Связаны

Тэхен идет по красной бархатной дорожке, сжимая дрожащими тонкими пальцами букет, чувствуя, как небольшие шипы белых роз впиваются в ладони. Две тысячи глаз внимательно следят за ним, восхищаясь утонченным и нежным омегой. Тэхен идет, и за каждым его шагом наблюдают два строгих взгляда родителей. Допустит хоть малейшую ошибку, и все старания, все мучения станут напрасной тратой сил и времени. Только одного Тэхена не волнует, как он выглядит, как идет, как за ним следят. Все, что его заботит, это человек, ждущий его у алтаря. Статный, взрослый мужчина средних лет. Тэхен никогда не спорил с тем, что его избранный жених красив, мужественен, силен, богат и знатен. Он хороший человек. А может лишь хочет казаться таким. Это не важно. Все равно это… Не он… Глаза закрывают чьи-то руки, и Тэхен тихо смеется, уже зная, кто это. Он почувствовал любимый запах апельсинов еще несколько секунд назад. — Гуки, — тянет Тэхен и поворачивается в объятиях, увидев альфу. Он широко улыбается и обхватывает его лицо руками, даря губам нежный поцелуй. Талию обвивают сильные руки и прижимают к горячему телу, а Тэхен задыхается. Чонгук влюбил его в себя, очаровал, забрал себе без остатка. — Привет, малыш, — тихо шепчет Чонгук и проводит ладонью по щеке омеги. — Ты не опоздаешь на уроки? — О боже, — шуточно закатывает глаза Тэхен и прижимается к альфе. — Тебя правда заботит моя учеба? — Конечно. Меня касается все, что связано с тобой, потому что… — Мы связаны, — заканчивает вместо Чонгука Тэхен и получает теплую улыбку, а за ней нежный поцелуй в губы. Тэхен больно закусывает губу, на которой остался фантомный след от поцелуя из прошлого, и прикрывает на пару секунд глаза, умоляя воспоминания прекратить мучить его… — Чонгук, не бросай меня, — сквозь рыдания просит Тэхен, прижимаясь к крепкой спине альфы. — Не уходи… Я не смогу без тебя… Чонгук поворачивается к дрожащему Тэхену и обнимает его за плечи, пряча в объятиях. С неба, затянутого черными тяжелыми тучами, срываются первые крупные капли, в несколько секунд превращаясь в сильный ливень. Прохожие разбегаются, прячутся от холодных капель, и только эти двое продолжают стоять на месте. — Я не уйду, малыш, — шепчет Чонгук на покрасневшее от холода ухо Тэхена, обжигая его дыханием и пуская по хрупкому телу мурашки. — Это… Просто это так неожиданно… — Чонгук обхватывает мокрые и красные от слез щеки омеги и поднимает его голову, заглядывая в любимые зеленые глаза. — Я даже не мог подумать, что это может случиться, но я не оставлю тебя. Никогда… Тэхен больно прикусывает губу и прижимает ладонь к округлившемуся животу, который давно уже не спрятать под одеждой. Воспоминания нахлынули на него, вспарывая незажившие раны. Им не суждено зажить. Каждую ночь, когда он остается один, когда не надо притворяться перед другими, дыра в груди начинает немыслимо болеть, напоминая о том, кто жил и продолжает жить там. Кто научил Тэхена по-настоящему любить. Кто его любил… Кто обещал, что всегда будет рядом, что никогда не оставит его их… Тэхен сильнее кутается в мягкий плед, чувствуя теплые родные ладони на животе, начавшем расти совсем недавно. Ким прижимается спиной к горячей груди Чонгука, улыбается, получив поцелуй в голое плечо, и смотрит в окно. Они сидят на подоконнике, наблюдая за закатом. Только они вдвоем и маленькое чудо. — Ты прекрасен, — нежно говорит Чонгук, вызывая смущенную улыбку у Тэхена. Он поворачивает голову, смотря на альфу, и проводит пальцами по острой линии подбородка, чувствуя щетину подушечками пальцев. Тэхен забавно морщит нос и целует Чонгука в подбородок, когда на телефон альфы звонят. — Не отвечай, — дует губы Тэхен, наблюдая за тем, как Чонгук спрыгивает с подоконника и идет к телефону. — Чонгук, ты обещал! Никакой работы сегодня. — Малыш, это важно, — говорит альфа и целует младшего в макушку. — Я отвечу и вернусь… Зеленые глаза застилает пелена слез, а из рук падает букет белых роз. Тэхен мотает головой и начинает отходить назад. Кто-то начинает звать его, но в ушах стоит шум. Тэхен не