Мандариновое лето

«На большом воздушном шаре, Мандаринового цвета, Вместе мы проводим это лето».

***

— Ох, Гарри! Это так романтично! — всплеснула руками Гермиона и после прижала их к груди.       Рон поднял глаза к потолку и получил в ответ разъярённый взгляд карих глаз своей девушки, из-за чего захотел скрыться подальше. Сам он ещё не сделал предложение, хотя Гермиона и живёт в Норе, и они спят вместе, но официально они так и не заключили брак.       Женитьба - это точка невозврата, а Рон всё ещё не был уверен в том, что им с Гермионой вообще это нужно. Они были слишком разные. Слишком разные взгляды на жизнь, слишком разные ценности и разные мнения о том, что ставить во главе угла. Всё было слишком!       Тянуть со свадьбой удавалось легко. Не время. Восстанавливаемся после войны. Учёба. Поступление на курсы. Работа. Какая свадьба?       Но в последнее время ровесники и друзья всё чаще празднуют свадьбы, и Гермиона уже не раз и не два намекнула, что у неё даже кольца нет. Рон не был идиотом, поэтому понимал взгляды и долгие молчаливые паузы своей девушки, но… было одно «но», почему он так и не сделал ей официальное предложение руки и сердца. Проблема была именно в Гермионе, точнее напрягало, её отношение к семье и понятию «жена». — Пойду принесу чай, — резко подорвался Рон с места, только чтобы избежать неловкости и неприятного чувства, что злило, заставляя руки сжиматься. Порой ему хотелось кричать от бушующего урагана чувств в душе.       Гермиона вздохнула, опуская руки. — Только о еде и думает. — По-моему, ты слишком на него давишь, — мягко остановил подругу Гарри, но она только вздёрнула носик и нехорошо прищурилась. — Давлю? Мы уже сколько вместе? — гневно воскликнула Гермиона, резко вставая с дивана. — После победы прошло уже три года, Гарри! ТРИ! — она устало вздохнула и вновь опустилась на диван. — Мы должны думать о будущем, строить планы, а я… мы… — её плечи опустились, из воинственного бобрёнка она вновь превратилась в смущённую девушку, — я не знаю, может, мы просто зря теряем время вместе? Луна и Невилл вот поженились в прошлом месяце. — Герми, — Гарри покачал головой и осуждающе взглянул. — Хочешь сказать, что проводить время с Роном - пустая трата времени? Ты не счастлива с ним? — Что за глупости! Нам хорошо вместе. — Тогда о чём ты говоришь? Герм, мы пережили войну. Мы могли умереть, но выжили. Сейчас бе-зо-па-с-но. Рон копит на свадьбу, я знаю. Просто подожди. Вы ещё молоды. — Но вы же с Джинни… — Мы другое дело, — с нажимом произнёс Гарри Поттер, смотря в глаза подруге. — Мы - не вы, ты никогда не должна сравнивать нас. Каждый уникален, у каждого СВОЁ счастье. Джинни мечтает об этих широких и громких жестах. У тебя другие ценности, или я не прав?       Гермиона смотрела на друга и поражалась, как он вырос. Сильно вырос. Мальчик-который-выжил стал прекрасным мужчиной. Сильным, надёжным, добрым, заботящимся. Нет, конечно, он всегда таким был, но теперь в глазах других он стал на ступеньку выше. Он стал серьёзным молодым волшебником, а не глупым мальчишкой, от которого раньше все отмахивались. Он стал тем, кому доверяли. Стоило Гарри появиться среди людей на важном мероприятии, как все сразу затихали, почтительно склоняли голову и отступали с дороги. При обсуждениях его всегда слушали очень серьёзно и прислушивались к словам.       За время судов и общения с репортёрами и фанатами Гарри Поттер выработал ещё большее упрямство и в добавок элегантную вежливость, что помогала стоять на своём, но не оскорблять людей. Спорщики сами затыкались и уходили. И это не говоря о самой силе молодого волшебника. Возможно, Гарри стал даже слишком видной фигурой, и имел слишком большую власть над магами.       Гермиону это беспокоило, она пытливо наблюдала за другом, чтобы поймать момент, когда тот перейдёт черту, и успеть остановить, но… поводов не было.       