Два миллиона просмотров

— Я хочу переспать с вами. И, ладно, это была самая неожиданная и самая странная фраза за последние несколько лет их дружбы и совместной работы, и вообще за сегодня. Двое мужчин сидели всего часа три от силы у Доминика, обсуждая написание совместного трека и идеи для клипа, а тут Харрисон говорит такие вещи. По отдельности для Оливера и Келли это не было такой уж большой проблемой — трахнуть Дома. У них никогда не было каких-то договорённостей по поводу серьёзных отношений. Просто иногда Харрисон спал с Оливером, иногда с Колсоном. Последние знали об этом, и их всегда все устраивало. Но сейчас... Эта фраза прозвучала настолько обыденно из уст парня, как будто это случалось каждую неделю по вторникам и пятницам. — Прости, но ты хочешь что? — Сайкс в какой-то степени надеялся, что это была шутка (или ещё одна строчка из песни). — Переспать с вами. Было бы круто, если бы мы втроём... — Дом, какого хуя? — Оливер не знал как реагировать, он просто не был готов к такому. Доминик закатил свои большие глаза и цокнул языком. — В чем проблема, чувак? — он отложил гитару и наклонился вперёд, ближе к мужчине. — Мы трахались с тобой тысячу раз, мы с Колсоном трахались тысячу раз. А в этот раз вы оба трахните меня или я вас, без разницы. Для Харрисона действительно не было разницы, ему всего-то хотелось почувствовать на себе две пары крепких рук и плевать каким образом: будут ли эти руки царапать короткими ногтями его спину или сжимать бедра до мелких синяков, главное почувствовать их на своей коже. Сначала такие мысли были слишком поверхностными, чтобы замечать их. Не было ничего странного, когда Дом хотел раздвинуть ноги чуть шире, чтобы плотнее прижаться к ногам мужчин по бокам. Не было ничего странного, когда Дом просто крепче сжимал руку Оливера или Колсона, желая почувствовать больше контакта с тёплой кожей, которой катастрофически не хватало с каждым днём все больше и больше. Но когда Дом втрахивал Сайкса в мягкий отельный диван после совместного концерта и думал о том, как же восхитительно сейчас чувствовалась бы мужская грудь, прижатая к его спине, горячее дыхание и татуированные руки, руки Колсона, — это стало последней каплей. Подвинувшись ещё ближе к Оливеру, Дом почти касался его колен своими и внимательно вглядывался в карие глаза, которые не моргали последнюю минуту. Щеки Келли слегка порозовели, когда он представил несколько не самых приличных сцен с участием этих двоих. Все это время он молчал и смотрел на полупустую бутылку пива, слушая разговор друзей (таких ли уж друзей?). Колсон поднял голову и его голубые глаза тут же встретились с ничего непонимающим взглядом Сайкса. Оливер несколько раз посмотрел то на Доминика, то на Колсона. — Нет, — немного нервно сказал Сайкс, а со стороны Доминика послышалось недовольное сопение. — Ладно, но не говори потом, что я не предлагал, — Дом отодвинулся, опять взял гитару в руки и продолжил, как и до этого, перебирать струны. На самом деле Колсон был удивлен, что Дом так быстро сдался, просто взял и отказался от этой затеи, хотя в глазах парня ясно было видно, насколько это были обдуманные слова. И как вообще Сайкс мог отказаться от такой ночи? Как вообще можно отказать Доминику? Больше Харрисон не говорил об этом, как и Оливер делал вид, что не было такого разговора, а Колсону было просто интересно наблюдать, как эти двое иногда бросали друг на друга слишком хищные взгляды, и ждать, когда один из них сломается. Они работали над песней и клипом чуть больше месяца, и непонятно было, кто ждал ее выхода больше: фанаты или сами исполнители. В свою работу они вкладывали так много сил и энергии, что под конец работы все были выжаты до последней капли и валились с ног прямо на рабочих площадках. Во время съёмок клипа Оливер старался не смотреть ни на Дома, ни на Колсона, потому что знал — один взгляд и он утонет в глубине зрачков каждого из них. Между ними не было неловкости, нет. Но мысль о сексе втроём почему-то засела в голове и вспыхивала яркими картинками каждый раз при виде мужчин, и это чуть ли не убивало Сайкса каждый день. Он уже начинал думать, что зря не согласился месяц назад на это. Сейчас бы его не мучали мысли о том, как всё-таки Колсон стонет или как они с Харрисоном идеально смотрятся вместе. Он старался не смотреть, но выходило у него ужасно. И Доминик, хоть делал вид, что ничего не изменилось, прекрасно видел взгляды направленные на него и на Колсона. Этого нельзя было не замечать. Возможно, только возможно, что за последний год Доминик привязался к Оливеру слишком сильно, чтобы различать каждую эмоцию на его лице и читать целые романы в его глазах.