слышит ничего, кроме его голоса. Кто-то взял его за плечи, вытирая слезы шелковым платком, но Тэхен не видит ничего, кроме него… — Опять? — злится Тэхен и аккуратно встает на ноги с подоконника. — Почему ты не можешь остаться? Почему ты должен бежать к ним по одному только звонку? У тебя беременный омега! — Малыш, не ругайся, — мягко произносит Чонгук, быстро одеваясь. — У меня такая работа, я должен помогать людям. — А мне?! Мне ты не должен помогать? Ты постоянно на своей работе! Мы практически не бываем вместе! Я скучаю по тебе, а тебе плевать на меня и нашего ребенка! — кричит Тэхен, идя за Чонгуком. Тот резко останавливается и поворачивается к омеге, одаривая его разочарованным взглядом. — Ну, знаешь, это уже слишком, — шепчет Чонгук и молит все всевышние силы, чтобы не сорваться. Тэхен стал нервным и часто ругался на Чонгука, а Чонгук делал все, чтобы Тэхен не волновался. — Я вернусь, и поговорим. Чонгук выходит из квартиры и слышит вслед: — Когда ты вернешься, нас здесь уже не будет!.. Тэхен громко всхлипывает и опускает голову, сжимая пальцами тонкую рубашку на животе, чувствуя толчки. Его Чонгук был героем. Люди забывают героев, они не нужны им. Люди не считают должным вспоминать тех, кто спасал жизни. Люди хоронят их и забывают. Герои погибают навсегда, но Чонгук остался героем в сердце Тэхена. Остался жить там воспоминанием, не способным спасти его от боли. — Тэхен, ты должен идти дальше, — различает омега сквозь шум в ушах раздраженный голос папы. — Ты не маленький ребенок. Разве я должен в тысячный раз объяснять тебе, зачем все это?! Ким смаргивает слезы и осматривается, видя, как гости смотрят на него и перешептываются. — Извините его, — улыбается папа Тэхена, стирая последние слезы сына. — Переволновался. Тэхен опускает голову, чувствуя тошноту. Его давно тошнит от родителей. От их безумного желания нравится каждому человеку в высшем обществе, сохранить свой статус, не испортить свою честь. А их единственный сын позорит их. Забеременеть в семнадцать лет от альфы из низшего класса! Уму непостижимо. Семья Ким несколько десятков лет состоит в высшем слое общества. Они не последние люди в государстве. Они дружат с президентом, являются спонсорами, имеют крупнейшую компанию с филиалами в других странах. Семья Ким по истине королевская. Кимы изысканы, богаты, влиятельные, прекрасные, как ангелы… Только вот ангелы ли они на самом деле? Тэхен всю ночь и утро ходит по квартире и раз за разом набирает номер Чонгука. Вчера вечером он так и не вернулся с работы и даже не позвонил, не написал. Тэхен понял, как был глуп. Чонгук работает для него и ребенка, выжимает из себя все силы, иногда сутками пропадая на работе, а Тэхен так обидел его. — Гуки, — тянет он, когда телефон издал короткий писк, обозначающий, что запись сообщения началась. — Прости меня, пожалуйста. Я был так неправ… Прости, — омега обессиленно садится на диван и тихо всхлипывает, обнимая себя за живот одной рукой. — Возвращайся скорее домой… Тэхен мотает головой и вырывает свою руку из хватки родителя, что вел его к алтарю. — Нет, — тихо шепчет омега и начинает идти назад, сотрясаясь от рыданий. — Не надо… Прошу, не надо… Гости с непониманием смотрят на Тэхена, начиная гадать, почему же омега не хочет выходить замуж за любимого мужчину, от которого у него ребенок. Все начинают перешептываться, даже не допуская мысль о том, что этот альфа чужой для Тэхена. Что молодой омега скорбит по любимому. Тэхен разворачивается и бежит. Бежит подальше от этих лживых, фальшивых и лицемерных людей. Он ненавидит их… — Спасибо тебе, Ёндо, — слышит Тэхен голос отца и подходит ближе к его кабинету, прислушиваясь. — Тэхен, наконец-то, выйдет замуж за Минсока, родит наследника… Если бы не твоя помощь, мы с мужем не справились бы. — Не думаю. Вы оба сильных человека. Уверен, вы смогли бы отвести его от Тэхена и без меня, — звучит хриплый голос в ответ, а Тэхен хмурится, чувствуя неладное. — В том-то и дело. Мы отводили его. Предлагали деньги, угрожали, ему все было нипочем. Слишком гордым