And love and sin

***

У судьбы своя империя. Поверь, она Подарит тебе золотой ключик на День Рождения. Заведи моторчик на своём поезде, И с горестью разбейся о стену на полной скорости.

      Завтра четверг, поэтому Антон не удивился утреннему звонку от Арсения Сергеевича. Ему даже не нужно было смотреть на телефон, ибо только на историка стояла эта песня. Он сегодня возвращается в свой родной город, но никого не хочет предупреждать.       За все дни, проведённые в Данкове, парень набрался сил и сделал всё, что планировал. Даже смог разобраться со своими мыслями, разложив всё по полочкам и немного остыв. Пару раз звонила бабушка. Юноша говорил, что всё хорошо, и он как обычно ходит в школу. Если бабушка не ругала его за отсутствие в школе, значит ни Арсений, ни классная руководительница ей не звонили, что не могло не радовать.       В 23:00 Шастун стоял на остановке, ожидая автобус в Москву. Возвращаться не очень хотелось, но нужно. И друзья, и бабушка с дедом провожали парня так, будто бы он уезжал в армию. — Антош, приезжай поскорее, мы тебя будем ждать, котёнок, — сказала бабушка и, подойдя максимально близко, прошептала, — как разберёшься со своим Арсением, звони и сразу рассказывай, — после чего отошла в сторону, подмигнув. — Ба, он не мой, — эти слова женщина проигнорировала.       Дедушка тоже попрощался с Антоном и пожелал ему удачи. Друзья же подарили много сладостей и по очереди крепко обняли, а Никита даже приподнял его.       Ехать целую ночь, поэтому приедет он примерно в четыре утра при хорошем раскладе, но в школу он решил идти, ибо прийти только в пятницу нелогично. Да и парень уже соскучился по одноклассникам-долбаёбам и Димке с Окс. Сев в автобус и дождавшись посадки всех пассажиров, юноша сразу же включил музыку в наушниках и, как только автобус тронулся, начал махать на прощанье в окно, а в ответ ему махали друзья и бабушка с дедом.       Антон пропустил остановку, где все выходили покурить или в туалет, а проснулся уже в Москве в полпятого утра. Когда он добрался до своего подмосковного города, часы показывали без десяти шесть. Хоть он и спал всю поездку, но если ляжет на мягкую и манящую своей чистотой кровать, то сто процентов уснёт и не проснётся до следующего дня. Поэтому парень решил разбудить своего друга. — Алло, Дим, привет. Просыпайся, пошли куда-нибудь. — Тох… — Дима посмотрел на часы и продолжил, — Ты ахуел, или мне приснилось? Приехал наконец-то? — Да, давай быстрее. Всё расскажу.       Через пятнадцать минут Антон уже стоял с Позовым около его многоэтажки, куря сигарету. Пообещав рассказать всё полностью, когда они дойдут до Оксаны, друзья поплелись к ней. Девушку уже сложнее было разбудить, но всё же получилось. Оксана жила около школы, поэтому пока ребята туда шли, они ей звонили.       Подойдя к подъезду, они ещё раз её набрали, сказав, чтобы та выходила. Долго ждать не пришлось, Сурковой было слишком интересно узнать, что же случилось у Антона. Конечно, не обошлось без мозгоклюйства о том, что нельзя так резко уезжать. А еще им досталось за ранний подъём. Выслушав всё, Шастун начал свой монолог. Сначала он рассказал о случае на допах, а потом и о резкой поездке, после чего замолчал, смотря куда-то в даль. — Дааа, Антон. А сразу рассказать? Может, ты не так всё понял! — восклицает Оксана. — Вот именно, Тох! А чё ты говоришь, как бабушка отреагировала на твои признания? — Нормально, сказала держать в курсе. — А когда тёть Люда возвращается? — спрашивает Окс. — В субботу должна. — И естественно, ты ей ничего не говорил? — спрашивает уже Позов. — Нет… Потом, может, расскажу, а может и нет.

