внутри всё сжалось комом. Юноша знал это выражение лица. -Устраиваю твою личную жизнь, - расплывчато ответила Тереза, продолжая печатать.       Магнус вмиг оказался рядом, заглядывая в экран через плечо подруги. Его глаза расширились до размеров Юпитера, когда он увидел открытый диалог с Алеком. Сообщения, отправленные ранее, прочитать не удалось: друзья общались преимущественно голосовыми сообщениями. Вот сейчас, на вопрос Грей о том, когда Лайтвуд будет дома, он записывал голосовое сообщение. Бейну захотелось спрятать голову в песок и притвориться, будто его тут нет. Но любопытство взяло верх. Как Александр вёл себя в дружеской беседе? -Тихо, - сказала девушка, запуская пришедшую смс. -Хей, - прозвучал весёлый голос Алека. На заднем фоне играл Linkin Park вперемешку с тихим мужским пением. –Не знаю, Тесс, мы с Себой собирались поехать в какой-нибудь клуб и напиться, - он заливисто рассмеялся. -Привет, Тесса! – раздался такой же радостный голос Моргенштерна. –Он шутит. Этим мы займём завтра. -Если честно, - начал Лайтвуд, - то, наверно, завтра. Или поздно вечером. Мы перевозим оставшиеся вещи Себы. Ты же помнишь, что мы празднуем его новоселье на этих выходных, да? Наверно, меня посадят за то, что я распиваю алкоголь со своими учениками и шантажирую их, но если ты не придёшь, то я скажу Джему, что у тебя проблемы с физикой, и он заставит тебя ей заниматься дни напролёт. Ты же знаешь Джема, и чем тебе эта учёба грозит, - он снова рассмеялся, а Себастьян начал в чём-то в шутку обвинять Александра.       На этом сообщение закончилось. Магнус заворожёно слушал голос Алека, пока внутри сердце разрывалось на множество частей. Александр никогда не был таким открытым с ним, таким… настоящим. Может, несмотря на то, что их чувства взаимны, всё это – не более, чем ошибка? Неудачное стечение обстоятельств?       Продолжать выстраивать цепочку из негативных мыслей не позволил телефонный звонок. Грей, усмехнувшись, приняла вызов и поставила на громкую связь, чуть вытягивая руку вперёд, чтобы Катарина и Бейн могли хорошо слышать разговор. -Тебя быстрее посадят за то, что ты врежешься в кого-нибудь на дороге из-за того, что будешь разговаривать по телефону, чем за то, что будешь пить, - вместо приветствия сказала Тереза, на что получила громкое фырканье. -Фактически, - начал Алек, - телефон держит Себа. Он просто включил громкую связь. Так что я ничего не нарушаю. -Да, Тесс, он скорее признается в своих чувствах Магнусу, чем собьёт кого-то, - добавил Моргенштерн. После его слов послышался приглушённый звук ударов. Грей залилась смехом, а Бейн покраснел. –За что? – жалобно простонал Себастьян. –Тесса, моё завещание лежит в коробке с носками, если этот псих убьёт меня сейчас, пожалуйста, обнародуй его.       Послышался звук ещё одного удара. Лайтвуд кидал в друга карандаши, ручки, бумажки – всё, что находил в машине. На этот раз парни рассмеялись. -С носками? – сдерживая смешок, переспросила Тереза. -Я уговорил Себу переложить его из ванной в куда-то более безопасное место. Кто ж знал, что безопасным местом окажется ящик с носками! – ответил Александр. –Ты придёшь на новоселье? -Конечно, - отозвалась Грей. –Как будто ты оставил мне выбор! – она притворно нахмурилась, будто Алек мог её видеть. Но ему это не нужно было, они знали друг друга слишком хорошо. -Эй, не хмурься! – тут же сказал он. –Ты не можешь всю жизнь провести за учебниками, ты и так лучшая в школе! Ладно, я хотел спросить, у тебя что-то случилось? Ну, в смысле, зачем я тебе понадобился? -Ерунда, - отмахнулась Тереза. –Хотела напиться с тобой, а ты вот так, - соврала она. Впрочем, она не ставила себе цель обмануть Алека, поэтому сказала это шуточным тоном, зная, что её