Не все случайности случайны.Том 1.Империя Шумер.

Сегодня Алкеалол был необычайно довольным. Ему, Архимагу Шестидесяти Знаний, лучшему демонологу Шумера, а также одному из лучших дуэлянтов в его почти девяносто, уже мало что могло доставить удовольствие. Но сегодня у него выдался очень даже удачный день. Во-первых, после долгого путешествия, он наконец-то вернулся в родной дворец, милый сердцу Шахшанор. Алкеалол очень любил это место и отказался бы жить где-либо еще. Во-вторых, он вернулся с победой. Его старый враг, могущественный касситский Архимаг Руаджан, пал от его руки. Алкеалол еще раз подтвердил свою славу могучего мага и подогрел свое самолюбие. Ну, а третья отличная новость состояла в том, что его никчемный сын вместе с невесткой таки его не подвели. Как ему сообщил управляющий, наложница его сына произвела на свет сразу двух мальчиков. Правда, роды она не пережила, но это мелочи. Главное, что у него, Алкеалола, теперь есть сразу два внука. Хотя он не до конца понимал, что с ними делать. Это как если ты рассчитывал получить слиток золота и многие годы планировал куда ты его потратишь, но тут внезапно судьба одаривает тебя сразу двумя и ты понятия не имеешь, что делать с таким богатством. Он хотел, чтобы его внук был Архимагом и Верховным магом Шумера. В то время как с тем, чтобы стать Архимагом, проблем он не видел, он ещё и отлично понимал, что в одно время может быть только один Верховный. Судьбы же братоубийцы для своих внуков он не желал. В тяжких мыслях он зашел в детскую комнату. Мальчики лежали в разных колыбелях. Вокруг них было несколько рабынь — именно они будут воспитывать детей в первые пару лет. В конце концов, возня с детьми — это не мужское дело. На вид они вообще никак не отличались, но взглянув на их ауры, Алкеалол сразу заметил различия. Аура может многое рассказать о ком бы то ни было. Даже о неживых предметах. И найти двух обладателей полностью одинаковой ауры фактически невозможно. Даже у новорожденных близнецов она разнилась. У одного ребенка аура периодически мельтешила вспышками пламени и необузданными вихрями эмоций. Этот явно пойдет в своего деда. Алкеалол мечтательно улыбнулся представляя, как его внук будет убивать своих врагов и приказывать демонам. Это определенно будет неплохо. У второго же поток ауры был очень ровным, а эмоции перескакивали с одной на другую, как будто скрываясь от кого-то. Архимаг помнил такую ауру. Вернее помнил кое-кого, кто мог иметь подобную ауру в детстве. Его дед, Кируру, второй в их родословной Архимагов, был очень хитрым и изворотливым человеком, который редко повышал голос, но всегда мог добиться своего, при этом его оппоненты были уверены, что они сами пришли к подобному решению. Архимаг магии разума — это очень опасный и коварный противник, но увы, как и многие грани искусства, магия разума не прощает ошибок. Тело его деда было умерщвлено, ибо разума в нем уже не оставалось. Отбросив неприятные воспоминания, Алкеалол задумался: — Какие имена мой сын дал детям? — спросил он у рабынь. — Господин Креол нам не сообщал. Он уже видел детей и дал распоряжения насчет похорон, но насчет имен мы ничего не знаем. — Ответила ему одна из рабынь. Лицо Алкеалола резко потемнело. В приступах ярости его лицо резко чернело. И он намеревался выплеснуть всю эту ярость на своего непутевого сына: — С возвращением, отец, кто эти дети? — его сын, Креол, встретил его на выходе из детской. Алкеалол про себя устало вздохнул. Его сын не был плохим человеком, по его меркам. Не убивал младенцев, не присягал демонам и был верен Императору. Однако старого Архимага очень уж сильно раздражала выборочность его памяти. Тот был очень выдающимся элементалистом и в свои шестьдесят девять лет уже был Архимагом — элитой Шумерской гильдии. Для подобного достижения нужно иметь отличную память, живой разум и предельную концентрацию — и этого у его сына не отнять. Но увы, эти качества распространялись только на элементалистику. Все остальное легко избегало его внимания и терялось из его памяти. — Это твои дети, — раздраженно сказал Алкеалол, — нужно дать им имена. — У меня есть дети? — непритворно удивился Креол, — это странно, я бы запомнил что-то подобное. — Конечно у тебя есть дети, идиот! Наверное, я тебя мало лупил жезлом в детстве, раз ты такой тугодум! — лицо старого Архимага снова налилось чернотой. — Последний раз после моей взбучки ты наконец-то женился, может и сейчас поумнеешь! Креол напряг лоб, и заходил желваками. — Да, припоминаю нечто подобное. Ну хорошо. Тогда пусть их зовут Креол. — Обоих? И это твое имя! Не мог придумать что-то другое? — чернота сошла с лица Алкеалола, но он все еще был на взводе. — Тогда вот он, — он ткнул на того ребенка, что был ближе к нему, — будет Креолом, а второй Алкеалолом. Старый Архимаг поперхнулся воздухом. Но ничего возражать на это не стал. Хоть он и понимал, что ребенку дали первое попавшееся имя, но все равно был польщен. Он даже не знал, чему больше: тому, что его сын смог не забыть его имя за то время, что они не виделись, или тому, что ребенка назвали в его честь. — Слушать меня внимательно, навозные черви! — крикнул он на рабов, — Запомните имена детей, и обращайтесь к ним только по их имени! Эти двое — будущие владыки Шахшанор и Архимаги! Обращаться со всем почтением, и не дай Мардук с ними что-то случится! Рабы почтительно склонились и не разгибались, пока Архимаг не покинул комнату. Дураков проверять что сделает с ними лучший демонолог Шумера не было, да и эти рабы служили их семье уже многие поколения, поэтому дополнительные инструкции, пожалуй, были излишними. Дети в семьях аристократов, и особенно в семьях магов, воспитываются рабами вплоть до того, как их не начнут учить или управлению уделом, или магии. А до того времени, что наступает не раньше отрочества, до юных дворян и магов их старшим родственникам никакого дела нет. Разве что происходит что-то экстраординарное.