Новый мир
10 января 2021 г., 04:35
Сильно вздрогнув, Джек испытал нечто неподдающееся описанию. Странное, внезапно появившееся чувство потери, невероятно сильное, перетекающее в настоящую физическую боль, сначала не слишком сильную, но все нарастающую. Захлестнувшее необъяснимое горе оказалось слишком сильным и невероятно мучительным. Хоть парень не знал точной причины, но был абсолютно уверен в том, что конкретно произошло, — Его… Его больше нет… — по щекам очень быстро полились слезы, Джек был не в силах сдержать их, да что там, он не мог даже пошевелиться.
Между близнецами всегда существовала особая необъяснимая связь, они даже чувствовали местонахождение друг друга, так что могли чисто интуитивно открывать порталы чтобы встретиться, чем так активно пользовался Эвелин. Сейчас же парень совсем не чувствовал ее…
— Кого нет, Джек? — осторожно взяв за плечи, Озэму заглянул в его шокированные, широко открытые глаза, полные боли. Чуть нахмурившись, убийца начал догадываться о том, что конкретно произошло. Подозревая вероятность ещё более ужасной истерики, он очень крепко прижал Джека к себе, дабы не позволить навредить своему телу в неконтролируемом состоянии. Пока что опасения о смерти Эвелин казались ему нереальным, было сложно поверить, что кто-то настолько дикий и необузданный позволит так просто себя убить.
Их отношения никогда не были простыми и однозначными, но отрицать сильную привязанность обоих друг к другу было бы глупо. Озэму привык к этому нахальному, зачастую злобному парню, ведь рядом с объектом своих обожаний он сразу начинал вести себя совсем не так как со всеми остальными, становился мягче, спокойнее и даже добрее. Несмотря на все пакости и прочие неприятные вещи, шатен не желал ему смерти, а сейчас, с каким-то страхом почувствовал сожаление и боль утраты, что как и истерика Джека становились все сильнее.
От невыносимой боли, юноша впал в крайне опасное для его и без того уничтоженной психики состояние, саморазурушающая истерика достигла критичных масштабов. Отчаянно вырываясь, не контролируя что он делает, парень начал испытывать нервные судороги отчего его движения стали крайне резкими и достаточно сильными, если бы не Озэму, крепко прижимающий к себе, Джек мог получить серьёзные травмы. За свои действия он совершенно не отвечал, у него осталась только боль, чудовищное чувство потери. Не в силах сдерживаться он начал попросту кричать и истерично вырваться.
Все происходило в одной из «гостиных», где собирались все. Кто-то срочно позвал из госпиталя врача и Джек получил инъекцию сильного успокоительного, заставившего моментально забыться и затихнуть.
Это не решало проблемы. Очнувшись, парнишка будет испытывать все тот же спектр мучительных чувств, тут не смогут помочь никакие лекарства. Держа бессознательное тело в руках, Озэму пошатываясь направился в комнату. Для него самого, все случилось словно в тумане, он отчаянно не хотел верить в случившееся.