поймут. -В воскресенье напьёмся, обещаю, - смеясь, сказал Лайтвуд. –Ладно, нам нужно идти. Всё точно хорошо? -Да, да. До встречи, - она сбросила вызов и повернулась к Катарине и Магнусу, слушающим этот разговор с открытыми ртами. Они знали, что эти двое общаются вне школы, но чтоб так близко… -Завтра ты идёшь к нему, - твёрдо сказала Лосс. Она первой отошла от шока. -И…и что мне надеть? – вместо возражений спросил Бейн. Во время телефонного разговора в нём бушевало столько чувств, что удалось прийти только к одному выводу: ему хотелось узнать настоящего Александра. Того, что прячется за маской Александра-учителя. Юноша умоляюще уставился на Тессу, надеясь, что та хорошо знает предпочтения своего друга. -Алеку всё равно, как ты оденешься, - пожала плечами девушка. –Но это, - она указала на кулон со стрелами, - снимать не смей. Алек обожает стрельбу из лука. И, скажу по секрету, этот кулон ему тоже понравился.       Тереза подмигнула ему, а Магнус стоял, не в силах больше сказать ни слова. Да и что говорить, когда ты вот-вот получишь то, чего хочешь больше всего?

***

      Суббота встретила Магнуса плохой погодой и криками, доносившимися с кухни. Небо заволокло серыми тучами, крупные капли дождя барабанили по стеклу. Обычно парень был рад дождю, находя в нём шанс подумать о своих проблемах. Чего уж говорить о его любви к атмосфере, которая получается, если смешать дождь, тёплый свитер, свечи и хорошую книгу. Но сегодня, именно сегодня, Бейн хотел, чтобы на улице сияло солнце, птички пели и все были в хорошем настроении, празднуя возможное соединение двух сердец. И пусть Магнус не был человеком суеверным, дурацкое совпадение в том, что он начал носить кулон, который, по идее, должен указывать на твою судьбу, тогда, когда стал ходить на занятия к Алеку, и то, что они влюбились друг друга, а Лайтвуду ещё и кулон понравился, слегка подрывало непоколебимую веру азиата в то, что каждый сам пишет свой путь, а не идёт по предначертанному. Поэтому дождь, явный признак плохого настроения для многих, заставил юношу понервничать, ведь вдруг это – знак, указывающий на исход предстоящей встречи?       Со стоном вынырнув из-под тёплого одеяла, Магнус надел домашний свитер, потому что оставаться в пижаме было холодно, тапки в виде милых панд и пошёл на звук голоса отца, всё ещё что-то кричавшего.       Оказавшись на кухне, юноша увидел привычную для себя картину: Асмодей, с раздражённым лицом и едва не брызжа слюной от ярости во все стороны, на повышенный тонах говорил что-то своей жене, тыкая ей в лицо белой бумажкой с таблицей, содержимое которой азиат с большого расстояния рассмотреть не мог. Кассандра, содрогнувшись в немом плаче, вжималась в стенку. Подходя ближе, парень услышал обрывки фраз. -И ты поощряешь это?! – вопил Бейн старший, размахивая руками в разные стороны, почти попадая кулаками по своей жене. –Ты видела, во что превратился наш сын? Как он одевается? Да шлюхи на ближайшей трассе и то одеваются в менее открытые и яркие вещи! Его вечные украшения, проколотые уши – всё это не соответствует тому, как должен выглядеть мужчина, настоящий мужчина, ты слышишь меня? Слышишь, я говорю? – он ударил Кассандру по лицу, не жалея сил. -Слышу, - всхлипывала она, не смея противоречить.       И, пожалуй, это стало последней каплей для Магнуса. Крики – это одно, но избиение собственной матери он не был готов терпеть. Тем более, что из услышанной части разговора, он сделал вывод, что причина ссоры – он сам. Впрочем, это не было новостью, потому что весь образ его жизни вызывал у его отца отвращение. И в том, что Бейн младший стал таким, Асмодей винил Кассандру, попрекая её тем, что она позволяла Магнусу двигаться туда, куда хочется ему, а не наставляла на «путь истинного мужчины». Never go back – Evanescence       Не давая себе шанса передумать, юноша уверенно шагнул на кухню. -Не смей кричать на неё, - сказал он твёрдо, чем привлёк внимание отца.       