***

      Учебный день подходил к концу, а Шастун не мог определиться идти на допы по истории или нет. С одной стороны, что такого? А с другой — стрёмно. Вдруг опять их сосущимися застану, а может и того хуже. Думал Антон. Самобичевание — любимое занятие. Поэтому всё же не без помощи друзей после уборки класса он пошёл на историю. Конечно, не сильно торопясь. Сегодня он не виделся с Арсением Сергеевичем, так как ни истории, ни общества не было, а из класса никто не выходит. К его счастью, историк сегодня в их класс не заходил, а то, скорее всего, не обошлось бы без серьёзного разговора. А в данный момент, морально подготовившись, юноша открывает дверь кабинета истории. — Здравствуйте. Можно? — стоя на пороге, спрашивает Антон. — Здравствуйте. Прохо… — Арсений, отрываясь от бумаг, резко поворачивает голову в сторону ученика, — Шастун, блять! Где тебя носило?! — Арсений Сергеевич, мы в учебном заведении, — очень спокойно произносит Шастун, поражаясь сам себе. Не успел он чуть отойти от закрытой за собой двери, как его припечатывают к стене. — Я. Спрашиваю. Где ты, сука, был?! — чуть ли не рыча, повторяет вопрос Попов. — Отдых, Арсений. Сергеевич, — специально делая паузу между именем и отчеством, отвечает парень. — Почему ты не отвечал на звонки и смс? — отходя в сторону, чтобы успокоиться, продолжает мужчина. — О, простите. Не хотел мешать вам с Кузнецовой, — язвит Антон, не отвечая нормально на вопрос. — Что?! — Мне пора. Извините, — Антон собирался выйти, но его запястья резко сжали. — Нет, Шастун. Ты не уйдёшь отсюда, пока всё нормально не объяснишь. Не веди себя как девка! — учитель закрыл кабинет на ключ и убрал его в карман своего пиджака. — Хорошо, Арсений Сергеевич, — Шаст прошёл и сел за первую парту. Видимо, пришло время сказать всё, что накипело и всё, что он держал в себе. — Начну с того, где я был. С конца начнём, — рассказав про поездку в Данков и причину этого резкого отсутствия, он набрал побольше воздуха в легкие… — Я влюбился. В вас, Арсений Сергеевич, — парню хотелось провалиться. Только сейчас он понял, что и кому вообще рассказал. А Попов как назло молчал, прожигая дыру в стене. — Я…я, наверное, пойду, — юноша уже вставал со стула, но грубое… — Сядь! — заставило опять вернуться на место, — То, что это неожиданно, я сказать не могу, но и не сильно ожидаемо. Кхм… — историк явно пытался подобрать слова, — Насчёт случая с Ирой. Она сама в меня вцепилась, я хотел её оттолкнуть, но тут ты. Даже не остановился, когда я окликнул тебя. Сначала я думал, что ты любишь Иру, но потом вспомнил, как ты о ней отзывался, — в дверь постучали, и оба парня обернулись на звук. — Так. Я тебе смс кину, где сегодня встретимся. Не придёшь — из-под земли достану, — быстро открыв дверь, Арсений выпустил ученика, который чуть не вписался в, стоявшего рядом с дверью, Сергея Борисовича. — Арс, не помешал? — Помешали, — злобно огрызнулся историк. — Я старался. А теперь серьёзно. Какого хуя тут происходит? — Я же тебе рассказывал, — он пересказал другу по пути от школы до машины их разговор и, не выдержав долгого молчания со стороны Серёжи, слегка рассердился, — ну и чего ты молчишь, блять? — Арс, ты долбоёб или да? Кхм. Хорошо. Он влюбился в тебя, ты боишься, что будет как в прошлый раз? Что это окажется глупая подростковая влюбленность или чё? И вообще, чё у тебя за мода влюбляться в школьников? Ты из-за прошлого раза уехал сюда из Питера! — Нет, Антон не тот парень. Он вообще другой. Отличается ото всех, — последнюю фразу Арсений проговорил задумчиво и еле слышно. — Тогда я не знаю, в чём проблема. Действуй! — Матвиенко уже закипал от этих влюблённостей и, как бы ни старался, реально не мог понять суть проблемы. — Серёжа! Ты меня слышишь вообще? Я просто не хочу портить ему жизнь. — Бляяя… А ты у него спроси, испортишь ты ему этим жизнь или нет! Да он счастливее станет! На нём же лица нет. Хотя он только вернулся с отдыха, как ты сказал. Не разбираешься и говоришь хуйню всякую! — не выдержал Серёжа. — Ой, иди нахуй! Сам разберусь, — садясь в свою машину, сказал Попов. — Вот так и помогай. — Тебя довезти? — уже спокойно спрашивает Арс, открыв дверь машины. — Катись уже, — Матвиенко развернулся и пошёл в сторону своего дома.       Арсений был очень зол. Абсолютно на всех. Хотя кроме себя злиться не на кого, тем более на друга, который и правда просто хотел помочь. Обдумывая совет Серёжи, он всё-таки принял решение поговорить с Антоном нормально, без отрицания своих чувств. Приехав домой, он сразу написал парню, что сам за ним заедет.