***
— Посмотрите, наш предатель оказался не таким уж неубиваемым… Сколько на него было покушений? Восемь? Девять? — с усмешкой протянул стрелявший мужчина, носком ботинка повернув голову бездвижно лежащего на полу Эвелин. Изо лба, от небольшой раны вниз тянулась струйка алой крови, его глаза так и застыли, выражая спокойствие и надменность, а губы остались скривленными в жуткой, но такой самодовольной усмешке. Многие в зале с трудом верили, что этого типа удалось убить вот так просто, одной пулей без жертв. С его то характером… Паренёк точно попытался бы забрать с собой как можно больше жизней, — Не нравится мне это, честно говоря… Ой не нравится. Таймер показывал минуту до нападения. Пятьдесят девять… Пятьдесят восемь… Цифры неумолимо сменялись, приближая всех к чему-то ужасному. Раздался взрыв. Чудовищной силы, слишком неожиданно и внезапно. Весь этаж охватил огонь, разрушительная волна, сметающая стены, двери, выбившая окна ближайших зданий. Никто из находящихся в зале не мог предвидеть подобного исхода событий. Они все превратились в пылающие трупы, ни один не успел среагировать и сбежать. Внизу, у самого основания высотки тоже что-то взорвалось. Опоры были сломаны, центр тяжести сместился и тысячи тон стекла, железа и прочих строительных излишеств начали заваливаться вниз на бушующую толпу, скрывая под обломками и ломая более мелкие дома, хороня множество людей, раздавливая их насмерть. Однако для всех страшнее оказалось не падение имперского центра безопасности и внутренних дел. Земля дрожала от сильнейших взрывов, охвативших стену. Приличная ее часть рухнула, поднимая столб пыли из которой начали медленно, угрожающе появляться человекоподобные, хищные, желающие отомстить существа. Они жаждали этого с самого рождения, классовая ненависть, передаваемая из поколения в поколение, наконец-то могла найти успокоение в тысячах кровожадных убийств. По всей Земле продолжили греметь чудовищные, разрушительные взрывы, снося стены и сметая отделы безопасность, уничтожая всех карателей, военных и прочих людей, причастных к силовым структурам. За несколько секунд человечество словно очистилось от этой скверны. Безусловно, убить всех разом не удалось, однако план Эвелин принёс такие потери, что даже в ходе захвата Земли революционеры не должны понести серьёзные потери. Он знал — это лучший способ обезопасить и брата и Озэму, а главное приблизить их мечту о новом мире. Даже принести себя в жертву ради подобного, ему было не жалко, в конце концов смерти он никогда не боялся, лишь хотел чтобы она не стала бессмысленной. После частичного разрушения одной из лабораторий, словно феникс возродившийся из пепла, вверх воспарила небольшая фигура, тяжело взмахивая чёрными обгоревшими крыльями со слипшимися от формалина перьями. Единственный глаз с такой ненавистью смотрел вниз, на разбегавшихся в страхе людей. Крис помнил как над ним издевались в недрах исследовательского логова, как мучили, причиняя настолько сильную боль, что юноша молил о смерти, каждая клеточка его тела желала лишь умереть, положив конец пыткам. И сейчас, смотря на людской народ сверху вниз, он жаждал мести, чтобы они отмыли его страдания кровью. Уцелевший глаз налился кровью от злости. Взмахнув руками, крылатое создание создало по обе стороны от себя стены пламени, выжигающие целые кварталы вместе с их жителями. Взмахивая тяжёлыми крыльями, он парил над бушующим огнём, совсем не чувствуя жара, в отличие от простых людей, что буквально варились в своих квартирках, воспломеняясь, под огромной температурой не оставляя после себя даже костей. Желая создать больше разрушений, больше хаоса Крис создавал один эпицентр пожара за другим. Теперь уже огонь сам переходил с одного здания на другое. Пластик воспламенялся крайне быстро, перенося бушующую стихию аж до самых окраин, его ядовитый дым добивал тех, кому посчастливилось не сгореть. Длинные волосы кровожадного существа, ослепленного ненавистью, развивались под порывами сильного ветра. Взмахивая крыльями он достаточно быстро преодолевал пространство, выжигая уже лес и направляясь к другим городам дабы погрузить и их в хаос, оставляя позади ад и разруху. Чудовища, пришедшие из-за стен с настоящим удовольствием продолжили его дело, начиная убивать. Некоторые хватали жертв, начиная пожирать их прямо посреди улиц, радуясь свежему мясу и такому обилию еды. Хвостатые, звероподобные чудовища воистину теперь стали хозяевами здесь, уничтожая все на своём пути. Бились они бесстрашно. Сектанты. Веря в собственное перерождение, никто из них не боялся смерти, а напротив, желал ее, дабы вернуться вновь уже в новом, лучшем мире…***