***

— Да клип не наберёт двух миллионов за ночь. Оставалось несколько часов до премьеры, которую ждало так много людей. Доминик волновался больше всех, записывая по несколько десятков историй и рассказывая, как у всех мозги взорвутся от охуенности клипа и самой песни. Мужчины собрались, как обычно, у Дома, просто отдыхали, ели заказанную еду и смотрели фильмы. Им хотелось отметить премьеру вместе, а учитывая, как все измотались, такой вариант выходных был самым идеальным. Усталость и немного алкоголя слишком затуманили мысли Колсона, чтобы он вникал в перепалку Оливера и Доминика, которые спорили о чем-то несколько минут. «Как дети», — промелькнуло у блондина в голове. — А если наберет? Спорим этот ебанный клип наберет больше двух миллионов за ночь, — Дом почти что выкинул руку вперед, чтобы заключить эту сделку. Оливер бы назвал это сделкой с дьяволом. Что-то во взгляде Дома напрягало, он немного изменился. Конечно, Сайкс не особо вглядывается в самые красивые в мире зелёные глаза, но, может быть, иногда? Но сейчас точно все было по-другому. — На что спорим, — Оливер знал, что проиграл этот спор ещё до того, как их руки сомкнулись в рукопожатии. — На, — всего на секунду, но Доминик задумался, как будто не планировал это последнее полторы недели, — на секс втроём. Вот сейчас Оливер готов был поклясться, что его сердце пропустило удар или два, или, что было вероятнее, вырвалось из груди и укатилось под пыльный диван. Доминик определенно был дьяволом, которого послали испытать Сайкса и у которого это прекрасно выходило. Молча Сайкс протянул свою руку, которую тут же схватили. Доминик смотрел на него, как волк на кролика, не подозревающего, что с ним сейчас случится. Только в отличии от кролика Оливер прекрасно знал, что его ждало. — Ты не можешь отказаться, — чтобы подтвердить свои слова, он сильнее сжал руку Оливера и улыбнулся, сощурившись. — Но раз ты так уверен, что клип не наберёт двух миллионов, то тебе не о чем волноваться, правда? Если выиграешь, я исполню твое любое желание. До премьеры оставалось меньше часа, но вместо того, чтобы думать об этом, Оли думал о Доминике, о его пухлых губах, с которых не сползала улыбка с того момента, как они договорились. Оливер все ещё уверен, что заключил сделку с дьяволом. А ещё он думал о блондинистом придурке, делающим вид, словно ничего не происходило. Но Сайкс был уверен, что Колсон мысленно участвовал в этом заговоре против Оливера и помогал Доминику искушать людей на Земле. Перед глазами опять всплывали полуголые Дом и Колсон, черт бы их побрал. Бросив что-то неразборчивое по поводу воды на кухне, Оливер встал с дивана и пошел подальше от гостиной, где был Доминик с его руками, которые были везде, и Келли, невозмутимо докуривающего третью сигарету за вечер. Сайкс глубоко вздохнул и облокотился руками о белую столешницу. Теперь ему казалось, что клип наберет не два миллиона за ночь, а два миллиарда просмотров за минуту. Дверь в кухню еле слышно открылась и послышались шаги в его сторону. Ну конечно, Дом никогда бы не взял так просто и не отпустил его. Чувствуя спиной взгляд зелёных глаз, Оливер сжал стакан с водой, но не повернулся. К нему подошли сзади и положили крепкие руки на бедра, слегка надавливая, и прошептали: — Долго ты не сможешь здесь прятаться. До последнего Сайкс думал, что к нему пришёл поговорить Доминик, но никак не Колсон. И с каких пор он перестал их различать? — Ты ведь тоже этого хочешь, почему бы нам не провернуть кое-что, — тихий шёпот и тёплое дыхание мужчины едва касаются кожи и задевают короткие волосы на затылке Оливера. Это невозможно терпеть и Сайкс даже понимает, почему Дому нравится рэпер. Оливер медленно поворачивается, позволяя рукам Бейкера покоиться на его талии. Сейчас как никогда ощущались почти десять сантиметров разницы в росте. Они смотрели друг другу в глаза слишком долго для обычных друзей, пока брюнет не опустил взгляд на ключицы, виднеющиеся в вырезе футболки. Может быть, Оливер хотел выслушать предложение Колсона.

***

Отсутствие сна последние тридцать с лишним часов не позволили Сайксу следить за тем, как количество просмотров росло и росло каждую минуту. Он засыпал у себя дома, будучи полностью уверенным, что когда он проснется, то просмотры перевалят за два миллиона и он поиграет спор, если уже не проиграл. Разбудила его в восемь утра громкая музыка, оповещающая, что звонит ему сам Доминик Харрисон. Недовольно подняв телефон, Оливер прокашлялся. — Надеюсь, ты звонишь сообщить мне, что вопреки законам природы ты забеременел, иначе я разобью твое гребанное лицо, — сонно пробормотал хриплым голосом Сайкс. — Лучше, намного лучше! — тут же закричали с другой стороны. — На нашем клипе два, блять, миллиона! Этого хватило, чтобы Оливер сбросил звонок и кинул телефон подальше на кровать. Он закрыл лицо руками, упав на мягкую подушку. Вот за что ему это? А через два дня они втроём в который раз собрались у Доминика. И каждый знал зачем.

