Back of my mind

Сейчас в комнате не видно ничего, кроме светящихся голубым неоном электронных часов на прикроватной тумбочке. Пришлось плотно сдвинуть шторы и закрыть жалюзи — полнолуние никогда не давало ему спокойно уснуть. Люцифер немного приподнимается на локтях, чтобы рассмотреть время. Два пятьдесят шесть после полуночи. Просто замечательно. Ему жарко лежать полностью раздетым на прохладных темных простынях; ещё бы, конец августа выдался на удивление адски горячим. Завтра, а если быть точным, то уже сегодня ему нужно встать пораньше, чтобы отправиться на собеседование. Будильник на телефоне заранее был поставлен на шесть утра, но от этого почему-то становится немного не по себе. Он не привык просыпаться так рано, не привык ставить эти чёртовы будильники. И. он совершенно не привык ходить на работу в качестве обычного офисного работника. Дорогой и любимый отец лишал его всех трудных условий, сразу же устраивая на высокие должности в своей компании. Но в один прекрасный день, а точнее неделю назад Люциферу надоело всё, что происходило в его жизни. Он уже не сидел у папочки на шее, к двадцати пяти годам успев купить себе квартиру в огромном Нью-Йорке, но заработал то на нее у отца в компании. Его дико бесило собственное положение, и хотелось доказать себе, что он может добиться всего, чего только захочет, и заткнуть все амбиции и желания разом. Он переворачивается на живот, пряча лицо в подушке и пресекая на корню попытку зарычать от разочарования. Пальцами тянется к своим волосам, немного оттягивая черные пряди. Как же он ненавидит шерстить собственные мозги. И, по-хорошему, надо бы встать и выпить горячительных напитков да покрепче, чтобы не думать ни о чем, но приходится вспомнить, что ещё вчера днём он избавился от своей коллекции коньяка и виски, отдав её лучшему другу. Люцифер пообещал себе, что больше не будет увлекаться подобным снотворным, а Ади был очень не против забрать себе ящик спиртного, что было старше него самого на несколько лет. — Блять, — он вздыхает и понимает, что сон на сегодня отменяется окончательно. Хочется взять телефон и позвонить Ади, чтобы тот всё-таки припёрся к нему с коньяком, посидеть и отогнать назойливые мысли за разговором об очередных поклонницах рыжеволосого, но он обрывает себя, вновь бросая взгляд на часы. Друг если и возьмёт трубку сейчас, то точно убьёт позже за такое пробуждение, а Люцифер хоть и был мудаком, но не настолько. В голову внезапно приходит мысль, что неплохо было бы отвлечь себя самого, а за неимением алкоголя и седативных под подушкой, которые он благополучно забыл купить, ничего лучше собственной теплой ладони он не находит. Обо всем остальном он подумает позже, а быстрая разрядка никому ещё не мешала. Да и в последнее время это помогает ему не хуже тех самых успокоительных. Люцифер прикусывает щёку изнутри, медленно опуская руку на шею, продолжая вести ниже к груди и слегка приподнимая торс, просовывая её между собой и шёлковыми простынями. Мысли о работе, собственных амбициях и обо всем прочем сразу же отправляются на затворки сознания, заставляя его нервно выдохнуть от возбуждения. Он ещё даже не коснулся себя, дышать становится труднее, возможно, из-за неудобного положения, но ему хорошо. Приходится стянуть простынь со смуглой кожи на спине — настолько ему жарко становится. Он даже на мгновение представляет как выглядит со стороны — чертовски горячие божественные мотивы. Полностью обнажённый выгибается на большой кровати, цепляясь одной рукой за её изголовье, а второй наконец-то касается себя, раздвигая ноги шире. Люцифер сквозь собственный тихий вздох слышит, как падает рядом с кроватью простынь, шёлком разбиваясь о мрамор. А дальше всё происходит будто под водой.

