Extreme Bustober-2020

      — Осторожно, унитаз разобьёшь! — рявкнул Эдуардо, когда Гарретт по своему обыкновению заложил крутой вираж у самых ног приятеля.       — Что, боишься, что сломаю единственный «художественный фаянс», подогнанный под твой размер? — гаденько захихикал Миллер.       Эд закатил глаза и без того-то выделывающийся колясочник в последние дни совсем терял голову, когда в Башне появлялась Штейфи. Однажды, когда Эд в сердцах пожаловался об этом Кайли в библиотеке (ну, а где ещё эту заучку найдёшь?!), девушка со вздохом ответила, что всё это — не больше, чем просто инстинкты и пережитки «первичных биологических ролей».       Когда же Эд непонимающе вытаращился на неё — попыталась объяснить, что многие парни в присутствии нравящихся им дам начинают красоваться, пытаясь вызвать встречный интерес с их стороны. «Впрочем, как и всякие примитивные самцы, которым бы только пожрать, самоутвердиться, застолбить территорию, да размножиться».        (Попыталась — потому, что где-то на середине фразы парень, залюбовавшись чуть раскрасневшейся от праведного негодования и активной жестикуляции девушкой, начал к ней приставать.)       Эд тряхнул головой, выудив из воспоминаний главное: надо задвинуть Гаррета на место.       — Нет, это лишь для макета нашей башни. И да, прости, учитывая масштаб, пришлось использовать баночку, в которую ты на ночь протез мозга кладёшь.       — Макет башни? — искренне изумился колясочник, благополучно пропустив мимо ушей прочие чужие намёки.       — Да, мне Игон приказал помочь сделать.       — Игон?! — теперь уже подозрительно прищурился Гарретт.       — Поверь, я шокирован не меньше! Когда Кайли отсылала меня помочь нашему «уму, чести и совести» Охотников за привидениями, я тоже думал, что буду засыпать от его рассуждений вслух, а если повезёт — просто потаскаю что-нибудь тяжёлое.       — Это всё затея Жанин, — протирая руки какой-то ветошью, подошёл к ним Роланд.       — Ей что, одного ремонта мало?! — фыркнул Гарретт.       — Гар, ещё раз, — скрипнул зубами Эд. — Это будет не ремонт, а праздничное украшение! К свадьбе! Поверь мне, это хуже! Да, ремонт надо делать на порядок качественнее, но его хотя бы не придётся отдирать на следующий же день!       Роланд посчитал мудрее не эскалировать конфликт, а ответить по существу:       — Жанин считает, что на торжество может прийти кто-нибудь из представителей прессы, а значит, неплохо бы показать наш отряд с выгодной стороны.       — Она что, надеется прямо там завербовать новых рекрутов?! — хохотнул Миллер.       — Скорее устроить бесплатную рекламу нашей деятельности, — пожал плечами механик. — Заказов не особо много, просто так на рекламу денег не выделишь, а тут… Плюс, возможно, она и правда надеется, что в Игоне после строительства «малых форм» проснётся желание к более масштабным переменам.       — Онгх! — устало потёр лицо Эдуардо. — Всё-таки, раньше как-то проще было…