***

      Антон дошёл до дома. В квартире была тишина, только Сапсан сидел у двери. — Сапс! Знал бы ты, как я по тебе скучал, — взяв кота на руки и потащив с собой в комнату, сказал юноша. Кот на это лишь фыркнул и попытался выпрыгнуть из хватки Шастуна, — ну Сааапс. Прости, я больше не буду так резко уезжать, — прижав кота к себе посильнее, закончил парень. Кот мяукнул, но прильнул к руке, больше не собираясь убегать. Их идиллию нарушило оповещение, пришедшее на телефон Антона. Достав из кармана джинсов телефон, он увидел сообщение от Арсения. Арсений мать его 16:07 Заеду за тобой в семь.       Антон ничего не стал отвечать, отложив телефон. Он не собирался избегать разговора, ему хотелось всё решить и успокоиться. До семи можно сделать уроки, но настроения нет, поэтому парень остановился на том, что лучше посмотрит сериал. Быстренько достав из своих закромов Cheetos, юноша включил Шерлока 2010 года. Сапсан прыгнул к хозяину, пристроившись сбоку.

***

      Часы показывали полседьмого, и Антон решил собираться. Он планировал покурить перед тем, как приедет Арс. Поэтому, быстро надев чёрные джоггеры и белую толстовку, а заодно потискав Сапса, он вышел к подъезду и сел на лавку, закуривая. Около подъезда тёрлась какая-то компания пацанов из трёх человек, они часто смотрели на Шастуна, но он не придавал этому значения и дальше листал ленту в ВК. Через минуты две один из компании подошёл к лавке. — Ты Антон? — Ну допустим, — подняв бровь, ответил Антон. — Пойдём поболтаем, — парень хотел взять Шаста за рукав, но тот одёрнул его и встал. — О чём? Пока вся эта непонятная хрень происходила, двое стояли в стороне и в упор смотрели на Антона. — Пошли, узнаешь, — парень зашёл за угол подъезда, и зеленоглазый пошёл за ним. Ему было интересно, кто это, откуда его знает и почему так нагло ведет себя? Только он зашёл за угол, как его, чуть ли не душа, прижали к холодной стене. Подошли и те двое, которые стояли в стороне. — Ну чё, хуй сосать заебись? — оскалившись, спросил тот, что прижимал к стене. Антон попытался ударить обидчика, но тот увернулся и в обратку ударил Антона. Через несколько секунд Шастун оказался на асфальте, а его белое худи стало мокрым и грязным. Он мог бы дать отпор, ведь драться ему приходилось не раз, но их было трое, а он один. Удары прилетали по рёбрам, животу. В следующий момент его перевернули на спину, и один из компании начал кулаками бить по лицу. Парень чувствовал, как из разбитой губы и носа течёт кровь. Шаст пытался прикрыться, но ничего не выходило. — Ты ничтожество! — удар, — Чмо! — удар, — Такие, как ты, сдохнуть должны! — уже встав с Антона, парень ударил его в районе спины, — Пидор! — казалось, что он и вправду так и умрёт на этом мокром асфальте. Перед глазами всё мутнело, звуки еле доносились до парня. — Вы что творите! А ну пошли отсюда! Я щас полицию вызову! — шайка быстро разбежалась, — Парень, ты живой? — спросила какая-то женщина. Антон кивнул. Ему помогли встать и дойди до лавки, — Тебе скорую вызвать? — юноша отрицательно помотал головой и промямлил что-то вроде «я сам справлюсь, всё хорошо». Как только женщина зашла в подъезд, Шаст повалился на лавку. Каждое, даже маленькое движение вызывало адскую боль по всему телу. В голове было много мыслей. Что это за парни? За что его так побили, и вообще, что, блять, он сделал? Прокручивая в голове их слова, он с болью достал сигарету и закурил её, смотря в небо. По щекам скатывались слёзы, обжигая ссадины, которые ещё не покрылись корочкой.