***

У него прекрасно получилось отключиться сразу же после оргазма, но сейчас слушая раздирающую голову и заодно его душу мелодию будильника, Люцифер хочет только провалиться в сон снова, посылая всё и всех к чертям собачьим. Два часа отдыха слишком мало, чтобы можно было воплощать свои желания и мечты в реальность. Какое собеседование в таком состоянии? Спустя несколько минут внутреннего конфликта, он зевает и всё же решает подняться с кровати. Радует только то, что он не проспал, а вот головная боль стучит в висках с такой силой, что Люциферу кажется, что его внутренние демоны пытаются сбежать от придурковатого хозяина, что по ночам вместо сна занимается дрочкой. Кофе, что наспех было сварено на плите, уже остывает в чашке, пока брюнет мечется от ванной до спальни и обратно, в поисках геля для укладки волос. Он готов сейчас проклинать абсолютно всех в том, что ещё вчера не купил нужные вещи, но только не себя. В любом случае угрызения совести за собственную забывчивость можно послушать и после собеседования. Люцифер обязательно должен выглядеть идеально, а иначе он и не может. Каждый раз удивляясь с того же Ади, которому утром хватает простого умывания и вот он уже превосходный красавчик, сражающий всех окружающих наповал. В любой, мать его, одежде и с любой причёской. Он мог бы сказать то же самое и о себе, неоднократно слыша комплименты, но не сегодня. За окном погода вроде бы приличная, и Нью-Йорк даже не накрыт серыми тучами, что удивительно для начала сентября. Это заставляет Люцифера немного улыбнуться, и настроение уже поднимается. Он отрывается от окна на кухне и идёт с чашкой кофе в руках за необходимыми документами для собеседования, когда слышит стандартную мелодию звонка. — Алло? — мельком замечая время на экране, что до выхода у него ещё минут двадцать в запасе точно есть, он расслаблено отвечает на звонок. — Доброе утро, малыш, — Люцифер сразу же узнает хитрющий голос хитрющего владельца, неспеша делая глоток почти полностью остывшего кофе, и морщится, — как спалось? — Отвратительно, зайчик, — он отвечает в той же манере, а спустя мгновение закатывает глаза и цокает языком, — я же просил не называть меня так, Ади! Документы в порядке лежат на столе, потому что это единственное, что он смог сделать вчера в качестве подготовки к собеседованию. Собирая всё, что нужно в черную матовую папку, Люцифер придерживает телефон плечом, успевая снова отпить горького кофе, блять, кажется, он забыл добавить сахар, и слышит раздающийся в трубке заразительный смех. — Мудак, — Ади перестаёт смеяться, громко вздыхая, — удачи с новой работой. Надеюсь, тебе не придется уйти в эскорт, если тут не возьмут, — он говорит совершенно серьезно, делая свой голос более строгим, и Люцифер даже на мгновение пытается вдуматься в каждое слово, пока снова не слышит приглушённое хихиканье, — я буду скучать. Они работали вместе в офисе отца, их кабинеты были расположены напротив, и Люцифер тоже будет скучать по этой надоедливой заднице, что работой казалось не занималась вовсе, каждый день зависая в его кабинете. — Ну я же не на другой континент улетаю работать, — Люцифер кидает папку с документами на кровать, взглядом пробегаясь по комнате в поисках ключей от машины и кошелька, — мы будем видеться столько, сколько душа пожелает, дорогой. Вся нервозность улетучивается, как только он слышит этот голос. Да, Ади придурок, но он хороший придурок. Ещё никогда он не отказал ему в поддержке, даже не задавая лишних вопросов, как и в этот раз. Ади не заставлял его остаться и не обижался на то, что Люцифер внезапно захотел уйти из нагретого родителем местечка. Он все прекрасно понимал и сам. — Сегодня вечером мы идём в клуб, и это не обсуждается, — Люцифер не успел даже начать возмущаться по этому поводу, потому что связь тут же оборвалась. — Вот же ублюдок. Ади самая раздражающая рыжая задница однако, а не лучший друг, но Люцифер всё равно неосознанно улыбнулся. Телефон спустя пару секунд завибрировал, показывая новое уведомление о сообщении. «Сам такой :)»

***

Либо это снисхождение транспортных богов, либо Люциферу сегодня очень везёт. Пробок в обычно заполненном машинами Нью-Йорке сегодня почти нет, или же он очень старательно их избежал. Дорога выдалась спокойной, пока по радио крутили популярную музыку, на которую он не обращал никакого внимания, прикручивая звук до минимума. Он приезжает к высокому зданию вовремя, как раз успеет ещё изучить парковку и оставить машину где-то недалеко. И как только он выворачивает руль влево, чтобы повернуть на эту злосчастную парковку, под машину практически вылетает какой-то парень. Точнее не парень, а олень. Кажется, он только вылез из такси. Люцифер постукивает пальцами по рулю и смотрит в упор на этого человека. Тот выглядит немного испуганно, отчего у него округлились глаза — натуральный олень. Приходится открыть окно и вылезти через него, придерживаясь за крышу машины, дабы привести блондина в чувства. Да, кажется, у него пшеничные волосы. — Может быть свалишь с проезжей части, идиот? Он знает, что это звучит грубо. Знает и немного прикусывает нижнюю губу, потому что не хотел говорить так резко. Но нервозность от предстоящего собеседования немного портит его настроение, заставляя срываться на других. Да и вообще, этот парень-олень действительно идиот, потому что это чёртова парковка, он что не видит, где стоит? К слову, тот так и продолжает топтаться на месте, немного раскрыв рот. Люцифер мельком пробегается по нему взглядом, и парень оказывается очень красив, на самом деле. Светлые волосы собраны в аккуратный высокий пучок, лишь две пряди свисают по бокам возле лица, сверкающие голубые глаза и пухлые губы. И ему приходится набрать немного больше воздуха в лёгкие, чтобы прекратить пялиться так сильно. — Ты глухой что ли? — он вновь пытается заставить этого оленя отойти, и тот, кажется, понимает, что виноват в сложившейся ситуации и немного неловко прокашливается, кивает и отходит левее.