***

Прошёл час, как они зашли в дом Харрисона, час как они сидели на диване в гостиной, час как они просто пили и разговаривали. Оливеру начинало казаться, что ничего не случится в этот вечер, что и не должно было случиться, что он придумал себе каждый разговор, каждое касание. Все это ужасно нервировало, и Сайкс то и дело поглядывал на Дома, тихо сидевшего в кресле и смотрящего фильм и иногда отвлекающегося на телефон, и на Колсона, который развалился на диване рядом. Как будто это обычный, мать его, вечер. Ещё минута в этой неестественной тишине и Оливер взорвется. Он немного неуклюже встает, слишком резко, чтобы это выглядело нормально, но эй, ему можно. Сайкс собирался сбежать на кухню, как обычно делал, но когда он уже направился туда, сзади послышались шаги. Мужчина обернулся и увидел как к нему, словно в замедленной съемке, подходит Бейкер, пока Доминик следил за происходящим со своего места. Колсон поддается ближе к Оливеру, мягко кладёт одну руку на тёмный затылок и притягивает мужчину к себе, а Оли рефлекторно обнимает его за узкую талию. Сайкс не успевает понять, что случилось, как слегка шершавые губы накрывают его собственные. Их первый поцелуй с Колсоном не первый ни для одного из них, но почему-то Оливер чувствует себя как пятнадцатилетний пацан, который целует милую соседскую девочку, которую хотел поцеловать последние три года, а у Келли все сжимается внутри. Бейкер делает несколько шагов вперёд, надавливая своим телом на мужчину, и практически вдавливает его в стену, крепче обхватывая того за красную и горячую шею. Оливер кладёт свободную руку на щеку Колсона, поглаживая ее пальцами и иногда зацепляя мизинцем мочку уха, перебирая каждую серёжку. Вообще-то Дому было сложно сдерживаться сейчас, когда двое самых красивых и горячих мужчин в его жизни стояли у него в гостиной и целовались. И это был не столько возбуждающий поцелуй, который хотелось прервать и стянуть с каждого одежду, сколько нежный и трогательный, на который хотелось смотреть следующие сто лет. Доминик хотел написать песню об этом поцелуе, даже десятки песен, написать сотни картин и навечно занести этот день в историю. Он завороженно смотрел на мужчин с приоткрытым ртом, думая, что вселенная послала ему лучший подарок в жизни. От осознания, что сейчас произойдет, у Харрисона перехватило дыхание, а пульс начал превышать норму. Ему хотелось почувствовать чужие губы на себе, а не просто смотреть. Как будто прочитав его мысли Оливер и Колсон медленно отстранились друг от друга, хотя Сайкс продолжал сжимать талию блондина, который смотрел своими яркими глазами в потемневшие глаза напротив. Бейкер улыбнулся и, обхватив лицо Оливера ладонями, почти невинно коснулся до сих пор приоткрытых губ, а затем полностью отпустил его и притянул Доминика к себе за руку. Их поцелуй уже не такой нежный, но настолько же завораживающий, что Сайкс слегка прикрыл глаза, вспоминая каково это целоваться с каждым. Но долго витать в своих воспоминаниях ему не дают. Доминик, не зная куда девать сейчас руки, обхватывает ими бицепсы Сайкса, целует того слишком горячо и слишком мокро. Не отрываясь от губ и продолжая целовать Оливера, языком очерчивая каждый миллиметр губ, Доминик толкает мужчину в направлении своей спальни. Когда они доходят до комнаты, свитер Оли уже валяется где-то в коридоре, а ремень на джинсах Дома расстегнут. Они почти вваливаются в спальню, сталкиваясь по пути со всем, с чем только можно было. Доминик водит руками по голому торсу мужчины, невольно очерчивая контур каждой татуировки, которые выучил наизусть ещё давно. Оливер начал дергать рубашку Дома, призывая этим действием снять её быстрее, когда его ноги упёрлись в кровать и он не смог удержать равновесие. Следом за ним падает и Доминик, нависает и целует шею, покусывает кожу и тут же зализывает маленькие отметины от зубов. Властный Доминик был маленькой слабостью Оливера. У того коленки подрагивали от одной мысли, как Харрисон будет полностью контролировать его. Поэтому, когда Доминик прижимает запястья Сайкса к изголовью кровати, мужчина стонет в поцелуй, представляя, как его будут так же крепко держать всю ночь. А потом руки исчезают и их заменяет что-то мягкое. Непонимающе Оливер открывает глаза и смотрит на свою правую руку, которую уже успели привязать какой-то красной лентой. Откуда она вообще взялась, если пару секунд назад ее не было в поле зрения. И тут взгляд Сайкса цепляется за ухмылку Колсона. Вот в чем дело. — Бейкер, мы же собирались, — Оливер сглотнул и повернул голову к Доминику, который немного неловко расстегивал последние пуговицы на рубашке, путаясь в собственных пальцах и постоянно облизывая губы. — Мы собирались... — И мы все ещё собираемся, — блондин наклоянется, подушечками пальцев проводит по скулам, очерчивает линию челюсти и жадно целует, пока остатками здравого разума Оли понимает — вторую руку тоже привязали. Не разрывая поцелуя Колсон пересаживается напротив Сайкса и расстёгивает его ремень, стягивая джинсы. Оливеру пришлось немного приподняться, и мужчина стянул черные джинсы вместе с нижним бельем. Это немного смущало, потому что Оли был единственным в комнате полностью без одежды, к тому же привязанный к кровати с широко расскинутыми руками. — Возбудился от одних поцелуев, как мило, — почти мурлыкал Бейкер, накрывая своей рукой с красными ногтями вставший член Оливера. — Если бы ты видел, как вы с Домом целуетесь, ты бы кончил