и упрямым был этот Чонгук. Мертвый он приносит куда меньше проблем, — смеется отец, не подозревая, что этими словами убивает родного сына. Узнав о смерти Чонгука, Тэхен утешал себя лишь тем, что он погиб героем. Погиб, спасая других. Чонгук никогда не боялся лезть в горящий дом, но до тех пор, пока не встретил Тэхен. Он начал бояться, но не за себя, а за него. Что будет с Тэхеном, когда он однажды не вернется? Только из-за него Чонгук перестал бездумно прыгать в опасность, всегда подстраховывался, чтобы вечером вернуться в квартиру, пропитавшуюся любимым запахом сирени, обнять Тэхена, сказать, как любит его… Он всегда возвращался, но в тот вечер не смог. Не смог, потому что родители Тэхена не приняли его. Он не входил в их планы о прекрасном будущем, и его убрали как ненужную вещь. Тэхен слышит сзади шаги нескольких десятков ног. Конечно. Никто не позволит ему сбежать со свадьбы. Она не его, не для него. Она для его родителей и Минсока, чтобы объединить бизнес. Тэхен здесь лишь замена договора. Лучшая замена. Ким почти добежал до дороги, когда увидел на середине проезжей части его. Тэхен останавливается, во все глаза смотря на Чонгука. Он тепло улыбается омеге, смотрит с большой и искренней любовью и разводит руки, приглашая в свои объятия. Тэхен поджимает дрожащие губы и смаргивает непрошеные слезы, чтобы лучше рассмотреть любимого. Это точно он… Омега громко всхлипывает и бежит к Чонгуку, ускользая от руки охранника. Он смотрит лишь на Чонгука, слышит лишь его голос с приятной хрипотой. Чонгук зовет его, и он идет. Тэхен бросается в желанные объятия Чонгука и чувствует сильный удар в бок…

***

— Тэхен. Он медленно открывает глаза и тепло улыбается, встречаясь с черными глазами, которые смотрели с нескрываемой заботой и любовью. Так смотрит только он. Тэхен ласково проводит рукой по гладкой щеке Чонгука, а затем крепко обнимает его и прижимается. Спины касаются теплые ладони, и он окончательно успокаивается, чувствуя слабое и такое приятное покалывание в местах, где Чонгук касался его. — Мне приснился просто ужасный сон, — бурчит Тэхен в шею Чонгука и растворяется в крепких объятиях. — Я так рад, что это лишь кошмар… — Это был не сон, малыш, — шепчет Чонгук и отстраняется, отходя в сторону, а Тэхен видит себя же на кушетке в окружении врачей, что пытались спасти его жизнь. — Ты попал под машину. — Но, — одними губами произносит Тэхен и смотрит на альфу. — Как это возможно? Чонгук улыбается, как делал это всегда, когда Тэхен задавал глупые вопросы. Он обнимает омегу со спины и прижимает к себе, окутывая цитрусовым запахом. — Пойдем со мной, — говорит Чонгук на ухо Тэхена. — Оставайся здесь, малыш, и наш мальчик останется жить. Тэхен испугано смотрит на Чонгука и мотает головой. Он все еще надеется, что это сон, придуманный на фоне беременности. Сейчас он проснется в объятиях Чонгука, и они вместе посмеются из-за этого. Только все это не сон… — Он не будет с нами? — тихо спрашивает Тэхен. — Я не могу оставить его. — Он должен жить. Ким поджимает губы и вытирает слезы. Он хочет, чтобы их семья воссоединилась, но понимает, что это невозможно. Если сейчас он решит жить, то потеряет их обоих. Тэхен кивает самому себе и поворачивается к Чонгуку. Он готов… Чонгук тепло улыбается и обхватывает нежные щеки омеги ладонями, невесомо касаясь пухлых губ. Они снова вместе… И теперь Чонгук точно не оставит Тэхена. Тэхен берет Чонгука за руку и смотрит на их малыша в инкубаторе. У него русые короткие волосы, аккуратный носик как у его отца, точно такая же родинка на кончике носа, пухлые губки слегка приоткрыты, а длинные ресницы трепещут во сне. Омежка прекрасен, как и его родители. — Мы всегда будем связаны с ним, Тэхен. Омега кладет голову на плечо Чонгука, который крепко обнимает его за плечи. Оставлять маленькую кроху в этом ужасном городе не хочется, но Чонгук прав. Малыш должен жить. У него есть шанс стать счастливым. — Жаль, что мы стали счастливы лишь здесь, — вслух говорит свои мысли Тэхен и смотрит на Чонгука, получив нежный поцелуй в лоб.