Приключения русского гитариста в Корее

Эпизод 7. Временная база NEKA ENTERTAINMENT. То, что Дэннис этому не рад, это еще мягко сказано. Дэннис чувствует, что скоро начнет кого-нибудь убивать. Он быстренько набрал желающих в свою группу, еще и выбирать пришлось, так как присоединиться к нему и Пен Гу хотели очень многие, и устроился с отобранными участниками в холле, чтобы уточнить, какие у кого голоса и предпочтения, какие возможности в танце и договориться, как и когда начнут репетировать. И вот тут началось хождение доброжелателей. Человек десять уже пришло. Половина выражала восхищение изобретательностью своего кумира и желала успеха в задуманном деле изничтожения спесивого чужака, вторая половина доносила, что среди конкурсантов распространяются мерзкие слухи о приверженности Дэнниса к нестандартным и не слишком высоконравственным методам конкуренции. Парочка особо смелых ходоков в глаза высказалась о том, что они думают о фаворите конкурса, который настолько трясется за свой рейтинг, что решил подлостью вышибить из конкурса сильного соперника. Если от первых посетителей лидер новообразованной группы просто отмахнулся, посоветовав не слушать сплетни, то к одиннадцатому уже малость озверел. А вот, похоже, и двенадцатый идет. – Здравствуй, Дэннис хен. Слушай, ты в курсе, что о тебе говорят? – В курсе уже, – рычит Дэннис и бросает на доброжелателя такой взгляд, что тот осознает, что кусать сейчас будут не абстрактных говорильщиков, а его самого, и быстренько ретируется со словами: – Ну раз в курсе, не буду отвлекать. – Вот ведь, доброхоты. Вот чего умное бы так слушали. Поубивал бы! – в сердцах бросает Дэннис, глядя вслед уходящему парню, а потом сердито и резко стучит по подлокотнику, как будто решил убить вместо раздражающих доброжелателей кресло. – И иностранца этого заодно бы пришиб. Вот принесло его на мою голову! Зря я им интересовался. Не показал бы интереса, может, и сплетен этих не насочиняли бы. – Ты недооцениваешь изобретательность людей шоу бизнеса, – негромко отзывается Пен Гу, который, как всегда, рядом. – Не было бы иностранца, другого врага бы тебе назначили. У успешных людей всегда бывают враги. И если люди не увидят реальных, они их придумают. Еще скажи, что ты этого не знал. – Ты прав, – отзывается Дэннис, поиграв желваками. – А знаешь, реальный враг у нас тоже есть: тот, кто этот слух пустил. Вычислить бы его и морду начистить, – лицо Дэнниса приобретает мечтательное выражение, а кулак правой руки несколько раз сжимается и разжимается. Похоже, в мыслях он уже осуществил заявленный мордобой, и это доставило ему неслабое удовольствие. – Хочешь вычислить, так не рычи на людей, а поговори, расспроси их, откуда они все это взяли. – Так, скорее всего, сплетня по кругу ходит, поди разберись, кто первый пустил! Но ты прав, мне нужно быть сдержаннее и не рычать на людей, – и непоследовательно снова дубасит несчастное кресло. – Если опросишь достаточное количество людей, я думаю, первоисточник все же можно будет вычислить. Могу проанализировать сказанное, но для этого я должен слышать ваши разговоры. Дэннис задумывается. – Нет, не стоит на это время тратить. Не настолько все критично, – с некоторым сомнением решает он, последний раз раздраженно стучит по подлокотнику кресла, а потом закрывает глаза, делает глубокий и медленный вдох, а открыв глаза как ни в чем не бывало возвращается к текущим задачам. – Давайте к делу, - поворачивается он к своей новообразованной группе, которая терпеливо ждет, пока лидер не решит свои проблемы. Так, с вокалом определились. По танцам я записал возможности, вечером еще ролики с конкурса посмотрю. Есть пожелания по стилю танца? Не обещаю, что все пожелания можно будет учесть, но лучше бы их знать. И я предлагаю, чтобы все попытались выбрать