Пришел, ругнулся - Турция!

Автор находится в какой-то неопределенной грани между стыдом и бешенством. Весьма неприятное чувство, надо признать. Как только глава была готова, соавтор-братюня мой сильно приболел. В какой-то момент, Автор хотела сама выложить главу, но чисто принципиально не смогла. Дальше сплошная каша: болезнь соавтора; моя учеба; учеба соавтора; отключение интернета у меня, переезд в другой город на некоторое время; снова болезнь соавтора.. И сейчас все более или менее нормально, только братюня вновь в больнице.. у Авторши серьезно потрепаны нервишки, но от себя я говорю - нещадно кидайте тапки и помидоры в мою рожицу, чтоб не повадно было. А Кате пожелайте скорейшего выздоровления. Что ж, приятного вам чтения, ребят. если кто-то еще вспомнит об этом фике и тем более оставит отзыв.. я его задушу в обнимашках и зацелую, аки маманьку родную. Да. Поехали! ____________________________________________

Все задницы не перекусаешь, некоторые хотелось бы попросту надрать. Светлана Жданова "Лисий хвост или По наглой рыжей моське"

POV Алекс - Ты че все рассказал?! - Ты че все рассказала?! Мы одновременно схватились за головы, так же, как и сказали. Господи, учила ж меня мама: «Не гунди по чем зря!». Мудрая женщина… - Ах ты предатель белобрысый! Мы же договаривались! – заорала Настя, от чего я даже оглянулся по сторонам и затащил ее в номер. - Да кто бы говорил, три центнера справедливости! Сама языком трещишь, как… как… - я запнулся. Тьфу, у меня даже слова пропали! Настя скорчила гримасу: - Что «как»? Словарный запас кончился? Иль от поноса словесного излечился?! - Да уж излечишься с такой как ты, прямо пучит! Несколько секунд Настя вгрызалась в меня испепеляюще-ледяным взглядом, а я, в свою очередь, не мог отступить. Черт, ну и глаза у нее... когда захочет - так леденит одними зрачками. Невольно в одной уязвимой точке ноет и зудит, да прямо хочется, поскуливая, выкопать себе место для гробика. Бр-р, кажется, холодно мне. Наконец, Настя вырубила свой "переносной холодильник" и мы каким-то образом одновременно плюхнулись задницами на кровать, с облегчением вздыхая. Как говорит мой мудрый батя: "У дураков не только мысли, еще и действия сходятся". - Сложно мне было что ли язык за зубами держать… - вдруг прошептала Настьдзилла. Я мотнул в ее сторону головой: - Да и я тоже хорош. Еще эта Люся с биологическим отклонением башки. Мозги набекрень встают от его "бодяги пресноводной" или "губки туалетной"... ладно бы сам выдумывал, так эта фигня реально существует! - я и сам не заметил, как разговорился. Дожили, врагу жалуемся, Санечка. Ладно хоть, что не разболтал "слизня голубого". Настя прыснула в ладошку: - Да ты бабой в брата пошел, я смотрю. - Ну, я, по крайней мере, не нахватался узколобости у псины своей подружки. - Не тронь Флая. Это гордое и очень умное существо по сравнению с тобой, ущербный. - Ну раз я такой тупой, то и посообразительней тебя буду. Логично же? – я рассмеялся, смотря как Настьдзилла непонятливо хлопает ресницами. Бальзам на мою душу. С ароматом лаванды и горной свежести. Внезапно до нее дошло… И она медленно встала… - Ну-ка иди сюда, сообразительный мой, - мягко так произнесла Настя. Ух ё, не нравится мне это выражение лица!.. - С хрена ли? – опасливо спросил я. - Да вот я думаю тут своей тупой башкой, чем мне затолкнуть твою сообразительность в твой же зад. – она деловито постукала пальцем по подбородку и как бы невзначай обратила свое внимание на фен, стоящий на тумбочке. – Ах, ты посмотри какая подходящая вещица! Еще и поток воздуха будет подталкивать… Ладно, понеслось… …Прямо в меня. И фен понесся, и подушка, и пульт, и… в общем, перечислять долго. Да и не разглядел как-то, когда прикрывался стулом. Да и думать, знаете ли, трудно, когда тебе в голову зарядили… зарядкой зарядили, во! И по-моему, от ноутбука. Но больше поражали нелестные эпитеты в мой адрес. У нее че, обострение осенью на болезнь "Алекс, тебе трында"?! Я такое даже выговорить не смогу. В итоге, с целью самозащиты, мне пришлось выбежать в коридор, попутно ловя… свои трусы?! Что за нахрен? Как она вообще их откопала?.. Я недоуменно начал разглядывать свои трусы, что выглядело, мягко говоря, странно. А грубо говоря - будто баран разглядывает труселя и раздумывает: "Жрать или не жрать?". Вот в чем вопрос! Эпичней некуда... Проходящая мимо девушка чуть не заржала в голос и поспешно пробежала вперед, удерживая сдавленные смешки. Ну, эта... кровососка оленья. Выучил в свое время. И все же биология - веселая наука! - Ну и зачем мне здесь труселя?! – крикнул я в сторону двери. Из-за нее приглушенно послышался голос Насти: - На голову надень, разницы все равно не будет! Я кое-как запихнул трусы в карман шорт и потопал в сторону номера Лехи. Мысли о мести уже перекрывали все остальные, и я не особо сопротивлялся этой привычке. А вообще она еще и журчалка большеголовая!

