Ведьма для шехзаде

Дни шли за днями. Вечерами, до прихода Яхьи-бея, мы с Михримах работали над законом, а потом я играла на пианино, чтобы никто не мог слушать их разговоры, включая меня. Я играла в основном мелодию из «Королька», которая так нравилась мне, да и госпоже тоже. После ухода Яхьи, мы с Михримах всегда задерживались, чтобы доработать кое-что, а потом шли до дворца. От разработки ли закона, который защитит её братьев, или от того, что стала хранительницей её тайны, но мы с Михримах становились ближе. Это не было похоже на дружбу, скорее на крепкое союзничество. Но мне и этого было достаточно. - Опять допоздна засиделись? – Ворчал Джихангир. - Увлеклись, прости. – Я чмокнула его в щёку, губы уколола уже отросшая щетина. - Я заходил. – Услышала я сопение. - Правда? Я не заметила. – Когда он успел-то? Вчера пришло письмо, что война окончена и войско возвращается в Стамбул. Сразу суета началась, и Джихангир, естественно, погрузился в дела. А тут заходи-и-ил… - Зато я заметил. – Потом меня развернули лицом к объекту негодования. – До меня слухи дошли. – Совершенно спокойно вещали мне, спокойно, но очень угрожающе. – Что ты с Ташлыджалы сблизилась. - Да? – Рустем решил работать дистанционно что ли? И отравил, находясь чёрте где, и слухи разносит… Мда, недооценила. Потом поймала угрюмый взгляд. - Ты ему на пианино играешь… - Мне кровожадно улыбнулись. – Ты хочешь, чтобы его казнили? - А можно я расскажу всё как есть? Только пообещай, что это останется между нами. - Ты смеёшься надо мной? – Руки сильнее сжали плечи, но больно не было. - Нет. – Вдох-выдох. – Просто пообещай, что не расскажешь никому. – Меня долго сверлили взглядом. - Ладно. – И отпустили. - Пошли, сядем. – Хмурая скала пошла за мной. Сели. – Помнишь, ты говорил, что Рустем будет нам помехой. - Как это вообще связано?! – Начали шипеть на меня. - На прямую. В том домике Ташлыджалы Яхья встречается не со мной, а с Михримах-султан. – До парня не сразу дошло. Решила разжевать. – Понимаешь, от Рустема может нас избавить только твоя сестра. Но она уверена, что Рустем нужен тебе с братьями и Хюррем-султан. Но сейчас, когда ситуация меняется… В общем, это было моей идеей, чтобы они тайно встречались у меня. А на инструменте я играю, чтобы их подслушать не могли. - Прости. – Парень выдохнул. - Ничего. Просто в следующий раз стоит меня сначала выслушать. – Я погладила его по колючей щеке. – Нам надо избавиться от Рустема. Ты сам сказал так, я и избавляюсь. Если Михримах от него откажется, его никто спасти не сможет. – Мне на плечо упала тяжёлая голова парня. - Я не подумал об этом. - Я заметила. – Хихикнула я. – Пойми, я не в том положении, чтобы что-то делать самостоятельно. Если получится убедить госпожу, дальше будет легче. Значительно легче. - Ты будешь этим заниматься и в Манисе? - Ну-у-у… Да. А что такое? - Я думал, в Манисе ты будешь заниматься мной. – И на меня лукаво так посмотрели. - Шехзаде Джихангир, чего ещё изволите? – Протянула я. А мне так просто ответили. - Прямо сейчас или вообще? – Я стукнула парня кулаком. - Очень больно. Прям убила. – Засмеялся он. - Как твоя спина? Беспокоит что-то? - А ты решила меня полечить? – Меня притянули за талию, так мы и бухнулись на кровать. - Джихангир, я серьёзно. – Насупилась я. - Всё хорошо. Я уже и забыл что такое боль. Не переживай. - Ты сегодня ночью стонал, когда на спину перевернулся. – Я поймала его подбородок и заставила посмотреть в глаза. – Ты сейчас лекаря обмануть пытаешься? Скажи честно, когда последний раз ты был на занятиях? Когда был последний массаж? - Периде. – Парень скривился. - Ложись. Сейчас я прикажу принести что нужно, и займёмся тобой прямо сейчас. Не будем ждать Манисы. - Ну Периде-е-е. - Не