Гермиона чуть раздражалась, когда понимала, что Гарри Поттер был слишком идеальным. Он стал и ответственным, и серьёзным взрослым, и не давал усомниться в себе. Это, серьёзно, очень раздражало. НЕ БЫВАЕТ идеальных людей! А Гарри Поттер даже с того света умудрился вернуться ради спасения их мира. Идеальный Герой с чистым сердцем и огромной силой. СВЯТОЙ!       И, конечно, именно он сейчас отчитывал Гермиону, которая должна знать и понимать больше него, а не наоборот. — Иногда я забываю, что мы ровесники, — слабо улыбнулась Гермиона, давя зависть и отгоняя прочь мысли. Гарри иногда смотрел так, словно мог прочитать её, просто посмотрев в глаза. Если бы она не знала, что у друга нет никаких способностей в этой сфере магии, то действительно бы боялась его. — Ты прав. Я сильно заморачиваюсь. Маги живут дольше простых людей, ранние браки уже давно пережиток прошлого, да и свадебные банкеты - это больше показуха… — Гермиона нервно схватила себя за локоть, и отвела взгляд. Ей было неловко. — Я всё же больше магла и стараюсь успеть всё в жизни, забывая, что впереди у меня много лет. Нам только двадцать. Мы «дети» даже для мира маглов. — Эй, — мягко улыбнулся Гарри, приподнимая её голову за подбородок и разворачивая к себе, — всё будет хорошо. Просто расслабься. — А вот и чай. — Рон зашёл с подносом. Гарри отошёл от Гермионы, и они вновь расположились вокруг столика в гостиной.       Нора была как всегда светлая и тёплая. Но интерьерный хаос заставлял думать, что ты находишься не дома, а на каком-то складе вещей. В детстве Гарри это нравилось. Создавалось ощущения того самого дома волшебников из книжек. Пёстрое и блестящее - всегда нравится детям и веселит их. Но сейчас это всё немного раздражало.       Гарри прищурил глаза, яркие пёстрые цвета угнетали его. Ему нравится этот свет, это спокойствие, это тепло, это мирное время, но всё же он предпочитал более мрачные помещения. — Так, всё-таки воздушный шар? — уточнил Рон. Гарри не был уверен, что тот не подслушал их разговор с Гермионой, но после решил, что раз друг так неловко решает сделать вид, что всё в порядке, и вернуться к первоначальной теме - то почему нет? — Мы с Джинни любим полёты. А новые магические воздушные шары большие, поднимаются высоко, благодаря чарам не чувствуешь дискомфорт, к тому же с них открывается прекрасный вид.       Гарри считал вложение в эту деятельность одно из самых выгодных. Он всегда любил полёты. Захватывающий дух вид, бескрайность, чувство свободы и безмятежности. — Я больше считаю, что они похожи на мелкие дирижабли, — Гермиона сложила руки на груди, как всегда критикуя выбор других. Гарри прищурился, Гермиона всегда старалась указать всем, как жить, но всё же он мягко улыбнулся. — Дирижабли ещё больше, а Воздушные Шары Криви максимум на пять пассажиров, плюс два мага из обслуги.       Забавно, как маленькое желание Криви стало прибыльным делом всей семьи. Когда на школьном поле для квиддича Гарри увидел Колина, который, слабо балансируя на метле, пытался сделать более удачный снимок неба, у него едва сердце не оборвалось. Мальчишка, который едва не погиб на войне, в мирное время едва не погиб по случайности. И из-за чего? Из-за снимков неба! Колин стал одержим небесами, и желал быть к ним ближе, и буквально собрал целую коллекцию снимков неба и облаков. Гарри, слушая эмоциональную речь о небесах и рае, не смог тогда как следует отругать гриффиндорца за опасное занятие, в добавок ещё и ляпнул: — Как насчёт создать большой воздушный шар? — как компромисс предложил герой. — Так же будет удобнее делать снимки?       Первый шар вышел довольно практичным, и покататься захотели довольно многие ученики, и особенно парочки.       Младший брат Колина, Денис, тут же решил организовать бизнес, в который вложился Гарри. В школе за полёт на самодельном шаре деньги не брали, а вот за колдофото очень даже. И все были довольны. Колина уговаривать долго не пришлось, Денис только сказал: «Так колдофото в облаках будет у всех!» Колин воодушевился и щёлкал смеющихся учеников, подбирая красивые ракурсы.       