Futanari City: Яой после школы

Она спросила меня. - Тебя, правда не смущает, что я читаю такое? Лучи закатного солнца врывались через оконные стёкла и окрашивали помещение в огненные оттенки. В учебном кабинете кроме нас двоих никого не было. Передо мной стояла прекрасная одноклассница. Думаете, что это отличная романтическая ситуация, для меня, молодого парня? Но нет. Не девушка это. Её зовут Нозоми Синклер, она футанари. Хотя это ничего не меняет, мне не нравятся ни девушки, ни футанари. Пусть она мне не нравилась, но я набрался смелости и ответил ей. - Не вижу в этом ничего зазорного, что фута увлекается яоем. Да, может твои подружки тебя и не поймут, но ты имеешь полное право интересоваться подобным. Это просто выдуманные романтические истории. В конечном счёте, в нашем долбанутом городе вполне себе разрешено заключать гей-союзы, парой из двух мужчин с удочерённой ими футанари никого уже не удивишь. В глазах Нозоми промелькнула искорка надежды, она решила спросить меня. Голос её немного подрагивал. - А ты, Арзамас… как относишься… к подобной романтике… с мальчиками? Да, этим странным именем меня назвал мой отец, он когда-то интересовался советской эстетикой. Но, что касается вопроса одноклассницы, мне не хотелось на него отвечать. Но что-то было в этих чёртовых глазах с радужками неестественного бордового цвета. Они умоляли меня сказать хоть что-то. Я сдался, ведь один хрен моё положение в школе от этого не пострадает. Да, надеюсь, я не сделаю этим себе хуже. Взглянув ещё раз на печатный томик, что я держал в руках. Я честно ответил. - Да, я читаю яой. И у меня уже есть неплохая коллекция, которую я прячу от родителей. Да, таков мой ответ. Вот кто-то скажет: «Фу! Яойщик! Заднеприводный!». А у меня есть на это ответ. Моя семья переехала в Футанари-сити, когда мне было 6 лет. Но я из обычной традиционной семьи, мои родители – обычные мужчина и женщина. Так в чём моя проблема? Моя проблема футанари и женщины, живущие в этом городе, мне даже сложно сказать кто из них хуже. За свои 16 прожитых лет я натерпелся от этих тварей по полной. Я вообще невезучий по жизни. Хотите примеров? Пару лет назад, одна стерва долбанула меня шокером за то, что я случайно коснулся её попы в общем туалете. Женщина, вообще-то его можно применять только против футанари. Я после этого в больницу попал, а ей только пяток лет условно впаяли и депортировали. Что ещё. Из-за малолетних хулиганок нельзя пройтись спокойно по улице, то и дело норовят стянуть штаны, как отвлечёшься, не говоря уже о том, что они заходят в мужской сортир как к себе домой. Метро лишний раз пользоваться не хочется, облапают на раз два, ведь пока твои гениталии не трогают и не пожалуешься. Но, пожалуй, последний недавний случай это апофеоз моей ненависти конкретно к футанари. Одной ученице, Морико, на уроке стало плохо, я повёл её в медпункт, а по дороге она наблевала на меня своей собственной спермой. Я уже говорил про своё невезение? Вот ещё его проявление. В классе я был единственным парнем, все остальные футы. Не считая одной девушки, но она такая же отбитая, как и её сестра-футанари. Мне с детства с этим не везло, почти и не общался с одноклассниками мужского пола. Всё, думаю, хватит с вас. Лучше вернёмся к Синклер, что стоит передо мной. Она не совсем была уверена в моих словах. - Это правда? Я бы очень хотела взглянуть на твою коллекцию, если она у тебя и правда есть. Если честно, то родители не разрешают мне читать яой. Сами покупают мне только хентай с футами. «Смотри дочка, как этим надо заниматься». Обе ведь футанари… Что же я делаю? Явно мир катится в пропасть. Я рассказал однокласснице, что мне нравится яой, а она жалуется, что её заставляют смотреть порно, которое ей не нравится. Это очень смущало. То ли чёрт меня дёрнул, то ли на какой-то момент Нозоми показалась мне безумно красивой, я решил пригласить её к себе. - Ну, в принципе, я не против. Хоть сейчас можем пойти ко мне. Только при одном условии. Этот экземпляр, который ты обронила, я оставлю себе, твои родители всё равно найдут и выбросят, если притащишь его домой. И обещай, что будешь вести себя прилично. Никакого онанизма. - Хорошо. Я пойду. Обещаю, что от меня не будет проблем. Мы покинули школу и направились к жилому комплексу, в котором я прожил уже десяток