Futanari City: Яой после школы

После скоротечных выходных, моя жизнь вернулась обратно в своё русло. Следующая учебная неделя была очередной скукотой с порцией привычных уже мне придурковатостей от одноклассниц. Во вторник оказался закрыт мужской туалет, пришлось посетить сортир для футанари, конечно же, мне там обоссали штанину, ладно Морико, поверю тебе, что ты не специально это сделала. В четверг же миссис Штраус проводила наши два плановых урока посвящённых Интернет-Культуре не стесняясь своего монструозного стояка вздымающего её не самую длинную юбку. На мою жалобу, она огрызнулась, что у неё месячные и я только получил укор в свою сторону от всего класса. Но в целом неделя всё же прошла, я как и год назад по-прежнему не разговаривал с Нозоми Синклер. Футанари тоже игнорировала меня. Будто и не было тех двух дней, когда мы были с ней вместе. Даже можно было поверить, что это было сном, если бы в своей коллекции я не замечал очевидной нехватки одной тонкой книжки. Да, я опять погружался в мир фантазий, где не было места жутким насильницам. К сожалению меня ожидал ещё один кризис. Вернувшись в пятницу домой, я полез взять что-нибудь из своего схрона… Нет. Там ничего не было. Всё пропало, кто-то забрал моё сокровище. Почему жизнь не справедлива ко мне, стремится лишить меня всех немногочисленных радостей? В коридоре я услышал тихие шаркающие шаги, да точно, у матери сегодня же выходной. Очевидно, когда я вернулся, она дремала, а теперь решила встать и приготовить перекус для себя и меня. Я спешно закрыл батарею. Мама вошла в мою комнату и предложила. - Сынок, почему бы тебе не пойти и не поесть сразу. Я догадываюсь, что как обычно в школе ты не ел ничего. К слову звали мою мать Персефоной. Имя это отцу очень нравилось, как и всё остальное в ней. Я решил спросить у неё. - Да не помешало бы… Мам. А к нам кто-нибудь приходил сегодня? Да я задал такой вопрос. Кроме родителей забрать мою мангу мог и кто-то ещё. Хоть я предполагал, что обыск у меня, сына офицера, полиция устраивать не будет. Но всё же это мог быть кто-то из полицейских. Но при конфискации оставили бы уведомление и не стали бы забирать одобренные материалы. Ответ матери бы таков. - Да к нам в гости приходила Джулия, мне надо было спросить у неё пару рабочих моментов. Не переживай, ничего уж серьёзного у меня на работе не произошло. А почему ты спрашиваешь? - Да так… Интуиция подсказывает, что здесь была одна из этих тварей. - Арзамас! Следи за языком! Все футанари такие же люди, как и мы. Не смей их так называть! Только лишь некоторые из них опускаются до насилия и непотребств, но это не повод. А теперь помой руки и свой рот заодно и садись есть. Всю скоротечную трапезу я просидел как на иголках. Сама Глава Полиции - Джулия Хоуп здесь была. У неё точно есть зуб на меня… Точнее не так. Она такая же футанари как и Синклер. Очень неприятная личность. Сложно сосчитать, сколько своих «соплеменников» убила своими руками эта полицейская. Олицетворение смерти для всех футанари живущих в городе. Но в то же время многие жители уважают её. Я знаю, что её возбуждают молодые парни. Казалось, давно кто-нибудь позарился на неё бы. Не уродка, важная шишка. Но с ней боится кто-либо встречаться. Слабые духом её просто сильно боятся. А рисковые пацанчики тоже к такой не сунутся, ведь очевидно, что Хоуп нужен мальчик-пассив. Можно не сомневаться, что эта маньячка хочет меня. Набив немного съестным желудок, я поторопился обратно в комнату. Захлопнул дверь и ещё раз обыскав пространство под батареей я нашёл небольшой листочек бумаги. На нём было написано. «Арзамасик, не беспокойся с твоей коллекцией всё в порядке, она у меня. Ты меня немного удивил своими предпочтениями. Ты мне стал очень интересен. Хочу увидится с тобой и поговорить. Жду тебя завтра, когда стемнеет, в лав-отеле «Радужный пегас». Там я тебе отдам все твои вещицы. Очень надеюсь, что ты придёшь. Твоя милашка Джулия» Мне бы обратиться в полицию… но Хоуп и возглавляет полицию! К тому же я очень не хочу, чтобы отец узнал про моё хобби, боюсь представить, как он отреагирует. Кое-как я дожил до вечера следующего дня. Родителям