Сердце со стрелой

      День перед выпускным вечером. Все выпускные и вступительные экзамены сданы, колледжи прислали всем абитуриентам ответные письма. Одни люди активно планируют свой летний отпуск и составляют планы на три месяца вперёд, другие – радуются возможности сбить режим до наиболее удобного, заниматься любимым делом, а не школьными предметами, и наслаждаться каждой свободной секундочкой с друзьями или парой. В Нью-Йорке стоял конец мая, и улицы вскипали от огромного количества людей на них.       Магнус лежал на кровати в своей комнате. Шторы плотно задвинуты, скрывая внешний мир, повсюду в беспорядке лежат пустые обёртки от шоколада, печенья, опустошённые бутылки из-под газировки, грязная одежда, косметика и клочки бумаги. В комнате царил полумрак, разбиваемый лишь тоненькой полоской света, просачивающейся в щёлку между дверью и полом. Сам Бейн выглядел не лучшим образом: потёкшая подводка, от чего у него на лице образовались чёрные круги, как у панды, они почти перекрывали круги под глазами из-за недосыпа; домашняя одежда помята и испачкана едой. Со дня сдачи экзаменов азиат не выходил из дома и старался не выходить из комнаты. За последние три недели она стала его убежищем, куда никто не мог вторгаться, как и в его душу. Никто не знал, как ему было больно и как было пусто внутри.       Магнус коснулся дрожащими пальцами холодной простыни. Другая часть постели давно уже никем не нагревалась. С того момента, как Алек покинул её три недели назад, внезапно уехав к Себастьяну, он не возвращался в неё больше. Бейн перестал носить дома что-либо, кроме тех вещей, которые в тот день, когда Лайтвуд остался, он дал Алеку, чтобы хоть чуть-чуть быть к нему ближе, вдыхать оставшийся от него запах. Правда, спустя столько времени он почти выветрился, и от него остался лишь слабый, едва уловимый аромат.       Магнус сжал вторую ладонь, внутри которой лежал красный кулон с двумя пересекающимися стрелами. Он не отпускал его больше ни на секунду, засыпая, нося с тобой весь день и просыпаясь с ним. Если раньше он считал это символом их с Алеком любви и счастливого совместного будущего, то теперь это стало чем-то вроде символа разбившихся и развеявшихся на ветру надежд. По щеке скатилась одинокая слеза, и Бейн прикрыл глаза, погружаясь в воспоминания. -Магнус, подожди! – крикнула Тесса, едва поспевая за другом.       Бейн вскочил в места в ту же секунду, как услышал слова Грей о том, что Алек в больнице. Он не потрудился уточнить, в какой больнице лежит Лайтвуда, что конкретно с ним, – просто вскочил и побежал в сторону дороги, чтобы поймать такси и поехать к Александру. Мысль о том, что с ним случилось что-то серьёзное, терзала сердце. Ему просто нужно было лично убедиться в том, что с Алеком всё в порядке, увидеть это. -Магнус, стой! – настойчивее крикнула Тереза, крепко хватая друга за локоть и разворачивая его к себе лицом. Она увидела в его глазах панику и зарождающиеся слёзы. –Тебе нельзя к нему, ты же знаешь, - мягко сказала девушка, беря друга за руки. –Представь, какие пойдут слухи, если к Алеку в больницу приедут его ученики, а не друзья или родственники. Ты не можешь вот так перечеркнуть всё.       Сердце Бейна сильнее сжалось от этих слов. Конечно, он не может поехать к возлюбленному и навестить его в больнице, потому что он его ученик, и общество не поймёт этого, обвинит Алека в насилии, принуждении, снимут с должности, и он никуда больше не сможет устроиться в качестве учителя. Магнус не мог поступить так с ним. Он с такой силой сжал пальцы в кулаки, что костяшки побелели. Он прикрыл глаза и стал считать до десяти, концентрируясь на дыхании и пытаясь выровнять его. -Ты можешь узнать, что с ним? – тихо спросил Магнус, открывая глаза.       