лет. Он располагался всего-то в пяти минутах от учёбы, очень удобно. Но привычный путь вызвал странные ощущения, когда кто-то шёл рядом со мной. Даже подмывало сказать этой футанари: «Эй! Не ходи за мной!». Но на этот раз меня никто не преследовал, я сам позвал прогуляться после школы кого-то. Мы прибыли к комплексу и вошли в здание. Консьержка попросила Нозоми зарегистрироваться, та приложила свой смартфон к валидатору, затем мы вдвоём зашли в лифт и поднялись на пятый этаж. Я немного задержался около входной двери в квартиру и сказал своей гостье. - Синклер… может всё-таки тебя не пускать к себе? Футанари напрашивается в гости к парню-задроту, как-то это подозрительно. - Э. Мы же ведь уже пришли! Я не такая! Я законопослушная ученица старшей школы. - Ладно, ладно. Но я уже сообщил своему отцу, что ты зайдешь к нам домой. Он работает в полиции, если через час я ему не перезвоню, то сюда нагрянет его коллеги. - Что!? Ты настолько мне не доверяешь! - Шучу, шучу. Просто хотел предупредить, что сегодня старик вернётся пораньше, у нас не так уж и много времени на наши дела. Ну, это не совсем шутка. Я реально написал отцу, что ко мне пришла одноклассница-фута, чтобы визит Нозоми не стал для него неожиданностью. Он как офицер полиции, относился к третьему полу с должной долей скепсиса и доверял из них только футанари-коллегам. Когда Нозоми переступила порог, у меня на одно мгновение даже возникла мысль закрыть и запереть дверь и сбежать от неё. Но я прогнал из головы этот бред. Я зашёл в квартиру вслед за ней и закрыл за собой. Включился свет, мы скинули обувь. Она безошибочно определила, где находится моя комната. И сказала. - Извините за вторжение! Она вошла в комнату и нагло развалилась на моей кровати, взяв в свои загребущие ручонки мою подушку, на которой я сплю. - Я вообще-то тебе не говорил, что ты можешь чувствовать себя как дома… Она начала перебирать ногами сминая покрывало, ещё больше раздражая меня. И требовать. - Ну же, ну же. Давай показывай! Где она у тебя? Нередко хулиганки именно с такой интонацией просили показать им мой член. Мне серьёзно захотелось вдарить ей, как следует. Но в целом родители хорошо меня воспитали, я ни разу ни на кого не поднимал руку. Я опустился возле окна, снял решетку, что закрывала радиатор отопления, и из-под ниши под ним начал доставать свои сокровища и выкладывать их на полу. 15 толстых сборников с эмблемой одобрения комитетом цензуры города, а также почти 40 тонких книжек. Синклер это поразило. - Ого! Целый Клондайк. Завидую… Да, действительно, ей было чему завидовать. Ведь печатная продукция в Футанари-сити, была единственным легальным способом покупки рисованного порно. Дела обстояли так, чтобы немного минимизировать пиратство. И в некоторой степени это придавало нарисованному порно дополнительную ценность, ведь товар был ограничен количественно. Поэтому многие жители Футанари-сити охотно поддерживали долларом творцов и собирали коллекции. Глаза у Нозоми просто разбегались. Наконец-то её взгляд остановился на одном из томиков и она взяла его в руки. Это был последний выпуск Otokonoko HEAVEN. Я купил его на прошлой неделе, было не очень приятно смотреть, как его лапает эта мерзавка. Она воскликнула. - О! Трапики! Мне это тоже нравится, особенно, когда это два трапа. Но всё же я больше предпочитаю, чтобы парни не носили женскую одежду. Полистав немного, она положила книгу на место. Затем её внимание привлекла одна из тоненьких книжек. Это была додзинси по одному популярному аниме, его действующими лицами были элегантный дворецкий и его очаровательный господин. Я увидел неподдельный интерес в жгучих глазах Нозоми. Она начала внимательно читать мангу, дойдя до половины она захлопнула книжицу, закрыла обложкой нижнюю половину своего лица и начла канючить. - Арзамас. Ну можно? Можно? Ну можно? - Чего можно? Чего ты хочешь? Я не отдам её тебе. Не сразу понял я, чего она точно хочет. - Ну можно? Мне пришлось включать на полную свою интуицию общения с придурковатыми футанари. И до меня всё-таки дошло. - Ладно, хорошо. Можешь заняться своим делом в туалете. Но чтобы я тебя не слышал. Не занимайся этим слишком долго и уберись за собой. - Спасибо! Она убежала с додзей в санузел дрочить свой член. Очень надеюсь, что не испортит. Я начал убирать