***

      — Не проще! Ни разу не проще! — истошно вопил «потомок ацтеков» (или майа), увёртываясь от очередной атаки очередного призрака… (А то ишь, расслабились! Три дня подряд, и ни одного, даже ложного вызова — ну куда это годится?!)       Выходец из потустороннего мира был чем-то средним между Дватомицем («коммивояжером», который исполнял самое сокровенное желание формально верно, но совершенно извращённо по сути — хотя, с другой стороны, именно тогда Эд впервые и почувствовал ласковые пальчики Кайли на своё загривке, пусть и будучи в кошачьей шкуре) и «Тутовым Преобразователем» (фараоном, отправлявшим «вспять» все предметы, которые попадали под лучи его оружия).       Проще говоря, любой встречный человек за свои неосторожные слова отправлялся в собственное «персональное прошлое». Точнее, отправлялся исполнять ту или иную «положенную ему обществом роль».       Вышло хоть и страшно (из охотников ещё не попал под раздачу только Эд, и команда была как никогда близка к провалу), зато эпично.       Сперва, после фразы «плетёмся, как на телеге», прилетело катафалку, резко «расросшемуся» мотором в мини-табун лошадей на упряжи, зато ужавшемуся кабиной до помпезной, но ма-а-ленькой кареты.       — Ну фто, Гавветт, фто там хотев квасиво доефать до мевии? — едко, пусть и со сплющенным об стекло лицом, поинтересовался Эдуардо.       — А кто ввял с фовой фелый мафет нафей бафни?! — парировал Гарретт.       — Не наво! — праведно возмутился латинос. — Фолько фокальный этав!       Вызов действительно застал Эдуардо, когда тот с частью будущего макета зашёл за какой-то деталью в гараж. так что довольно громоздкая конструкция поехала прямо со всем отрядом на боевой выезд. И сейчас си-и-ильно впивалась углами кому-то в бока и спины!       — Да вы издеваетесь?! — не выдержав, Роланд первым выскочил из машины, буквально в лицо крича на призрака (да, у парня накипело). — Сколько можно бить по машине, а?! Вы хоть знаете, какой это каторжный труд потом её каждый раз обратно чини…       И под ослепительную вспышку превратился в… собственно, каторжника — тяжелее колодки мигов сковали его ноги, а комбинезон парня превратился в одни лишь драные штаны. (от автора: во ща где-то полыхнуло BLM…)       Дальше неугомонный Гарретт с криком «эй, призрак, а можешь так?!» помчался на противника на коляске практически в режиме паркура.       — Инвалид! На голову! — мрачно процедила Кайли.       — Зато не на паперти сижу-у-у-нгх! — на свою голову услышал колясочник, и магическим образом действительно оказался у дверей церкви — благо, одна такая как раз бал неподалёку.       — Ох, я ему сейчас… — рванула было Кайли следом, но Эд властным движением остановил её:       — Сиди тут и зови подкрепление! — буквально приказал он, понимая, что противник оказался действительно серьёзным.       А латинос, взяв ранец, пошёл практически партизанить против призрака.       Он искренне надеялся, что друзья, несмотря на идиотские костюмы, быстро от них избавятся и вытащат из «кареты» чудом не превратившиеся во что-нибудь эдакое протонные ранцы.       Однако пока Кайли отправляла в Башню почтового голубя («Серьёзно?!»), а Эд подбирался к противнику поближе, выяснилось, что проклятие не только превращает своих жертв, но и «удерживает» их в таком состоянии!       Роланд доковылял до кареты и выудил откуда-то изнутри фомку, но едва он полностью разломал кандалы…. Как те тут же вновь сковали его ноги!       А Гарретт, сколь упорно ни катился/полз/ перекатывался вперёд — едва пересекал церковную ограду, как тут же со вспышкой света вновь оказывался у самых церковных дверей. Хорошо хоть рядом был фонтанчик со святой водой. Кощунство, конечно, но хоть умыться можно.       Но самой эпичной оказалась «подмога» Игона.       Во-первых, когда двое «Охотников Старой Закалки» показались на горизонте, Кайли попыталась вступить в бой, за что заработал гневное «Сиди там, женщина»!       Возможно, последнее слово лишь послышалось юной Гриффин, а возможно, близость скорой брачной церемонии так на неё подействовала, но девушку как с цепи сорвало.       — Что значит «сиди», а?! Что киндер-кюхе-кирхе?! Что за средневековые замашки?! Я тебе что, принцесса в баш….       Не прошло и секунды, как стены кареты обратились в камень, на окнах вместо стёкол появились решётки, а само каменная темница вдруг стала подниматься над землёй на быстро растущей каменной же «ноге».       — …шшшш-ндам… Ну, зашибись просто! — мрачно цыкнула Кайли, красуясь в ну очень туго затянутом корсете и пышных юбках. — Что у этого призрака с историей, а?! Какое, к чёрту средневековье?! Ренессанс в чистом виде! — она зашуршала тканью, оценивая пышные, но несколько «односторонние» юбки и… кружевные чулки под корсетом, затянутым туго, но с изрядными просветами для кожи. — Причём в каком-то извращённом виде!       Казалось бы, вот он, практически полный крах Охотников… но Игон Спенглер не был бы Игоном Спенглером, если бы даже в такой ситуации не нашёл места для лекции!       — Вообще-то, по аналогии с женским «стандартным набором» есть и мужской «джентльменский набор»: посадить дерево, построить дом и вырастить ребён…       — Осторож… — успела закрыть своего начальника (и возлюбленного) Жанин, и они потонули в яркой вспышке оба.       Чтобы несколько секунд спустя она показалась в утончённом платье с жакетом и кокетливо заломленной на бок шляпке… а он — примерно в том же свитере и чуть более официальных брюках. Ну, разве что ещё пиджак небрежно на плечи накинут.       — Хм… — протянул задумчиво Игон, оглядывая свой новый облик. — Я полагаю, меня принуждают к реализации вышеозначенного тезиса о трёх базовых мужских функциях.       — Э… чего? — от неожиданности у призрака даже голос прорезался.       — Позвольте полюбопытствовать, — как ни в чём не бывало обратился мужчина к новому собеседнику. — Сколь долго вы планируете терроризоровать окрестности, дабы мне чётче спланировать мои дальнейшие действия?       — Э… ну… День-два, вряд ли дольше…       — Угу… багодарю покорнейше, тогда придётся оптимизировать алгоритм… Моя достопочтенная спутница Жанин, не соблаговолите ли пройти со мной в нумера, расположенные в нашем общем оплоте?       — О-ох… — раскраснелась женщина то ли от самого приглашения, то ли от откровенного «моя». — Ну. Раз вы так настаиваете…       — Всенепременно, — с серьёзным видом кивнул мужчина, беря спутницу под локоток и направляясь в нужную сторону. — Я помню, там был отличный… топор!       — Э?! — напряглись не только Охотники, но и призрак. Увы, парочка ушла за угол, унося тайну с собой.       — Э-эх! — один сокрушённо вздыхающий Эдуардо помнил о долге. — Раньше оно как-то проще бы… — он только-только успел нацелить бластер на призрака, когда столкнулся с его ехидной, очень ехидной и широкой ухмылкой. — Не проще! Ни разу не проще! — истошно завопил «потомок ацтеков» (или майа), увёртываясь от очередной атаки…       Которая всё достигла своей цели. Достигла подло, в спину!       И на асфальт Нью-Йорка уже упал «коренной житель мексики», облачённый в шкуру животного, декоративную накидку из перьев и золотые обручи.       Протонное ружьё, как оружие дальнобойное, с особым цинизмом стукнулось рядом с ним уже в виде копья, увенчанного обсидиановым наконечником.       И так пал последний из Экстримов…       — Но должен же быть способ! — уже с нотками безнадёжности произнёс Роланд, по-прежнему ковырявший ломиком свои кандалы.       — Ну да, конечно! — фыркнул Ривера, чей кос, кажется, стал ещё более выразительным. — Ещё скажи мне, как единственному «подвижному» по-быстрому сбегать до Башни за запаской! Чтобы меня прямо в каменный век отбросило! К Астралопитекам!       — Автрало, — машинально поправил Роланд.       — Это потому что они только в Австрии жили, что ли? — фыркнул Эд. — Ещё скажи, верхом на кенгуру ездили! Нгх! — И, что было силы, саданул копьём по колодкам друга, коотрые… с неожиданным щелчком раскрылись!       — Шта?! — прифигели оба, а через секунду…       — Эктоплазменное! — с разгорающейся надеждой во взгляде выдохнул техник. — Протонный блок, будучи обращённым в копьё, сохранил часть своих сдерживающих возможностей, начав работать с эктоплазменными проявлениями на их собственном уровне!       — Ничё не понял, но что ты предлагаешь? — мотнул головой Эд. — Потыкать этой штукой в Гаррэтта, чтобы он «встал и пошёл» уже, или разобрать по кирпичику башню с Кайли?       — Нет, кое-что получше! — почти кровожадно улыбнулся техник. — Как говорят в одной северной стране, kto k na s mech’om prid’et, ot mecha I pogibnet.       — Всё равно ничё не понял, но звучит пафосно, — кивнул Эд, соглашаясь ещё не известно на что, а потом всё же уточнил. — Это ща по-австралопитекски было?