через минуту, — рванно выдохнул Оливер и попытался найти Доминика взглядом из-под полуприкрытых век, но не нашел того в комнате. — Можешь в следущий раз снять все на камеру, — Колсон шептал это куда-то в щеку Оли, а после поцеловал татуировку пера, медленно двигая рукой вдоль члена и слушая тихие выдохи мужчины. Сайкс правильно понял, что они только что договорились о следующем разе? Кровать рядом прогнулась под весом Дома, который что-то держал в руках. Оливер не мог разобрать что, потому что светлые волосы Колсона лезли в глаза. Ещё через секунду рука Бейкера исчезла, Сайкс недовольно замычал и открыл глаза. Дом уже успел занять место перед брюнетом и хитро улыбался, держа в руках... Трензель? Оливер без единого слова удивлённо выгнул брови, спрашивая: «Ты серьезно?» В подтверждение немому вопросу Доминик поднес руку к лицу Оли и надавил большим пальцем на нижнюю губу, приоткрывая рот мужчины. Сайксу ничего не оставалось, как подчиниться и широко открыть рот. Было немного странно когда небольшая палочка, оббитая мягким материалом, оказалась во рту. Доминик с заботой застегнул на затылке Оливера ремешки, чтобы не зацепить и потянуть за волосы, а потом посмотрел тому в глаза, как бы спрашивая, все ли нормально, на что получил утвердительный кивок, и поцеловал его в лоб. Оказалось, что Дом принес в спальню небольшой пакет из сексшопа, из которого Колсон успел достать розовый вибратор. Сайкс протестующе замычал, на что получил лёгкий шлепок по бедру от Харрисона. Он даже не мог представить, кто именно предложил идею с вибратором, потому что эти двое были в одинаковой степени помешаны на секс-игрушках, о чем Оли знал не по наслышке. — Веди себя хорошо, и я позволю трахнуть меня, ладно? — Доминик поцеловал его в уголок губ и отстранился. Только сейчас Оли заметил, что и Колсон, и Дом успели полностью раздеться. Член Сайкса дернулся при виде двух подтянутых красивых тел, а во рту скопилось слишком много слюны. Мужчина следил за каждым их действием, жадно проходясь затуманенным взглядом по светлой коже. Бейкер положил ненавистный Оливером вибратор рядом с его ногой и опустился на колени перед мужчиной, упираясь в кровать только одной рукой, а другой снова начал медленно надрачивать ему. Пока Сайкс растворялся в нежных ощущениях, тяжело дыша через нос, Дом достал бутылочку смазки и сел на колени позади блондина. И, наконец-то, до Оливера дошло, что они решили устроить ему небольшое шоу. Не успевает он подумать, как именно все пройдет, как головку члена опаляет горячее дыхание и по ней проходится влажный язык Колсона. Оливер негромко стонет, но этот просящий звук тонет в черной ткани. Что ж, теперь он знает, что может стонать громче и его все равно не услышат. Колсон просто дразнится, поглаживает мускулистые бедра рядом с членом, не касаясь его, проходится губами по стволу. И Сайкс рад, что ему не связали ноги, потому что он толкается вверх как раз тогда, когда блондин приоткрывает рот прямо над членом, за что Бейкер его легонько кусает практически у самого основания. Мужчина дёргает руками и стонет, не имея возможности схватиться за волосы Колсона и просто трахнуть его рот. В это время Доминик сзади расправляется со смазкой и презервативом. Он удобно садится на колени позади Колсона, пробегается языком по выпирающему позвоночнику, а руками по рёбрам. Полные губы Дома задерживаются на одной из ягодиц мужчины, и парень немного болезненно прокусывает нежную кожу, из-за чего блондин мычит и дёргается вперёд, но сильные руки удерживают его на месте. Неторопливо Доминик поглаживал ноги Колсона, его узкую талию, пока блондин уже полностью насаживался ртом на член Оливера, который почти задыхался от стонов, смотря на Колсона. Харрисон видел только мерно двигающуюся макушку мужчины, но он точно знал, что выглядело это невероятно горячо. Поёрзав острыми коленями по простыням, Колсон раздвинул ноги шире, предоставляя Дому лучший вид. Несколько секунд парень смотрит на задницу блондина, ухмыляясь его податливости, и выдавливает смазку на сжатое колечко мышц. Холодный гель скользит вниз, отчего Колсон вздрагивает и мычит, отправляя вибрации по всему напряженному телу Сайкса. Разведённые ножницами пальцы внутри Колсона ощущались так хорошо, но ему не хватало большего давления изнутри, чтобы он мог чувствовать каждый миллиметр Дома. Ещё через несколько минут Доминик добавил третий палец, быстрее двигая ими в Колсоне, который тяжело дышал и постанывал. Блондин не мог сосредоточиться на чем-то одном, поэтому уткнулся лбом в изгиб локтя, а другой рукой продолжал водить по члену Оливера. Когда блондин услышал звук рвущейся упаковки презерватива, он сильнее выгнулся в спине и отнял руку от Оливера, на что тот протестующе замычал. Но через секунду глаза Сайкса стали невыносимо огромными от удивления, стоило Колсону взять в руки белый вибратор и включить его. Мужчина мотает головой и сводит ноги, хмурится и смотрит на блондина так, словно может его прожечь одним взглядом насквозь. Нежными движениями Доминик поглаживал бледную поясницу Колсона, наблюдая за немым протестом Оливера. Его это забавляло, как Сайкс делал вид, будто он держит все под контролем, будто это не он сейчас связан с кляпом во рту. Но его все равно выдает одна маленькая деталь, которую Колсон вряд ли заметит, но Дом знает Оливера лучше кого бы то ни было. Брюнет задерживает дыхание на несколько секунд, а потом незаметно пытается вдохнуть и выдохнуть, как