О ведьме. Новая история

Татьяна лежала на траве, смотрела в синее сентябрьское небо и размышляла. Мысли в голове были далеко не самые весёлые, и она даже обрадовалась, когда получила пинок увесистым сапогом в бедро. — Подъём! — бодро улыбнулась брюнетка. — Мы придумали, где вам обеим выйти с минимальным риском для вашего и нашего здоровья. — И с максимальным риском для психики… — многозначительно закатила глаза копия Ани. Сама ведьма смотрела куда-то в сторону, и одобрения в её взгляде не ощущалось. Как трудно выражать свои эмоции без слов. А уж слова юная охотница на ведьм подобрала бы. Впрочем, отражения весьма точно улавливали мысли оригиналов. На вопросительный жест охотницы её отражение пояснила: — Тут в торговом центре есть зеркальный лабиринт. Подходить к нему с этой стороны будет, мягко говоря, неприятно. Зато подкараулить с той стороны не выйдет. — Она пару секунд наблюдала за Таниной пантомимой, и продолжила. — Хочешь спросить, что тебя ждёт? Ну, как бы тебе сказать? Вот Аня бы хорошо объяснила, а я же такого не ощущаю, я — местная. В общем, там будут зеркала, расположенные напротив друг друга, что создаёт фрактальное пространство, которое многократно повторяет само себя, оставаясь цельным. Находясь в нём, ты сможешь пройти сквозь себя, вывернуться, как бутылка Клейна. Эффект временный и ненастоящий, хотя тебе будет казаться, что всё реально. Главное, ни за что не цепляйся, ни о чём не думай, ничего не старайся рассмотреть. Таня секунду подумала, поставила ладонь перед лицом, а потом вопросительно посмотрела на своё отражение. — «Стена» здесь не поможет. Ты будешь сражаться не с ведьмой, которая пытается проникнуть в твоё сознание, а с самим сознанием. Оно будет отказываться принимать фрактальный мир, точить изнутри. Но Аня тебя проведет. Я надеюсь. — И всё-таки, я против! Если тебе не жалко Таньку, то мне мою Анечку очень даже не хочется потерять. — А что ты ещё можешь предложить? Надеяться, что ведьма уже всё забыла? На минуточку, в зеркало девочки вошли в её доме. И занавеску спалили. Ты сама бы не разозлилась? Аня обрисовала в воздухе руками изящную фигуру. — Точно, — отметила Танино отражение, — вазу ещё разбили. Саму Аню никто не спрашивал, хочет ли она пройти зеркальный лабиринт изнутри. Впрочем, теперь она выглядела довольно решительно. Тряхнув золотыми волосами, она прищурилась и посмотрела сквозь деревья на зеркально отраженную вывеску, украшающую стеклянное приземистое здание. — Я думаю, — задумчиво произнесла Анино отражение, разглядывая одежду брюнеток, — что не следует вам появляться на́ людях столь… одинаковыми. Только тут Таня заметила: Аня и её отражение были разные! У них были разные прически, одежда слегка отличалась, например, кнопки на блузке у одной золотые, у другой — серебряные. Макияж у отражения куда ярче, даже другого оттенка. А вот Таня с её парой — две точные копии. Пару часов назад, когда они только сбежали из дома ведьмы через зеркало, людей на улице было мало, и никто просто не успел заметить излишнюю идентичность двух девушек. Но сейчас торговый центр в самом центре города уже наполнился людьми, и не броситься в глаза это не могло. Охотница на ведьм развела руками, недоумевая, что в этом плохого. — Представь, что нас увидят рядом. Это и так будет очень подозрительно, потому что оригинал, тот, который по ту сторону зеркала, ни одной из нас не увидит. И так придётся обходить стороной все крупные зеркала, витрины и прочее, чтобы не дай Бог, кто-нибудь не обнаружил отражений больше, чем людей. И отражение многозначительно замолчала. Всего несколько секунд отражению Ани потребовалось, чтобы достать пудреницу и раскрасить Таню. К сожалению, увидеть себя в зеркале не получилось. В маленьком круглом окошке вместо себя Таня увидела пляшущие языки пламени. Четыре девочки остановились перед вывеской «тнирибал йыньлакреЗ». Ничего необычного, самый стандартный аттракцион в самом стандартом развлекательном