Он разжал кулаки, на этот раз обхватывая себя руками и с надеждой устремляясь на Тессу, которая со скоростью, близкой к скорости света, печатала сообщение. Буквально через минуту телефон запищал, оповещая о новом уведомлении. Бейн еле сдержал себя, чтобы в тот же миг не выхватить его из рук Грей. -Ничего серьёзного, небольшая трещина на руке, - радостно сообщила девушка. –Изабель сказала, что это длинная и смешная история, и она обязательно расскажет нам её на выходных, когда мы все вместе соберёмся. Пишет, что если говорить кратко, то Алек и Себастьян, находясь под воздействием алкоголя, решили вспомнить молодость и опять полезли в неприятности, - хохотнула Тесса, набирая с широкой улыбкой ответное сообщение. -Что значит «вспомнить молодость»? – Магнус насторожился. Что он только не представил себе за то время, что Тереза молчала. А молчала она всего лишь пару секунд. Всё-таки странно было слышать о том, как твой парень и его бывший решили погрузиться в те времена, когда они были вместе. Волновал азиата и тот факт, что Александр сказал ему, что у Себастьяна проблемы, а они, на самом деле, выпили и решили повеселиться. Зачем Алек соврал ему? «Сделали то, что я не могу пока сделать с Александром, - с грустью и обидой подумал Бейн. –Решил не показывать, что его что-то не устраивает, вот и обманул меня». -Понятия не имею, наверно, решили петь караоке на крыше, - пожав плечами, ответила Тесса. Она подняла взгляд и, столкнувшись с глазами, полными паники и мелкого страха, по-доброму усмехнулась. –Не волнуйся, я уверена, что ничего серьёзного не случилось. Они вдвоём часто влипали в неприятности, даже чаще, чем Джейс. В какой-то момент Изабель и Джейс почти уговорили их сдать анализы на наркотики. Я тогда ещё не была с ними знакома, но представляю, как весело это было! -Когда он вернётся домой? – холодно спросил Магнус. Он нечитаемым взглядом смотрел куда-то сквозь Тессу. -Вечером, - ответила девушка, всё ещё глядя в телефон. –Слушай, Магнус, я хотела… - девушка осеклась, подняв голову на друга. Тот уже успел отойти на несколько метров и стремительно увеличивал расстояние между ними.       Магнус вытер тыльной стороной ладони подступившие слёзы и встал с кровати. Ему нужно было хоть немного развеяться и выплеснуть все эмоции, что таились в нём почти месяц, чтобы завтра на выпускном осталось лишь всё хорошее.Он пошёл в ванную, чтобы привести себя в порядок: принять душ, смыть макияж и нанести новый. Обычно это занимало не более полутора часов, однако сегодня на это Бейну понадобилось почти три. Хорошо хоть, что он предвидел это и начал собираться за почти пять часов до встречи с Катариной, и сейчас у него оставалось ещё два, чтобы выбрать наряд и дойти до дома подруги. Её родители уехали в гости до завтра, так что её дом был свободен.       Выбор Магнуса пал на простые свободные чёрные брюки и серую футболку. Он не особо понимал, откуда они взялись в его гардеробе, однако это его не особо волновало. Снимать домашнюю одежду было почти физически больно, потому что это значило пусть и на время, но прощаться с частичкой Алека. Этих частичек – одежды, кулона, воспоминаний – у него осталось ничтожно мало, чтобы заполнить пустоту, образовавшуюся в сердце Бейна после того, как Лайтвуд покинул это место, поэтому азиат цеплялся за каждую, пытаясь почувствовать любимого и представить, что всё нормально, что он в порядке. Однако это была самая настоящая ложь. Магнус был разбит и не знал, как собрать себя. Это казалось невозможным. Это чувство было в миллиарды раз хуже, чем после разрыва с Камиллой.       Из украшений Магнус надел только простенькую серебряную цепочку и, конечно же, повесил на неё кулон из двух стрел. Он просто не мог оставить его дома, не мог спрятать, несмотря на то, что и он доставлял ему нереальную боль. Украшение служило напоминанием даже не того, что всё закончилось, как обычно, а того, что он позволил себя надеяться, что в этот раз всё будет по-другому. Бейн осторожно повесил кулон на шею и, окинув в последний раз комнату взглядом, вышел из неё, натянуто улыбаясь.       