После окончания школы братья развили свой маленький бизнес до огромных масштабов и стали очень популярны в мире магии.       Со временем шары Криви стали больше, корзина стала прозрачной, и добавились услуги в виде небольшого бара с едой и напитками. И ещё много чего. Бизнес развивался и только больше укоренялся среди людей.       Вложение денег в мечту Криви было не единственным, что сделал Поттер, как только смог сам распоряжаться своим имуществом, были и другие, но только этот бизнес именно был развлекательным. Про себя герой тоже не забыл. После войны Гарри тратил действительно много денег на быт, одежду, еду. Покупал он всё качественное, но всё же не стремился демонстрировать своё богатство, как материальное, так и магическое. Из-за чего в журналах в статьях самых желанных женихов никогда не указывалось его состояние. А первую строчку он занимал только из-за титула «героя» и внешности. — А безопасность? — тут же двинула головой вперёд Гермиона, раздражённо взмахивая рукой, возвращая Гарри к разговору. — Ты уже пробовал летать на этом «Шаре»? — Да, пробовал, — продолжая удерживать на лице мягкую улыбку, спокойно ответил Поттер. — Денис прокатил, очень… захватывающе. Ощущение словно тебя ветер подхватил и несёт по небу. Прозрачные перегородки и дно корзины только усиливают эффект свободного полёта. Небольшой бар с закусками и тёплыми напитками - приятное дополнение. Лично мне всё очень понравилось. — Братья Криви развернулись в этом деле на полную катушку, — спокойно заметил Рон, кивая. — Слышал, они хотят построить парящий ресторан. А после и вовсе на Луне обоснуются. — Да, я тоже слышал, — кивнул Гарри. — Лунная программа разработана отделом министерства очень давно, но именно Криви смогли дать этому проекту статус «Возможно». Но, пока утрясают разные мелочи, они сосредоточены на воздушных шарах, которые занимают первое место среди парочек в выборе важного свидания и предложения руки и сердца. — И прекрасное колдофото, что поймает нужный воздушный момент, — процитировал Рон цитату из рекламы, чуть посмеиваясь. — Ну, у Колина всегда была тяга к колдофото. Да и колдофото действительно потрясающие получаются. — Я рада, что он всё же занимается любимым делом, — примирительно улыбнулась Гермиона и важно кивнула. — Предложение руки и сердца в воздухе банально, — фыркнул Рон. — До этого приглашали на мётлах летать, теперь то же самое, но больше комфорта.       Гарри безразлично пожал плечами: — Главное, это модно и понравится Джинни, — по голосу было не понять, что предложение его вообще заботит. Словно это событие вообще ничего не значило. Но Уизли и Грейнджер списали это на то, что Гарри просто устал за день.       Рон повернулся к девушке. — Давай тоже полетаем. Нет, — резко остановил он, выставляя руки вперёд, — я имею в виду потом! Я не желаю смотреть, как Гарри делает предложение Джинни. Это же ужас! Фи! Я брат. Я не вынесу такого! Мне достаточно будет пересказа сестры об этом моменте. Так что пусть будут вдвоём. Это их личное дело. Но давай потом, хорошо? Слышал, нужно записываться за неделю вперёд. — Я… у меня подготовка к экзаменам и… — растерялась Гермиона, отводя глаза и поджимая губы. — Сейчас же лето! — искренний вопль ужаса рыжего парня заставил на секунду улыбнуться его друзей. — Именно! — фыркнула Гермиона и грозно зыркнула на парня. — Скоро вступительные экзамены. Мне нужно пройти обучение в университете Международного Магического Права. — Тебя и так возьмут в министерство. Ты же уже закончила один и экстерном… — Вот именно, — раздражённо воскликнула Гермиона. — Один! А нужно три высших! Я не могу заниматься тем, чего не понимаю. — Остальные могут, — буркнул Рон, складывая руки на груди и чуть