Медленно повернувшись, Асмодей, удивлённо вскинув брови, уставился на сына. Тот и прежде пытался противостоять ему, но не фразами «не смей кричать на неё» и не таким тоном. Хотел, чтобы твой сын был «настоящим мужчиной», способным постоять за себя и своих близких? Получай! -Что ты сказал? – прошипел Бейн старший, отходя от жены и делая шаг в сторону сына. –Повтори! -Не смей кричать на неё, - сказал Магнус, с вызовом глядя на отца, пока внутри него всё трепетало от осознания, что сейчас может произойти, и того, как сильно его выступление усугубило ситуацию. Но оставить маму в беде и пройти мимо он просто не мог. -Как ты смеешь, – сквозь стиснутые зубы, спросил Асмодей, - разговаривать так со мной? Ты, мелкое отродье? Решил поиграть в мужчину? Тебе не стать им, пока ты не перестанешь одеваться, как шлюха с трассы, и не выкинешь из головы дурь про актёрский факультет! Ах да, как же я забыл, - его лицо расплылось в довольной и ужасающей улыбке, не предвещающей ничего хорошего, - и пока не перестанешь влюбляться в мужчин! Ты знала, Кассандра, что нашему мальчику нравится его учитель? Более того, он, кажется, серьёзно влюблён в него и считает, что тот может отвечать взаимностью! – он усмехнулся, высокомерно глядя на сына и складывая руки на груди. Он досрочно объявил себя победителем.       Ровно до тех пор, пока не почувствовал удар, приходящийся ему в лицо, и не услышал сдавленный крик своей жены и тяжёлое дыхание сына.       Магнус ударил своего отца.       Ударил со всей силы, вкладывая туда всю свою боль, обиду и слёзы, что накопились за последние годы, вкладывая туда всего себя.       Кассандра испугалась не столько за мужа – нет, она знала, что он заслужил это, – сколько за сына, потому что предполагала, что за этим последует.       Дотронувшись кончиками пальцев до кровоточащего носа, Асмодей перевёл взгляд со своих пальцев на Магнуса. Наверно, ему следовало бы гордиться сыном за то, что тот дал отпор обидчику. Но не в этот раз. -Ты поднял руку на своего отца? – грозно прошипел Бейн старший, почти подходя к сыну вплотную. При желании он мог бы услышать его быстрое сердцебиение. –Разве это то, чему я тебя учил? -Ты учил меня не давать в обиду тех, кого я люблю, - ответил без запинки Магнус. Он нахмурился и стиснул зубы, пытаясь не выдать своё нервное состояние. -Хм, - усмехнулся Асмодей, слегка улыбаясь уголками губ. –Сделаешь так ещё раз, - ядовито сказал он, - и вылетишь из этого дома, как пробка из бутылки шампанского. Фильтруй, с кем ты разговариваешь. Но удар хороший, хвалю.       Неожиданная перемена в настроении отца совершенно выбила Бейна младшего из колеи. Асмодей что, только что похвалил его? Этого не было, пожалуй, никогда. Ни когда юноша в начальной школе приносил из школы дневник с высшими баллами, ни когда он в той же начальной школе стал лучшим борцом в своём кружке. А теперь, стоит ему ударить отца, тот сразу хвалит его? -Что ж, видимо, ты готов выкинуть всю эту дурь из своей головы? – скорее утверждая, чем спрашивая, произнёс Асмодей.       Ах вот оно что… Бейн старший подумал, что, раз Магнус дал ему отпор, то он сразу и одеваться станет «нормально», и в девушку влюбится, построит с ней счастливую семью с тремя или более детишками, и на юриста выучится.       