К дому Катарины Магнус прибыл ровно к шести – назначенному времени. Он постучал в белоснежную дверь, и буквально через секунду она открылась. На пороге показалась Лосс в тёмно-бордовом лёгком платье до колена с неглубоким круглым вырезом. Её волосы были завиты, они струились по плечам, скрываясь за ними. На плече висела небольшая белая, в тон к босоножкам на широком каблуке, сумка. Катарина не выглядела так, как будто собиралась провести вечер дома, а скорее так, будто решила сходить в какое-нибудь кафе или клуб. Эта деталь сильно насторожила Бейна, и он уже собирался расспросить подругу, когда её лицо вытянулась в удивлении, и она начала быстро-быстро тараторить. -Магнус Бейн, что это на тебе надето? Я не видела тебя в таком скучном наряде... да никогда в жизни не видела! Самое неяркое, что ты носил за время, что я тебя знаю, это был белый костюм, просто потому, что он был обтягивающим и дополнялся кучей украшений, что делали тебя буквально сверкающим, а тут что? Серый и чёрный? И никаких украшений? Серьёзно, ты не надел ни одного кольца? Только цепочка? Слава Ангелам, хоть с кулоном и макияж есть, а то я почти набрала номер скорой помощи, потому что если ты не блестишь, то мир готов разломиться надвое! – Кат хохотнула и уставилась на друга, что не произнёс ни слова. Ей показалось, что в его глазах застыли слёзы, и она подумала, что что-то действительно могло случиться. –Проходи, - коротко сказала она, отходя от двери.       Магнус кивнул, проходя внутрь. Друзья сразу же направились на кухню, и Катарина поставила чайник, достав две чашки. Одна была голубой, на ней был нарисован белый котёнок, лежащий на спине, раскинув лапки, и вокруг были посыпаны блёстки. Азиат сразу же узнал её, потому что именно он принёс её однажды сюда, состроив при этом невероятно счастливое лицо и сказав: «Все твои чашки донельзя скучные, и меня прямо дрожь пробивает, когда ты протягиваешь их мне. Поэтому вот, отныне эта чашка поселится у тебя, чтобы мне не было так плохо, если я решу прийти». С тех пор Бейн пил, находясь в гостях у Катарины, только из этой чашки. Каждый раз она напоминала ему о счастливом времени, когда он ещё не влюбился в Камиллу, и она не успела разбить ему сердце. -Что случилось? – осторожно спросила Лосс, обхватывая ладонями свою чашку. Она даже не представляла, что могло так сильно потревожить её друга, чтобы он так сильно расстроился. Безусловно, она подозревала, что что-то не так, однако предполагала, что это связано с окончанием школы. -Мы с Александром расстались, - тихо сказал Магнус. Он смотрел в свою чашку, поэтому не заметил, как сильно удивилась Катарина. –Три недели назад, в тот день, когда он попал в больницу с трещиной в руке. Мы расстались в тот день. Демоны, я… мне так больно, Кат, ты не представляешь себе, - он заплакал, слёзы начали капать на стол, за которым сидели друзья, и Бейн зажмурился, пытаясь остановить этот бурный водопад. -Расскажешь? – мягко спросила Лосс, касаясь руки Магнуса. Ей не хотелось оказывать давление на друга, и она пыталась всеми силами показать, что не станет выпытывать правду, если Бейн захочет промолчать. Однако он кивнул и пустился в рассказ.       Шёл дождь. «Прямо как в тот вечер, когда мы первый раз поцеловались», - думал Магнус. И, по иронии судьбы, сейчас он стоял на пороге дома Алека, обхватив себя руками. Он не решался постучать и сделать шаг, потому что, вопреки своим чувствам, это должен быть шаг – нет, прыжок – назад. Он не мог и не хотел больше сдерживать Лайтвуда, отнимать у него часть жизни, пусть и осталось всего три недели до выпускного. Он не мог больше встречаться с Александром, добиваться того, чтобы тот делал вид, что ему действительно нравится быть вместе со своим учеником, с которым они не могут пойти даже на открытое свидание, не боясь, что кто-нибудь их заметит. Бейн просто собирался отпустить Алека, чтобы тот смог счастливо жить.       