начинай. – Я вылезла с кровати. Попросила слуг принести то что нужно и пошла раздевать этого вредину. – Это твоё здоровье! Я тебя зачем лечила? Ты по горбу соскучился? Давай-давай, без разговоров. После болезни я сильно ослабла. Поэтому руки после массажа просто отваливались. Но я своё дело сделала. И с радостью отметила, что этой ночью он спал спокойно. *** - Госпожа. – Я поклонилась Хюррем-султан и собралась была подойти, как наткнулась на руку и гневный взгляд. Оппася! Когда я успела накосячить? - До меня дошли слухи. – А… Ясно. Тут в покои зашла Михримах. - Матушка. – Поклонилась она. - Не сейчас, Михримах. - Что-то случилось? – Она быстро кинула мне вопросительный взгляд. Я сделала круглые глаза и взглядом указала на кулон у неё на шеи. Женщина посерела. - Ничего. Мы поговорим с лекаркой и… - Могу я тоже остаться? – Спросила она. – Или это тайна? - Да нет… Не тайна. – И госпожа сверля меня взглядом вздохнула. – Присаживайся, дочка. Итак, - Снова посмотрела на меня госпожа. – Слухи. Они правда? - Какие слухи? – Умная женщина должна уметь быть дурой. - О тебе и Ташлыджалы Яхье. И не смей мне врать! – Прошипела она мне. Я решила не палить Михримах, так что в её сторону даже не дышала. - Нет. Яхья-бей получил сильные ожоги, когда спасал госпожу, они ещё не зажили. - Вот как? – Улыбнулась она. – Приведите. – Тут в покои втащили одну из моих лекарок, ту, что спорила обо мне не так давно. – Говори. - Госпожа. – Упала та на колени. – Госпожа-а-а, помилуйте! - Говори! Говори, что ты видела? – Нависла над женщиной калфа. – Говори, а то язык вырву! - Я видела, видела! Видела, как Яхья-бей поднимается в комнату госпожи Периде, он там долго всегда остаётся, музыка звучит. - Ожоги говоришь? – Впилась в меня взглядом госпожа. И тут у меня появилась серьёзная такая дилемма. Либо сдать Михримах и упустить шанс избавиться от Рустема, либо признать то, чего нет и лишиться вообще всего. Вдох-выдох, вдох-выдох. Ты девочка умная, ты придумаешь. - Вы слышали что-то о психиатрии? – Пусть прокатит, Аллах, пусть прокатит. - О чём? – Так, главное заболтать. А там уже легче будет. - Психиатрия, это одно из направлений в лекарстве. Оно связано с разумом и душой человека. После пожара, у Яхьи-бея помимо физических травм есть ещё и психические. Это довольно сложно лечить, и ещё сложнее признаться в этом. Особенно мужчине, особенно воину. Поэтому я лечу его отдельно, в тайне от всех. Очень часто в таких случаях помогают беседы под музыку. Если послушать, то мелодии повторяются. Это специально, чтобы больной чувствовал себя в безопасности… - Я ещё и ещё болтала. Вот не сильна я в психиатрии. Вот вообще, но эта мысль первой пришла мне в голову. Сказать, что я смогла убедить всех, это ничего не сказать. Даже Михримах, слушала меня с открытым ртом. Когда выходила из покоев госпожи, сердце колотилось не в груди, а в глотке. Пронесло? А если то, что я сказала используют против него… Или против Мустафы… Яхья же его самый близкий слуга. О Господи, что я натворила! - Госпожа. Госпожа, простите меня. – Меня догнала скандалистка. - Ничего, ты же не знала. – Я их всех ещё заставлю клятву Гиппократа давать! - Простите! Такого больше не повториться. Хюррем-султан она... Вы же знаете… - Знаю, все хорошо. Иди, работай. - Спасибо, Периде-султан. Аллах да не оставит Вас, спасибо! – И лекарка убежала. Интересно, она правда думала, что я её накажу?... *** - Периде, спасибо тебе. – Вечер. Бумаги. Михримах. Булочка… - Не за что. Это же была моя идея. - Но скоро вернётся Рустем. Он точно это так не оставит. - Не переживайте. Сегодня сделаем так. Закончим с документами. Вы отправитесь к себе, а я немного поиграю для Ташлыджалы. Полагаю сегодня за домиком слежка. - Неделю