The Devil wears Gucci

Где начинается конец света? Он берет свое начало в эмоциях. Безысходность, отчаянность, потерянность, гнев на весь мир, зависть, жалость, злоба, тоска, ужас. Так и выстраивается, кирпичик за кирпичиком, крепость уныния — ужасного чувства для человека, и по совместительству, одного из семи смертных грехов. Строя этот зáмок можно почувствовать весь спектр эмоциональной и̶ ̶н̶е̶ ̶т̶о̶л̶ь̶к̶о̶ боли, и потерять самое важное — так и не обретенный, поистине, смысл жизни. А когда смысла нет, то и жизнь больше походит на бессмысленное существование. Другими словами — сущий ад. *** День за днем погода становилась все холоднее, а дышать было почти невозможно. Морозный воздух, словно током пронизывает легкие, оседая мелкими ледяными крупицами пыли в плевральной полости. Ребра словно ломались каждый раз, когда делаешь очередной глубокий вдох. Больно. Дышать было сложно. После каждого вздоха начинала понемногу кружиться голова, ноги становились ватными и неподъемными. Голод пожирает желудок изнутри, так и норовит захватить с собой ещё и соседние органы, заполняя брюшную полость неприятными спазмами. Но это всё равно чувствуется намного приятнее пустоты. Необыкновенной, щемящей в груди и чуть ниже, пустоты. Закрытое темными тучами солнце блекло светит, не давая городу пасть во тьму, но совсем не греет. В воздухе витают фигурные снежинки, застывая на мгновения, открывая глазу завораживающую, немного волшебную картину. День за днем Чонгук думает о том, как бессмысленна эта жизнь. Как бессмысленна его учеба. Как бессмысленны все приемы пищи, кофе и энергетиков, которые он потребляет. Как бесполезен сон. Как бессмысленно солнце, которое вроде есть, но совсем не греет, ни тело, ни душу. Как бессмысленна жизнь. Философы веками спорят о смысле жизни от того, что никто так и не смог его найти. Все их аргументы сразу аннулируются от осознания смерти. А жить ради смерти, однако, не так уж и весело. *** Очередной день сурка. "Проснулся, поехал на учебу, посидел в университете, приехал с учебы, поссорился с родителями, погулял, лег спать." Все уже порядком надоело. Приближающаяся сессия пугает, а преподаватели раздражают. Все идет не так, как нужно было. Однако терпение когда-то заканчивается. Сегодня это и произошло. — Чонгук. Подойди. — спокойно произнесла мама парня. — Что на этот раз? — совершенно вымученно ответил Гук. — Что это такое? — женщина открывает сообщение от своей подруги и тычет парню телефоном в лицо. Он, не совсем понимая, что происходит с должным интересом засматривается в экран, пытаясь понять в чем проблема. Снова то ненавистное видео. Он смотрит на него пару секунд и отстраненно опускает глаза. — Это видео, мам. Это все что ты у меня хотела узнать? — Я хотела узнать, почему ты был в клубе и, что ты там вытворял? Почему ты позволил какому-то парню прижать себя? Почему ты не мог поступить как мужчина и дать ему по яйцам? Или тебе это нравилось, маленькая ты сучка? Я то не думала, что моему сыну нравится, когда его зажимают какие-то парни. Не думала что мой сын такой извращенец. Мне сказали, что ты очень плох в учебе. Конечно плох, ты и умеешь только с мальчиками зажиматься, на учебу твоего мозга не хватает. Чонгук хотел поставить мать на место, но позже понял, что у него просто нет сил. Обида постепенно брала верх над гневом, как и слезы непроизвольно катились из его глаз. Он понял, что на этом его желание жить нормальной жизнью закончилось. Он отправил Лане сообщение в мессенджер. Попросил приютить его, пока тот не найдет подработку и новую квартиру. Ответ последовал только ночью. Но, так как бессонница брала свое, он заметил это сразу. "Гуки, я как раз уезжаю скоро на долго, из-за семьи... Можешь пожить у меня. Я встречу тебя завтра тогда и отдам ключи, хорошо? Можешь пользоваться ей сколько хочешь, а платит за неё все равно брат, так что тебе не придется об этом думать. Он тут не живет, так что не волнуйся. Будешь один. Я приеду где-то через 2 месяца. Если что-то понадобится — пиши, звони. " *** Спустя некоторое время, Намджун стал замечать странное поведение у своего донсэна. Он почти не общался с ним, больше не гулял вместе, перестал заходить в сотсети, появляться на тренировках, общаться с кем-либо. Сначала он просто присматривался, но когда темные круги под глазами стали особенно выделяться, да, и лицо парня выглядело нездорово худым и бледным, парень действительно обеспокоился здоровьем