центре. Но Аня крепче сжала руку подруги, и решительно шагнула вперед, в арку. Они на пару с отражением синхронно протянули руки в сторону билетёрши, девочки панковатого вида, с пирсингом и татуировками. Та уставилась в одну точку на стене и замерла. «Теперь держись» беззвучно проговорила ведьма. За легкой занавеской слева и справа на стенах коридора висели зеркала. Хотя, с первого взгляда признать в этом зеркало оказалось трудновато. Мир за тонким стеклом не стоял на месте, он постоянно менялся и переливался. То острые грани, то волны. Стены, пол, потолок растворились в этих переливах, раздвинулись, и открылось огромное пространство. Город — не город. Просто нагромождение зеркальных фигур. Девочки прижались друг к другу, стараясь устоять на маленькой клеточке, сохранившейся реальности. Они остались вдвоём — ведьма и охотница. Куда делись их отражения, Таня не заметила. Пальцы потеряли контакт. Помня о предостережениях, Таня продолжала сжимать кулак даже вопреки своему ощущению, будто там ничего нет. Ей показалось, что пальцы как-то слишком изогнулись, и посмотрела на руки. Охотница замерла, завороженная тем, как её пальцы проходят сквозь ладонь. Очень интересно, а можно ли так пройти сквозь что-нибудь ещё? Вот — рядом стена. Можно попытаться проткнуть её. Почему бы не сделать это левой рукой? Она, вроде, только что была чем-то занята? Что-то в ней было зажато… Ничего нет, но это ничего обязательно надо зачем-то держать. Вторая рука же свободна. Ни ножа в ней, ни электрожезла. А зачем тут жезл? Ведьмы! Таня всё вспомнила. Две ведьмы, Аня и та другая. Анина рука — вот она, в добела стиснутом кулаке, и куда-то постоянно норовит выскользнуть. А та? Которая жила в особняке в центре города. Кто она такая? Странная ведьма. Даже имени своего не сказала, очень молодая, не старше Тани. Но явно очень сильная и опытная — смогла подчинить Аню своей воле, без усилий пробилась сквозь защиту наивысшего уровня. Не сходится. Два года назад Таня напала на свою нынешнюю подругу Аню как раз потому, что та была совсем девчонкой и серьёзной угрозы не представляла. — Ведьмы, — голос учителя странно звенел, — разные. Одни сильнее, другие опытнее. Появлению учителя Таня не удивилась ни капли, но очень обрадовалась. Без него разобраться было бы теперь трудно. — Их сила разная от рождения? — И да, и нет, — он немного помолчал. — Это как музыкальный слух. Дар менять пространство и время есть у всех ведьм, но одни развивают его от рождения, тренируются каждый день, а другие ленятся или даже боятся его. Впрочем, некоторая предрасположенность тоже имеет место. Очень ярко разница не проявляется, просто бывают ведьмы, которым учиться не составляет труда, а бывают и такие, которые над каждым новым колдовством трудятся в поте лица. Вот твоя подруга Аня — она ведьма в третьем поколении, её с пелёнок воспитывали как ведьму. Ей не было трёх лет, а она уже могла осознано и направлено менять мир вокруг себя. Из неё в скором времени вырастет очень сильная ведьма, и тебе крайне повезло, что она тебе не враг. Опять Тане стоило удивиться, ведь она никогда учителю про Аню не говорила, а если он знал сам, то почему ни слова не сказал раньше? Она спросила: — Значит, эта — такая одарённая и развитая? Учитель улыбнулся, чуть что не смеялся: — Снова: и да, и нет. Она не одарённая, вполне обычная, средняя, если такое вообще можно говорить про ведьм. Зовут её Екатерина, имя врага надо знать. А вот её родословной никто не знает, может, её мать тоже была ведьмой, но это вряд ли. — Но почему она такая сильная? Когда и где могла набраться опыта девчонка? — Я думаю, Татьяна, ты и сама знаешь ответ. — Но… Учитель резко дернул за руку и перебил: — Никаких «но». Пора просыпаться. — Зачем просыпаться? — наконец смогла удивиться Таня. — Я же не сплю! Учитель уже исчез. Кто-то другой сильно тянул Таню вперёд, прямо в стену. Она моргнула, и стена стала прозрачной, а ещё через секунду исчезла совсем.