танец и песню, а потом обсудим предложенные варианты. Эпизод 8. Временная база NEKA ENTERTAINMENT. Днем позже бурление среди конкурсантов и обсуждение противостояния Дэнниса и Джока не только не утихло, а еще и усилилось. Все же, накануне конкурсанты больше волновались о себе, все спешно искали партнеров. Те, кто в рейтинге повыше торопились договориться с сильными участниками, чтобы у группы было больше шансов подняться на самый верх. Те, кто послабее, боялись оказаться вовсе не у дел и тоже торопливо искали партнеров. Сегодня все утряслось, и любопытство вспыхнуло с новой силой. Все с азартом обсуждают Джока, Дэнниса, методы срыва выступлений и гипотетическую реакцию агентства на эти действия. Гадают, что будет, если устроители конкурса засекут Дэнниса за неблаговидными поступками: исключат его, или все же оставят? На сегодня красавчик – фаворит конкурса, главный претендент на первое место. Всех настолько увлекла эта животрепещущая тема, что даже поиски неуловимого сына чеболя отошли на второй план. А может, его и не было вовсе? Едва наша троица появилась в агентстве, она вновь немедленно обросла свитой. Правда свита теперь четко делится на два круга. Ближний круг – это соратники, те с кем они будут выступать, второй круг – любопытствующие, занятые подсчетом шансов на успешное выступление Джока и компании. Жаль, не развит в Корее обычай заключать пари, а то конкурсанты бы уже начали ставки делать. Помимо мемберов группы Сан У, к внутреннему кругу присоединяется еще пара парней, из тех, с кем наши друзья репетировали на первом, заочном этапе конкурса. – Привет всем. Сан У, мы тут решили организоваться, чтобы следить за Дэннисом и его людьми. Не дело это, такими методами на конкурсе пользоваться. Мы не позволим им сорвать ваше выступление. – Спасибо, – благодарит Сан У. Ему действительно будет спокойнее, если кто-нибудь станет отслеживать действия недоброжелателей. Сзади пренебрежительно фыркает Джи Су. Присоединиться они, значит, побоялись, Джи Су им предлагал. А теперь строят тут из себя защитников. Впрочем, лучше так, чем никак. Все же хорошо, когда тебя поддерживают. Разговор задержал группу Сан У в фойе, и пока они разговаривают, с улицы в помещение входит объект их обсуждений – Дэннис, как всегда в компании Го Пен Гу. Эти двое тоже немедленно обрастают перешептывающейся свитой. Причем часть дальнего, любопытствующего круга перетекает от Джока к Дэннису. Проходя мимо белобрысого иностранца и его окружения, Дэннис бросает хмурый и недовольный взгляд на источник своих неприятностей. Заговаривать с Данилой он больше не пытается. Джи Су и Сан У отвечают ему такими же мрачными взглядами. Данила, которого вчера просветили по поводу противостояния с Дэннисом, смотрит на своего почти официального врага не сердито, а скорее удивленно. Вы, вероятно, уже поняли, что россиянин имеет весьма устойчивую психику. Именно поэтому ему не очень понятно, как можно воевать с помощью мелких пакостей. Разве упавшая драпировка на что-нибудь повлияла? Потеряли лишние полтора часа, только и всего. А если пакость будет крупная, то пострадает скорее пакостник, а не тот, против кого она направлена. Вряд ли администрация и охрана станут на это дело просто смотреть. Эпизод. 