В моём тихом омуте звери

День начался более чем премерзко. Мало того, что Эмма проснулась на час раньше нужного и никак не могла уснуть, так ещё и девочки начали шушукаться прямо с утра, не давая снова погрузиться в объятия Морфея. Питцер раздраженно подняла голову и раскрыла глаза, чтобы наконец понять, что происходит. Слизеринки сидели на своих кроватях и о чём-то оживленно шептались. Девушка выгнула бровь. Неужели есть что-то, что заслуживает такого внимания в пол седьмого утра? — Вы чего в такую рань повставали? — недовольно пробурчала она, сонно потирая глаза. Те разом повернули головы на неё. — Представляешь, — начала свой неудержимый поток информации Панси, с искренней заинтересованностью поглядывая на своих подруг. Эмма тяжело вздохнула. — Говорят, что Драко сегодня ночью был пойман с какой-то слизеринкой. Вот повезло! — Чего? — удивилась Питцер даже не самому факту, что кто-то разболтал о её ночных похождениях, а тому, что девочки думают, что ей повезло. — А он тебе разве не нравится? Ну ты погляди: красивый, уважаемый, из знатного рода, — с подозрением захихикала Паркинсон, а за ней уже повторили остальные девочки. Эмма закатила глаза. Знали бы те, как тяжело смириться с мыслью, что Драко Малфой — твой соулмейт. На самом деле, её всю ночь мучили мысли о том, что это какая-то ошибка. Не может быть такого, что он ей по судьбе. Они совершенно разные люди с совершенно разным будущим, которое ну никак не может быть связано между собой. Что если ей просто показалось, что порезы одинаковые? Вдруг это просто совпадение? Эти сомнения напрочь отбивали желание вновь возвращаться в реальную жизнь. Волновался ли Драко? Да. Скорее был ошарашен и в какой-то мере даже напуган. Он не был готов к такому в этот период жизни. Он в принципе не был готов. Парень не понимал, что делать. Он не мог просто взять и забыть свою ненависть к этой особе, но и понимал что нужно что-то менять, ведь от судьбы не убежишь. Малфой просто начал испытывать некоторую терпимость и осознавать, что все не так уж и плохо. Хотя скорее это было просто самовнушение. Ему было чертовски тяжело принять происходящее, а хуже всего было то, что всё это придётся рассказать родителям. Он особенно боялся отца и его реакции. Жестокость родителя порождало какую-то панику и беспокойство. Драко не мог поверить, что жизнь так пошутила. Род Малфоев долгие годы сохранял свою чистоту, и полукровки сюда ну никак не вписывались. Люциус считал, что любая связь с подобной волшебницей «опорочит» весь род. Где-то в душе Драко появлялись отголоски о том, что чистота крови не имеет значения, но воспитание давало о себе знать. Парень чувствовал себя маленьким беспомощным мальчиком. Эмма окончательно проснулась и села на незаправленную кровать в позе лотоса. Она думала о том, что будет, если кто-то узнает кто на самом деле был с Малфоем этой ночью. Девушку просто разорвут в клочья своими идиотскими вопросами. Почему люди вообще лезут не в своё дело? Какое им дело до того, с кем шлялся Драко? Безмозглые придурки. — Тебе ли об этом волноваться, Панси? — огрызнулась Питцер, бросая на неё мимолетный агрессивный взгляд. Уловив этот знак, Паркинсон с обиженным видом наконец умолкла и начала заправлять постель. *** Выйдя из гостиной, Эмма заметила Драко, который стремительно направлялся к нужному кабинету. Он выглядел потрёпанным. Девушка сразу же направилась к нему, лелея надежду завести с ним адекватный диалог. — Доброе утро, — улыбнулась та. Парень окинул её угрюмым взглядом, мол, не такое оно уж и доброе. Внимание девушки привлекла маленькая деталь в его внешнем виде, точнее, её отсутствие. — А где твой значок инспекционной дружины? — Не твоё чёртово дело, Питцер, — раздражённо ответил светловолосый, ускоряя шаг и желая уйти от этого разговора. Неужели его лишили звания старосты… Из-за неё? От этих мыслей становилось погано на душе и она предприняли попытки отогнать их от себя. *** Уроки тянулись ужасно медленно. Малфой просто-напросто игнорировал девушку, всем своим видом давая понять, что ему сейчас не до неё. Она хотела подружиться с ним, узнать получше, наладить отношения, а тот — наоборот. Малфою было проще сделать вид, что ничего не произошло, чем взять и во всем разобраться. Драко просто уходил от проблем, не желая даже думать об этом. Эмму это ужасно раздражало. Ей абсолютно не нравилось постоянно навязываться, но парень просто не давал выбора. Его эгоистичность выбешивала и выбивала из колеи. Он будто не понимал, что она делает это не из-за своей прихоти, а потому что так нужно. На самом деле, он всё осознавал, но не хотел это принимать. Отчаянно сопротивлялся и брыкался, пока судьба толкала его в свои рамки. Эмме удалось упросить его не идти на ужин, а сразу направиться в гостиную факультета, чтобы поговорить наедине. Сначала он отнекивался и всячески пытался сделать так, чтобы девушка от него отвязалась, но вскоре сдался. Атмосфера в помещении стала ещё более