Магнус постучал, вслушиваясь в тишину, разбавляемую только стуком капель о землю. Он знал, что Лайтвуд дома, потому что предварительно написал ему, спросив разрешения прийти. Александра несколько удивило такое сообщение, он считал, что Бейну незачем спрашивать разрешения, он может приходить в любую секунду любого дня. Азиат едва удержался, чтобы не заплакать. Ему правда было больно от мыслей о том, что он собирался сделать.       Вскоре по ту сторону послышались шаги, и дверь распахнулась. На пороге стоял Алек. Левая его рука была покрыта гипсом и зафиксирована в одном положении. На его щеках и лбу было несколько мелких царапин, волосы в привычном беспорядке, на лице сияла улыбка, широкая и искренняя. Магнус знал, что она предназначалась ему, и живот болезненно скрутило от осознания того, что он собирается сделать. Он нервно улыбнулся в ответ и прошёл внутрь дома, не обращая внимания на то, что за ним тянулась мокрая дорожка.       Лайтвуда это тоже не особо волновало. Он, закрыв дверь, подошёл к Бейну сзади и свободной рукой обнял его за талию, прижимаясь грудью к его спине и нежно целуя в щёку. Те два дня, что они не виделись, ему действительно не хватало своего парня. Он так сильно скучал, что, не будь сегодня рабочий день, он однозначно бы закрыл дверь на все замки и весь день не отпускал бы Магнуса из своих объятий.       Магнус напрягся в руках Александра, пытаясь перебороть желание забыть о цели визита, и просто-напросто раствориться в этих ласковых прикосновениях. Он позволил обнять и поцеловать себя, позволил задержаться в этих заботливых руках себе на несколько счастливых мгновений, прежде чем сделал шаг вперёд, выпутываясь из объятий, и развернулся к Алеку лицом. Он старался не смотреть в его глаза, потому что знал, что иначе не сможет ничего сказать. -Нам нужно поговорить. Серьёзно поговорить, - тихо произнёс Бейн. Его голос не послушался и задрожал, передавая всю эмоциональную тревогу своего хозяина. -Что такое, солнце? – спросил, нахмурившись, Лайтвуд. Он сделал шаг навстречу возлюбленному и насторожился ещё сильнее, когда тот сделал шаг назад, не давая коснуться себя. –Магнус, что случилось? -Нам нужно расстаться, - быстро выпалил азиат, запуская пальцы в волосы и зажмуривая глаза. Он не знал, какой реакции ожидать, поэтому затаил дыхание. Он был готов услышать крик, даже к тому, что его ударят, хоть и не верил, что Александр мог сделать так, не верит, что он мог причинить ему боль. -Почему? – тихо спросил Алек. Он не сдвинулся с места, эти слова пронзили его, как множество мелких ножевых ранений. Однако сильнее он страшился того, какую причину Бейн может назвать. Если он разлюбил его, то Лайтвуд просто не представляет, как сможет так дальше жить. -Почему? – усмехнулся Магнус. Алека будто ударили под дых. –Александр, я.. я мог бы сказать что угодно, но правда в том, что я не могу больше так. Не могу делать вид, что всё нормально. Потому что это не так! Я готов провести с тобой хоть всю жизнь в стенах одного дома, потому что я люблю тебя, потому что ты – это всё, что мне нужно, и если ты рядом, то всё остальное не имеет никакого значения. Но ты… тебе же мало этого, я знаю. Поэтому ты и ушёл в субботу, так ведь? Тебе просто надоело весь день проводить в одном месте, без возможности выйти куда-то со мной, поэтому ты и поехал к Себастьяну, потому что с ним... с ним ты можешь выйти на улицу, не страшась, что вас увидят вместе, - юноша заплакал, продолжая говорить сквозь всхлипы и застилающую его глаза пелену. Лайтвуд ощущал настоящую боль в кончиках пальцев, не имея возможности смахнуть их и прижать к себе возлюбленного, утешить. -Это не так, и ты это знаешь, - возразил Алек. –Я ушёл, потому что Себастьяну действительно нужна была помощь, ему нужен был друг. Я тоже люблю тебя, Магнус, мне достаточно тебя. Я не хочу терять тебя, пожалуйста, не надо, - он сделал шаг вперёд и, когда Бейн не шевельнулся, быстро сократил расстояние между ними, накрывая губы Магнуса своими. Их поцелуй был нежным и медленным, с солёным привкусом слёз. Лайтвуд положил свободную руку возлюбленному на талию, притягивая его к себе ближе, а Бейн одну ладонь положил на щёку Александра, второй зарываясь ему в волосы. Он хотел в последний раз ощутить их мягкость, насладиться ей, потому что своего решения он не изменил. Несмотря на слова Алека, отвратительное чувство того, что он забирает у него свободу, никуда не исчезло.       