будет скорее всего. – Грустно сообщили мне. - Я решу эту проблему. Не переживайте. Сегодня сделаем так, а завтра я придумаю что-нибудь. - Ты уже думала по поводу Рустема? Нужен веский повод. - Я думаю, а Вы? Вы уже придумали что-то? - Я взглянула на госпожу. - Я хочу устроить всё так, чтобы обвинить его в измене. - Девушку могут казнить. – Заметила я. - Скорее всего так и будет. – Пожала плечами госпожа. Династия - люди страшные. Серьёзно. *** До приезда султана оставалась совсем немного. Я нашла выход из ситуации со слежкой. Отправляла в плаще госпожи Сечиль, а после, в плаще Сечиль, уходила госпожа. Во дворце они менялись плащами и вуаля. Мы уже закончили с подготовкой закона и всех вытекающих. Я плотнее занялась проблемой по восстановлению баланса в организме госпожи. Нашла нужные травы и начала лечение госпожи. Та стала чувствовать себя гораздо лучше. Высыпалась. С Джихангиром тоже всё хорошо. Он пьёт лекарства, я слежу за его рационом, и чтобы процедуры не пропускал. Выглядит это чудо природы просто замечательно. Мехмед мне больше не снился. И слава Богу. После последнего посещения так разозлил меня. Зараза! Сегодня же я решила собрать две летучки. Первая с моими верными сторонниками, и вторая уже с госпожами. Время поджимает, повелитель уже почти в Стамбуле. - Периде-султан. – Поклонилась мне Сечиль. - Госпожа. – Это был Али-ага. - Садитесь. – Я указала на подушки в своей комнате. Сама я сидела на тахте. Дождалась пока удивлённый ага, такого ему явно ещё не предлагали, и заинтересованная Сечиль, вот она уже меня знает, упадут на подушки, и продолжила. – Итак. Теперь слушайте меня очень внимательно. Ситуация следующая. Я и госпожи решили сделать маленький переворот. Он касается закона о престолонаследовании. Наша задача спасти всех шехзаде от смерти. Следовательно, мы готовы и к реакции, и к последствиям. От вас, милые мои, я прошу только одного. Беззаговорочной преданности и повиновения. Всё, что я буду вас просить сделать, вы будете делать. Потому что от этого будет зависеть будущее очень многих людей. Вы меня поняли? - Да, госпожа. – Сразу же ответила Сечиль. Я перевела взгляд на агу. - Да… Госпожа. – Покорился он мне под пристальным взглядом. - Вы должны быть преданны мне и только мне. Я понятно выражаюсь? - Да, госпожа. – Кивнула моя помощница. Али скоро повторил за ней. Я вздохнула. - Я не буду приказывать вредить кому-то, или кого-то убивать. Не буду заставлять вас делать что-то такое, за что потом перед Аллахом всем нам будет стыдно. – Я оглядела их взглядом. Поняла, что Али выдохнул и продолжила. – Я должна знать всё! Всё, что происходит во дворце. Все сплетни, всё! Я должна знать, как обстоят дела в санжаках у шехзаде. Что происходит в Стамбуле. Каждая весть должна проходить через меня. - Как прикажете. – Ответили почти хором. - Ещё, Али-ага, после приезда Рустема, я хочу знать каждый его шаг. Если он чихнёт, я должна знать, кто дал ему платок. Ясно? - Да, госпожа. - Сечиль. Вскоре, если всё сложится, то я и шехзаде Джихангир должны будем уехать в Манису. Али поедет со мной, а ты останешься здесь. Будешь моими глазами и ушами в Стамбуле пока меня не будет. - Да, Периде-султан. А Рустем… - К тому времени, он должен перестать быть нашей проблемой. – Надо успеть до того момента от него избавиться. Если меня здесь не будет, он очень быстро раскусит Михримах и Яхью. – Сейчас всё. Я очень надеюсь на вас. - Не переживайте, госпожа, мы всё исполним. – Али-ага поклонился мне. Сечиль повторила его жест, и, словно что-то вспомнив, очнулась. - Периде-султан, - нет, почему все меня так зовут? – Шехзаде Джихангир просил, чтобы Вы зашли к нему. - Хорошо, спасибо. – Я кивнула девушке. Та ещё раз поклонилась и вышла.