Это самооборона

«Я ведь всё равно тебя поймаю, Кира, где бы и кем бы ты ни был! – в который уже раз устало подумал L. – Чего бы мне это ни стоило! » Лайту, расположившемуся в соседнем кресле, не надо было это слышать, чтобы понять, о чём думает детектив. Но его собственные мысли витали сейчас отнюдь не вокруг расследования. Уже третью неделю Ягами-младший не находил себе места от маниакального желания оказаться с L в одной кровати. Парня бросало в дрожь, когда детектив смотрел на него своими чёрными непроницаемыми глазами, нечаянно задевал его хотя бы пальцем или просто начинал говорить ему что-то безэмоциональным, но таким красивым глубоким голосом. В такие моменты он ещё раз и ещё прокручивал в голове воображаемые сцены их совместных ночей, изобилующих страстью, где он, Ягами Лайт, всегда сверху, как и положено богу Нового Мира, а тело любовника в экстазе выгибается под ним, и комната наполняется их стонами. Поначалу Лайта пугали такие мысли, но недолго. Он сразу понял, что избавиться от них не удастся, так как L почти постоянно находится рядом. А зачем продолжать бояться того, что всё равно не исчезнет из твоей головы? Правильно, это бессмысленно. И потому Ягами решил не рассуждать о том, откуда вдруг у него, правильного со всех сторон молодого человека, появились такие грязные помыслы, а отбросить сомнения и искать способ получить желаемое. Именно об этом он и задумался в данную минуту. – Я что-нибудь сказал сейчас? – резкий вопрос, а затем и щёлканье пальцами перед носом вернули Лайта на грешную землю. – Нет, – ответил он. – Нет? Где же ты был, Лайт? – удивлённо посмотрел на него L. – Разумом точно не здесь, потому что я уже минут десять говорю, а у тебя всё это время на лице выражение абсолютного отсутствия сознания. Ты хоть слышал, что я спросил? – А ты что-то спрашивал? L, извини, я медленно соображаю, потому что мало спал сегодня. Чуть свет – сразу в штаб. – Ясно. Я хотел узнать, ты не думаешь… – но тут взгляд детектива упал на часы. – Тебе не пора в университет? – Да, правда, пора. Спасибо, что напомнил. До вечера, – сказав это, Лайт поспешил выйти. «Странный он какой-то стал. Глаза бегают, рассеянный, беспокойный. Пожалуй, вероятность того, что Лайт и есть Кира, возрастает с 7% до 9%. А может быть, он просто втайне от Мисы завёл себе более умную девушку, а теперь опасается скандала? Что-то непонятно…» – рассуждал сыщик, поглощая очередное пирожное. *** Ягами Лайт сидел на паре в университете, но думал вовсе не об учёбе. Рука автоматически конспектировала лекцию, а мысли текли в том же направлении, в каком и обычно всё последнее время – в них прочно засел навязчивый образ L. Да что говорить о мыслях? Даже во снах присутствовала эта сумасшедшая тяга к нему. Парень закрыл глаза и начал вспоминать свой последний сон: полностью обнажённый L, лежащий на кровати в такой соблазнительной позе и так призывно смотрящий на него, что живо представив это сейчас, Лайт закусил губу до боли. В голове замелькали развратные картинки, внизу живота появилось приятное тянущее ощущение… – Лайт, что с тобой? Очнись! – его трясла за плечо сидевшая по соседству Такада Киёми. Увидев, что Ягами поднял веки и воззрился на неё, она обеспокоенно заглянула ему в глаза: – Да что случилось?! – Ничего, со мной всё хорошо. Я просто задумался, – улыбнулся Лайт. В перерыве между парами его ждало ещё одно испытание. Лучший школьник Японии, правда, теперь уже студент, стоял у окна возле аудитории, в которой скоро должна была начаться следующая лекция, и разговаривал с однокурсниками, когда взгляд его неожиданно упал на знакомую одинокую фигуру у лестницы. Лайту снова вспомнились пошлые сцены из сна, и – о, ужас! – он почувствовал, что начал возбуждаться. «Только не сейчас! Нет! – мысленно он сопротивлялся своей природе, но ничего не мог с собой поделать. – Как же не вовремя ему взбрело в голову опять за мной следить!» В это время виновник почти паники(!) самого Киры отошёл от лестницы и направился в его сторону. Лайт не знал, куда деваться. Чертыхаясь про себя, он повернулся лицом к окну и, прижавшись пахом к подоконнику, сделал вид, что очень заинтересован видом города, а сам краем глаза наблюдал за всем происходящим вокруг себя. Тот человек, который походил на детектива, оказался незнакомым студентом. Спокойно прошествовав мимо, он исчез в толпе. Внезапно Ягами не на шутку разозлился и на эту ситуацию, которая могла его опозорить, и на себя, за то, что не смог сдержаться, и на L, за то, что он просто есть. Что могли окружающие, коих на тот момент было полно в коридоре, подумать о нём, самом умном и прилежном студенте, если бы заметили его реакцию? Да что вообще, в конце концов, происходит?! Он хочет переспать со своим врагом! Такого в принципе быть не может! Но ведь это так! Что же делать? Ягами-младший постарался успокоиться и, прикрывая лекционной тетрадкой недвусмысленную выпуклость на брюках, зашёл со своей группой в аудиторию. *** «Что со мной делает этот L?! Я его ненавижу и хочу одновременно! – размышлял Лайт, идя в штаб после занятий. – Не могу больше терпеть! Стоп, – вдруг осенило его, – Кто сказал «терпеть»? Мне, богу Нового Мира, не надо ничего терпеть. Я возьму, что захочу. Раз я хочу L, значит, возьму его. Да! Он будет только моим, выполнять все мои желания и прихоти. Когда он окажется у меня в рабстве, мне уже ничего не будет грозить. А надоест – убью каким-нибудь более обыденным способом, раз его «Тетрадью» не взять. Но для начала надо куда-нибудь деть Мису. Иначе она всё испортит».