угнетающей. Гостиная Слизерина и так не отличалась особым уютом, а наступающий неприятный разговор придавал ещё большей мрачности. Питцер осторожно села на край дивана, но Малфой лишь бросил на неё недоверчивый взгляд и остался стоять неподалёку. Девушка перевела дыхание, которое почему-то сбилось. — С чего ты взяла, что мы друзья? — грубо бросил Драко, смотря куда-то в пол. Эмма удивилась. Такие неожиданные реплики со стороны Драко нередко вводили в ступор. — А почему ты не пытаешься ими стать? Или ты думаешь, что убежишь от судьбы? Драко, мы — соулмейты, и пора бы уже это принять, — начала отчитывать его Питцер, будто Малфой провинившийся ребёнок. Это раздражало его больше всего. — Да потому что я не хочу иметь с тобой ничего общего! — сорвался на крик тот, но сразу же присёк сам себя, понимая, что волю эмоциям давать не стоит. Эмма же от таких слов была готова заплакать. Почему он думает, что ей это так легко даётся? Девушке было чертовски тяжело идти с ним на контакт и переступать через свою гордость. — Ты понимаешь, какой бред сейчас вылетает из твоего рта?! Я узнаю, что мой соулмейт поганая полукровка с грязной кровью, при этом мне нужно как-то сообщить эту потрясающую новость родителям. Господи, отец меня убьёт… Ты во всём виновата, идиотка. — Почему ты так боготворишь своего отца? — нахмурилась Питцер, скептически смотря на Драко. Он метнул на неё яростный взгляд. Эта тема была для него больной. — Это не тот человек, которым нужно восхищаться. —  А почему ты все время лезешь своим маленьким носиком не в своё дело? — прорычал парень, устанавливая прямой зрительный контакт и заставляя девушку чувствовать себя неуютно. Она опустила глаза в пол и поёжилась. Такое давление было для неё непривычным и доставляло сильные неудобства. Больно. Грубо. До ужаса неприятно. Настолько, что хотелось стянуть с себя кожу и сжечь в камине. — А что если я такой, как мой отец? — короткий смешок. — Я не поверю, — тихо ответила та, всё ещё избегая его взгляда. Драко явно не понимал того, чего она хочет от него добиться. Этот разговор становился всё более абсурдным и заходил в тупик. — Ты не способен и на четверть того, на что способен твой отец. Это не было упрёком, но для Драко прозвучало именно так. Зубы сжались до невозможности. Да как она смеет говорить такие вещи?.. — Заткни свою пасть, ты не знаешь меня и на что я способен, — огрызнулся Малфой, поджимая губы и пытаясь прожечь в Эмме сквозную дырку взглядом. В серых ледяных глазах читалось неподдельное отвращение. Она имела удивительный талант злить его до ужаса. — Да почему ты такой?! — искренне и по-детски наивно возмутилась девушка, всверливая в Малфоя выискивающий взгляд, пытающийся уловить хоть каплю тепла. Смысл был в этом ровно такой же, как пытаться разжечь огонь от снега. Парень был совершенно непробиваем. — Какой? — провокационно спросил Драко, еле заметно ухмыляясь уголком рта. Кажется, её обвинения его только забавили. Эмма скривила губы в разочаровании. — Неважно, — съехала с темы девушка, окончательно теряя желание разговаривать с ним. Это было похоже на диалог со стеной: глупо, холодно и бессмысленно. — Да мне плевать, — монотонно ответил парень, начинающий злиться от происходящего. Ему снова хотелось уйти от разговора, но сейчас пути были практически закрыты. Омерзительно. — Я не хочу даже понимать, что ты там чувствуешь. Повторяю, мне плевать. Я ухожу. — Да подожди ты! — Эмма была чертовски разочарована. Она снова пожалела, что взяла инициативу в свои руки. Драко явно не хотел этого всего. Парень проигнорировал её и направился к двери. — Вернёшься тогда, когда расскажешь всё своей шалаве Паркинсон и вы с ней решите, что со мной делать. Реплика невпопад, но наполненная искренней обидой и болью. Эмма прекрасно понимала, что Драко есть с кем зажиматься по темным коридорам, и так же понимала, что ему придётся объяснять Паркинсон что: «поганая полукровка оказалась моим соулмейтом, представляешь? Отвратительно.» Светловолосый сначала пытался делать вид, что не слышит этих реплик, но когда услышал всхлипы, обернулся. Питцер заплакала. Разревелась, как девчонка. То ли от обиды, то ли просто так — непонятно, но она дала волю эмоциям, и это сработало. Малфой обратил внимание, но то, что его это как-то колышет, находилось под большим сомнением. — О боже, зачем эти сопли, — устало вздохнул тот, показывая, что ему нет дела. Эмма посмотрела на него красными от слёз глазами. — Кончай нюни распускать. И ушёл. *** Эмма проплакала в комнате девочек весь вечер. И как бы слизеринки не пытались узнать у неё причину слез, та лишь медленно мотала головой и вновь ударялась в истерику. На Панси она и вовсе сорвалась, послав её куда подальше, от чего та что-то на удивление спокойно бросила в ответ и удалилась в гостиную. Эмма окончательно потеряла надежду и пожалела о том, что в её жизни вообще появился какой-то чёртов Драко Малфой со своей чёртовой заносчивостью.

я не играл в эти игры.