***

      Город, павший под натиском монстра.       Перекрёсток, ставший эпицентром потусторонней битвы.       Исчадие ада, уже празднующее победу.       И одинокий Воин в древнем, как мир, костюме своих предков, готовый принять вызов.       — Слышь, ты, сгусток! — рявкнул Эд, даже не пытаясь соответствовать образу. — Сожри-ка это! — и, когда монстр оебрнулся к нему, что есть силы метнул в того копьём.       Получилось хреново — копьё ещё в полёте развернулось и долбануло призрака плашмя…       Напрочь снеся того на крышу церкви.       — Эд, это метание копья, а не gorodki! — укоризненно глянул на друга Роланд. — но и так ничего вышло.       — Может, хватит уже пугать меня допотопными словами?! — насупился парень, а потом оба крикнули что было сил. — Гарретт, давай!       — Даю, даю! — буркнул тот под нос, каким-то чудом подтягиваясь за край чаши со святой водой и успевая зацепить призрака концом уже почти упавшего копья. — Куды собрался, а?! — Я тут уже посидел, отлежался — готов устроить тебе головомойку! — и с силой потянул на себя.       Призрак с визгом окунулся в полную чашу, расплёскивая со все стороны воду, и…       — Ну вот, а я думал, сработает… — спустя секунду нервно хихикнул Гарретт, глядя на мокрого и очень, очень недовольного призрака.       Судя по его виду, одно слово Миллера, и он не то что из прямоходящих — из позвоночных вылетит!       Но в тот самый миг, когда тварь уже занесла когтистую руку для новой атаки, тонкий, пронзительно-яркий луч света вонзился прямо в спину призрака, и… Засосал его куда-то наверх!       Все в недоумении посмотрели наверх, и…       — КАЙЛИ!!! — Эд первым понял, что сейчас случится, кидаясь вперёд. — А ну., прыгай из окна!       И на этот раз девушка послушалась. Материя, ещё не принявшая окончательный вид, была податливой, и стальные прутья расступились с лёгкостью утреннего тумана, и девушка выпрыгнула куда-то вперёд и вверх, прижимая к груди…       — Вот же подлиза! — возмутился Гарретт, узнав в зажатом в чужих руках предмете фрагмент макета их башни.       А вот Эду было не до размышлений — он просто кинулся вперёд, каким-то чудом поймав (или скорее подставившись под падающую) девушку.       — Нгх! — вышибло воздух из лёгких обоих, и они рухнули на землю. — Ты как?! Столь же синхронно выдохнули они.       — Да вот, опять в охотники подался. Только в первобытные, — нервно хихикнул Эд. — А ты, смотрю, в ведьмы записалась?       — Не мели чушь! — фыркнула девушка, отнимая от груди тот самый кусок макета и…       — Ну и смысл было его спасать? — непонимающе уставился на происходящее парень, пока Кайли с остервенением выламывала из картонного нутра… — Это что, ещё одна ловушка?!       — А то ты не знаешь основательность Игона?! «Если уж делать макет Башни, то с подвалом, а если подвал — то с Центральным Хранилищем, а если с Центральным Хранилищем, то обязательно с действующей миниатюрой!       И вся честная компания наконец-то разродилась радостным смехом.       — Кстати, об Игоне! — вдруг спохватились ребята.

***

      Вжик-вжик! Вжик-вжик!       — Нгх! — с жаром выдохнула Жанин, с наслаждением выгибая спину назад.       — Ещё…. Фух! Немного! — жадно хватая ртом воздух, произнёс Игон, машинално утирая вспотевший лоб. — Ещё один заход, и…       — Нет уж! — запротестовала Жанин, перемежая слова стонами. — Дальше сам, неугомонный!       — Э… — напрочь разрушил атмосферу происходящего изумлённый возглас кого-то из ребят. — А что тут, простите…       — А разве с вас проклятье призрака ещё не спало? — изумился Роланд.       — И нафига, простите, вы половину университетского парка под корень срубили?! — нервно хохотнул Эд.       — А это наш гений, — кряхтя, распрямилась Жанин, заодно поднимая с земли большую двуручную пилу, — решил «оптимизировать» выполнение известной формулы про «ein Baum, ein Haus, ein Kind», в смысле, «каждый мужчина должен посадить дерево, построить дом и воспитать ребёнка».       — Эм… — подвисли все.       Хоть никто и не проронил ни звука, в воздухе так и висело, «Вот мы и думали, что ы пошли детей… гхэм… «воспитывать»…»       — Он, видите ли, «мини-дом» в виде макета почти построил, вас, «детей», аж четверых воспитал — вот и решил «минимизировать расхождение по пропорциям используемых параметров», спилив под корень всё, что когда-то сам посадил на территории университета! — и она обвела широким жестом широкое, широооокое пространство, заваленное рухнувшими стволами.