Именно поэтому Магнус отстранился первым. Он прижался своим лбом ко лбу Лайтвуда и несколько секунд просто слушал их сбившееся дыхание. Слёзы снова потекли из глаз, и Александр бережно убрал их, целуя щёки Бейна. Азиат отстранился, понимая, что если не сделает этого сейчас, то не сделает никогда. -Прости, - прошептал Магнус, последний раз проводя по чёрным волосам и слегка взъерошивая их.       Бейн сделал шаг назад. Он посмотрел в глаза Алеку и, встретившись с прекрасными синими глазами, которые были глубже, чем море, чем Марианская впадина, осознал, насколько это действительно больно. Магнус, в силах больше здесь находится, побежал в сторону двери, выходя из дома. Он побежал в сторону своего дома, с целью снова закрыться в своей комнате, как делал это буквально неделю назад. Наверно, это уже становилось константой в его жизни. -Ты совсем идиот?! – воскликнула Катарина, дослушав историю. Она едва не вылила на себя остатки чая. Она нахмурилась и, казалось, была готова метать молнии. –Ты выдумал себе проблему, которой на самом деле нет, и бросил Алека из-за этого?! Знаешь что, Магнус Бейн, - Лосс чеканила каждое слово, сделав ударение на имени своего друга, от чего тот буквально вздрогнул, - ты завтра же после выпускного пойдёшь и скажешь Алеку, что ты идиот. Потом добавишь, что любишь его. Надеюсь, он не окажется таким же идиотом, как ты, хотя намёки на это есть, и вы снова будете вместе. -Я не пойду к нему, - запротестовал Магнус. После этих слов Катарина бросила на него настолько гневный взгляд, что он слегка съёжился и продолжил уже тише. –Я бросил его уже два раза. Оставил тогда, когда нужно было проявить силу, чтобы сохранить отношения. Ты думаешь, я действительно не порывался пойти к нему, чтобы всё исправить? Он просто больше не простит меня. Не после второго раза. Бейн всхлипнул, отрывая руки от чашки и пряча в них лицо. Он чувствовал себя настолько раздавлено, что ему хотелось превратиться в лужицу, которую никто не будет замечать, и спокойно предаться скорби по нормальной жизни. Лосс подошла к другу и обняла его, поглаживая по волосам и спине. -Простит, никуда не денется, - ответила шёпотом Кат. –Он же любит тебя. Скажи лучше мне, почему ты это сделал? Почему сбежал? Ты же даже не поговорил с ним, не рассказал о своих чувствах и страхах, а просто ушёл. -Я испугался, - между всхлипами сказал Магнус. –Я испугался, что он сам бросит меня. Просто… мы проводили выходные перед нашим расставанием вместе. Ночью он уехал, оставив записку, что Себастьяну нужна помощь. А в понедельник выяснилось, что они где-то напились, и в результате у Александра трещина на руке. Я.. я подумал… - юноша глубоко вздохнул и прикрыл глаза. Теперь, спустя три недели, причина расставания казалась ему нелепой, и произносить её было стыдно. –Я подумал, что он предпочитает Себастьяна мне, что я и отношения со мной забирают у него какую-то существенную часть жизни. Я просто боялся, что он не выдержит. -О, Магнус, - только и прошептала Катарина, крепче обнимая друга. У неё встал ком в горле от понимания той боли, что испытывал Бейн. Ей было безумно горько за своего друга, он прошёл через слишком многое, и она не хотела, чтобы он сам строил себе препятствия на пустой дороге. –Сейчас ты успокаиваешься, и мы устраиваем девичник, как и хотели, ладно? А завтра, после выпускного, когда вам уже ничего не будет мешать, ты поговоришь с Алеком, хорошо? Знаешь, выпускной в твоём случае - конец сладкого кошмара. -Спасибо, - сказал Магнус, быстро несколько раз кивнул головой. После разговора с Кат он чувствовал себя гораздо лучше.