отсаживаясь от девушки. — Я - не все, — с нажимом, злобно проговорила Гермиона, резко встала и пошла наверх. — Может, не стоило так… — проводя подругу глазами, решил заступиться за неё Гарри. — Знаешь, — прервал его Рон. — Она намекает на свадьбу, а мне так и хочется спросить: «Зачем? Зачем нам жениться, если ей важна карьера и прочее? Ей НЕ нужна семья. Так зачем она хочет надеть на меня ошейник?» — Ну, брак - это не рабство, — фыркнул спокойный Гарри. Он был спокоен как удав, в отличие от своего друга, который нахохлился и извёлся, сидя на месте. — Не рабство, ага, вот только после уже нет пути назад. Я не собираюсь «просто расписаться», я собираюсь заключить брак. У магов нет разводов! Это связь на всю жизнь. Но она сама не понимает, что хочет, и меня использует как точку сохранения или чтобы говорить: «Да у меня есть муж. Вон там, на полочке стоит», — прикрикнул Рон и закрыл рукой лицо, устало добавляя: — Я чувствую себя какой-то вещью.       Гарри не сдержался и издал смешок. — Ты не помогаешь, — раздражённо кинул Рон, убрав руку от лица, и устало откинулся на спинку дивана. — Поговори с ней об этом, — мягко предложил Гарри. — Я стараюсь, но она просто не понимает меня и обижается. Я, — он уткнулся лицом в ладони, — сам не знаю, чего хочу. — Хочешь расстаться с ней? — Гарри был действительно удивлён. — Не знаю, — после долгой паузы произнёс Рон, смотря в потолок. Он действительно не знал, что делать. — Подумай об этом хорошенько, вы влюбились ещё на третьем курсе, долго ходили вокруг да около. Вы давно вместе, может, вам нужно съездить на отдых вдвоём? На пару дней. Романтическая поездка желательно подальше от Англии. — Гарри посмотрел на часы, время поджимало, ему нужно было забрать кольца. — Я опаздываю, — спокойно проговорил он и вздохнул, медленно вставая и поправляя одежду.       Ещё одно изменение в его личности - это спокойствие. Теперь он не был резким и порывистым человеком. Он всё делал размеренно, плавно, с чувством достоинства и внимательно следил за своим видом. Когда ты объект папарацци двадцать четыре на семь, то приходится научиться вести себя подобающим образом и не терять лицо даже в мелочах. — Удачи. Хотя Избранному она явно не нужна, — фыркнул Рон и улыбнулся. Рон почти не изменился, оставаясь всё тем же лёгким и ярким парнем, что мог вспылить и тут же остыть, не особо напрягаясь в том, что нужно выглядеть как-то умно или взрослее. — Наконец-то Джинни от нас съедет! — мечтательно протянул он, смотря в потолок.       Гарри, улыбаясь, покачал головой, всё же Рон был ещё таким ребёнком. Впрочем, как и остальные его друзья и знакомые. Гермиона не просто так намекнула на возраст. Гарри действительно казался старше их всех. Раньше это не бросалось в глаза, но теперь, когда жизнь его отшлифовала и он стал сам распоряжаться ею, а не слепо следовать советам Дамблдора и идти туда, куда ему указали, - разница была сильная.       Когда все после войны вновь скинули всю ответственность на взрослых, спрятавшись за их спину, боясь принимать решения или просто не желая нести ответственность, Гарри пришлось продолжать идти и разбираться с хаосом самому. Конечно, взрослые попытались надавить на Героя Магической Англии, подмять под себя или использовать его как ступеньку к власти. Но ничего не выходило. Не получилось ни задавить авторитетом, ни пристыдить за неуважением к взрослым. Последняя попытка тыкнуть носом в то, что он ещё не окончил школу - тоже дорого обошлась говоруну. Гарри всегда был один против мира и учился на прошлых ошибках. Он категорично был против, чтобы его отодвинули в сторону и выехали в рай за счёт его имени и заслуг. С боем, адвокатами и завуалированными угрозами он заставил себя уважать и слушать.       И сейчас наступал очередной серьёзный шаг в его жизни - предложение брака.       Гарри вышел из Норы и тут же трансгрессировал к ювелирному магазину.