Немного успокоившись, Озэму вертел на руке браслет. Догадывался, что с этой вещицей все не так просто и хотел докопаться до правды. Наконец, щелкнув, из украшения появилась небольшая голограмма. Прямо на парня смотрел Эвелин. Усталый, замученный, явно записывал это до того как смог хорошенько выспаться под снотворным. — Чтож, раз ты это видишь, значит меня больше нет. Хитрая вещица, голограмму можно включить только после того как детонатор сработает, — сидя на стуле парнишка чуть покачивал ножкой, на его губах все так же играла самодовольная усмешка, — Не знаю, в курсе ты или пока нет, но на Земле сейчас сущий ад, сто-олько людей помрёт, даже представить не можешь, — он замолчал, только ради того чтобы допить чашку кофе. В те дни только на них и держался, — Я нашёл за стенами гигантские склады оружия. Сильнейшая, богом забытая взрывчатка прямо посреди разного мусора. Разве не чудо? Как по мне, настоящий подарок из прошлого. Не использовать такой убийственный потенциал было бы тупостью, вот я уже не сплю третью неделю и то тут то там распихиваю мешки со смертью по нашим зданиям. И я сдохну, и каратели, и вся верхушка. Вы получите прекрасный чистый мир без ублюдков. Ну, а Крис точно позаботиться о достаточных разрушениях дабы эти гады не выжили. Снова посмотрев в камеру, паренёк совсем притих. Он закончил рассказывать о своём плане и хотел сказать ещё несколько слов, но это оказалось непросто. Несколько взволнованно, нервно теребя рукав, Эвелин понизил голос, — И ещё кое-что… Я ни разу не говорил этого, но… — он сильно прикусил губу и чуть отвернулся, — Я люблю тебя… Хочу чтобы вы с Джеком были счастливы в новом мире. Не знаю насколько мои чувства настоящие, я же никогда не чувствовал подобного. В книжках пишут, что любовь — это способность безвозмездно жертвовать всем и даже собой. Если это действительно так, то думаю, я действительно люблю тебя. Прости что так и не смог сказать этого лично… — на этом запись кончились и голограмма исчезла, а Озэму почувствал подступивший к горлу ком и слезы, вставшие в глазах.***
— Вот он какой… Наш новый мир, — стоя посреди пепелища, до тла соженного Санрейна, убийцы, как и многие другие, собрались на самом высоком месте, холме, насыпи из разваленных зданий и погребенных под ними людей. В воздухе все ещё оставалось много пепла, пыль, а неприятный запах жег слизистую. Лёгкая дымка не мешала смотреть далеко вдаль, рассматривая последствия катастрофы, кое-где высоко вверх все ещё поднимался дым от чего-то догорающего. Встречая новый мир вот таким, разгромленным, испепеленным, уничтоженным, они все начали брать друг друга за руки, крепко сжимая горячие ладони, чувствуя единение и полнейшую ответственность за будущее. У них нет права на провал, никто из затейников революции не может ошибиться и отступить, уже слишком поздно. Старый, ужасный, несправедливый мир уничтожен, они стоят на его руинах и теперь, чтобы жертвы не стали напрасными и бессмысленными, чтобы умершие близкие, родные, просто люди, хоть и не знакомые, отдавшие революции жизни, не стали пустыми потерями. Зная, какая на всех них ответственность, каждый твёрдо решил не отступать, а строить новую жизнь не только для будущих поколений, но и всех, кто пострадал от колоссальных изменений. Перемены, так требуемые горячими, живыми сердцами, ещё не были достигнуты, для них было необходимо ещё много и долго работать, однако ощущение победы, торжественной надежды не позволяло упасть духом. Начало положено, почва готова, оставалось лишь построить на ней нечто лучшее, государство, что будет ценить каждого человека, без жестоких законов, где нет места публичным казням, ненависти и жесткому классовому разделению. Где нет никаких стен, огромных свалок и людей, отличающийся, но таких же как и все остальные, вынужденных мучиться лишь за то, что они родились полукровками. Имперской диктатуре пришёл конец и, хоть чёткого плана на будущее не было, каждый понимал, что общими усилиями им удастся осуществить светлую мечту, оправдывая ужасные потери, стараясь не в коем случае не допустить подробных трагедий в будущем. Чуть пошатываясь, крепко сжимая ладонь Иошихиры и какого-то малознакомого парня, Дейз заметил, как из-под обломков поднялась красивая бабочка с яркими, красными крыльями, взмахивая ими и пролетая мимо. Поднявшись из-под пепла, мусора и руин, прекрасная, лёгкая, с такой беспечностью паря вокруг, она как нечто красивое в этой серости и мраке, словно ознаменовала новую эпоху, яркую и такую же прекрасную как это нежное создание…