***

      Наступил день икс. Школьный двор переполнился людьми, среди которых были выпускавшиеся ученики, их родители и родственники, а также директор и учителя, отпускавшие своих подопечных. На всех выпускниках сейчас красовались синие мантии и такого же цвета шапочки с жёлтой кисточкой. Все находились в ожидании церемонии вручения аттестатов, которая по традиции школы пройдёт на улице. Благо, погода позволяла.       Алек стоял, прислонившись к дереву, и наблюдал за классами. Это был его первый год в качестве учителя, его первый выпуск класса. Он не думал раньше, что будет испытывать такую смесь эмоций в этот день: гордость, счастье и непреодолимую тоску. Ему было безумно грустно отрывать стольких прекрасных учеников от сердца, однако он знал, что это была неизбежная часть их пути. Всё-таки они должны идти дальше, узнавать то, что школа дать им не может, набираться опыта и приближаться к заветной мечте.       Лайтвуд усмехнулся своим мыслям, тому, настолько слащавыми они были, будто ему лет шестьдесят, и он готов выйти на пенсию. Эти мысли даже не дали заметить ему приближающуюся с яркой улыбкой Клэри. Она была одета в свободную серую рубашку без рукавов, чёрный пиджак и такие же брюки; туфли серого цвета, под рубашку, были на невысоком каблуке. Из украшений на девушке были только двухъярусные серьги-конго. Фэйрчайлд встала рядом с Александром, положив ему руку на плечо. -Так быстро пролетает время, - сказала она, оглядывая толпу. В её глазах читалась тоска. –Как будто только вчера они пришли в наш класс и знакомились с нами. А теперь смотри, они готовы уйти. -Клэри, ты не преподаёшь у выпускных классов, - фыркнул Алек. –Даже если они не готовы уйти, у них нет выбора, - его взгляд пробежался по толпе, и глаза наткнулись на Магнуса. Он, несмотря на то, что был в такой же синей мантии, выглядел определённо лучше всех. Он улыбался и, сильно жестикулируя, переговаривался с Катариной, Рагнором и Рафаэлем. На секунду их глаза встретились. Улыбка медленно скатилась с лица Бейна, он перестал жестикулировать и замолчал. Лайтвуд ощутил, как по его телу пробежал ток. Он не видел своих любимых жёлто-зелёный глаз почти месяц и сейчас был готов наплевать на все правила, просто подойти и поцеловать Магнуса. Был бы готов, если бы они не расстались. Через секунду Бейн отвернулся. Катарина помахала ему рукой перед лицом, переключая всё внимание на их беседу, и азиат снова включился в неё, начиная разговаривать с прежним настроем. Будто бы ничего не случилось, подумал Александр и усмехнулся. Наверно, для Магнуса это действительно было ничем. Алек слегка нахмурился, опуская голову. При мысли о том, что Бейну может быть всё равно, внутри что-то жглось. -Хэй, всё хорошо? – тихо спросила Клэри, сильнее сжимая плечо друга. Она знала о разрыве, знала, насколько Лайтвуд чувствовал себя плохо после этого, и что он даже подумывал уйти. Она хотела помочь, однако не понимала, что могла сделать в нынешней ситуации. -Жить буду, - ответил Александр, натягивая улыбку. –Пойдём, церемония уже начинается, - сказала он, беря подругу за руку и таща её в сторону сцены и стульев. По дороге Фэйрчайлд удалось рассмешить Алека.       Церемония началась спустя несколько минут. Она открылась торжественной и формальной речью директрисы, после чего последовало вручение аттестатов. В этом выпуске было два человека, у которых вышел безупречный аттестат – Тесса, что было не удивительно с её стараниями, и Камилла. Несмотря на свой характер, девушка серьёзно относилась к учёбе в этом году и добилась желаемого результата.       