9 Временная база NEKA ENTERTAINMENT. Какие бы сплетни ни гуляли среди конкурсантов, какие бы страсти не кипели в этом котле, подготовка к следующему раунду идет своим чередом. В частности, для конкурсантов возобновляются ежедневные занятия-консультации с вокалистом и хореографом. С группой Сан У, а именно он заявлен лидером их маленького временного коллектива, вокалистка теперь занимается самолично, не передавая их в руки помощника (ну разве что иногда). Все-таки большинство членов этой группы находятся в верхней трети рейтинга и почти наверняка пройдут сквозь сито не только ближайшего, но и основного отсева и перейдут на третий этап. А этот этап гораздо важнее для агентства. Третий этап – это уже полноценное шоу, которое должно привлечь зрителей, спонсоров и рекламодателей. Он важен для репутации NEKA ENTERTAINMENT и его дальнейшей деятельности. Также на этом этапе, по планам агентства, конкурс должен начать приносить пусть не слишком большие, но все же уже ощутимые кассовые сборы. Поэтому, помимо подготовки к текущему раунду, метресса пытается подтянуть мастерство ребят настолько, насколько это вообще возможно за столь малое время. В отношении Данилы метресса сменила гнев на милость. И в этом большая заслуга Сан У. Вдумчивый парень сделал выводы из памятного конфликта на первом занятии, сравнил события на вокале с занятиями у хореографа и в спешном порядке стал обучать Данилу специфическим певческим терминам, а также другим словам, которые, по его мнению, необходимы для общения на тему вокала. Дотошный Сан У даже записал пару занятий на диктофон, а затем, уже дома, пытался составить список наиболее употребимых слов. Можно сказать, провел лингвистическое исследование. Данила, конечно, тоже молодец, в языке прогрессирует семимильными шагами. Теперь, как минимум, в двух случаях из трех он хорошо понимает, чего от него требует преподаватель, да и в третьем чаще всего догадывается и гораздо реже попадает впросак. Причин для конфликта стало гораздо меньше. Произношение у него за последние три недели тоже улучшилось кардинально и не так раздражает мастера пения. Более того, метресса Хан Хи Сон, как выяснилось, еще с самого начала, несмотря на общее недовольство, оценила голос Данилы и теперь он центральный певец в группе. Среди дополнительно набранных мемберов только у одного парня хороший голос. Хороший, но все равно слабее, чем у Данилы и Сан У. Еще у одного примкнувшего голос, если честно, совсем никудышный, просто он друг предыдущего и тот поставил условие, что присоединяются они только вдвоем. Всего у них группа получилась численностью шесть человек, еще есть один рэпер, который совсем не поет, но рэп читает очень даже качественно. Так что суммарные возможности группы получились неплохие, и вокалистка изо всех сил старается сделать из них нечто, что не стыдно показать на сцене. На первое вокальное занятие второго этапа ребята пришли с некоторой опаской, Данила в том числе. Это во время той самой первой встречи с сердитой метрессой он не переживал, потому как его мало волновал результат. Но сейчас Данила больше интересуется конкурсом и принимает все гораздо ближе к сердцу. К тому же теперь он знает, насколько сильно подставил устроителей, когда вылез без предупреждения с незапланированной, да еще и довольно провокационной песней, и как знатно на него должны были осерчать. Войдя в студию и поздоровавшись, наша троица замирает, настороженно глядя на преподавателя, и усердно изображая старательных и послушных пай-мальчиков. Новоприсоединенные члены группы с любопытством взирают на развитие ситуации. Они не в курсе самого первого конфликта Данилы с преподавателем, но об истории с нестандартным выступлением на открытом вокале не знают только глухие и слепые. Вопреки ожиданиям, вокалистка, ни словом не помянув об этом происшествии, начинает занятие. Для начала она спрашивает, какое именно произведение выбрала группа для исполнения и лезет в свои записи с характеристиками голосов. – Хм. Удачный выбор, – заключает она. – Вполне пригодно для вашего состава, – и начинает детальную разборку партий. Далее занятие проходит в самом что ни на есть конструктивном русле. Да, метресса периодически покрикивает на конкурсантов, жалуясь на непонятливость провинциальных дилетантов, но это нормальный рабочий процесс. Никто из парней не ждет, что