Рассмеявшись, парень едва удержался, чтобы не повторить свой удар. -Нет, я всё ещё собираюсь краситься, ярко одеваться, носить украшения. А то, кто мне нравится, тебя не касается, - ответил он. -И как долго ты этим собрался заниматься? – спросил Асмодей. Было заметно, что он тоже себя сдерживает: желваки на лице ходили, а костяшки пальцев побелели от силы, с которой сжимались кулаки. –Неужели ты думаешь, что актёр – это профессия? Нет, дорогой мой, это – удел лицемеров, а ты, ты способен на большее, сын мой! -Актёр – это сложная профессия, папа! – крикнул Магнус. На его глазах начали выступать слёзы, которые он изо всех сил старался сдержать. –Ты думаешь, что легко полностью понять и погрузиться в мир другого человека? Легко показывать не те эмоции, которые бушуют внутри тебя, а те, которые испытывает твой персонаж? Легко изображать из себя совершенно другого человека, да так, чтобы все поверили?! -У тебя это отлично получается, - отрезал Асмодей.       Магнус, не в силах ничего больше сказать, побежал в свою комнату и закрылся там, позволив слезам взять верх. Он не понимал, чем заслужил такое отношение? Тем, что не боится показывать настоящего себя? Тем, что идёт к своей цели, несмотря на осуждающие взгляды и слова от многих людей? Тем, что любит театр и литературу и полностью хочет посвятить себя этому делу?       За дверью продолжали доноситься крики отца, но, на этот раз, не на Кассандру. Он кричал, высказывая своё мнение то по поводу сына, то по поводу жены, при этом не разговаривая ни с кем конкретно. Обычно такое заканчивалось алкоголем и очередной попыткой вправить Магнусу мозг. Кассандра уже была в безопасности. Да и в первый раз она, скорее всего, просто попала под горячую руку, потому как Асмодей редко кричит на неё и никогда раньше не поднимал руку. Он предпочитает отрываться на сыне.       Не желая пока оставаться в этом доме, Магнус быстро привёл себя в порядок. У него не было определённого плана действий, однако он знал, куда должен был сегодня обязательно попасть, не обращая внимания на плохое настроение своего отца. Застегнув на шее цепочку, юноша поправил кулон из двух стрел и, захватив с собой только телефон, покинул этот дом.

***

      Дождь на улице только усиливался. Поднялся сильный ветер, раскачивающий деревья из стороны в сторону, вырывая наиболее слабые с корнем и бросая их на дорогу. Небо заволокло чёрными тучами. Появилось ощущение, что наступила ночь, хотя часы едва пробили одиннадцать. На Магнусе, пока он добирался до дома Алека, не осталось ни одного сухого места. Идя, он думал, что сам не устоит на ногах и свалиться, подобно одному из молоденьких деревьев. Представать перед любимым человеком в подобном виде было не самой желанной затеей, но идти обратно домой не хотелось, да и когда, если не сейчас? К счастью Бейна, ему даже не пришлось подходить к дому Лайтвуда. Они встретились по дороге, когда парень почти подошёл к пункту своего назначения, а рядом проехала знакомая машина. Тонированное стекло опустилось, а дверь резко открылась. -Скорее запрыгивай, - позвал Александр.       Магнуса дважды просить в такой ситуации не нужно. Преодолев расстояние до машины, он сел на переднее сиденье и закрыл дверь. Вода с волос и одежды стекала на пол и кресло. Только тогда до юноши дошло, в какое он положение попал. -Прости, - сказал он, указывая рукой на потоп, который устроил. -Пустяки, - отмахнулся Алек. Он потянулся к заднему сиденью и достал оттуда тёплый жёлтый плед. –Держи, - он протянул его Бейну, - согревайся пока. -Спасибо, - тот робко принял плед и едва заметно покраснел. Как же ему нравилась забота со стороны Александра. -Куда ты шёл в такую погоду? – поинтересовался Лайтвуд, возобновляя движение. Дворники работали на максимальной скорости, однако это не сильно упрощало задачу, потому что видимость всё равно была почти что нулевая. То, что Алек заметил сквозь всю толщу воды Магнуса – чудо, не иначе. Или связь. -Гулял, - соврал Бейн. Не говорить же: «Я шёл к тебе, чтобы сказать, как сильно влюблён в тебя». -Гулял? – усмехнулся Александр, сворачивая к дому. –В такую погоду? – он посмотрел на Магнуса. Тот лишь пожал плечами. –Ладно. Ты не против, если пересидишь у меня дождь? -Конечно нет, - выдохнул Бейн. Его не повезут домой, это плюс. И, если Изабель ушла, есть огромный шанс признаться, пока они будут наедине.       