друга. Чонгук пытался не показывать своих слабостей другим, но от этого его состояние только ухудшалось, до такой степени, пока он сам перестал это осознавать. После учебы Ким неожиданно заглянул к Чону в гости. Он постучался в комнату Гука и, не дождавшись ответа, зашел внутрь. В нос сразу ударил резкий неприятный запах сигарет, а войдя вглубь комнаты, и немного развеяв дым руками, парень лицезрел такую картину: На полном пыли и разного мусора, столе стояло множество пустых бутылок энергетиков и банок холодного кофе. Под кроватью валялась гора вещей и несколько фантиков от шоколадных батончиков. Сама комната задымлена и обкурена. Дым будто впитался в каждую частичку этой комнаты. Словно этот едкий запах никогда не выветриться из этой квартиры. Окурки валялись прямо на полу, а подоконники стали серыми и грязными из-за пепла. Он осмотрелся и увидел мужской, далеко не хрупкий силуэт. Мужчина стоял, оперевшись на стену, скрестив руки на груди. — Чонгук? — окликнул парень и направился к силуэту. — Намджун?! — вскрикнул младший. — Я не заметил как ты вошёл. — испуганно раздалось абсолютно с противоположной стороны. Старший обернулся. — Почему ты не предупредил что придешь? Я бы хотя бы прибрался. — тихо сказал парень, слезая с подоконника. — А я вижу совсем не вовремя, вижу у тебя гости. — Что? Какие гости? — недоуменно спросил парень. Блондин обернулся. Силуэт пропал. Ким стоял с огромными растерянными глазами. — Эй, парень, ты что тут куришь? — рассержено процедил старший. — Это просто сигареты, хён. Ничего больше. — Ага, я вижу какие сигареты. Спускайся. — приказал он. Младший бросил недокуренную сигарету прямо на окно, и подошёл к другу. Выглядел он, мягко говоря, ужасно. Мин подошел ближе к парню и заглянул ему в глаза. Зрачки не увеличены, вроде все хорошо. — Покажи мне пачку. — Нахуя, хён? — Покажи. — Скажи зачем? Если тоже хочешь, попросил бы нормально. Светловолосый молчал. Молчал и пристально глядел на Чонгука. — Ой, ну и ладно. Вот. — Немного смутившись прошептал парень, и заглянув в ящик комода, достал почти пустую пачку Malboro. — Это все что у тебя есть? — Да, я курю только их. Ким внимательно изучил содержимое, и все-таки стащил одну из пачки. — Ты просто мог бы попросить. — хмыкнул Чонгук. — Да, извини. — мягко произнес Ким. — Но, знаешь, Гук, если выкуривать по пачке в день, ничего хорошего тебя не ждет. — Даже если я не буду выкуривать по пачке в день, ничего не изменится. — огрызнулся младший. Ким обеспокоенно просмотрел на парня, с некой опаской. — Не хочешь прогуляться? Сегодня погода хорошая. — Как-то не очень хочу идти куда-то. — Пойдем со мной, пожалуйста. — Я не хочу. — немного грубо процедил Чон. — Гуки, ты что, не хочешь составить компанию своему хёну? — нежно спросил старший. — Нет. — Мне все равно. Собирайся. — Я не хочу, хён. — Гука. Тебе нужно на свежий воздух, понимаешь? — Кхм, хрен с тобой. Пошли. — фыркнул парень и последовал за старшим. Чон открыл дверь, пропустил парня вперед, и собирался выйти следом. Он был довольно легко одет. Белая заляпанная футболка и серые свободные спортивные штаны. — Ты прям так пойдешь? — усмехнулся Намджун. — Да. Что-то не так? — твердо ответил Чон. — Боже, Гуки, ты простудишься. Надень куртку. — Ты не моя мамочка, чтобы обо мне так переживать. — Просто надень это. — сказал старший, хватая с вешалки куртку. Они немного погуляли, поговорили, прямо как раньше. Он узнал про то, что он целый месяц живет у подруги, и что у него хроническая бессонница. Ким волновался за друга и попросил того сходить в больницу на всякий случай. На что тот ответил простым и понятным «окей». *** В неотапливаемом помещении было темно и влажно. Покоцанные неприятно-желтые стены мозолят глаза, плитка на полу побита, а в некоторых местах совсем уничтожена, мебель старая и поломанная. Из разбитых стеклянных окон изредка пробиваются лучи солнечного света. Смотря на них можно разглядеть витающую в воздухе пыль. Большая старая Пусанская больница давно заброшена. Под высоким потолком видят небольшие сосульки, напоминающие о пришедшей зиме. И прямо под этими сосульками, парень видит свою сестричку Лиён. Она радостно машет Гуку рукой и зовет к себе. Он подбегает к ней и заключает в объятья, но вдруг видит в её спине осколки стекла. Она обессилено падает на него, поднимая свой последний наивный взор. *** Сессия осталась позади, но парень этому ни капли не рад. Кажется, его уже ничего не обрадует.