Женщина — мера всех вещичек. Аркадий Давидович

POV Настя - Разбросал труселя тут свои, понимаешь ли… вот и попал под горячую руку! – бурчала я, расставляя мебель, вещи и предметы на законные места. Пусть теперь шурует к сестричке своей дембельной. Мне блондинистые утырки тут не нужны. Ох, как я зла! Я присела на кресло около балкона и вздохнула. Так, надо вспомнить что-нибудь хорошее, приятное… ага, есть такое. Помню, вылила пузырек валерьянки на куртку Алекса и он потом с такой непонятливой рожей ходил, чего, мол, кошки к нему чуть ли не на руки добровольно прыгают. Подчеркиваю, кошки, не коты. Я на это только хмыкнула. Лишний раз убедилась - кобель кобелем (весь в брата). А вообще за свою выходку я тоже сполна отплатила... вся школа шугалась от запаха тухлой селедки. Он ее, видите ли, утром в мою шапку засунул пока меня не было, ну и протухла рыбка-то к концу дня. А я с дуру и с насморка надела шапку на голову. Дня четыре волосы воняли, как завод по производству фекалий с примесью заплесневевшей ухи. Я тихо захихикала, вспоминая лихой восьмой класс. Затем посмотрела на ультра-желтые наручные часы и вздохнула. До обеда еще час. Шоколадку что ли пожевать? Хм, да у меня железная логика! Только я хотела встать, как дверь в номер распахнулась и в нее буквально влетела Ленка. Подруга сразу начала что-то тараторить, поэтому даже половины «рассказанного» я не смогла разобрать. Честно, какие только манипуляции я не делала со своими ушами, чтобы разобрать эту кашу звуков. Хм, пора бы прекратить это насилие, пока мое правое полушарие окончательно не оглохло. И так работает не «айс», да еще эта сирена на изящных ножках (с послушным песиком в комплекте) посылает в ушную раковину слова, похожие на ультразвук. - Так, села быстро!!! – приказным тоном заорала я, перебивая визг подруги. Она не села, а скорее осела. Более спокойно я продолжила: - А теперь говори, чего хотела. - Ну, ты только не ори больше так, ладно? – испуганно покосилась на меня Лена. - А ты дельфина не пародируй, ушные перепонки мои не вечные, - съязвила я по привычке. – Зачем пришла-то? Подруга встрепенулась: - А! Короче, сидела я, вычесывала Флая и тут вспомнила, собственно, за каким фигом мы сюда приехали. Так что натягивай купальник и шуруй вниз! До моря тут не далеко, на автобусе, один доллар стоит. Мне на ресепшене сказали. Давай-давай, чего расселась-то? - отчеканила она. Мне стало неловко. - Ну… понимаешь… - я глубоко вздохнула, готовясь к жесткой взбучке, - у меня как бы и нет его… - Кого? – похлопала ресничками подруга. - Ну того… этого… как его там… купальника. - ЧТО??? Началось… Вернее, началась лекция о моей полнейшей безответственности и беспардонности моей бессовестной особы. Глаза как-то рефлекторно закатились. Не, мало того, что мне дома беременная мамаша по телефону мозги промывает (иногда такое чувство, что в голове гланды есть и их периодически вырезают без наркоза), так еще и за границей нравоучительница нашлась! Тьфу, злые вы, уйду я от вас… - Знаешь что, моя дорогая? Тебе стоит сейчас бежать от меня о-очень далеко и долго. - Э-э… - я, тяжело сглотнув, решилась медленно ползти по кровати назад. Подруга начала угрожающе наступать, что мне отнюдь не понравилось. И тут… - Ай! Мать твою через собачью печенку! - Что такое Насть? Ударилась? – тут же подбежала к моему безвольно лежащему тулову Лена. Я потерла больной затылок, мысленно прикидывая, какого размера будет шишка. Опыт, собственно, был и немалый, поэтому такие расчеты я по привычке делаю (много их у меня). «Сантиметра три» - недовольно отметила я и зло пнула кровать ногой. Подруга начала нервно осматривать мой затылок. А самая хитрожопая часть меня, - мягкая такая и не всегда удачливая, - готовилась к старту из номера. Три, два, один… - Гуськом, Настенька, гуськом! – нарочно искажая букву «г», я рванулась вперед из номера. - Ах ты ж Бонифаций голозадый! – приглушенно послышалось из помещения. А хренушки вам! Фирсовы не сдаются. Особенно на пытки выбора шмотья.

