Спускай штаны, Чон Чонгук!

      — Почему я должен это делать?! — восклицал Чонгук, снимая верхнюю одежду и бросая куртку на диван.       — Потому что плохие мальчики должны отвечать за свои плохие поступки, Гукки, — выделяя каждое слово, проговорила Мари, настраивая свой фотоаппарат. — Ну-у, еще и потому, что у меня есть фотка твоего подполковника. — Она выгнула бровь и кивнула на ширинку парня.       — Мой полковник предназначался не тебе! А глупой Юре, следовало бы беречь золото, которое я ей доверил! — возмущенно отчеканил Чонгук, уперев руки в бока.       — Мой дорогой Гукки, ты сли-и-шком БОЛЬШОГО мнения… А, да неважно… — Махнула Мари рукой и продолжила разбираться с техникой. — Как только закончишь, встань вон туда. — Не поднимая головы, девушка рукой указала на диван.       Парень внимательно смотрел на сосредоточенную одноклассницу, которую никогда не воспринимал всерьез. Чуть полноватая девушка с вечным гнездом на голове и с неизменной «бигуди» на челке не вызывала у Чонгука абсолютно никаких эмоций, кроме тех, что ему нравилась её подруга — Юра. Черт бы его побрал послать фотку со своей «обнажёнкой» этой смазливой дуре! Хотелось ему похвастаться кубиками пресса и членом в стоячем состоянии. Получай теперь шантаж от этого пухлого деспота! По крайней мере, в следующий раз начнет ухаживания с букета цветов, если выпросит у матери деньги, ну, или, на крайняк, с мороженого. И пусть его объект воздыхания делится оказанным вниманием с подругами сколько влезет, это ничем, кроме хороших баллов в копилку личности, не грозило. Чон до сих пор не верил, что Мари подошла к нему после уроков, показывая фотку, где он стоял в позе статуи свободы и, плюс скрины сообщений, которые послал следом Юре. Боже, как он мог так облажаться?! Как он мог написать «это все может стать твоим, ты только звякни», «с тобой он готов стать больше». Что?! Придурок, Чонгук! Если это увидят Тэхён и Чимин, они ему прохода не дадут, всю жизнь будут присылать это в их групповой чат. Уверен, не поленятся в будущем его жене, а потом и внукам показать великие подвиги их предка! А если он не последует условиям Мари, то именно такое позорное будущее его ожидает.       Сказать, что его удивило желание девушки — ничего не сказать. «Всего-лишь хочу, чтобы ты попозировал мне на камеру» — заявила так, будто просила купить булочку с кунжутом. Да он бы упросил родительницу заказать грузовик с булочками, только бы не это!       — Чего встал?! Готовься к фотосессии, которая сделает одну очень одинокую девушку чуточку счастливее. И губки надуй. — Мари пошло улыбнулась, игриво выгибая бровь. Чонгук маленько испугался такого твердого настроя девушки на его счет. Она была похожа на старого извращенца, который, со стекающей по подбородку слюной, выбирал какое бы порно посмотреть. Парень весь скривился от образных сравнений в голове, но все же двинулся к указанному месту.       — Что теперь? Мне сесть, встать, лечь? — злобно начал спрашивать Чон.       — Встать у тебя должно кое-что другое, а ты можешь сесть. — Девушка нашла нужный ракурс и застыла в ожидании, но заметив, что Чон просто присел на диван, добавила: — Блин, Чонгук, на презенте для Юры ты был более предприимчив. — Недовольно мотнула Мари головой. — Включи весь свой животный магнитизм.       — Что ты от меня хочешь, Бён Мари?! Мне, что, голым отжаться тут? — Увидев, как загорелись глаза одноклассницы, он, выставив в отрицательном жесте ладонь, поспешно выговорил: — Даже не смей! Ни за что!       — Так хоть тигра мне покажи, порычи, что ли! Неужели на страницах журнальчиков, которые ты прячешь под кроватью, девушки истуканами стоят? — опустив камеру, проворчала Мари.       — Я тебе не Тэхён, чтобы рычать! Хочешь тигра — иди в зоопарк!       Девушка, недовольно цокая, подошла к Чону и принялась расстегивать верхнюю пуговицу его клетчатой рубашки, проговаривая:       — Вот так-то лучше, приоткроем немного завесу тайн. Мари такое, у-ух, как нравится.       Чонгук не двигался, позволяя брюнетке блуждать по его одежде руками. Он, склонив голову, в немом шоке наблюдал за счастливыми действиями извращенки.       — Можешь быть крольчонком, Чонушка. Будь самим собой. Таким ты мне и нравишься. — С улыбкой на устах, она хлопнула по открытым, ею же, ключицам парня.       Чонгук моргнул от первой вспышки фотоаппарата. Девушка продолжила щелкать, не забывая его просить менять позы или же показать ей «льва, зебру, секс, радость, одиночество». Но единственное, что способен был показать Гук, так это смачный фак, на что она лишь фыркнула и продолжила снимать.       Наконец, получив передышку от модельной славы, Чонгук откинулся на спинку дивана и, не обращая внимание на разглядывающую свои творческие «шедевры» Мари.       Девушка вдруг опустила камеру и восторженно подпрыгнула, что даже её короткая юбка от школьной формы задралась до белья. Чонгук смотрел на это зрелище поморщившись. И почему это не выглядело ни на минуту сексуально? Он видел, как этот НЕДОбегемотик, хлопая в ладошки, шел в его сторону. Парень в оборонительном жесте выставил обе руки вперед, переживая, что девушка, возомнив себя очаровательным котенком может налететь на него.       — Давай-ка, оппа-а-а, ты приспустишь чуток брюки? Мне та-а-ак нравится, когда видна полоска белья у парней, это та-а-ак горячо выглядит! — Мечтательно протянула Мари, хватая парня за руку.       — Я тебе не оппа! Ты старше меня! — Он вырвал руку из хватки сумасшедшей. — Тебя всегда в классе поздравляют за пару дней до меня!       — Но чувствую я себя на пару дней моложе. — Мари захлопала глазками. — И вообще, Гуккушка, не будь букой! Кого мне ещё называть оппой, как не парня, которому подарила свое сердце? — Недоуменно уставилась ярая дорамщица на своего одноклассника, демонстративно кладя руку на сердце и тяжело вздыхая. — Ну, так что? Как тебе горячая идея для съемок? Сожги меня дотла, Чонгук-а-а! — восторженно пропищала девушка.       — Не буду я тебе ничего показывать! Нашла себе секс-раба, тоже мне! — Недовольно фыркнув, парень встал, чтобы уйти от этого мечтательного слоника, но Мари не собиралась отступать.       — Ты не раб, Чоник. У тебя даже есть это… как его…ах да, стоп слово. В твоем случае слова — «покажи всем». — Девушка мило хлопала глазами, наблюдая как злость закипала на лице парня.       — Я найду способ припомнить тебе это, Бён Мари, вот увидишь! — Угрожающе посмотрел он на одноклассницу, медленно расстегивая пуговицу брюк. — И даже знаю как! — злобно прошипел Чонгук.       Кажется, в Мари полностью отсутствовал инстинкт самосохранения, увлеченная такой сексуальной картиной, развернувшейся перед ней. Парень, на которого она вот уже со средней школы пускала слюни приспустил штаны перед ней, пусть и не с целью добровольного соития при свечах на постели, усыпанной лепестками роз. Но какая разница?       — Надеюсь, ты не будешь дрочить на эти фотки. — Парень не шутил, когда задавал этот вопрос и, скорее, не вопрос, а утверждение с нотками надежды.       — Нет, я буду тебе дарить по одной фотке на каждую нашу годовщину, а там, глядишь, и внукам передадим наследство отца, — уверенно высказала Мари свои далеко идущие планы, настраивая объектив.       — Не буду я с тобой внуков делать! Неужели ты считаешь, что шантажом и этого добьешься? — Чонгук по-детски недоумевал действительно она такое говорила или дразнила его.       — Конечно внуков делать будем не мы, дурачок. — Посмеивалась Мари. Но смех заменился искорками в глазах, когда парень встал по стойке смирно, а белая кромка белья завиднелась из-за слегка спущенных брюк. Поняв немой намёк одноклассницы, Чонгук одной рукой приподнял черную футболку, открывая взору нижние кубики пресса. Он выжидающе уставился на Мари, выпалив:       — Не могла бы ты заняться делом, а не глазеть как озабоченный мужик?!       — Да подожди ты, Чонгук, камеру-то я настроила, а вот сама… — Она начала махать ладошкой, с целью остудиться. — Знаешь, таким, как я приходится использовать любую возможность, чтоб подобный огонь увидеть. Жизнь несправедлива… — Вздохнув, Мари начала щелкать.       — А если честно, Бён, зачем тебе это? Что ты будешь делать с этими снимками? — Уже посерьёзнев, спросил парень.       — Развешу у себя в комнате и буду наслаждаться видом того, кто мне никогда не будет принадлежать. — Пожала Мари плечами, скривив губы в горькой ухмылке. — Ну, или буду показывать подружкам в университете. Пусть думают, что мускулистый крольчонок - мой бывший парень. Кстати, я тебя бросила ради другого. — Оживилась девушка. Она отодвинула стул и присела на него, положив камеру на стол.       — Но это ведь наглое вранье! — Чонгук чувствовал себя использованным в грязных целях.       — Но им об этом никто ведь не скажет. — В хитром прищуре, Мари склонила голову на бок.       — Делай, что хочешь. Но я-то теперь могу быть спокоен за свою честь?! — Чонгук решил, что если не отводить взгляд от неё, то эффект будет положительный.       — Да, конечно, ты на славу поработал, — невинно проговорила Мари, показав большой палец. — Надеюсь, нас еще сведет судьба по воле случая… эх, буду ждать твой следующий интимный фотосет… — девушка «мило» подмигнула парню.       — Мари! Просто запомни… если фотография или эта съемка попадет в чьи-то руки, я тебя так отшлепаю, что ты месяц будешь бегать ко мне с просьбой обмазать твой жир… — Чонгук запнулся на слове, отведя взгляд от одноклассницы, продолжил: — …зад противовоспалительным кремом.       — А почему ты не требуешь удалить фотографию со своим стручком? — Кажется, парень совсем не заметил загоревшийся огонь в глазах Мари после его слов.       — Во-первых, он такой же стручок, как ты тростинка! Во-вторых, не вижу смысла этого просить. У такой как ты, наверное, хуллион копий моего члена. — Чонгук уже направился к выходу, набрасывая на себя куртку, сделав у себя в голове отметку впредь держаться подальше от одноклассницы. И даже лишний раз не нагибаться! Блять, дожил, надо беречь свой зад от девушки!       — Ага, хреллион копий и даже каждому файлу дала имя… вот сегодня родится еще одна… Принцесса Джунглей! — Мари счастливая, как никогда в жизни, стала собирать свою аппаратуру.       А у бедного Чона аж лишние кубики пресса появились от услышанного имени его достоинства. На что это она намекала? Он, что, как девчонка должен был побриться?!

***

      Чонгук ловил на себе смешливые и разочарованные взгляды учеников, которые попадались ему по пути в класс. Кто-то хихикал, кто-то тихо перешептывался. Он пытался успокоить себя, тем, что у него уже паранойя в связи с последними событиями. В этом ведь не может быть замешана Мари… или может?       Все попытки успокоиться канули в небытие, когда та самая болтливая Юри, столкнувшись с ним в коридоре, начала виновато кланяться и извиняться, поспешно убегая.       — Эй! Чонгук! — Тэхён с Чимином начали наперебой колошматить его кулаками. — Решил всему миру явить своего малыша, а нам и не сказал. Хёны для тебя шутка, что ли? — Тэхён закинул руку ему на плечо, не обращая внимание на ошарашенное лицо друга.       — Лучше бы ты сказал, Чонгук, мы бы хоть нужный ракурс выбрать помогли. А то на фотке, будто пуганный он у тебя. — Поддержал Кима Чимин. Кажется, парней совершенно не волновала ситуация, в которой оказался их друг со своим младшим дружком.       Чонгук откинул руку со своего плеча и, бросив рюкзак на пол, со всех ног побежал в кабинет, искать эту тварь, решившую испортить его жизнь!       Мысли путались, парень не знал, что будет делать дальше. Вдруг это дойдет до учителей? До родителей? Чонгук знал одно… ему надо найти этого мамонтёнка и заставить ответить за всё!       Забежав в класс, он взглядом прошелся по кабинету, но не увидев Мари, он схватил испуганную Юри и спросил:       — Где Бён?!       — Она… она… кажется п-пошла в туалет, — промямлила Юри, боясь за последствия.       Чон сжал плечо изначальной виновницы его бед, со звериным оскалом наблюдая как она вся сжималась от боли. Наконец, оставив её в покое, он быстрым шагом направился к выходу из класса, снимая с себя куртку и бросая её на парту. Из-за бега и нервов он весь вспотел и появилось желание раздеться нахрен. Раздеться? Да блять, он больше никогда в жизни не разденется!       Чонгук совершенно не сдерживал свой гнев, когда вошел в женский туалет и увидел Мари, наводящую лёгкий марафет. Эта картинка его выбесила еще больше. Стоит, значит, себе, и губки подкрашивает?!       — Тебе ничего уже не поможет, свинья! Лучше оставляй булки из портфеля за пределами своего желудка! — прорычал парень, выхватывая помаду из рук одноклассницы.       Девочка, вышедшая из кабинки, поспешно выбежала от греха подальше.       —Какого черта ты это сделала?! Я перед тобой какую-то шлюшку изображал, чтобы ты как последняя крыса не сдержала условия?! — Чонгук толкнул её.       Ударившись спиной о кафель, Мари звонко расхохоталась.       — Чонгук-а, я была под эмоциями, услышав о возможном наказании. — Бён даже не думала отводить взгляд.       — Ты совсем с катушек съехала?! Тебе кажется это всё смешным?! — Чонгук в недоумении уставился на улыбающуюся девушку. Ему хотелось плюнуть ей в лицо от раздражения.       — А что? Чон Чонгук, я уже не один день пускаю на тебя слюни и готова ухватиться за любую возможность получения внимания. — Мари начала массажировать плечо.       — Ты… ты жирная, мерзкая будущая кошатница! — Чонгук медленно надвигался на одноклассницу. — Посмотри на себя, только таким образом и можешь получить внимание, чмо! — злобно выплюнул он, стукнув Мари костяшками пальцев по лбу.       Девушку скрутил истеричный смех сквозь скатывающиеся слезы.       — Вот прикольно-то будет, когда ты узнаешь, что это не я сделала тебя известным. — Она согнулась, схватившись за живот от смеха. На самом деле стараясь скрыть горечь обиды от высказываний парня, которые тяжелым грузом легли на сердце необидчивой девушки. — Я бы такое оставила только для себя, Гукки.       Чонгук медленно повернулся к выходу, он недоумевал правду ли говорит Мари, но зная её, врать бы Бён не стала. Парень за эти секунды терзался муками совести и сомнениями после слез одноклассницы. Если не она, то кто? Опять Юри? Но сейчас вопросы отошли на второй план, Чонгуку было стыдно обернуться и взглянуть в лицо Мари, которую посмел таким низким образом оскорбить и даже толкнуть.       Он схватился за ручку двери, стоя в таком положении несколько секунд, затем обернулся и с сожалением в голосе проговорил:       — Ты не мерзкая.       — Но жирная? — Мари уже вытерла слезы и заметно повеселела.       — Н-нет… кажется, ты просто немного пухлая. — Чонгук отпустил ручку и широко улыбнулся, добавляя: — Мне кажется, мой полковник честь бы тебе отдал. — Чонгук легонько хлопнул себя по паху, прикусывая губу.       Его немного отпустила ситуация, сейчас он не злился, а забавлялся с того, как быстро может меняться его настроение рядом с этим милым слонёнком. Стоп… с милым слонёнком?!       — Тогда самое время представить меня своему подполковнику. — Мари хитро улыбаясь, совсем не изящно надвигалась на Чонгука. — Спускай штаны, Чон Чонгук!       — Мари! Он нормального размера, тебе просто не с чем сравнивать! — Возмущался парень, стараясь выбраться из крепкого захвата однокласницы.       — Так, давай я поставлю в ряд тебя, Кима, и Пака, и сравню.       Услышав свои фамилии Чимин и Тэхён, пришедшие на помощь, испуганно отбежали от двери туалета. Им совсем не приглянулась идея Бён, которую она вполне могла воплотить в жизнь, схватив их за шкирку.

***

      — Пришло время отомстить этой сплетнице, Гукки. — Мари увлеченно листала свою галерею в поисках фотки спящей подруги со слюнями на подушке.       — Нет, Мари, мы с тобой об этом уже говорили! Ей здесь еще учиться и учиться, не буду портить репутацию девушки! — Пытался усмирить свою новоявленную подругу Чонгук. — Да и прошло уже почти два месяца, зачем ворошить? — Цокнул он языком. Парень вспомнил последствия своих «ухаживаний» и выходки Юри. До родителей, как и следовало ожидать, дошло. На что отец, всего-лишь, хлопнул сына по плечу, в знак молчаливой поддержки. А мать неделю отводила взгляд от Чонгука, пытаясь свыкнуться с фактом взросления сына.       — Я её не прощу даже, когда у нас с тобой появятся все запланированные мною дети! — без возможности отступления, проговорила девушка. — Но все-таки я ей чуток благодарна… теперь у меня есть куча твоих фоток и… есть ты рядом. — Мари мечтательно положила голову на парту, на что друг лишь хмыкнул, ловя себя на мысли, что было бы неплохо чмокнуть её в покрасневшую щечку.