До конца поездки оба молчали. Алек припарковал машину в гараж и мысленно ещё раз поблагодарил архитектора дома за то, что сделал гараж прилегающим к дому, и из одного помещение в другое можно было перейти, не выходя на улицу. В непогоду это сильно упрощало жизнь. -Тебе нужен душ, - сказал Лайтвуд, кидая ключи на тумбочку. –Можешь взять что-нибудь из моей домашней одежды. И, - пригрозил он пальцем, видя, что Магнус собирается что-то возразить, - это был не вопрос. Можешь выбрать любую душевую, но, по секрету, на втором этаже она удобнее.       Кивнув, Бейн взбежал по ступенькам наверх. Такая сильная забота была приятна ему.       Когда, спустя двадцать минут, Магнус спустился вниз, ища своего спасителя, в нос ему ударил запах жареного риса и овощей. Приняв это за опознавательный знак, он направился на кухню.       В который раз азиат видел, как Алек готовит, и не мог перестать восхищаться. Он думал, что профессия учителя занимает всё свободное время, потому что им нужно проверять огромное количество тетрадей, а учителям литературы с вечными сочинениями тем более. И удивлялся, что у Александра есть время на готовку. Да что там на кулинарию, на личную жизнь. -Как чувствуешь себя? – спросил Лайтвуд, заметив, что Бейн пришёл. Он выключил плиту и пересыпал содержимое сковородки в две белые тарелки, ставя одну перед парнем. -Лучше. Спасибо тебе огромное, - сказал он. –За всё, что делаешь для меня. -Ерунда, - ответил Алек, садясь за барную стойку и начиная есть. –Любой бы поступил на моём месте так же. -Не хочу тебя огорчать, - Магнус тоже присел, выбрав место напротив, - но не все. Далеко не все. Я действительно очень сильно благодарен тебе, Александр, - произнося это, он накрыл лежащую на стойке ладонь Лайтвуда своей, отмечая, как тот невольно вздрагивает, но руки не отнимает, лишь едва заметно кивая. -Не хочешь посмотреть какой-нибудь фильм? – переводя тему, спрашивает Алек. Он молится, чтобы лёгкий румянец на щеках от прикосновения Бейна не было заметно. -С радостью, - согласился азиат, продумывая в голове план признания. Вот они сядут, включат какую-нибудь драму, и когда один из героев будет признаваться другому в любви, он это сделает.       Но у Лайтвуда, видимо, были другие планы. Со словами «ты должен обязательно это увидеть», он включил Магнусу триллер «Клаустрофобы». Ни намёка на романтику. Вот тебе и идеальное признание.       Хотя, никто же не отменял прикосновения? Закутавшись в плед, Бейн положил голову на плечо Александру, поджав под себя ноги. Алек, явно довольный таким жестом, приобнял Магнуса за плечи. Простые касания, разворачивающие бурю внутри каждого, заставляя забыть о том, что они друг другу ещё так много не сказали, не сделали.       Весь фильм они сидели, не меняя положения. Не хотелось разрывать контакт ни на секунду. И, на удивление, это ощущалось, как что-то привычное, такое нужное и уютное. Такое родное. -Слушай, - начала Лайтвуд, когда на экране пошли титры, - я давно тебя кое о чём спросить хотел. Возможно, это глупо, но я всё же…       То, как Алек неловко улыбался, переводя взгляд с Магнуса на пол, теребил край пледа одной рукой, смущался и слегка покраснел, стало последней каплей. Азиат понял, что если не сделает ничего сейчас, испортит момент и даст задать какой-то вопрос, то не сделает ничего и никогда. Это было похоже скорее на инстинкты, чем на хорошо обдуманную мысль.       