***

Я обиженно надула губы и уставилась в окно автобуса. И где она так быстро бегать научилась?! - Значит так, - шлепнула подруга по тонкой ножке, - сейчас мы едем до Анталии, как ты поняла, и выбираем тебе хороший купальник, может и два. Ах да, и шлепки заодно. - Э! Я на это не подписывалась! – запротестовало все мое нутро. - А нефиг было смываться с места преступления. Это за моральный ущерб не в пользу следствия. - М-да уж, ущерб этот я вам отплачу троекратно… - буркнула я, представляя, как буду шляться за Ленкой по всей Анталии. У нее ж на шмотки мозги заточены! А вот мой мозг пострадает при этом. Серьезно так, с процентами. - А на кого ты Флая оставила? – вдруг вспомнила я, переставая глядеть на меняющиеся картинки в окне. - Там услуга такая есть, в отеле. Мне конечно страшно не хотелось его оставлять, но с песиком нас ни в один магазин не пустят. - Ну, знаешь ли, если ты захочешь, тебя и с мамонтом лысым пустят. - Может быть… хотя, с лысым – это вряд ли. Я показательно хмыкнула и вновь принялась смотреть в окно.

***

И началась БОЙНЯ! Лена таскала меня к каждой витрине, каждой вывеске. Честно говоря, даже я порой засматривалась на красоту Анталии. Конечно, здесь не так, как в России. Улицы чистые, люди, будто назло постоянно улыбаются и разговаривают. Где-то я заметила кучку танцующих ребят, они посвистывали и хлопали «выступающему». Как ловко он выворачивался в танце, я просто не успевала следить! Или моя шмоточная фурия начала тащить меня еще усерднее? Боже, сколько тут света! Ну, в основном от вывесок и витрин. Я уже перестала жалеть о том, что решилась поехать в город вместе с Леной. Но эйфория, как вы уже наверняка догадались длилась недолго. Она внезапно завизжала: - А-а, ты посмотри какой огромный торговый центр! Мы обязаны туда зайти! Я отчаянно взвыла. Порой, люди выбирают себе друзей, как пьяные (в смысле, вообще бухие в ноль), слепые кроты. Но не глухие. К сожалению. Эх, прощай, жизнь, местами ты была справедлива... Мне пришлось поправить сумку на плече, чтобы она не слетела, ибо эта светленькая маленькая РАКЕТА рванула с места действительно как ракета. - Лена, руку оторвешь! – предупредила я, пытаясь поспеть за подругой. И тут я мимолетно подняла свой взор на торговый центр. - Мы просто обязаны туда зайти... - усмехнулась я, уже не в силах оторвать взгляд от огромного здания с прозрачными стеклами. И, наверняка, множеством эскалаторов. Эскалаторы! Боже, эскалаторы, а-а... Моя тоска тут же куда-то улетела, оставив лишь