материалы обратно в схрон. После того как я поставил решётку на место, я решил проверить, как у яойщицы там дела. Подошёл к двери туалета и немного приблизил своё ухо к ней. Было отчетливо слышно как она усиленно там пыхтит. Мерзкое и забавное чувство, когда кто-то малознакомый онанирует у тебя дома. Я решил не мешать и пошёл на кухню перекусить. Я съел сэндвич и попил чай с баранками, они были уже жёсткие, приходилось их отмачивать. К этому приучил меня мой друг. Да, у меня были друзья мужского пола, но вот конкретно Артём, к сожалению, недавно уехал в Россию. Естественно, про яой я ему не рассказывал. Русские ещё те гомофобы. После перекуса, я почувствовал, что мне надо срочно отлить. Я побежал к сортиру и начал стучаться. - Нозоми! Заканчивай там уже. Чего ты там так долго? Мне очень надо в туалет. Пыхтения прервались и она странным голосом ответила. - Я скоро! Не мешай мне! Ещё минут пять. Наверное… Наверное… Плюнув на это я зашёл в соседнюю дверь, в душ. Сделаю своё дело здесь и сполоснусь заодно. Закрылся на защёлку, разделся, настроил еле тёплую воду и залез под струи. Я не взял с собой одежды на смену. Думаю, ничего страшного, если я выйду в одном полотенце. Успею дойти до комнаты и одеть там футболку и штаны. Но выйдя в коридор я столкнулся со своим отцом, он вернулся ещё раньше, чем я ожидал. В обычные дни он вообще приходит, когда я ложусь спать. Он предупредил, что освободится немного раньше сегодня, но я не думал, что прям так рано. Послышался звук слива из туалета. - Так в душе был ты? Привет, сын. Футанари вышла к нам и смущённо представилась. По положению её рук я видел, что она прячет книжицу под формой. - Здравствуйте. Я Нозоми Синклер, одноклассница Арзамаса. Рада знакомству. - Да, я знаю. Я Теодор Ньюэлл, но лучше называй меня сэр Ньюэлл или обращайся просто сэр. - Я поняла, сэр. - Вы хорошо себя тут вели, пока меня не было? - А? Ничего такого не было, сэр… - Хорошо. Я сейчас кофейку налью, присоединяйся к нам. - Нет, сэр. Я наверное уже пойду домой… - Я настаиваю, мисс. - Хорошо, сэр. Я останусь у вас в гостях ещё ненадолго. Не знаю, как это удавалось отцу, но у него получалось неплохо давить на этих созданий. Мне бы так. Он обернулся ко мне. - А ты чего стоишь? Одень уже что-нибудь. И иди за стол. Я нацепил, первую попавшуюся приличную одежду в своей комнате и пошёл в зал. За столом сидела Синклер и вытирала мокрые руки своим платком, очевидно, что руки она помыла. Я сел напротив неё, но даже отсюда ощущал лёгкий неприятный запах исходящий от футанари. Отец принёс три чашки с горячим напитком и кружку со сливками. Затем снова смотал и вернулся держа в руках тортик. А, точно. У меня же сегодня день рождения. Я не любил этот праздник, но отец настаивал, что его надо отмечать хотя бы так. Жалко, что матери нет за столом, она работает в госпитале, всегда в вечернюю смену. - Ну что. Поздравляю, сынок! Теперь тебе 16. Даже не верится, что уже такой большой оболтус вырос. Казалось, только недавно перестал в кровать писаться. - Эй! Не при гостях же! Нозоми немного удивилась происходящему. - Правда? У тебя сегодня день рождения? Я тоже поздравляю! И мне надо было принести чего-нибудь вкусного. - Не надо мне ничего притаскивать… Фыркнул я. - Вот он всегда такой, мисс. Продолжился беззаботный наш с отцом и с Нозоми разговор. Но скоро он закончился. Торт был съеден, а кофе выпит. Нозоми отправилась домой, утащив додзинси. Но где-то через час, когда мы сели ужинать, старик обратился ко мне с крайне серьёзным видом. - Арзамас. Внимательно послушай меня. - Да, отец. Что такое? - Я не против того, чтобы ты дружил с футанари. Я очень рад тому, что ты пытаешься завести новых друзей… Он сделал некоторую паузу, опиревшись локтём на стол, продолжил. - Не общайся с ней. С этой Синклер. Её родители ещё те безобразники. Лично мне они доставили немало неприятностей. Ничего серьёзного, но гады ещё те. Я хорошенько сегодня пригляделся к Нозоми. Возможно их дочь ещё хуже. Даже больше скажу, я думаю, что она опасна. Уверяю, тебя сын, у меня чутьё на это. - Хорошо. Я буду внимателен. Затем я немного позалипал за учебниками и лёг спать. Уснуть получилось далеко не сразу. Меня мучало множество дурацких мыслей и дурных идей. Но всё-таки смог переключиться на фантазии о прекрасном и заснул.