Ведьмак: дикая общага

Второкурсник Юра Лютиков разучивал новую песню на укулеле, когда дверь общежития с грохотом отлетела в сторону, и на пороге появился его новый сосед. Переполошившись, Юра подскочил, стукнувшись головой о верхний ярус кровати, и сел обратно, потирая ушибленную голову. Кое-как выключив музыку на телефоне и вытащив наушники из ушей, он в недоумении наблюдал за манипуляциями новоиспечённого соседа. Поставив сумку, парень собрал длинные белёсые волосы в подобие пучка и, выудив из недр сумки инструменты, принялся прикручивать слетевшие петли. — А постучать не судьба было? — спросил Юра, едва ли узнав в мышином писке собственный голос. — Я стучал, — ответил незнакомец. Юра засунул наушники в карман и застенчиво убрал укулеле за спину. То-то он думал, что у этой песни какой-то странный бит. Сосед как раз закончил с дверью и посмотрел на него, не выпуская отвертку из рук. На мгновение Лютик подумал, что эта отвертка сейчас окажется в его глазу. От этого странного типа можно было ожидать чего угодно, да и музыкантов в качестве соседей обычно не очень-то жалуют. — Как звать? — спросил сокрушитель дверей. — Лютик… То есть Юра, А тебя? — Геннадий, — ответил парень и зачем-то добавил. — Из Рязани. — А я из Питера, — тут же сказал Юра, но Геннадий лишь хмыкнул. Так и познакомились. У входа в универ Юру уже поджидала Яна. Роняя сигаретный пепел на асфальт, девушка лениво игралась с кулоном в виде пентаграммы, который, по ее словам, принадлежал ещё прабабке ведьме. Чернее ее гардероба были только ее волосы, на фоне которых резко выделялось бледное лицо. Именно она и придумала прозвище Лютик, когда в детстве Юра сплел венок из этих цветков и объявил себя принцессой Дианой. — Я че тебе Хатико? — накинулась она на Юру, обдав ароматом сирени и крыжовника. — Прости-прости, вот я кофе тебе купил по дороге. Чмокнув Юру в щеку, девушка выцепила свой стаканчик и сделала большой глоток. — Извинения приняты, — снисходительно ответила она и огляделась по сторонам, словно искала кого-то в пестрой студенческой толпе. — Видел новенького? — Новую жертву нашла? — съехидичал Лютик. — Найдешь тут, мужики сейчас голубее неба. Лютик закатил глаза. — Где ты в Питере голубое небо видела? — А ты гетеросексуальных мужиков. Везет тебе — выбирай не хочу. И что ты все с этим тянешь… — Так что там с новеньким? — спросил Юра, чтобы перевести разговор с щекотливой темы в более безопасное русло. — Я у него документы принимала еще летом. Прикинь, волосы длиннее моих да еще и платиновый блонд. — И выглядит так, будто из качалки не вылазит? — уточнил Юра. Яна подозрительно покосилась на друга. — В точку, а ты что уже видел его? В горле пересохло, и Юра сделал большой глоток. — Ну почти — его в общагу ко мне подселили, — пробубнил он в стаканчик. Заметив бесовские огоньки в глазах Яны, Юра замотал головой. — Даже не думай, — зашептал он, подозрительно оглядываясь по сторонам. Вряд ли кто-то мог их услышать в толпе студентов, но Лютик слишком хорошо знал сюжеты романтических комедий, чтобы стать жертвой очередного клише. Не хватало еще, чтобы Гена их разговор услышал. — Ну пожалуйста, ну чего тебе стоит, — продолжала канючить Яна. — А я тебе новые медиаторы подарю, ты же свои постоянно теряешь. Они уже стояли у подножия лестницы, когда Лютик услышал сзади знакомый голос. — Разрешите. Геннадий аккуратно протиснулся между ними и двинулся на поиски аудитории, напоследок окинув их внимательным взглядом. На секунду Лютику показалось, то тот даже усмехнулся, но он списал все это на плохое освещение. — Пиздец, думаешь он слышал? Почему он так странно посмотрел? У меня тушь потекла, да? Ты почему не сказал, предатель, — переполошилась Яна. — Успокойся, твои мозги не бигуди, чтобы их накручивать. — Так что, поможешь по старой дружбе? — А куда я денусь… — вздохнул Лютик и отправил кофе в мусорное ведро.