восхищенную улыбку. Я заходила с Леной в каждый понравившийся ей магазин. Сколько купальников мы перемерили! Моя бабушка померла бы на месте от такого выбора: расцветок, размеров, форм… мать вашу, да у меня у самой голова закружилась! Захотелось танцевать, петь и смеяться – оказывается, шоппинг так расслабляет! Хотя, как можно назвать выбор купальника шоппингом? Можно, потому что Лена загребала себе еще кофточку, потом несколько браслетов, шортики и футболочки... Глубоко внутри я поражалась, как могу так резко менять свои принципы, но... это же только глубоко внутри, верно? В одном из бутиков, когда я выходила из примерочной в очередном купальнике, консультант вместе с Леной критически осматривал меня. К несчастью, их мнения не всегда совпадали. А точнее – никогда! Это и выматывало мои нервы, как шерстяной клубок. А МОЙ клубок не такой уж большой и выматывается довольно быстро. Голубой, сиреневый с орнаментом, розовый, черный, белый, серый, зеленый, красный… а-а, мой мозг не рассчитан на такие муки! Хм, и все же я слишком часто меняю свое мнение. - Вот! Идеально ведь! – наконец воскликнула Лена. Консультант тоже одобрительно кивнул. -Фу-ух… - выдохнула я. Аллилуйя! Есть Бог. Это был ярко-желтый однотонный купальник. Мне он тоже, в общем-то, понравился. Люблю этот цвет - желтый. Красивый! Уже на кассе у Лены затрезвонил телефон. Она немного покопалась в сумке и, взяв аппарат, ответила: - Алло? – наступила недолгая пауза, и внезапно Лена нахмурилась, - Что? Как упал? Сильно? Где вы?.. - Что случилось? – испугалась я, отдавая деньги кассиру и забирая пакет. - Леша сказал, что Саша навернулся с лестницы. Просит о помощи. Я хмыкнула: - Только не говори мне, что ты поверила. Подруга растерянно похлопала ресницами. Я вздохнула и заверила ее, что это просто тупой прикол. Лена неохотно, но поверила. Хм, сдулся мой соперник. Никакой оригинальности! Неужели он действительно думает, что я настолько наивна? Олень комнатный. *в автобусе* - Включи громкую связь, - попросила я. Подруга послушалась, и в трубке внезапно громко отчеканил голос Лехи: - Девки, ну вы чего так долго?.. – он захлебнулся воздухом на полуслове, - Мать твою! Санек! Эй, очнись! – было слышно, что телефон явно отбросили подальше. Мы с Леной тревожно переглянулись. И Флаю ясно - за трубкой ЧП.

- Еще один показушник на мою голову. - Ну, - блондин задумчиво почесал бровь, - так вроде положено. - Кем положено? - Вами же, людьми. Светлана Жданова "Лисий хвост или По наглой рыжей моське"