Дальше начались прощальные речи учителей. Лайтвуд стоял недалеко от сцены, потому что парочку слов он хотел бы сказать, и не мог отвести взгляда от Магнуса. Тот выглядел до невозможности счастливым, что делало его ещё красивее. И Александр не знал точно, есть у его красоты предел. Тогда казалось, что нет.       Алек не сразу расслышал, что его приглашают на сцену. Только когда рука учителя истории легла на его плечо, он вышел из транса и поднялся, собираясь с мыслями.       Лайтвуд не сказал ничего нового или необычного, чего бывшие выпускники не слышали бы. Просто это была его интерпретация всем известных слов. Его глаза бегали по толпе, не останавливаясь на конкретном человеке, хотя ему очень хотелось бы обратного. После своей речи Александр, спустившись со сцены, ушёл вместе с Клэри, а выпускники отправились отмечать окончание школы в клуб.       Алек и Клэри сели в его машину и поехали к Лайтвудам домой. Для учителей выпускной тоже был праздником, означающим окончание самой тяжёлой части работы. И они собирались сегодня отпраздновать это, собравшись вместе, как делали все годы обучения в университете после летней сессии.       Когда Александр притормозил около своего дома, на парковке перед ним уже стояла машина Джейса, а дверь в дом была открыта, как и дверь на кухню, с которой доносились громкие звуки музыки и смеха. Алек и Клэри поняли, что все уже в сборе, и они прибыли последними, что для парня было довольно необычным, и подтверждало то, что он уехал откуда-то, а не из дома. -Нет, нет, нет! – услышали они звонкий голос Изабель, стоило выйти из машины. Девушка смеялась. –Саймон, верни мне муку! -Воу, воу, воу, - протянул Лайтвуда, заходя в дом со стороны двора и попадая сразу на кухню. –Что тут происходит? – он пробежался взглядом по всем кухонным поверхностям и сделал единственный возможный вывод: Изабель готовила. –Саймон, я твой должник. И не только я, ты спас жизнь всем нам, - хохотнул парень, подходя к лучшему другу и приветственно обнимая его. -Да бросьте, я не так уж плоха, - цокнула Из, закатывая глаза. –А ну расцепитесь, а то я ревную! – сказала она, втискиваясь между парнями и заключая Александра в объятия. –Привет, старший братик. -Милая, не стоит ревновать, ты же знаешь, мужчины меня не.. – начал нервно Льюис. Из прервала его, выставляя перед ним раскрытую ладонь, не разрывая при этом объятий с Алеком. -Тихо, дурень. Я не тебя ревную, - сказала Изабель, теснее прижимаясь к брату. –Алек, ты же любишь меня больше, чем всех своих неотёсанных друзей, да?       Лайтвуд рассмеялся, целуя сестру в макушку и отвечая ей согласием. Саймон удалился в гостиную, недовольно бормоча что-то себе под нос про девушек. Не прошло и двух минут, как он вернулся на кухню, теперь уже сопровождаемый Джейсом, Себастьяном и Джемом. Сначала они все поздоровались с Клэри, не решая разрушить единение Лайтвудов. И только когда Иззи недовольно выпустила брата, остальные подошли к Александру и поздоровались.       Друзья заказали себе еду на вынос из их любимого ресторанчика китайской еды, которая приглянулась им ещё на первом курсе университета, потому что ресторанчик был рядом с вузом, и разместились в гостиной, которая была способна вместить их всех. Они играли в «правда или действие», «я никогда не», просто разговаривали и много смеялись. А ещё им всем не хватало Тессы, но они не хотели ей мешать, поэтому написали всего по десять сообщений каждый. Всего-то.       