Только синее небо в моих глазах, только красные-красные губы моей мечты Только синего неба им не достать, вокруг напрасные люди, вокруг несчастные люди не видят Синего неба в моих глазах и только красные-красные губы моей мечты Только синего неба им не достать, вокруг напрасные люди, вокруг несчастные люди одни…

      Парень слышал, как мимо ходят люди, ездят машины. Было ощущение, что прошла вечность. Все его мысли и раздумья прервал голос… — Антон! Что с тобой случилось?! — к лавке взволнованно подбежал Арс, — Кто тебя так? — Арс… Мне хуё… — повернув голову на Арсения, Антон отключился.

***

      Проснулся он от жгучей боли на губе. Открыв глаза, Антон увидел перед собой Попова, который обрабатывал его ссадины и параллельно дул на них. — Ангел, ты как? — Болит всё. — Кто всё-таки тебя так? — Я не знаю. Оделся пораньше, вышел покурить к подъезду. Там они стояли, я не обращал внимания, а потом один из компании подошёл… — Стой, ты говоришь они. Сколько их было? — Шастун отвечал на вопросы, а Арсений аккуратно продолжал обрабатывать раны, — Пиздец ты бедовый. Зная тебя, ты заяву катать не будешь, хотя я бы их сам закопал. Они что-то говорили ещё? — Я не хочу это рассказывать. Могу сказать, что лицо одного из них мне показалось знакомым… — Хорошо, но позже расскажешь, иначе не отстану. Тебе чаю налить? — Да я сам, — юноша попытался встать и тут же лёг обратно. — Лежи! Сам он. А где у тебя ноут? Можем фильм посмотреть. — Вон в том шкафу, — Антон показал на шкаф, стоящий слева.       Арсений достал ноутбук и, подключив его к зарядке, ушёл наливать чай. Вернувшись с двумя кружками, он поставил их на прикроватную тумбу и забрался на кровать, ложась рядом с Антоном и беря ноут. — Что смотреть будем? — Что угодно, только не ужастик и не грустный мультик, — юноша усмехнулся и шикнул от боли.       Пока Попов искал, что им посмотреть, парень вспомнил, ради чего они должны были встретиться. Он никак не мог решить — начинать этот разговор или отложить. А пока один думал, второй включил фильм и протянул кружку с зеленым TESS Flirt. Фильм назывался «Солнцестояние». Арсений вкратце рассказал о жёстких моментах, и Антон ответил, что норм, главное без скримеров. От фильма прошло минут десять. Парень даже не старался понять, что там происходит, смотря то на Арса, то на кота и подбирая слова, чтобы разобраться в том, что его