POV Алекс *в номере Лехи после "конфуза" с труселями* - Лех, ну пожа-алуйста… - Нет! Нет! И еще раз – нет! Ненавижу я ввязываться в твои авантюры. Придумаешь какую-нибудь фигню, а мне отдуваться потом. К тому же, скоро обед, а я кушать хочу, - Леха с любовью беременной мамочки погладил свой живот. - Нет, его тут любимый младший братишка-очаровашка-милашка просит о помощи, а он о хавчике думает! – всплеснул я руками. - Это ты-то «любимый братишка-очаровашка»? Да я скорей поверю, что ты поднимешь Настьдзиллу! - Аргумент! – я поджал губы с видом проффесионального психолога. – Эй, а ты забыл, что я милашка… Брат только закатил глаза. Ну ладно, ляпнул хрень собачью, каюсь. Милашкой от меня и не пахнет. - Чувак, ну пожалуйста! Иначе ж всех девок твоих отшивать буду, не говоря уж о том, что мы, кстати, геи, - заржал и одновременно пригрозил я Лёхе. - Да ты и так гей, чмошник эндорфиновый, - проворчал он. Брат явно начинал злиться. О-очень злиться. Поэтому я сразу же отогнал мысли о фонаре, который возможно основательно уместится у меня на великолепном глазике. - Ну Лёх, ну че тебе стоит? – не оставлял его в покое я. – Подумаешь, позвонить разок, ну соврать, всё же нормально будет! Ты не раз врал, так что для тебя это не в новинку. Вон, как ещё родителям врал, что ты к друзьям с ночевой, а сам-то к девкам улепётывал… я же и рассказать могу. - Вот ты ячмень жопоглазый, а я потом расскажу, как ты… как ты…. Кароч, че-нибудь да и расскажу! - Стукач сраный, ну и ладно, скажу тогда им, что ты меня толкнул, - показал я язык брату. Тот закатил глаза и покачал головой, протягивая руку. Я лучезарно улыбнулся и протянул ему телефон, при этом открыв номер Насти. - Но только учти, я им потом скажу, что это ты меня заставил, - предупредил меня Лёша. – Хотя, знаешь, что это я мелочусь? Услуга за услугу, братец! - Че тебе может быть надо? – спросил я, удивляясь. – Опять помочь девку очередную закадрить? Лёха с удивление раскрыл глаза: - Ну как ты это делаешь, экстрасенс хренов? Я рассмеялся, но тут же, вспомнив, спросил: - Так кого кадрить, пикап мамаёбстер? - Вообще-то, пикап-мастер, - заметил брат. - В твоём случае – мамаёбстер, - заржал я. - Козёл… - проворчал Леха. – Кароч, сейчас идём на ресепшен, там деваха классная, а я в английском не бум-бум… переведёшь? В голове у меня созрел невероятно гениальный план, и я кивнул: - Пойдём, только по дороге позвоним Настьдзилле и её псине с Флаем. Брат заржал от моей шутки и вышел из номера, я пошёл за ним. Мы подошли к лифту, вызвали его, подождали. минуты две. А потом, собственно, выругались смачно так, поскольку он был заполнен. Решили подождать еще. На второй раз эта коробка на верёвках вообще не приехала. - Проще по лестнице спуститься, - сказал Лёха, а лишь пожал плечами. Мы вышли из номера и пошли по лестнице. По дороге Лёха звонил Насте, но телефон оказался недоступен. Вот курица тупая, наверняка симку не поменяла. Тогда мы позвонили её подруге или, как я назвал я её – псине с Флаем. Да, я псих, я опасный человек. - Алло, Лена? Это Лёха, тут короче, Алекс ёбнулся с лестницы, ну упал! Лежит без сознания! – паническим тоном заговорил брат. Я заржал и пробежался по лестничному пролёту, останавливаясь, чтобы подождать Лёху. Тот улыбнулся мне и продолжил: - Да я откуда знаю? Приезжайте, он тут вообще пластом лежит! А что, если он сдох? - ну да, вонять же трупняком будет. - Приезжайте! Наступила тишина, Лёха показал мне средний палец и выключил телефон. - Ну че? – спросил я. – Едут? - По ходу, - разулыбался Лёха. – А теперь пойдём к ресепшену, ты мне еще должен, говномордина… Мы подошли к ресепшену, я на своём ломаном обосранном английском извинился, оттуда выглянула миниатюрненькая брюнетка. Судя по всему, она тут местная, так как имела восточную внешность. - Да - ответила она на английском. – “Чем я могу вам помочь?”