***

      Забирая заказ, он невольно подумал, что кольца идеальные. Оба колечка были полностью одинаковые и зеркальным отражением друг друга. Серебро и золото гармонично переплетались между собой, а семь маленьких бриллиантов красиво легли в хаотичном порядке, дополняя вид.       «Джинни они не понравятся» - эта грустная мысль была очень отчётливой.       Вкусы у будущих жениха и невесты сильно отличались. Джинни любила шум, банкеты, популярность и внимание. Гарри тишину, семейные тихие вечера и спокойствие. Он, конечно, любил красивые вещи, но ненавидел помпезность.       Через минуту продавец протянул другую коробочку с кольцами.       Гарри оплатил обе покупки, быстро убирая коробочки в карман.       Первые кольца он купил потому, что они ему понравились.       Вторые кольца были для помолвки. И последние сильно отличались от первых. К тому же они не были парой. Это были два разных кольца. Одно простое с тремя изумрудами - для него. Абсолютно скучное и обычное - просто символ будущего брака. И второе - для Джинни. Золотое широкое с большим брильянтом в центре и множеством маленьких изумрудов, рубинов и брильянтов по бокам. Громоздкое. Вызывающее. Неудобное. И убогое. Но именно на это кольцо Джинни пускала слюни, когда они пришли сюда выбирать ей новые серьги к очередному важному приёму. Гарри приглашали на все светские мероприятия. Он слишком знаменит для того, чтобы остаться в тени. И Джинни всегда сопровождала его, поэтому пойти «в старье» она не могла. Тем более она не могла позволить себе выглядеть хуже «змеек».       А леди из серо-зелёного дома мелькали в обществе как и раньше. Многих слизеринцев признали виновными и упекли в Азкабан, но львиную долю Гарри смог отвоевать. Пример Малфоев - был прецедентом, который заставил посмотреть на всех чуть под другим углом. Победитель Воландеморта заслонил собой побеждённого врага, в которого желало впиться зубами и разорвать общество. И ладно бы люди жаждали мести за раны или за потери близких. Но нет, в последней войне как раз больше пострадали и понесли потери Пожиратели. Призвать же к ответу побеждённого врага люди хотели, только чтобы отомстить за страх, что они испытали, пока был мрачный период неразберих и боевых действий, где страдало имущество, но люди в большинстве случаев отделались парой царапин, что целители убрали за секунды.       Гарри не мог допустить несправедливость и зверства.       Вассалы Лорда Воландеморта и их семьи стали вассалами Гарри Поттера по праву победителя, и отдавать своё имущество он не желал. И так он многое отдал.       Имущество - грубое, конечно, слово, учитывая, что Гарри не собирался обзаводиться рабами и не считал людей вещами, но юристы посоветовали использовать именно эту формулировку.       И это сработало.       Возразить герою - и самому сильному волшебнику на британских островах - никто не решился. Гарри даже умер за них, так что долг жизни и просто стыд общества за прошлое своё поведение и громкие негативные высказывания в сторону избранного - помогли вырвать жертв войны из лап людей, которые не имели никакого права судить их.       Откровенно говоря, все они были ничуть не лучше, но напоминать Гарри об этом не решился. Радовался и такой победе.       Гарри проследил, чтобы в Азкабан попали только главные маньяки и преступники, а остальные были отпущены из-под стражи.       Впрочем, Гарри не стал снимать невидимые ошейники с теперь уже своих вассалов, но и не стал ограничивать их, давая свободу выбора.       Многие пожелали уехать.       Он не препятствовал, лишь попросил присылать координаты и сообщать о перемещениях.       На удивление все бывшие Пожиратели спокойно выполняли его требования и даже не пытались сбежать, оспорить его приказы или навредить. — Они знают, что вас не стоит бояться, — как-то ответил на этот вопрос Люциус Малфой, опираясь на трость, теперь та была не просто для украшения. — Я выгляжу настолько слабым? — Нет… вы выглядите настолько сильным.       Тогда Гарри замер от серьёзного ответа старшего Малфоя.       А после понял, что тот имел в виду.       