будто его лёгкие не просят спасительного воздуха. Это значило только одно — Оливеру более чем нравилось его положение, хотя он никогда не признается, что любит подчиняться. С лёгкой улыбкой Колсон впивается короткими ногтями в напрягшиеся бедра Оливера, смотрит тому прямо в подернутые дымкой карие глаза и, не прикладывая почти никакой силы, потому что Оливер и не пытался особо сопротивляться, раздвигает его ноги. Ещё немного и Сайкс бы сам раздвинул их перед Колсоном, не выдержав этого ласкающего взгляда. Наклонившись, Колсон начал выводить узоры влажными губами по впалому животу, чтобы отвлечь брюнета. Для Оливера все было так непривычно, ещё и Доминик, который наблюдал за ним, как за лучшим шоу с первых рядов, неотрывно смотрел на него, сжимая в руках задницу Бейкера до побелевших костяшек. А потом Оливер вздрогнул, когда Колсон всё-таки поднес вибратор и начал им еле-еле касаться влажной и разгоряченной кожи возле стоящего члена, из-за чего по телу медленно начало расплываться возбуждение. Мужчина гулко застонал, а его бедра слегка дёрнулись. Щека Колсона упиралась в напряжённое бедро Оливера, пока его рука надавливала вибратором на чувствительные места. Блондин закатил глаза от непередаваемого ощущения, когда Доминик, крепче перехватил его за талию, и медленно начал входить. Колсон никогда не любил долгие прелюдии, предпочитая, когда партнёры были с ними погрубее, поэтому Дом не даёт даже выдохнуть мужчине и привыкнуть к члену внутри себя и начинает неспешно двигать бедрами, с наслаждением слушая хриплые стоны Келли. Доминик крепче перехватывает Колсона поперек груди и одним рывком поднимает его так, чтобы мужчина сел на него, шире расставив ноги по обе стороны от Дома. Блондин немного выгибается в спине, а его грудь все чаще и чаще вздымается. Теперь Оливер прекрасно может наблюдать, как член Дома исчезает каждый раз в Колсоне, член которого с каждым толчком ударялся о его живот. Вибрация приятными волнами распространяется по всему телу, заставляет бедра Оливера мелко дрожать, а пальцы на ногах поджиматься. Сайкс стискивает руки в кулаки, чтобы не потерять самообладание и не кончить только от одного вибратора и порно, разворачивающегося у него перед глазами. Оливер чувствует жар, исходящий от двух тел перед ним. Он уверен, что если бы он мог прикоснуться к одному из мужчин, то просто бы расплавился как воск от огня. — О, Господи, блять, — почти прокричал Колсон, когда его твердый член накрыла рука Доминика. Оливер не мог оторвать взгляд от того, как Доминик крепко держал мужчину за бедра и целовал того в шею, проходясь языком от плеча до мочки уха, которую кусал, оттягивал, а потом опять спускался поцелуями-укусами к шее, пока Колсон тяжело дышал, тихо постанывал с прикрытыми глазами и, оперевшись руками в матрас, сам насаживался на член Харрисона, издавая самые грязные звуки, которые только слышал Оливер. Колсон не может удержать равновесие, когда Доминик перехватывает его за бедра и разводит их шире, почти полностью вытаскивая свой член и звонко опуская Келли до самого конца. Он увеличивает темп, к которому блондин не может сразу привыкнуть, его голова обречённо опрокидывается на плечо парня, а сам он хаотично приподнимает и опускает таз, пытаясь попасть в один бешеный ритм с Домом. Вибратор давил на яйца, Оливер хотел кончить уже как несколько минут, но считал это проигрышем перед Домиником, поэтому пытался сконцентрироваться на чем-то кроме слившихся сладких стонов, шлепков разгоряченных тел друг о друга и тянущей сладкой боли в руках. Всего было так много, что он закрыл глаза и немного поерзал на простынях, чтобы хоть как-то сместить вибратор, но вышло ужасно и игрушка только сильнее оказалась прижата к истекающему естественной смазкой члену. — Блять, — задыхаясь вскрикнул Колсон. И в следующую секунду над головой Оливера послышался гулкий удар о стену. Когда он открыл глаза, то увидел всего в нескольких сантиметрах от своего лица приоткрытые искусанные красные губы мужчины. Видимо, Дом толкнул его вперёд и чтобы не упасть на Сайкса, Колсон выставил руки вперёд. С приоткрытых губ блондина вылетали громкие, грязные стоны, которые Доминик выбивал каждым сильным толчком из лёгких Келли. Колсон отрывает одну руку от стены за спиной Оливера и проводит ею по скуле мужчины, ведёт ниже к шее, ключицам, поглаживает напрягшийся мгновенно живот и касается налившегося кровью члена. Все это он делал, не переставая смотреть в черные от возбуждения глаза Сайкса. Колсон надавливает на головку, растирает прозрачную жидкость по ней и с ухмылкой вслушивается в нуждающиеся всхлипы Оливера. Сайкс выглядит так, будто сейчас заплачет, а Колсон так, будто сейчас кончит. Эта пытка для Сайкса не длится долго, потому что мужчина почти тут же убирает руку и подносит к затылку Оливера, чтобы расстегнуть ремешок и откинуть кляп в сторону, а затем тоже самое делает с вибратором. С губ брюнета тут же срывается отчаянный стон, а слюна тонкой ниточкой стекает по подбородку. Колсон впивается в приоткрытые губы Оливера, с силой забирая каждый стон мужчины, кусая губы. Доминик чувствует приближающийся оргазм как только видит, насколько Оливер разбит. Он впивается в мягкие бедра Колсона и начинает быстрее двигаться. Блондина немного трясет и он остервенело целует Оливера, пропихивая язык меж влажных губ. Его рука ложится на член Сайкса, а тот готов кончить прямо сейчас и позволяет Колсону вылизывать свой