сказал, что иду в кино. Я собрался с духом и вышел на улицу под стремительно темнеющее небо. Идти было не очень далеко, путь мой пролегал через туристический район. Его освещало немалое количество разноцветных вывесок, жизнь кипела. Прохожими в основном были мужчины и работники-футанари местных заведений. Всё старалось выглядеть достаточно приличным, никаких борделей и стриптиз-клубов. Скандальное кафе «Экзотика» находилось в другом месте. По дороге со мной поздоровалась футанари в вечернем платье. Я знал Пенелопу. Тоже коллега офицера Ньюэлла. Она сопровождала крепкого мужчину в белом костюме, красной рубашке под ним и с золотыми часами на запястье. Да, богатые туристы приехав в Фута-Сити могли нанять в качестве защиты эскорт из надёжной футанари-полицеской. На её платье даже присутствовала нашивка департамента. Но следующая встреча была не приятной. Вы угадали. Это Синклер… Две Синклер! Две одинаковых на лицо футанари шли мне навстречу, взявшись за руки. У одной была короткая стрижка, а у второй подлиннее волосы с завивкой. Они смотрели друг на друга и смеялись над чем-то. Но одеты они были в мужскую школьную форму. Да нет, не просто в форму. Такая была в аниме про клуб свиданий. Это косплей! Нет, Арзамас, не смотри на них. Иди куда шёл… Чёрт. Я всё же взглянул на них. И зря. Им не понравилось, как я на них смотрю. Одна из них выпалила мне. - Эй, парниша! Какие-то проблемы? Вторая вмешалась. - Да не цепляйся ты к людям… Хотя… Фута с завитками внимательно посмотрела на меня. - Давай его с собой возьмём, Николай? Чего? Нельзя допустить этого. - Я никуда с вами не пойду, инцестники! Первая, которую назвали Николаем, подошла ко мне и вцепилась в мой воротник и накричала. - Как ты назвал нас, поганец!? Да, что ты вообще про знаешь про нас с Софьей!? Язык мой – враг мой. Но вмешалась Софья. - Да не кипятись ты так, Коля! Отстань от мальчика. Затем она заметила, во что я одет. Я ведь специально одел свою школьную форму, чтобы ко мне поменьше цеплялись. - Эта форма, мальчик. Ты ходишь в ту же школу, что и Нозоми. Ты знаешь нашу дочь? Мою рубашку выпустили из рук. Меня они бесили, я не ответил вежливо. - Да. Но лучше бы не знал. На что Николай грустно улыбнулась. - Как видишь, Софья, в рядах ненавистников нашей семьи пополнение… - Жаль. А мы даже не знаем его имени. - Меня зовут Арзамас. Их глаза немного округлились, они вместе синхронно вопросили. - Ты Ньюэлл? - А вы Синклеры. Короткостриженая вздохнула. - Арзамас, я так поняла, дочь Софьи чем-то насолила тебе. Я бы хотела рассказать тебе про нас. Поговорить о Нозоми. Ты не против пойти с нами сейчас? Тут недалеко есть недорогой семейный ресторан… Ну как думаете? Я согласился пойти за малознакомыми футанари. И вот, пока мы втроём спокойно сидели и перекусывали, парочка выложила мне правду о своей семье в которую мало кто верил. А дело было так. Близнецы родились в Одессе, их родители были аферистами. Не было им и семи лет, родители умотали и они попали в детский дом. Детский дом только для футанари. Пять лет проведённых там были кошмаром наяву. Но со временем отыскались родные бабушка и дедушка в Тернополе и взяли их под опеку. Жили у них сёстры сравнительно неплохо, получали образование дома. Но когда Софье исполнилось 16 лет, выяснилось, что она беременна. Николая вышвырнули из дома. Футанари продолжала свой сказ. Старалась достучаться до моего сердца. - Вину сразу спихнули на меня. Не хотели ничего слушать. Поверь мне, Арзамас, я не трогала сестру. Беременность была результатом естественного автоосеменения. Жизнь в четырёх стенах для Софьи итак была мучением, а её ещё и наказало собственное тело… Самоосеменение… нет, я сейчас не вспоминаю про малолетних дегенераток, прыскающих шприцом без иглы в свои влагалища собственной спермой. Есть природные механизмы защищающие футанари от автоосемения. Но так же есть достаточно редкое явление, когда при воздержании и сильном стрессе организм представителя третьего пола может оплодотворить сам себя без всякого содействия со стороны самой футы. Своеобразное непорочное зачатие. Только не говорите об этом явлении при религиозных людях. Дальше