***

Припарковавшись, Люцифер зашёл в огромное здание, направляясь в лифт. Что это за выдумка богатеньких людей располагать свой офис на одном из последних этажей? Хотя отец у него с таким же грешком. Он тут же зажмуривается в попытке отбросить мысли об этом, потому что раздражаться сейчас не хотелось вовсе. Ему бы не помешало хорошее расположение духа, дабы не так натянуто улыбаться будущему начальству. Но, скорее всего, судьба та еще сучка, потому что после него в лифт буквально залетает тот парень-олень, и Люцифер не может не закатить глаза. Понабирают всяких. идиотов, а тебе с ними работать потом. Он снова осматривает парня, и на этот раз не может сдержать ухмылки, но тут же одёргивает себя. — Тебе на какой? — небрежно спрашивает Люцифер, а парень-олень не обращает на него никакого внимания, и это порядком начинает раздражать. — Ты слышишь меня вообще, алло, редакция? Парень, наверное, понимает, что в лифте больше никого нет, и заставляет себя оторваться от изучения папки с документами в руках. Он резко оборачивается и ошарашенно смотрит на Люцифера. — Ты? — О, ну, значит не глухой. Этаж говори свой, — Люцифер усмехается, явно довольный его реакцией. Ему нравится смотреть на удивление людей, которое он сам же и вызывает. — Предпоследний, — говорит парень, и очень тихо, так, чтобы Люцифер не услышал, добавляет «придурок», прокашливаясь и вновь отворачиваясь на бумаги. Люцифер сдерживает смешок, потому что он всё же услышал, но решил промолчать. Он сразу нажимает на кнопку нужного этажа и понимает, что ему туда же. Вау, а ведь он оказался прав, когда подумал, что будет работать с этим парнем.

***

Кто бы мог подумать насколько он будет прав. Люцифер стоит посреди кабинета директора, хмуря брови и поджимая губы. Папка с его документами лежит поверх той, что была в руках у милого блондинчика, заставляя напрячься. — Что ж, молодые люди, подведём итог, — мистер Уилсон, а именно так зовут директора, стоит возле кресла обтянутого кожей, странного бежевого цвета, что заставляет Люцифера поморщиться. Он сложил руки в замок, и теперь опирается ими о спинку кресла, подкатывая его ближе к столу, — Вы оба нам подходите по предоставленным резюме и отзывам с прошлых мест работы, — мужчина делает акцент на второй части предложения и смотрит на Люцифера, чуть приспустив очки на носу. Очевидно, думает он, папочка постарался в своих речах, описывая его как лучшего работника вселенной. Брюнет поворачивает голову в сторону парня с парковки, изучая его эмоции. Он выглядит спокойно и смотрит совершенно холодно в ответ, от удивления и следа не осталось. — Дино, у вас прекрасные навыки в анимации и стиль рисунков, которые вы предоставили очень понравился главному редактору, — мистер Уилсон улыбается краешком губ и теперь смотрит лишь в сторону парня-оленя, заставляя Люцифера немного сжать челюсть. Им обоим сразу же предложили войти в кабинет, как только Люцифер понял, что не он один сюда направлялся. Остановившись возле секретаря, чтобы сообщить о том, что он пришел на собеседование, его нагло перебили. — Здравствуйте, Валери, — предусмотрительно слегка нагнувшись и напрягая зрение, чтобы разглядеть имя секретаря, произнес Дино хрипловатым голосом, — я был записан на собеседование к мистеру Уилсону на девять. Люциферу требуется несколько секунд, чтобы подавить в себе желание как минимум толкнуть этого Дино в плечо, избегая дальнейшей драки и всех последствий. Он глубоко вдыхает и приветливо улыбается брюнетке за столом, подключая всё своё обаяние, — да, Валери, я тоже был записан на девять. Прошло сорок шесть минут с того момента, и Люцифер нервно следил за временем, постоянно поворачивая руку с часами к лицу. Как оказалось, не он один метил на место в компании, занимающейся анимацией детских мультфильмов и иллюстрациями для журналов и книг. Диплом художника, лежащий на полке под горой рисунков, напомнил о себе, как только ему захотелось сбежать от отца и среды беспощадного бизнеса. Теперь ему правда нужно было воплотить в жизнь хотя бы одно из своих собственных желаний, не поддаваясь уловкам папочки. И он знал, что рисует очень хорошо, уж по крайней мере лучше, чем занимается сложными махинациями и экономическими расчётами. Мистер Уилсон прокашливается, вновь обращая внимание на себя, — вы оба будете приняты на испытательный срок. По его истечению я приму решение, кто из вас получит должность главного художника, в зависимости от того, кто за месяц покажет мне лучший результат. Приступите с понедельника, а сейчас вы свободны, если у вас нет вопросов, разумеется. Люцифер кивает, сжимает руки в кулаки и слышит, как Дино прощается и пулей вылетает за дверь. Никто не говорил, что будет легко.