Вечность.

      Я запустила мальчиков в свой дом и пошла на кухню за аптечкой, а Лью и Джефф пошли в зал. Мой дом не такой уж и большой. Двухкомнатный частный дом, в котором срочно нужен капитальный ремонт, так как штукатурка уже сыпится со всех щелей, но не смотря на это тут очень уютно. Кухня, на которой я в данный момент роюсь и ищу аптечку, совсем не большая. Тут стоит плитка, пару столов для готовки, умывальник с кучей посудой, которую я не помыла вчера вечером, и по середине обеденный стол и четыре стула. Кухня вся в светлых тонах, что мне очень не нравится. Вместо ковра, тут ковралин, так как денег нет покупать ковры, а клиёнку, что постелена на столе, мне бабушка подарила вообще. А вот и аптечка. Я вышла с кухни и потопала в гостинную к моим гостям. Они сидели на потрёпанном временем диване, который тоже достался от бабушки, и смотрели на мой камин. В зале у меня из мебели были только диван, пара кресел и два шкафа со стеклянными дверцами полностью забитые книгами разных авторов от Стивена Кинга до Шекспира. Да, я люблю читать и поэтому в моем доме нет телевизора. Новости мне заменяет газета, а фильмы — книги на моих полках. Так же, над комином стояли 7 снежных шаров. Их мне подарил отец, царство ему небесное. Я его очень любила, но рак головного мозга его не пощадил и забрал его у меня в 13 лет. До сих пор тоскливо на душе. Я наступила на ковралин бежевого оттенка и подошла к мальчикам. — Расскажите, что там случилось? — Я села на колени на против Лью, чтобы мне было удобнее обрабатывать рану на его боку. Братья покачали головой в отрицательном жесте. — А жаль. Ну, раз не хотите, так и не говорите. Льюис Ходек, подними, пожалуйста, футболку. Мне надо обработать твою рану. — Хорошо. — Он послушно поднял футболку, что до этого была белой, а после драки стала грязной и красной от крови старшего брата. — Ай! — Когда я обрабатывала его порез перекисью водорода он стал дёргаться в попытке «сбежать», но я схватила его за коленку и попросила Джеффа придержать Лью сзади за локти, на что он согласился и выполнил наш план. Спустя 20 минут оба мальчика были подлатаны. Я, довольная своей работой, победно ухмыльнулась и пошла на кухню, а братишки за мной. — Изабелла, а зачем Вы нам помогаете? — Спрасил Льюис, садясь на один из стульев, как и Джефф. — Можно на «ты» и называйте меня просто Белла. Я не настолько стара, чтобы вы называли меня на «Вы». — Налив чай и подав его мальчикам, сказала я. — Ладно, Белла. — Хором сказали Ходек. Я удовлетворённо улыбнулась и залезла в старый холодильник. Ага, «мышь повесилась». Яснопонятно. Придётся идти в магазин или лезть в погреб за мамиными закрутками, что остались с зимы. — А всё-таки, — продолжил младший Ходек, — почему ты нам помогла, Белл? — Хах. Я не знаю. Может потому, что вы дети, потому, что мы знакомы или потому, что ваши родители бы волновались, если бы с вами что-то случилось, ну и на кройняк, потому, что у меня доброе сердце. — Я с улыбкой прижала правую руку к левой стороне груди, где бьется мое сердце. — Неужели этих причин не достаточно?       Через час или полтора мальчики пошли домой. Я их естественно отпустила и пожелала удачи. Подойдя к одному из шкафоф с книгами, я взяла Стивена Кинга «Кладбище домашних животных» и села на одно из кресел, открыла книгу и погрузилась в чтение. Это так расслабляет.       Десять вечера. Я, потянувшись, встала с насиженного мной кресла и поплелась на кухню. Заглянув в холодильник и вспомнив, что не сходила за продуктами, пошла к выходу из моего убежища. Я вышла на улицу и почувствовала прохладный ветер, что так люблю в жаркие дни. Я шла по знакомой улице в круглосуточный магазин и напевала какую-то незамысловатую мелодию с детства. Я зашла в магазин и «очнулась» уже у кассы с полной тележкой всякой всячины. И как так всегда получается? Не знаю. Выйдя из круглосуточного, пошла этой же трапой домой с полными пакетами. Пройдя совсем не много, я увидела Джеффри, что шёл мне на встречу. Он поднял голову, удивился, смутился (?!) и, улыбнувшись, подошёл ко мне. Молча взял один из пакетов и пошёл по направлению к моему дому, а я стояла в ступоре. Что это было? — Эй! Белл, ты идёшь или всю ночь тут стоять собралась? — Услышала я голос Ходека и отмерла. — Ах, да! Иду! — Я подбежала к мальчику и пошла с ним до дома. Если так подумать, я ниже Джеффа на четыре сантиметра примерно. Он где-то 162, а я 158. Обидненько. Мы одшли до моего убежища и, попрощавшись, разошлись по домам. Из-за чего-то мне было не спокойно на душе. И верно.       На следующий день я проснулась от воя полицейских сирен и плача моих соседей, а также душераздирающего крика младшего из братьев. Я выбежала на порог и застыла, как вкопанная. Льюиса сажали в милицейскую машину, родители стояли и смотрели на это ничего не предпринимая, а Джефф кричал что-то похожее на «Это был я, а не Лью! Арестуйте меня!» Когда машина уехала, то мать и одец мальчиков зашли в дом, а Джефф осел на газон и закричал. Я босеком медленно подошла к нему и, сев на колени напротив Джеффа, обняла мальчика так, как не обнимала родную мать. Мне было его жаль. — Это ведь из-за вчерашнего, верно? — Спросила тихо я, поглаживая Джеффри по его светло-русым волосам. Сквозь всклипы я разобрала невнятное «да» и, еле выпутавшись из обьятий Ходека, встала и протянула тому руку. — Идём ко мне. Ты мне всё расскажешь и я попытаюсь помочь тебе и Лью. Согласен?       Он неуверенно кивнул и взял мою руку. Мы перешли дороку и зашли ко мне. Я пошла на кухню за руку с Джеффом, посадила его на стул и поставила на плиту чайник, а также нашла успокоительное, чтобы добавить немного в чай Джеффри, так как он, кажется, ещё не успокоился и вот-вот расплачится. Сделав чай мне и гостю, я села напротив него. — Я внимательно слушаю. Постарайся не пропустить ни одну из деталей. — Серьёзно сказала я. — Хорошо. — Кивнул Джефф и стал рассказывать.