рассказ пошёл о том, как Николай бомжевала три года, бесцельно бродя по просторам Украины. Затем она умудрилась попасть на этот остров. Тогда здесь и Футанари-Сити не было, а лишь недостроенная военная база США. Николай прибыла, сюда с так называемой «первой волной», как и Мародёр БезФамилии. Им только предстояло возвести этот город. «Первая волна» представляла из себя самых проблемных футанари, от которых страны участвующие в проекте хотели избавиться в первую очередь. Убийцы, насильницы, совратительницы, прочие уродки и бездомные. Нет, конечно, не только они прибыли сюда первыми. Требовались и специалисты с хорошим умом и твёрдым характером, но это была лишь ложка мёда в бочке с дёгтем. Что в принципе объясняет, почему я теперь учусь среди дур. Считай, что был гулаг. Заставить работать весь сброд было не просто, но с самых первых дней заселения у руля встала мэр Джессика, дочь ныне действующего президента штатов Джонатана Смита. Её методы были очень жестокими. Американские военные бдили за порядком день и ночь. Родственница Нозоми нередко получала наказания, а один раз схлопотала пару пуль, когда пробралась на склады военных. Но, конечно выжила тогда, иначе не сидела бы передо мной. Уже спустя три года была возведена первая очередь строений города. Он получил официальное название… Блин, я забыл как этот Членоблядск ваш называется! Остров был готов принимать жителей. Софья смогла вырваться из Украины, прихватив с собой и шестилетнюю дочь. Сёстры воссоединились, решили заключить гражданский союз и воспитывать Нозоми вместе. В это же время сюда переехали и мы, Ньюэллы… Я выслушав историю, после того как допил томатный сок смущённо сказал. - Николай, Софья. Извините меня за грубые слова… так вот в чём дело… - Да, жизнь бывает такой сукой. А что дальше случалось с нами, спрашивай у папаньки своего. Хотя не думаю, что он охотно всё поведает. Но это не был, конечно, конец разговора. Теперь предстояло самое важное. Первым начала Николай. - Так какие тёрки у вас с Нозоми. Ты можешь поведать нам, Арзамас? Думаю, они обязаны знать, что случилось, я не должен больше трусить. Собравшись, я сказал следующее так, чтобы кроме близнецов никто не услышал слов. - Нозоми пыталась изнасиловать меня. По лицам Синклеров прошлась череда противоречивых эмоций. Софья спросила. - Это правда? - Да, это было неделю назад. Мы ходили с ней за покупками в «Конфискат и просроки» к Маре в Серый Район. По пути обратно она завела нас в глухой тупик, прижала меня к стенке, применив грубую силу, сказала не рыпаться и начала подготавливать меня к анальному проникновению. Мою задницу спасло только то, что мимо проезжала работница Виктории. Так что да. Свидетели есть, Мороз в курсе. Николай же задала следующий вопрос. - Почему ты не обратился в полицию? Или не рассказал отцу? - Есть личные причины… не то чтобы серьёзные. Но я не хочу просто рушить жизнь Нозоми. Она так и не совершила тяжелого преступления. А за попытку изнасилования её точно отправят в исправительный интернат, а там тяжко. Я, конечно, не люблю третий пол, но не настолько. К тому же сама Синклер… я чувствую, что в ней скрывается доброе начало. Уверен, она просто оступилась на своём жизненном пути. Я надеюсь, теперь то она не пойдёт по кривой дорожке. Но я больше не хочу её видеть рядом с собой. На, что футанари с мужским именем мне тепло сказала. - Ты добрый человек, Арзамас. А вот Софья отреагировала совсем неправильно! С улыбкой на лице, она считай, что прошипела мне. Глядя на меня оригиналом тех гипнотизирующих глаз, что достались её дочурке. - Насчёт твоих личных секретиков… есть у меня к тебе предложение. Хотя нет… требование! Эта сучья самоёбка прознала про моё увлечение яоем. Дибилка Нозоми, зачем ты у меня утащила Сиельку с Баськой! Твоя мамаша их нашла. И вот теперь я стою в мужском туалете и снимаю на чужую камеру, как футанари с короткой стрижкой отсасывает у сестры с завивкой. Суки! Из-за вас я нарушаю закон. Это же съёмка порнухи! Твари! У меня стояк из-за того, что вы одеты при этом в эти элегантные костюмы! Ёбанные же вы инцестники. Теперь я понял, почему Синклеры всем не нравятся.