Гарри не нужны были клятвы, клеймо или угрозы, чтобы удержать людей в повиновении и приказывать им. Он был выше них, он не нуждался в рабах или признании. Он не стал бы помогать тем, кто не хочет, но он готов был защищать тех, кто в этом нуждался и кто этого хотел. Отплатить верностью и послушанием - это мелочь, что могли сделать бывшие враги, получая взамен мирную жизнь и некую опору в лице героя.       За три года так или иначе Гарри познакомился со всеми вассалами и их семьями. Они радушно его встречали, хотя и жутко волновались, с небольшим страхом следя за каждым его действием, а после расслаблялись и атмосфера в доме становились намного теплее. Лорды и леди обращались за помощью или помогали сами. Под рукой Гарри Поттера они стали обществом, что двигалось вперёд и двигало вперёд Магическую Англию. Прошлый их лидер был надломленным, а потом и вовсе стал безумным. Нынешний же был тихой тенью, стоявшей над ними, следивший, но не сдерживающий и не требующий ничего. Только одного:       «Живите». — Живите и дайте жить другим. Живите и будьте достойны этого шанса. Живите, чтобы в будущем вас вспоминали не только как бывших Пожирателей.       Леди и Лорды не склонили голову. Они расправили плечи и твёрдо зашагали вперёд, не обращая внимания на толпу недовольных. У них была поддержка, у них был тот, кто в них верил и видел в них людей, а не средство или угрозу. Теперь они все шли с прямой спиной, чувствуя себя сильнее и увереннее как никогда.       Не всем обывателям и бывшим соратникам Ордена Феникса такое нравилось, но прошёл месяц, год, потом еще и ещё. Люди смирились. Люди привыкли. Люди просто жили дальше. Прошлое осталось в прошлом. Но, конечно, не прошло бесследно. Кто-то умерил гонор, другие, наоборот, обрели уверенность. Кто-то изменился до неузнаваемости, кто-то спрятался в тени. Кто-то спешил создать семью, другие старались успеть ухватить от жизни всё.       Гарри стал работать в аврорате. Не то чтобы он мечтал о таком, но его судьба была предопределена. Он был героем. Дамблдор хорошо поработал над его обработкой смертника, но вот только он выжил, а желание защищать остальных, даже ценой своей жизни - осталось. Он хотел помогать и спасать - это был смысл его жизни.       Для него и его команды сделали отдельное бюро.       Отдел «Контроля мира в Англии» был новым, но стал очень популярным. С большими полномочиями, возможностями и положительной репутацией.       Их прозвали «Миротворцы».       Гарри покачал головой, думая о том, как же маги любят давать прозвища, но название понравилось, и в аврорате, помимо авроров, мракоборцев, таинственных невыразимцев, появились ещё и миротворцы.       Отдел занимался самыми сложными и опасными делами. Конечно, и рутиной они тоже занимались. От последнего героя быстро освободили, проблема была в том, что Гарри был слишком знаменит, и при опросе свидетелей всё перетекало в откровенный флирт с ним, или уже самого Гарри с пристрастием допрашивали фанаты. В такие моменты миротворцы откровенно потешались над начальником. Впрочем, после им было не до смеха, их отправляли на скучные задания в качестве эскорта. Во время мирного времени громких дел было мало, так что их группа была больше в сопровождении важных лиц. Они были словно стражи, которые охраняли покой и Англию от бед, как от физических нападений, так и с политической стороны. И это было жутко нудное и скучное занятие. Миротворцы в голос стонали и с мольбой смотрели на грозное начальство, но тот только разводил руками и ехидно улыбался, вспоминая веселье сотрудников на прошлой неделе, тем приходилось мириться, вздыхать и выполнять свой долг.

***

      Встряхнув головой, Гарри вновь посмотрел на кольцо для будущей невесты, думая о том, что это последний штрих, что завершит его историю.       Будущая свадьба была обязанностью.       Долгом героя.       То, что поставило бы точку в саге о Мальчике-который-выжил, то, что закрепило бы его образ как какого-то книжного героя, но никак не тем, чего желало сердце.       Но это было «правильным» решением. — И жили они долго и счастливо, — произнёс Гарри, чуть дёрнув уголком губ, но глаза его не улыбались. Быть героем было тяжело, но в мирное время это бремя было ещё тяжелее.