Тихое счастье

- Ты еще долго? – Чонгук заглянул в гардеробную и увидел Тэ, задумчиво стоящего у отделения с рубашками – Ну что такое, мы опоздаем! - Я не знаю… Не могу выбрать. Поможешь? - Так! Держи! – Гук сунул Тэхену в руки футболку, брюки и первую попавшуюся кофту. – А это надену я! - Но Чонгука-а-а! - Тэ развел руки с вещами в стороны и смотрел на них с улыбкой – Это твоя футболка! Он ткнул пальцем на штаны в руках младшего: - А это мои брюки! - Ой, да какая, блин, разница! Одевайся скорее! – и запрыгал на одной ноге, вылезая из домашних шорт. Тэхен, не переставая улыбаться, смотрел на Гука, на его стройные ноги, тонкую талию, крепкую оголившуюся спину, мощные руки и понимал, что хочет он сейчас совсем другого. Выронив из рук вещи, он подошел к наклонившемуся Чонгуку и провел ладонями по спине снизу вверх, слегка царапнув ногтями. Кожа макнэ покрылась мурашками и он громко выдохнул через сжатые зубы: - Ты что творишь, Тэ… - И выпрямился, обернувшись – Мы опоздаем! - а взгляд уже прилип к улыбающимся губам. – Мы точно опоздаем... – и стянул с плеча старшего старенькую майку «гуччи», лаская шею и плечо. Тэхен запрокинул голову, прикрыв глаза и Гук тут же воспользовался открывшимися возможностями. А руки Тэ уже гуляли по любимому телу… *** Собирались они уже в дикой спешке – Чонгуку еще нужно было заехать за Чимином и, подбросив Тэ к месту сбора остальных, он пересел в машину агентства - и рванули дальше. Чимин был зол, как сто чертей, крыл макнэ последними словами, а тот только прятал счастливые глаза под длинной челкой и пытался выпутать на ходу резинку из густых волос. - Айщщщ… - рванул он, в конце концов, густые пряди, – Сейчас нуна опять будет ворчать, что волосы не слушаются при укладке! На радио они прилетели уже с опозданием и злющий Чима первым пошел к гримерам. В студию две трети макнэ-лайна пришли с опозданием и разбежкой в минут пять. Тэхен все время в машине молчал, почти не слушая разговор мемберов, когда те громко обсуждали предстоящее интервью и знаменитого ведущего. Он настолько погрузился в себя и воспоминания о только что происшедшим дома, что чуть не врезался в щит в запутанных коридорах радиоцентра! Вовремя подскочивший охранник аккуратно направил его в нужном направлении, а Тэ, кажется, даже не заметил, что произошло. КимТэ, сидя уже за столом, обнаружил, что у него не застегнута молния на ширинке и постарался незаметно привести себя в порядок, время от времени бросая взгляды на двери в ожидании Чонгука. Все сделали вид, что ничего не замечают. Если бы не всевидящее око камеры. А когда ведущий сказал, что их снимают для живого эфира на ютубе Тэхен от изумления долго сидел в растерянности и потом чувствовал себя не в своей тарелке. Но постепенно процесс интервью увлек и его, сонбэним-ведущий был потрясающим собеседником, задавал хорошие вопросы, шутил и даже немногословный Шуга-хен все время улыбался и с удовольствием отвечал сонбэниму. Чонгук, как всегда, с трудом мог усидеть на месте, но развернуться ему было негде и он «играл лицом». Это было очень забавно и Тэ старался не смотреть в его сторону, слава богу, что Гук сидел в другом направлении. Зато Чонгук наслаждался вовсю. Сперва он с трудом справился с голосом, потому что начал говорить так низко, как говорил только с ТэТэ и Ким «сжевал» усмешку с губ. А потом Гуки частенько бросал на Тэхена взгляды, под покровом того, что там сидели еще и Нам с Хосоком. Оттарабанив уже привычные благодарности лидеру (они были правдой, но неполной), он скользнул глазами по Тэ, заметил его мягкий, понимающий, взгляд и продолжил говорить. На фотосессию с ведущим Чонгук подскочил последним, чтобы стать рядом с Тэ и «незаметно» прижаться к нему, потому что успел соскучиться. И уже старался не отходить далеко, пока все то снимались, то обменивались подарками. Зато для заключительного снимка уже Тэхен взял его в охапку, так они и фоткались, в обнимку. В какой-то момент Чонгук качнулся в сторону Тэ, крепко прижавшись и даже тактильный Тэхен изумленно заглянул ему в лицо, будто говоря: «Ты что, малыш?! Не перегибай палку». Со студии они уехали все вместе – все равно своя машина осталось возле агентства. Мемберы, зная что их больше не снимают, не обращали внимания на то, что ребята переплели пальцы и будто склеились друг с другом. Только Юнги-хен пару раз покосился и улыбнулся Тэхену. Шуге было приятно видеть Тэ таким счастливым, таким довольным жизнью. Когда, из-за пандемии, у них отменились все выступления, именно Ким-младший переживал больше всех – переживал за арми (читай – за полмира), переживал за мемберов (что им теперь делать?!), переживал за макнэ (тот без концертов просто серел и затухал). Тогда у Мина состоялся долгий разговор с Тэ и он попытался донести до младшего, что не надо взваливать на свои плечи все тяготы мира, что все семеро они уже взрослые и что, в конце концов, они все еще вместе и в состоянии поддержать друг друга. Тэхен слушал, все понимал, но не сразу принял все сказанное. И только постепенно погружаясь в творчество, в жизнь без вечной гонки, рядом с любимым, КимТэ стал оживать и расцветать. А рядом с ним наслаждался жизнью Чонгук. Они все чаще появлялись одетыми в похожем стиле, все реже садились раздельно, все больше взаимодействовали на интервью и трансляциях. Старшие не мешали, просто радовались счастью пары. Счастье оно всегда идет на пользу. На пользу всем. А молодость и жизнь так скоротечны…