Магнус резким движением сократил между ними расстояние, накрывая губы Алека своими. В конце концов, что он теряет? Быть отвергнутым ему не впервой, а ждать он больше не хочет и, честно говоря, не может. Это было похоже на красочный залп фейерверка. Азиат и раньше целовался, с той же Камиллой, но именно от этих губ, от этих прикосновений начало сносить крышу и желать большего, мечтать обо всём и сразу. Александр не ожидал подобных действий, хотя и был совсем не против. Сначала он растерялся, как влюблённый подросток, после чего начал смело отвечать.       Бейн целовал робко, боясь сделать что-то не так. Но, почувствовав, что Лайтвуд ему отвечает, немного расхрабрился. Он перебрался на колени к Александру, расставляя свои ноги по обе стороны от его бёдер и сжимая их. Одну руку запустил в чёрные волосы, немного оттягивая их назад и путая ещё сильнее, а вторую положил на щёку, нежно поглаживая её пальцами. Алек обнял Магнус за талию, притягивая к себе ещё ближе. Он углубил поцелуй, проскальзывая своим языком в чужой рот, проводя им по кромке зубов и сплетаясь с другим языком в неудержимом вихре эмоций. Может, Лайтвуду следовало остановить Бейна, оттолкнуть, сказав, что пока им нельзя быть вместе. Но чувства хлынули, как из переполненного сосуда, не оставляя путей к отступлению. Слишком долгое ожидание, слишком большое желание... Горя от прикосновений, плывя от едва уловимых стонов, Магнус медленно скользнул ладонями по груди Александра, задирая края футболки и начиная поглаживать его пресс. Именно ощущение холодный рук отрезвило Алека, заставляя с неохотой отстраниться и прервать поцелуй. -Магнус, - прошептал он, глядя в прекрасные жёлто-зелёные глаза. Дыхание сбилось, волосы напоминали разбросанное по полю сено, а губы слегка припухли. - Нам нельзя. -Нельзя что? – спросил Бейн, тяжело дыша. Он убрал свои руки из-под футболки возлюбленного, робко положив их ему на плечи. После слов Лайтвуда то, что он его поцеловал, казалось безумием. А то, что его отталкивают – предсказуемым исходом. –Прости, - прошептал он. –Я просто подумал, что… ну, что всё это… значит для тебя то же, что и для меня, и я…- он сбивчиво говорил, делая в воздухе неопределённые пасы и стараясь донести свою мысль. Определённо, что после этого вечера ему будет стыдно попадаться на глаза Александру, стыдно будет за свои чувства. И, несомненно, стыдно за то, что смог поверить в то, что его чувства ответны.       Оставив попытки объясниться, Магнус хотел слезть с колен Алека и, в идеале, побыстрее убраться из дома, сославшись на то, что он вспомнил о давнем событие, которое просто нельзя пропустить. Как вдруг хватка на талии стала сильнее, буквально не давая никуда сдвинуться, и Лайтвуд, притянув к себе Бейна поближе, поцеловал его. На этот раз медленно и нежно, убеждая в том, что он имел совершенно другое. -И что это сейчас было? – прижавшись своим лбом к чужому и тяжело дыша, спросил азиат. В его голове совершенно не было идей, зачем нужно сначала отталкивать его, говоря, что «нам нельзя», а потом снова целовать, не давая при этом сдвинуться? -Ты мне нравишься, - тихо ответил Александр, расплываясь в улыбке. –Когда я говорил «нам нельзя», то имел в виду немного другое, - он провёл носом по скуле Магнуса, собирая его запах. –Я имел в виду, что нам пока нельзя пересекать черту, - он оставил поцелуй на виске парня, затем на щеке, подбородке и снова добрался до губ. –Пока я твой учитель, а ты – мой ученик. -И нам нельзя быть…? – неопределённо спросил Бейн. Пусть до выпуска и оставалось чуть больше месяца, видеть Алека, знать, что его чувства взаимны, и не иметь элементарной возможности касаться, теперь казалось невозможным.       