с ними будут обращаться как с хрустальными. Они втягиваются в процесс и забывают обо всем на свете, кроме текущей задачи: исполнения вот этой партии, вот этого пассажа, вот этой скороговорки рэпа, вот этой ноты, которую нужно тянуть целых два такта, а потом оборвать резко и при этом всем строго синхронно. Через пару часов, уставшие, но довольные конкурсанты прощаются с преподавателем и готовы покинуть студию. – Джок, останься, мне нужно кое-что выяснить, – останавливает Данилу строгий голос. Он оборачивается и будто попадает под дуло пистолета. Вокалистка сверлит его пристальным взглядом. – Пак Сан У, Ли Джи Су, тоже останьтесь. Парни переглядываются. Похоже, рано они радовались. Преподаватель вовсе не собирается спустить происшествие на тормозах, просто решила не совмещать разборки с учебным процессом. – Вы трое, насколько я поняла, готовитесь к конкурсу совместно. Поэтому спрашиваю всех троих. Откуда вы взяли песню, которую Джок исполнил на открытом вокале? Корейцы переглядываются. Как-то им в голову не пришло это выяснять. Больше заботили последствия. Данила молчит, он не уверен, что правильно понял вопрос, поэтому предпочитает, чтобы ответили аборигены. – Мы не знаем, – внутренне напрягаясь, признается Сан У после переглядываний. Вокалистка переводит глаза на Джока и вновь сверлит его пристальным взглядом. – Откуда ты взял мелодию, которую пел на конкурсе открытого вокала? – еще раз повторяет она вопрос, обращаясь к Даниле персонально. – Придумал, – отвечает Данила, надеясь, что правильно понял о чем его спрашивают. – Я спрашиваю не как ты придумал ее исполнить, а кто автор этого произведения. Из какой песни ты выдрал эту мелодию? Данила опускает глаза в пол и старательно демонстрирует раскаяние. По виду преподавателя он чувствует, что ответил что-то не то. Но может, и не стоит разбираться, чем именно недовольна метресса, дешевле будет все признать, повиниться и пообещать, что такого больше не повторится? А что, испытанный прием мог бы и сработать, если бы разговор был затеян ради намыливания холки провинившегося конкурсанта. Но цель вокалистки другая, главный менеджер попросил ее узнать, кто автор понравившейся директору агентства и при этом абсолютно неизвестной мелодии. По возможности, хорошо бы выяснить, можно ли на этого автора выйти. Еще неделю назад попросил, но после последнего вокального конкурса у метрессы был перерыв в занятиях, а бегать за провинциальными недорослями она посчитала ниже своего достоинства. Да и не требовал менеджер сделать это немедленно. Теперь вот она хочет просьбу выполнить, поэтому виноватый вид белобрысого чужака ее не удовлетворяет. Вокалистка достает планшет и активирует конкурсную запись Джока. – Кто автор? Автор музыки? – сует она планшет под нос непонятливому иностранцу. – Я, – бурчит иностранец, все еще глядя в пол и продолжая добросовестно демонстрировать раскаяние. – Ты? – недоверчиво изумляется Метресса. – Точно ты? А может, услышал где-нибудь? Откуда ты там? Из России? Мало ли кто из российских звезд готовит новый репертуар, а ты услышал и решил, что раз они поют, то и тебе можно? Только вот незадача, никто к этой мелодии корейского текста не догадался присочинить. Данила недоуменно смотрит на метрессу. Что-то он вообще перестал понимать, что она от него хочет. Он оглядывается на Сан У, надеясь на подсказку. Корейцы испуганно смотрят в ответ. Ладно, если это мелодия из российской эстрады. Выяснит, откуда она и успокоится. Ну, поругает. А что, если это мелодия инопланетная? – Джок сам придумал! – пытается прыгнуть на амбразуру Джи Су. Метресса окидывает его недовольным взором. Она уже поняла, что эти двое к авторству не имеют никакого отношения. – Вы можете с ним разговаривать на русском языке? – спрашивает она у парней. Те мотают