волнует. — Арс… — юноша поднял глаза на мужчину. — М? — произнёс Попов, не отрываясь от фильма. — Э… М-может поговорим? Ну насчёт того… — мысли путались, а слова не хотели выходить изо рта. Арсений поставил фильм на паузу и повернул голову в сторону, уже сто раз пожалевшего о том, что он начал этот разговор, парня. — Да, давай. Ты знаешь, я, наверное, начну, не против? — Шастун лишь помотал головой, — Отрицать, что у меня к тебе взаимные чувства, я не буду, но, — на этом но юноша забыл, что такое дышать, — понимаешь, я не хочу, чтобы у тебя были проблемы, то есть, — Арс выдохнул, потерев лицо руками, в голове всё казалось проще, — не хочу, чтобы твои отношения с родными или друзьями портились. Вот, — только Антон хотел начать отвечать и возмущаться, вместе с тем и радуясь, что всё взаимно, но ему не дали. — Помнишь, когда я встретился с твоей бабушкой, тебе рассказали про то, как от меня семья отказалась? — Мг… — Так вот, это было потому, что я влюбился в мальчика. Приёмные родители отнеслись к этому с отвращением. Я тогда не понимал, что не всё можно рассказывать, да и не задумывался особо в кого «можно» влюбляться, а в кого нет. — Арс, раз ты за это переживаешь, то я тебе тоже кое-что расскажу. Когда я ездил в Данков, моя бабушка выпытала у меня причину этой резкой поездки, я не сдержался и всё ей рассказал. Я ожидал любой реакции, но она так хорошо к этому отнеслась, а ещё именно она заставила по приезде нормально поговорить с тобой, — парнишка усмехнулся и посмотрел в голубые глаза, — а друзья вообще первые люди, которые узнали о моей влюблённости. Хотя изначально я тебя ненавидел. — Хах, вот как… От ненависти до любви один шаг? — на этот вопрос оба посмеялись, но Антон всё же кивнул. — Хорошо, Ангел. Но ты уверен в своих чувствах? — Ты дурак? Я ему тут распинаюсь, страдаю, а он! Кстати, про Иру… Мы с ней встречались, — Шастун рассказал всё до мельчайших подробностей. Фильм ребята так и не посмотрели. Убрав ноутбук, Антон уткнулся носом в шею своего учителя, а Арс, перебирая его волосы, рассказывал, как переживал, когда парень уехал. Позже предполагали, кто мог избить Шастуна, но так и не пришли к выводу. Примерно в двенадцать ночи Антон уснул. Попов решил никуда не уезжать, а остаться со своим мальчиком. Знаете, так приятно засыпать в объятьях любимого человека, а ещё лучше, когда мурлыкающий кот лежит рядом с вами.