Вместо ответа Лайтвуд резко переменил позицию, укладывая Магнуса на диван и нависая над ним сверху, расставляя руки по обе стороны от головы. Бейн не успел вздохнуть: так быстро всё произошло. Александр смотрел на него сверху вниз, его отросшая чёлка свисала вниз, почти касаясь лица азиата. Не выдержав, он запустил одну руку в чёрные волосы, неспешно перебирая их. Алек наклонился и оставил ещё один маленький поцелуй на губах возлюбленного. -Мы можем быть вместе, - ответил учитель на вопрос. –Но нам не стоит афишировать это в школе, как и появляться пока вместе в слишком людных местах. Сам понимаешь, что тогда может случиться. Я не могу принуждать тебя к такой жизни, постоянно прятаться, как и ждать до выпускного, но… мне очень хотелось бы, чтобы ты стал моим парнем. Сейчас или по…       Магнус не дал ему договорить. Он подался вперёд и заткнул своего парня поцелуем, давая ответ на вопрос. -Я хочу быть твоим парнем, - расшифровал он. –Мне плевать, что нам придётся прятаться какое-то время, плевать, что я не смогу пойти с тобой на выпускной и заявить, что ты мой парень. Я готов пройти через всё ради тебя… ради нас. Ты правда мне нравишься, Александр. И я буду большим глупцом, если упущу тебя.       Бейн провёл рукой по щеке Алека, довольно отмечая, как тот прикрыл глаза и подался навстречу прикосновениям. Видеть Лайтвуда таким нежным было чем-то новым для азиата. Чем-то новым и воистину прекрасным. -Не хочешь остаться сегодня со мной? – робко спросил Александр, смотря в жёлто-зелёные глаза, в которых был готов утонуть, погрязнуть навеки, как в зыбучих песках. -В смысле… с тобой? Здесь? В этом доме? – уточнил Магнус, задерживая дыхание. -Глупая мысль, прости, - Алек слез с Бейна, вставая на ноги. –Я понимаю, у тебя могут быть планы на вечер субботы, всё такое.. -Александр, - перебил Магнус, вставая рядом и переплетая их пальцы. Он поднял переплетённые руки и поцеловал ладонь Лайтвуда. –Я останусь с тобой.       Алек улыбнулся и снова приблизился к Бейну, целуя его в, казалось, тысячный раз за последние минуты. Но отказать себе в таком долгожданном прикосновении после стольких месяцев ожидания он не мог. Хотелось каждую секунду ощущать тело Магнуса, чувствовать его тепло, чтоб каждый миг по телу бегали мурашки от его прикосновений, а голос звучал в ушах всегда.       Оставшуюся часть дня новоиспечённая пара провела, разговаривая и целуясь. Правильнее было бы сказать, вечно целуясь и разговаривая в перерывах. Им хотелось изучить друг друга от начала и до конца, знать все детали и предпочтения, научиться предугадывать реакцию на те или иные действия.       Когда день подходил к концу, солнце давно село, и на город опустилась прекрасная, звёздная ночь, они вышли на балкон и какое-то время там посидели, смотря на небо. Алек рассказывал про созвездия, показывая их, а Магнус всё время был рядом, держа его за руку и честно пытаясь запоминать созвездия, но любоваться Лайтвудом и подмечать малейшие детали в его мимике, было гораздо интереснее.       Александр предложил Бейну занять гостевую спальню, ссылаясь на то, что не хочет давить и торопиться, но азиат наотрез отказался. Он видел, что Алек и сам этого хотел, просто смущался. И это было до чёртиков мило. Когда они, наконец, добрались до кровати, было около трёх часов ночи. Лайтвуд обнял Магнуса поперёк талии, утыкаясь носом ему в шею. Парень положил свою ладонь на чужую. -Спокойной ночи, Александр, - прошептал он. -Спокойной ночи, - ответил Алек, аккуратно и коротко целуя возлюбленного в шею.       Оба закрыли глаза, постепенно погружаясь в царство Морфея, и оба молили лишь об одном: пусть это не окажется очередным красочным сном.