Сладких снов, Лайма!

Над белым городом, утопающим в зелени, взошло солнце. Вот уже семь лет как «Аксиома» вернулась на Землю. Никто из пассажиров не знал, что именно послужило причиной, и лишь капитан Лайма хранила эту темную тайну. Оказывается, уже пять роботов-зондов возвращались с Земли с растениями, но Авто тут же их прятал, а зондам стирал память. И вот однажды Лайма обнаружила в стене секретную нишу, из которой на неё выпал здоровенный и дико колючий кактус. А вы как думали? На тогда ещё пустынной планете стали расти не какие-то там одуванчики с ромашками! Авто прибежал на полу-горестный, полу-яростный вопль и тут же получил тем же разнесчастным кактусом в нос, прежде чем злая, как редиска, Лайма, позволила себя осмотреть. Так или иначе, уже на следующий день по «Аксиоме» разнеслась радостная новость: «Мы летим домой!» Лайме пришлось попотеть, прежде, чем она уговорила Авто вернуться. Однако после пяти часов полемики, трех кактусов в голову и убийственного аргумента «Я ХОЧУ ДОМОЙ!» он таки сломался. Правда, с одним ма-аленьким условием… Так вот, над отстроенным, экологичным городом взошло солнце. Люди, как и до отлета в космос, выходили на работу или с собаками на прогулки. Конечно, планета всё ещё очищалась и тысячи добровольцев ежедневно, в команде с роботами, уезжали на уборку за город. Вы спросите: «А почему они вообще стали убираться и не начали засорять всё, как прежде?» А ответ прост — проведя столько лет, а вернее уже родившись в космосе, люди осознали, ЧТО наделали их предки. И не позволили этому повторится. Теперь работа уборщиком мусора за городом стала чуть ли не самой высокооплачиваемой, а штрафы за мусор имели действительно пугающий размер, врагу не пожелаешь. Экологи радовались, как никогда, рисуя чистое, зелёное будущее. И оно в кои-то веки не было несбыточным… Лайма вышла из своего маленького частного домика и проверила ветряк рядом с ним. Да, она не осталась на какой-то высокой должности и сняла капитанскую фуражку. Вокруг и так было множество желающих — людей сильных, уверенных и знающих что делать. После всего случившегося она хотела только одного — тихой, спокойной, семейной жизни без приключений и пафоса. — Эй, Лайм! Она обернулась. К ней шел Марк, держа на поводке непоседливого, рыжего корги. — О, доброе утро, — Лайма улыбнулась. — Как сама? — Отлично, ветряк починили, а то что-то он свистел последнее время. Как твой Стенли поживает? Марк усмехнулся и потрепал пёселя по ушам: — Вчера сосиску со стола сожрал из-под носа у бабушки. — Ай-ай-ай, Стен, ну вот как тебе не стыдно, а? Корги чихнул и уселся на задние лапы, умильно глянув на Лайму. — Ай озорник, — нарочито-сурово помотала она головой, — тебе бы внимательнее за ним смотреть, Марк. — Это точно, — кивнул тот, поправляя очки, — кстати, ты ведь едешь после обеда на уборку? — Ага, сегодня наша смена. — Отлично, я как раз новые перчатки купил. В этот момент дверь домика открылась и оттуда пулей выбежала девочка лет пяти в голубом летнем платье с черными шестеренками и необычно светлыми, почти белыми волосами. — Стенли-Стенли-Стенли! — радостно завопила она, кидаясь к корги, — здрасте, дядя Марк! Ути мой пушистенький! Она принялась чесать Стенли за ухом. — Вики, а завтрак? — недовольно спросила Лайма. — А я уже, — не глядя отозвалась она, пряча нос в пушистую шерсть собаки. Марк улыбнулся и посмотрел на Лайму. — Глаза твои, — кивнул он на девочку. — Ага, очень этого хотела, — негромко сказала там, — прямо очень-очень. Ах ты чудище, опять не причесалась? Вики поняла глаза на маму: — Ну ма-а… — Ладно, дядя Марк сейчас пойдёт на работу (она многозначительно посмотрела на него), а ты давай домой, прохладно сегодня для прогулок в таком платье. Тут дверь домика снова открылась и на пороге показался человек в клетчатой рубашке с джинсами и в домашних тапочках с медвежатами. У него было бледное лицо и снежно-белые волосы, а на глазу чернела повязка. Другой глаз был серым. — Артур, доброе утро, — приветливо кивнул Марк. — Доброе, — улыбнулся тот и подошел к Вики, — снова убежала, непоседа? — Па, нам нужна собачка! — девочка всё ещё гладила разомлевшего пса, который от балдежа жмурился и чуть с лап не падал. — Вот сейчас прямо поедем и купим, — рассмеялся папа и взял её на руки, — пойдем лучше сырники доедать. Лайма, тебе оставим. — Ага, — кивнула та, — скоро подойду. Они ушли. Лайма тоже погладила Стенли и подняла глаза на Марка. — Ты ещё вспоминаешь Авто? — спросил он вдруг. — Ну… а… да, временами, — задумчиво ответила она. — Как думаешь, где он? Лайма едва подавила смешок: — Без понятия. На корабле, наверно. — Да вот в том-то и дело, что недавно на «Аксиому» поднимались люди. — И? Марк сделался озабоченным: — На капитанском мостике не нашли штурвала. Ощущение, что его кто-то оторвал и унес. — Хм, да? Ну может мародеры какие-то… В сущности, какая теперь разница? — Ну да, особо никакой, — пожал плечами Марк, — ладно, пойду я, мне ещё Стенли домой заводить. — Счастливо, давай. — Давай. Когда Марк ушёл, Лайма не выдержала и прыснула. ДЕЙСТВИТЕЛЬНО, черт возьми, где же сейчас Авто, а? Где же он?! Она пошла в дом. Вики уминала последний сырник, а папа как раз снял с глаза серую линзу. — Лайм, можно тебя? На минуточку. — Да-да, конечно. Вики, мы сейчас, ты пока доедай. Она погладила девочку по волосам и поправила ей заколку. Родители ушли в другую комнату и долго о чем-то говорили приглушенными голосами. Вики из любопытства подошла к двери и прислушалась. — Милая, ну ты ведь понимаешь, что вечно прятать мы это не сможем. — Тебя замкнуло что ли? Ты хоть понимаешь, что ей рано? — Мне кажется, чем раньше она узнает, тем лучше. — Ага, а теперь представь себе, как это прозвучит: «Послушай, доченька, мы решили сказать тебе правду — ты наполовину робот, потому что твой отец на самом деле штурвал космического корабля!» Авто, ты рехнулся?! — Послушай, мы не одни такие, в последнее время подобные случаи бывают — я слышал, у GO-4 тоже есть семья! И вообще, в одном из архивов я прочитал, что какая-то девушка официально вышла замуж за Эйфелеву башню!.. В этот момент дверь открылась и в комнату несмело вошла Вики: — Па-ап? А что такое штурвал? Немое молчание. Они оба остолбенели. Авто чуть ухмыльнулся и посмотрел на Лайму. — Ладно, говори, — закатила глаза она.