Так они просидели весь вечер и половину ночи. Медленно все расходились спать по разным комнатам – уезжать сегодня никто не планировал, – и лишь самый стойкие в лице Джейса, Саймона, Джема и Алека сидели на кухне, продолжая свой вечер.       Очень плавно их диалог перетёк в обсуждение того, что Джейс хочет сделать Клэри предложение и пытается придумать идеальный вариант и продумать всё до мелочей. Он так серьёзно обсуждал настолько мелкие детали, как, например, цвет платья, что должен быть в тот день на Клариссе, что все невольно засмеялись, на что Эрондейл нахмурился, а Лайтвуд нежно улыбался. Он был счастлив, что его друг нашёл то, что искал. -А ты? – неожиданно спросил блондин, переводя тему. –Что у тебя с Магнусом? Так и не поговорили? -Нет, - отрицательно покачал головой Александр. Улыбка медленно сползала с его лица. –Он не хочет, да и есть в этом смысл? Он же ясно дал понять, что не хочет быть со мной. -Он боится, - ответил Джем так, словно это была самая лёгкая вещь на свете. –Он не уверен в себе. Он ревнует тебя. Но точно хочет быть с тобой. Может, ему просто нужно время, хотя сомневаюсь. Скорее, ему нужна уверенность в себе, ваших отношениях и завтрашнем дне. -Но у него не было поводов быть неуверенным! – воскликнул Алек. –Я не давал повода усомниться в себе или своих чувствах. -Вся эта ситуация с вашими тайными отношениями, видимо, была очень напряжённой для него. Думаю, тебе стоит попытаться поговорить с ним ещё раз, когда вы официально друг другу никто, - посоветовал Карстирс, делая очередной глоток из бутылки с пивом. -Друг другу никто, - фыркнул Лайтвуд, осушая содержимое своей бутылки. –Думаю, ты прав.

***

      Было около четырёх часов утра, когда Магнус покинул клуб. Все его друзья, даже Тесса с Катариной, остались там, напившиеся в хлам. Они продолжали веселиться, отмечая начало нового этапа жизни, и азиат до безумия хотел к ним присоединиться и утопить свои мысли в алкоголе, радуясь тому, что больше не придётся ходить в школу.       Однако была у Бейна и другая причина захотеть остаться в беспамятстве, и зовут эту причину Александр. Он не мог отделаться от мыслей о нём с самой церемонии, не мог перестать думать о том, как же он красиво выглядел, говорил. Азиат помнил об обещании, данном Катарине, и именно поэтому он сейчас приближался к дому Алека под первые лучи солнца. Он понимал, что Лайтвуд может спать – в таком случае он просто сядет на крыльцо и будет ждать, пока тот не проснётся. В глубине души Магнус, несмотря на весь свой страх, надеялся, что Александр не спит и захочет с ним поговорить. Бейн бы не захотел, он признался себе в этом честно и готовился к тому, что Алек просто закроет дверь перед его носом.       Когда он подошёл к дому, на часах было ровно пять часов. Магнус смотрел на дом, пытаясь уловить признаки жизни в нём, однако тот молчал, не желая выдавать тайну своих хозяев. Юноша глубоко вздохнул и коротко постучал, замирая. За дверью почти сразу же послышался скрип пола и звук шагов. Бейн, казалось, перестал дышать.       Дверь резко распахнулась. На пороге в одних спортивных штанах, что сидели на его бёдрах очень, очень низко, стоял Алек. Он улыбался, а на его голове был привычный беспорядок. Магнус ощутил почти физическую боль от того, что не может к ним прикоснуться.       А улыбка Лайтвуда медленно померкла. Он выпрямился, сложив руки на груди и строго посмотрев на человека перед собой. -Магнус…