***

      Арсений встал первым и без будильника где-то без двадцати пять утра. Ещё минут десять он лежал и рассматривал черты лица Антона, но решил, что пора вставать. Парень даже не шелохнулся, так и посапывая. Попов ушёл на кухню варить себе кофе, а для Тоши поставить чайник. Зайдя в комнату, Арсений увидел все ту же картину, юношу даже будить не хотелось, настолько он был милым. Осматривая комнату, взгляд его упал на компьютерный стол, за которым обычно делал уроки Шаст, ну или смотрел сериалы на ноуте. На столе лежал интересный блокнотик, как выяснилось — скетчбук. Мужчина решил, что если там будут записи мыслей, то он не будет их читать, ведь это неправильно. Всё, что нужно, Антон и сам расскажет, но открыв скетчбук, он увидел рисунки. Первая страница была просто изрисована серыми карандашами разной толщины, видимо, страница использовалась как черновик. На следующих были маленькие зарисовки разных предметов, но даже в миниатюре выглядели настолько реалистично, что Арс просто завис, рассматривая их. Всё же перелистнув на следующую страницу, мужчина увидел свой портрет. Его часто рисовали всякие девочки, но настолько передать черты ни у кого не получалось. Рисунок был исполнен простым карандашом, и только голубые глаза выделялись. Цвет был в точности передан на лист бумаги, и у Попова просто слов не хватало, чтобы выразить эмоции. Все остальные страницы были изрисованы его мини-портретами, но на каждом выделялись глаза, а на каких-то и губы. На некоторых были тексты песни, возможно, под которые рисовал автор. После портретов была зарисовка вида с крыши, Арсений даже смог понять, на какой дом забирался парень. Больше рисунков не было. Хотелось забрать весь этот блокнот себе, а ещё крепко, до хруста костей обнять автора. В следующую минуту он так и сделал. Положив скетчбук на место, Арс забрался на кровать Антона и обнял его, но не до хруста костей (потому что ему их вчера и так чуть не сломали), а со всей нежностью, даря поцелуй в щёку. Было уже полседьмого, опаздывать не хотелось, поэтому он начал будить парня. — Ангел, просыпайся, — протянул мужчина. Шастун сладко потянулся на кровати и обнял Арсения в ответ. Это его лучшее утро, определённо. Самое лучшее. Парню не хотелось как обычно лечь обратно и никуда не идти, наоборот, проснуться было счастьем, — доброе утро, — лучезарно улыбнулся Арс. — Доброе, я предлагаю весь день лежать вот так в обнимку, — хихикнул парнишка. — Я бы не против, но нам обоим в школу. Только мне преподавать, а тебе внимать. Пошли чай пить, — Арсений начал вставать и потянул за собой Антона. — Оу, какая забота, — еле встав из-за отдающей по всему телу боли, юноша поплёлся за Поповым на кухню. Уже сидя за столом, Арс вспомнил про рисунки. — Кстати, Антош, ты не будешь против, если я у тебя хотя бы один рисунок заберу? — Какой рисунок? — недоумевал зеленоглазый, но вдруг его осенило, о чём, возможно, идёт речь, — Ааарс, ты копался в моих вещах? — Нет, что ты? Просто посмотрел в блокнотик на столе. — О Господи! Забирай хоть весь! — Спасибо, но ты, кстати, не рассказывал, что ходил в художку… — Может, я и не ходил, откуда тебе знать? — Нет, ты, определённо, ходил в художку, и явно закончил с отличием. Знаешь, любительское рисование отличается от художки, по-любому. Я ни в коем случае не говорю, что самоучки некрасиво рисуют, есть прекрасные художники-самоучки, но техника отличается. Не забивай себе голову. — Не, меня одно интересует. Откуда деньги на такую машину? Да и дом у тебя огромный. — Я тебе позже расскажу… А лучше покажу, но сейчас мы можем опоздать, — после этих слов Арс встал и пошёл в коридор одеваться, — у тебя пять минут, Антон. Жду в машине, — после парень услышал грохот закрывшейся двери. Юноша поражался этому человеку. Он мог так быстро измениться. Вот только что вы обнимались, мило пили чаёчек, а сейчас тебе грубым, чуть ли не приказным тоном говорят о том, что будут ждать в машине. Вздохнув, Антон быстро оделся, взял рюкзак и выскочил из квартиры, закрывая её. Погодка на улице была совсем неприятная, даже не осенняя, больше напоминала зиму. Поёжившись, Антон сел в тёплую машину. Всю дорогу юноша пытался выведать, откуда столько денег, но ответа не было, кроме того, что Арс пообещал купить ему кляп, после этого Шастун замолчал, но ненадолго. Замолкал он, чтобы представить картину с кляпом.