рот. В одном ритме с толчками Доминик начинает быстро дрочить Колсону, навалившись на него всем телом и кусая за чувствительную шею. Каждому хватает пары движений, чтобы кончить. Комната наполняется одним пронзительно-громким стоном, криком. Колсон продолжал медленно водить рукой по члену Оливера, растирая часть спермы по нему, пока Сайкс дрожал от резкого оргазма. А Доминик по инерции лениво двигался в Келли, что-то неразборчиво шептал, и оглаживал худые бока мужчины. Когда Дом всё-таки отпустил Колсона, блондин рухнул на кровать, переворачиваясь на спину и издавая тихие стоны. Быстро сняв презерватив, Доминик сел ближе к Оливеру, развязывая его руки и нежно потирая затёкшие запястья. Он поднес одну руку к губам и коснулся ими почти незаметной отметины от ленты. У Оливера скулы сводило от желания, слюна противно медленно стекала по шее, пока он пытался отдышаться с открытым ртом. Ему казалось, что он сидел вот так целую вечность, прислонившись к стене вспотевшим затылком. Он почти не дышал, когда потянул Доминика на себя за локоть и мягко поцеловал. Парень тут же расслабился под натиском татуированных рук. — Прости, Оли, но я так хотел увидеть, как ты кончишь только глядя на нас, — Доминик широко улыбнулся в поцелуй, поглаживая бока Оливера, который все ещё немного подрагивал после оргазма. — Я тебя ненавижу, — чтобы заткнуть Дома, Оливер почти набрасывается на его влажные от слюны губы. Они целовались жадно, Доминик громко стонал в поцелуй, то хватаясь руками за спину Оливера, то за его плечи и бицепсы. Воздух почти кончился в лёгких, но мужчины предпочли бы сейчас умереть, чем разорвать поцелуй. Доминик все же решает отстраниться, когда лёгкие уже сдавливало от недостатка кислорода. Они с Оливером тяжело дышали, дорвавшись до спасительного элемента. Несколько секунд они просто дышали воздухом друг друга и смотрели в глаза, прежде чем Сайкс мягко толкнул парня на смятые простыни и навис над ним, ещё раз нежно целуя Доминика в губы. Лёгкими поцелуями Оливер спускался ниже, не пропуская ни одного участка пылающей солёной кожи. Отодвинувшись дальше от Дома, мужчина обхватил пальцами его наполовину вставший член, продолжая покрывать поцелуями бедра и низ живота. Келли перевернулся на бок и лениво гладил свой член, глядя на мужчин, которые не могли друг от друга оторваться. Доминик раскинулся на кровати, занимая слишком много места для одного человека, закрыл глаза и прерывисто дышал от почти любовных касаний Оливера. Прошло несколько минут прежде чем Бейкер снова возбудился, а Оли приподнял Доминика над кроватью, сжимая его задницу. Парень прогнулся в спине, чтобы Сайксу было удобнее. Сейчас Доминик выглядит расслабленным, таким спокойным, хотелось просто обнимать его, а не трахнуть, но это будет потом, а сейчас Оливер воспользовался тем, что Дом умиротворенно прикрыл глаза, хоть и продолжал глубоко дышать, и сразу взял в рот его член. Из груди парня вырвался хриплый то ли стон, то ли крик, и Сайкс был доволен собой. Всего несколько движений языком по члену и головке и Доминик практически беспрерывно начинает истекать смазкой. Каждый раз, когда Оливер делал Дому минет, парень растекался в руках, превращаясь в одну массу из стонов, матов и возбужденных слез. Он мог бы прямо сейчас довести Харрисона до второго оргазма, но это было бы слишком легко. Выпустив член Дома с пошлым звуком изо рта, Сайкс приподнял парня ещё выше, крепко держа его за мягкие ягодицы, и провел широкую полоску языком по сжавшейся дырочке, вызвав ещё один удивленный стон и приглушённый со стороны. Оливер поднял голову и увидел, как Колсон широко расставив ноги ласкал себя, не отрывая изучающего и пошлого взгляда от него и Харрисона. Это было словно толчком к действиям, потому что Сайкс вжался лицом в задницу Доминика и тут же впиваясь языком в тугое колечко. Как всегда слишком громкий парень развратно стонет, ощущая как язык мужчины двигался в нем, как по расселине стекала тонкая ниточка слюны, как рядом его одним только взглядом трахал Келли. Дом повернул голову к блондину, провел языком по нижней пухлой губе, поднял руку, касаясь своего подбородка, шеи, ключиц. Жадным взглядом Бейкер впился в такого восхитительного Дома. Он наблюдал за каждым действием, хотел схватить эти гребанные длинные пальцы и засунуть тому в горло, чтобы парень давился собственной слюной, но в этот раз он решил предоставить ведущую роль в этой жаркой игре взглядов. Он с жадностью в глазах наблюдал и наслаждался тем, как Оливер с пошлыми звуками вылизывал Доминика. Наслаждался убитым видом парня, когда Сайкс надавливал на текущую щёлочку, размазывая жидкость по головке, делая ее ещё более мокрой. Наслаждался тем, как по виску парня стекали капли пота, а его красные волосы прилипли ко лбу и разметались на подушке. Продолжая быстро двигать языком внутри парня, Оливер поднес одну руку и огладил чувствительную кожу, попытавшись протолкнуть палец. Доминик принял его с лёгкостью, продвинувшись чуть ближе к мужчине, чтобы почувствовать его палец в себе глубже, чем наполовину. — Кто-то растягивал себя перед вечером, м? — Келли сел на колени рядом с головой парня и прошёлся рукой по его спутанным волосам, запуская в них пальцы и надавливая на кожу. Доминик ничего не мог ответить, он только прерывисто дышал и пытался подмахивать бедрами, чтобы Сайкс наконец-то надавил на чувствительный узел нервов. Без предупреждения Оливер ввел ещё один палец, который мягкие