головами. – А как же вы с ним общаетесь? На английском, помнится, с ним тоже не особо поговоришь. – В быту на корейском, а при обсуждении сложных вопросов через переводчик на смартфоне, – как же вовремя у Джока говорилка появилась! Теперь все можно списать на нее. Метресса морщится. Она не любит отступать от правил агентства, гласящих, что смартфоны в студиях должны быть заблокированы. Даже в том случае, если в данный момент нет никаких занятий. – Включайте свой переводчик, – решает она все же нарушить свои принципы. После объяснений между корейцами и Данилой и активации смартфона вокалистка вновь озвучивает свое подозрение: – Я правильно поняла, что ты сам автор, или все же ты услышал песню кого-нибудь из российских звезд, необнародованную, которая только готовится к новому альбому, и решил повторить? Данила совершенно неприлично вытаращивается на вокалистку. За кого она его, интересно, принимает? Где это он мог услышать необнародованную песню российских звезд? Можно подумать, он каждый день тусуется именно в тех местах, где они свои новые песни репетируют. Ага. И к Алле Борисовне Пугачевой раз в недельку на чашку чая заглядывает! – Где это я мог их услышать? – озвучивает он свое недоумение. – Это уж ты лучше должен знать. Или ты продолжишь утверждать, что сам сочинил потенциальный хит? – а вокалистка солидарна с директором агентства и полагает, что при доработке из этого действительно может получиться хит. Данила вытаращивается на вокалистку еще неприличнее. Денежная песенка – потенциальный хит? Конечно, в мечтах он сочиняет не иначе, чем хиты. Но вот «денежная песенка»? Он всегда полагал, что создание хитов – это осмысленный и серьезный процесс. А тут само на ум пришло, да и потом в голове крутилось так, что не отвяжешься. И это – потенциальный хит? А с другой стороны, то, что она такая привязчивая, может это как раз и есть показатель? Хиты ведь тоже все время хочется петь и повторять. На то они и хиты… Интересно, а как бы звучала эта песня с хорошей инструментальной обработкой? А второй голос нужен? А подголоски? А проигрыш после куплета, а если нужен, какой? Такой же, как он на гитаре изобразил или что-нибудь подлиннее и, может, полиричнее? Или, наоборот, понапористее? В общем, Данила ушел в астрал осмысливать сказанное. Вокалистка любуется сначала донельзя удивленной и даже шокированной физиономией иностранца, а потом наблюдает, как лицо постепенно теряет эмоции, приобретает отсутствующий вид, а взгляд уходит в себя. Только таблички «Меня здесь нет!» не хватает. Посмотрев на все это, она осознает, что вряд ли сегодня добьется от чужака большего. И, что характерно, языковые проблемы тут совершенно ни при чем. Зато опытный сотрудник агентства начинает подозревать, что парень, действительно, сам это сочинил. Знавала она парочку сочинителей, которые ну очень любили впадать в подобное состояние. Подумав, она решает частично перепоручить задание господина Чхве До Хена присутствующей здесь парочке. Они теперь все равно уже в курсе интереса агентства. Она поворачивается к Сан У и Джи Су. – Выясните, сам или не сам он сочинил эту музыку. И объясните ему последствия, если наврет. И для него последствия и для агентства. А еще не распространяйтесь об этом, иначе последствия будут у вас. Надеюсь, вы-то понимаете, насколько это серьезно? Корейцы начинают истово кивать и клясться, что они все понимают. На самом деле штатный педагог агентства немного сгустила краски (в педагогических целях). Агентство пока не заявляло прав на мелодию, а отрывок, прозвучавший на конкурсе, совсем небольшой. Но если агентство в будущем хочет сотрудничать с автором, лучше действовать как можно аккуратнее. Метресса наблюдает, как неразлучная троица покидает студию. Витающего в облаках иностранца приходится уводить за руку.