***

      Крайний день перед выходными с прекрасным утром, что-то тут явно не так, но всё было более чем отлично. Антону даже как-то непривычно, что ли. Практически на всех уроках парень сидел со своим другом Димой. Даже заходила классная и не обращала на них внимания, но день же не может быть прекрасным от начала и до конца. Не прочитав вчера историю, Антон даже не представлял, что они проходят, и, как назло, Арсений Сергеевич вызвал именно его. Учитель, как и всем ученикам, которые выходят к доске и молчат, задавал наводящие вопросы, но ситуацию это не спасло. Так и не ответив ни на один вопрос, Антона посадили на место со словами: — Антон, я тебя отлуплю ремнём! Ни на один вопрос не ответил! Ужас, — класс ржал из-за слов учителя, а Шастуну было неловко, но тем не менее он совершенно не против того, что ему сказали. — А во сколько приходить? — выпалил юноша, но переосмыслив, что сказал, отвёл взгляд от учителя, немного краснея. Арсений Сергеевич поднял бровь, но ответил: — После уроков зайди в мой 225 кабинет*, — после этого парень затих, представляя, что может происходить в кабинете учителя. Дальше ученики записывали в тетради то, что диктует Попов. За двадцать минут они успели исписать четыре страницы, что немало, если обычно уходит одна-две.

***

      Последний урок прошёл, а значит, пора идти в кабинет Арса. Парню было и стрёмно, и до одури интересно. Кабинет оказался закрытым, поэтому есть время покурить за школой. Быстро спустившись по лестнице к выходу, Антон по пути начал доставать пачку тонких Kent. Как всегда здравый смысл вернулся поздно. Только на пути обратно в школу он понял, что от него, блять, сигаретами воняет, поэтому пришлось идти мыть руки. К счастью, из их школы не вылезала проверка, и именно из-за этого в туалетах всегда стояло жидкое мыло. А вот убрать запах изо рта он не успел и решил понадеяться на удачу. Постучавшись пару раз в дверь, юноша её приоткрыл. — Арсений Сергеевич, можно? — Да, Шастун, проходи. Как только Антон перешёл порог и закрыл за собой дверь, Арс подлетел к нему, как ураган, и подвёл к столу. — Антош, ты не ахуел? Собираешься историю сдавать, а не читаешь её совсем… — Арсений прижал парня к своему столу, смотря прямо в глаза, и аккуратно водил по щеке пальцами. — Арс, ну пр… — договорить ему не дали, затыкая рот поцелуем. Как же долго Антон ждал этого, представляя губы Арсения на своих. Попов углублял поцелуй и иногда кусал губы парня, а Антон просто задыхался от нахлынувших ощущений. Разорвав этот полный страсти поцелуй, учитель вдруг очень строгим и таким сексуальным голосом сказал: — Курил, сучёныш? — парень отвёл взгляд, а Попов взял юношу за подбородок и заставил смотреть себе в глаза, которые стали тёмно-синими. Шастуну казалось, что он прямо тут превратится в лужицу. — Ну Арсений Сергеевич, — светловолосый вдруг стал слишком уверенным в себе, садясь на стол учителя и чуть раздвигая ноги, — я не хотел, честно-честно, — Антон смотрит на учителя из-под опущенных ресниц, и выглядит это максимально по-блядски. Историк подходит к парню ближе и, устраиваясь между разведённых ног и беря за ягодицы, снова сливается с этим наглым парнишкой в поцелуе… Стук в дверь прервал всю идиллию. Антон быстро спрыгнул со стола и, поправив одежду, сел на стул, закинув ногу на ногу, Арс же сел на своё место. Из-за двери показалась директриса. — Арсений Сергеевич, вы не заняты? — Нет, нет. Вы что-то хотели? — Да, нужно поговорить, думаю, лучше в моём кабинете. — Хорошо. Антон, свободен, — ученик поднялся со стула и, прикрывая рюкзаком стояк, пошёл на выход, а Арс масла в огонь подлил своим, — мы ещё продолжим, Ангел, — на ухо. Ну почему так постоянно происходит? Только вот-вот что-то намечается, но нет, блять! Нужно же кому-то свой нос сунуть в кабинет.