стенки приняли не так свободно, но из-за его слюны и языка двух пальцев стало недостаточно слишком быстро. Только Оливер отстраняется, любуясь на такого тихого и красивого парня, как Келли кидает к его ногам полупустую бутылочку смазки и презерватив, как будто они читали мысли друг друга, как будто знали, что делать уже давно. Оливер натягивает на свой член презерватив и обильно смазывает пальцы, проникая уже тремя, чтобы быть полностью уверенным, что Доминику не будет больно. Он сразу вошёл наполовину и остановился, с волнением всматриваясь в красное лицо Доминика, который задыхался от неожиданного переполнившего его чувства. Парень громко стонал, хватался за ноги и руки Келли, просто чтобы чувствовать ещё больше. — Ты выглядишь идеально, — Оливер провел пару раз рукой по твердому члену парня. — Такой красивый, такой прекрасный. Доминик хнычет от ласковых слов и хочет потянуться за поцелуем, чтобы показать, как много он сейчас чувствовал, как сильно он любит Оливера. Но не может встать из-за неудобной позы, а через секунду после его неудачной попытки встать, Колсон наклоняется, сжимает его подбородок и проникает языком в рот, проходясь им по небу так, чтобы у Дома не было и шанса на выдох и вдох. Когда Сайкс прижался ещё ближе к парню, надавливая на лопатки, ноги Доминика автоматически обернулись вокруг талии Оливера, прижимая его еще ближе. Развязно ухмыльнувшись, Сайкс вошёл до конца и замер, давая Дому привыкнуть. — Давай уже, — сдавленно проговорил Дом, смотря прямо в черные глаза Оливера. — Детка, мы только начали, не торопись, — Сайкс с улыбкой наклонился, чтобы провести носом по ключицам парня и обхватить зубами один сосок, наслаждаясь сбивчивым дыханием Дома. Колсон и Оливер были без ума от того, насколько податливым стал Доминик за каких-то пару минут, как он просил о большем одними стонами, похожими больше на мурлыканье в перемешку с хныканьем. Голова Дома лежала на коленях Келли, который перебирал красные прядки парня, а Харрисон старался не думать, что в нескольких сантиметрах от его лица возбуждённый член мужчины. Оливер сразу начал с резких, грубоватых и глубоких толчков, таких, от которых все внутри сжималось в тугой узел. Одной рукой Доминик сжал и так смятую простынь, а другой схватил за руку Колсона. Из его глаз текли тонкие полоски слез, а сам парень срывался на крик в отчаянных стонах. Поменяв положение, Сайкс полностью укладывает Доминика на спину, начиная выбиваться в него под другим углом, попадая через раз аккурат по простате. Теперь парень отпускает горячую ладонь блондина и хватается за Оливера как за последнее спасение. Движения Дома беспорядочные, он цепляется за все, до чего мог дотянуться: волосы Оливера, его плечи, спина, грудь. Доминику мало, он хочет почувствовать мужчину всего полностью. Сайкс рывком притягивает парня ближе к себе, стискивает мягкую задницу в руках, зажимая сочащийся смазкой член того между их животами. Вряд ли Дом может разобрать хоть слово, но Оливер не прекращает говорить комплименты, говорить, какой же Харрисон красивый и замечательный. — Ох, блять, я так хочу увидеть, как Келлс тебя трахнет, прижмёт к стене, потому что ты не сможешь даже стоять, и будешь так громко стонать, что соседи вызовут полицию, — Дом говорил, сбиваясь, пока Оливер наращивал темп с каждым толчком. С каким-то животным рыком Оливер практически вырывает Доминика из рук Колсона и легко садится, особенно глубоко входя в Доминика. Его член с силой давит на простату, и с губ Доминика срывается хриплый крик блаженства. Он как сумасшедший начинает быстро шептать что-то в солёную кожу на плече Сайкса. Каждое слово, каждый стон, срывавшийся с красных губ Харрисона ещё больше заводил Колсона, который неотрывно смотрел, как Доминик выгибался в спине, пока Оливер оставлял красные отметины на его горле, кусая нежную кожу. Они пытаются слиться в поцелуе, но из-за бешеного ритма Доминик подпрыгивал на бедрах Сайкса, и их поцелуи выходили смазанные, их искусанные губы скользят по губам, подбородкам и щекам. Когда Дом чувствует, как в него вместе с членом Оливера проникает ещё и два пальца Колсона, он был готов взвыть. Чудом не закричав в этот раз от переполнявших его эмоций, Доминик стискивает зубы на плече Оли. Лицо Сайкса яркого красного цвета могло бы даже слиться с волосами Харрисона. Брюнет начинает медленно двигать бедрами, а вместе с ним Колсон двигал своими пальцами внутри Харрисона, растягивая ещё больше, проходясь пальцами по стволу Оливера и через раз надавливая на простату Дома. Медленно двигаясь, Оливер выцеловывает узоры на шее парня, в которого так же медленно добавляют третий палец. Смазка неприлично-громко хлюпает, когда Колсон вытаскивает все пальцы и снова вставляет их. Сайкс совсем остановился, придерживая Дома на весу, давая ему небольшую передышку, пока блондин трахает парня пальцами, раздвигает их ножницами внутри и прокручивает. — Как же долго я этого ждал, — выдыхает блондин и прижимается грудью к влажной спине Доминика, вылизывает ушную раковину и приставляет головку ко входу парня. Оливер крепко держит лицо Доминика за подбородок, грязно целует, чтобы отвлечь от переполняющих чувств, и Дом благодарен ему за это. Медленно Колсон вставляет свой член в Доминика, который не своим голосом стонет от перевозбуждения и лёгкой боли, разливавшихся по всему телу, и неразборчиво шепчет через поцелуй Оливеру, который смог различить лишь свое имя и имя Бейкера. Блондин