Лечение ран любовью

Солнце падало на лицо, прикрытое чёрными спадающими прядями. Шота открыл глаза и понял, что снова уснул на диване. Он был заботливо накрыт пледом. Видимо, когда Хизаши вернулся, то решил не переносить парня, чтобы ненароком не разбудить. Айзава поднялся и неуклюже направился на кухню. Там уже хозяйничал Ямада. Волосы были собраны в конский хвост, спереди повязан фартук, а в руках половник. – Уже проснулся? – обернулся Мик. – Да, – коротко ответил Шота и сел за стол. Может, он и открыл глаза, но всё же не до конца отошёл от сна. На плите стояла красная кастрюля, её – как и почти всё в доме – выбирал Мик. Айзаве было глубоко наплевать на оттенок тарелок или местоположение дивана, главное, чтобы они были в доме, а остальные детали можно и опустить. Однако Хизаши так не думал. По его словам, всё должно сочетаться и нести смысл. Красная утварь была схожа со шторами, скатертью и глазами вечно невзыскательного Шоты. Сотриголова и не заметил, что снова засыпал, пока в поле зрения, слева, не попало резкое движение. Весьма жёстко развернувшись, он чуть не ударил Хизаши, подходившего с тарелками. – Напугал? – Посуда с глухим звуком ударилась о стол. Парень придвинул стул ближе к любимому и сел лицом к нему. – Просто задумался, – ответил Айзава. Мик улыбнулся и достал ложки из ящика неподалёку. Для этого пришлось потянуться, но благодаря хорошей растяжки это не составило труда. Ямада зачерпнул наваристый свежесваренный куриный суп и поднёс его ко рту любимого, перед этим подув на него. Шота открыл рот, послушно принимая помощь. Руки всё ещё были замотаны так, что держать хоть что-то меньше кошки было совсем неудобно. Сперва он пытался закрыться, но забота Хизаши была настолько искренней, настойчивой и приятной, что с первого взгляда непреступный учитель начал наслаждаться моментом. Тёплый куриный бульон кажется гораздо вкуснее, когда понимаешь, что его готовили специально для тебя, вкладывая любовь. Ямада всегда был безнадёжным романтиком, от этой черты было невозможно избавиться, но Айзаве это нравилось. Пусть со стороны парни казались совершенно разными, но наедине они допускали быть друг другу совершенно открытыми. Хизаши мог начать позволять себе больше грубости, а Шота не быть равнодушным ко всему. Да и как можно оставаться равнодушным, когда под боком такой человек как Мик.