. “Понимаете, вы понравились моему брату, он хочет сказать вам пару слов”. Девушка хихикнула, Лёха тыкнул меня в ребро и спросил: - Че она ржёт? - Я просто охарактеризовал тебя, ахаха, - заржал я. – Да ладно, шучу, просто сморил шутку про всемирный кризис, расслабь булки. Я продолжил придумывать и переводить на ходу, запинаясь: - “Так вы поможете бедному русскому?” Девушка улыбнулась и кивнула. Я еле удержался, чтобы не заржать, но с серьёзным лицом повернулся к брату и сказал: - Говори, чё хотел. - Хорошо, - тяжело вздохнул брат и обратился к девушке: – Привет, меня Лёшей зовут, а тебя? Во дебил, хоть бы что пооригинальнее придумал, ну ничего, мы сейчас покреативим тут конкретненько... - “Привет, я тупой русский и хочу - “fuck you” – отшпиливиллить тебя”, - перевёл я своими словами. Девушка широко раскрыла глаза, а Лёха продолжил: - Ну если не говоришь имя, тогда хотя бы скажи сколько тебе лет? Я, чуть не ржа в голос, по своему перевёл: - “Просто русские девушки… слишком красивые для меня. Ты в самый раз”. Брюнетка перегнулась через стойку и со всей дури дала затрещину Лёхе, выплюнув: - “Русская свинья”. Лёха с удивлённым выражением лица смотрел на меня, а я ржал во всю: - Ахаха, это же пиздец, ахаха! - Ты че, сволочь, наговорил ей, яйцеклетка недорощенная? – спросил он, когда мы отошли от стойки. - Она сказала, что она замужем, - ответил я с максимальной серьёзностью. Хм, какой раз уже задумываюсь, что мне нужно в адвокаты? С такой-то непробиваемой мимикой! Лёха нахмурился, потёр красное пятно на щеке рукой и проворчал: - Ну а бить-то зачем? Так и сказала бы… Я заржал, сказал Лёхе, какой он неудачник и направился снова к лестнице. Когда уже поднялся на три этажа, то заметил, что Лёхи нет рядом. Вот сгусток говна… и где его носит? Пошёл девушку в ответ бить, что ли? Тут дверь с холла открылась, а из-за неё появился Лёха: - А ты че тут вялишься? Я уже на лифте покатался с полуголыми азиатами, пока ты со своим голубым радикулитом маялся. - Че?! – крикнул я. - Ниче! – заорал он мне в ответ. – Поднимайся, говорю… Я поднялся к нему и сказал: - Что-то девчонок давно нет, они точно сказали, что приедут? - Ну да, - пробормотал брат. - А ну ещё звони! – приказал я и снова протянул телефон Лёхе. Говномордый хитро улыбнулся и спросил: - А что мне за это будет? Знаешь, я пока лифт ждал, то увидел ещё одну девушку… Вот же мордаха, как у Канделаки… Я закатил глаза и ответил: - Звони уже, половой гигант. Тот сказал, что позвонит, если мы с ним сейчас же спустимся к той девушке. Я был не против ещё раз поиздеваться над братцем, поэтому согласился. Мы начали спускаться, когда Лёша звонил. Какое-то у меня дежавю… - Девки, ну вы чего так долго? Я решил как в бывалые времени прыгнуть через пять ступенек до пола этажа. Губы невольно тронула улыбка. Помню, как в прошлом году намазал кроссы Настьдзиллы маслом, и она падала на каждом шагу. Эх, какие кульбиты вытворяла, да еще с приятным слуху ором! Бальзам на душу и ностальгия на лицо. И вот, как раз подходящая ступенька. Я скривил самодовольную рожу и оттолкнулся. Всего секунду я смог насладится кратковременным полетом, а дальше... голову стрелой пронзила мысль, что фиг я допрыгну до пола. Нет, нет, нет, земелька, родненькая, не надо из-под ног ускользать! Но читать мольбы скользкому кафелю я как-то не успел. Последнее, что видели мои напуганные до белой горячки глаза, так это какие-то летящие перила… а потом сплошная острая боль колоколом зазвенела в голове. Ухватился я только за туманный, отдаленный голос брата: - Мать твою! Санек! Эй, очнись! Дальше пропасть и остатки разума, как вода сквозь пальцы...