прикасается губами к виску парня, его затылку, плечам, пытаясь как-то уменьшить боль. — Блять, блять, блять, — Дом закрывает глаза и утыкается лбом в плечо Оливера, продолжая неразборчиво шептать, когда член Колсона проникает больше, чем на половину. — Как же мне повезло, как же мне, блять, повезло с вами. Оливер практически остановивается, давая Колсону свободнее двигаться. Они смотрят друг другу в глаза, пока Доминик тяжело дышит и хныкает, впившись ногтями в плечи Сайкса. Парень чувствует, как на спину надавливают ещё больше и как лёгкая щетина Бейкера царапает его щеку, и поворачивает немного голову. Сфокусироваться очень сложно, но все-таки он может различить поцелуй. Одной рукой Оливер придерживает Дома за талию, а другой хватается за волосы Колсона, который обнимает мужчину за шею, притягивая к себе как можно ближе. Отчётливо видно, как их языки сталкиваются между губами, и Дома прошибает волной возбуждения. Из горла вырывается скулеж, когда мужчины, все ещё не разрывая поцелуя, начинают одновременно двигаться. Доминик ощущает, как члены давят на растянутые стенки, растягивают ещё больше. Он задыхается, когда на простату надавливают, и, видимо мужчины поняли, что одновременно нашли чувствительную точку, потому что начинают рывками двигаться, попадая исключительно по ней. Доминик не может дышать, он задыхается в стонах и всхлипах, у него нет сил даже двигаться или сказать хоть слово. Член был уже болезненно твердым и из него все больше сочилась прозрачная смазка, с разгоряченные тела, которые были буквально повсюду, только ухудшали разбитый похотью разум. Колсон невыносимо медленно дразнил его соски, пока Оливер медленно двигал рукой по эрекции, заставляя Доминика почти скулить. Оливер чуть сильнее сдавливает горло Дома, внимательно следя за тем, чтобы тот не начал задыхаться. Но парень только закатывает темно-зелёные глаза и открывает шире рот, не имея возможности выдохнуть полной грудью. Он роняет тяжёлую голову на плечо Колсона, который кладёт горячую руку, придерживая, и сжимает красные волосы. Зажатый между двумя горячими во всех смыслах телами, Доминик не мог выдохнуть, издавая только всхлипы и стоны. Он так ярко чувствовал два члена внутри себя, руки в волосах, на его члене, спине, губы на плечах и шее, что не мог сосредоточиться на чем-то одном, всего было слишком много. Колсон приник к губам Дома, почти голодно исследуя. Мужчины с каждым толчком становились все резче и резче, выбивая из Доминика хриплые вздохи. Отчаянный полустон-полукрик утонул в таком необходимом поцелуе, когда Доминик всхлипнул, прикрывая полные слез глаза, и излился на свой и живот Оливера. Он чуть расслабился в руках мужчин и навалился на Оливера, обнимая того за плечи и положив голову на покрытую татуировками грудь. Ещё пару раз толкнувшись мужчины одновременно кончили внутри сжимающегося Доминика. Они сидели без движения около минуты, пытаясь отдышаться и вернуться в реальность (а ещё Харрисон обожал, когда мужчины в нем задерживались чуть дольше, чем нужно было). Первым отпустил парня Колсон, покрывая поцелуями покрывшуюся мурашками спину Дома. Он снял презерватив, кинув в мусорное ведро, и снова начал выцеловывать спину Доминика, который еле слышно что-то шептал, пока Оливер целовал его щеки и лоб. Через несколько минут какой-то неестественной, но такой необходимой тишины, Доминик начал двигаться, тихо постанывая, потому что он все ещё был слишком чувствительным. Сайкс аккуратно придерживал его за талию и положил на подушки, вытирая его салфетками от спермы и пота на теле. Они с Келли ещё несколько минут, нежно обнимали и ждали, когда Дом сможет понимать, что происходит вокруг него. — Воды хочу, — немного невнятно пробормотал Доминик с закрытми глазами. Он губами нашел плечо одного из мужчин и чмокнул его. Келли улыбнулся такому милому поступку и встал с кровати, а за ним и Оливер. Они уже вышли из спальни, когда услышали слишком уж энергичный после такой ночи голос Дома. — Эй, как ваше настроение? Вы не поверите, что я только что, блять, сделал, — перень широко улыбался и жестикулировал, снимая себя на телефон. — Я трахнул самих Колсона Бейкера и Оливера Сайкса! — Он издевается? — спросил Оливер, когда они уже спуститись на кухню, и налил воды в стакан, сдерживая улыбку, думая о красноволосом парне наверху. — Это будет его последняя история в жизни, — блондин обнял Сайкса со спины, устраивая щетистый подбородок на плече и целуя за ушком. — Очень глупая смерть для него, — мужчина положил свободную руку поверх сцепленных на его животе рук Колсона. Они вернулись в кровать, где Дом уже лежал под одеялом и смотрел что-то в телефоне. Он сразу отложил его, когда к нему в постель залезли и притеснили со всех сторон. И, кажется, это был самый идеальный момент за всю жизнь Доминика. Колсон всегда обнимал его со спины, а Оливер спереди, а сейчас они вместе зажали его между собой словно крыльями, их ноги перемешались, дыхание стало одним на троих. Дом не уверен, насколько серьёзно воспримут его слова сейчас, но молчать? Нет, Доминик никогда не будет молчать, хотя скажет сейчас все в более простой форме. — Я думал об этом тысячу лет, вы в моем сердце, — он крепче сжал руку Бейкера на своей талии и руку Оливера, которую тот поднёс к губам и невесомо поцеловал в чёрное сердце на среднем пальце, прижав затем к груди. Возможно, это будет повторяться каждую неделю по вторникам и пятницам. Возможно даже чаще.