Посмотри на меня

Сегодня вечером Джин-Хо должен лететь в Америку. Почти всё утро я провела на сайте школы, в которой будет учиться брат. Выглядит всё очень даже прилично, но от осознания скорой разлуки, я сомневалась всё больше. Правильно ли я поступаю, отрывая Джин-Хо от привычной жизни? Мои сомнения развеять было некому. С самого утра Чонгук забрал Джин-Хо и поехал оформлять документы в посольство. Больше всего меня бесило сидеть в четырёх стенах и ждать. Чон запретил мне ехать с ними, несмотря на то, что чувствовала я себя прекрасно. Спасибо, что хоть разрешил провести Джин-Хо в аэропорт. Когда я вышла из душа, то увидела десять пропущенных. Все они были от отца. Моё сердце сильно сжалось в груди. Я не знала, как буду с ним разговаривать. Всю свою жизнь я его боялась. Он прекрасно знает об этом, но сейчас, когда я открыто угрожаю им с мамой лишением родительских прав, я не могу показать свой страх. -Ты звонил, -я набралась мужества и набрала папу. -Почему я сейчас должен сидеть у какого-то жалкого адвокатишки и подписывать разрешение на выезд сына за границу? –Когда отец был в бешенстве, он не кричал. Он стискивал зубы до жуткого скрежета и дышал тяжело, как разъярённый бык. Сейчас я слышала это в его голосе. -Потому что так будет лучше для него, -я тише обычного ответила на его вопрос. -А ты много понимаешь в этой жизни, чтобы делать такие выводы? –Папин вечный козырь: мама, видите ли, ничего не понимает в жизни, потому что у неё нет высшего образования, я - потому что маленькая дура, а брат кроме своих игрушек в телефоне вообще никуда не выходит. Вот и получается, что только отец знает и понимает, как нужно жить. -Я просто хочу, чтобы Джин-Хо был счастлив. У него будет возможность учиться в хорошей школе, изучать иностранный язык, -я решила не уходить в конфликт, а попробовать построить конструктивный диалог. -Он будет счастлив дома, рядом с семьей! –Отец крикнул в трубку громко и несдержанно. Кажется, никакого конструктивного диалога у нас не получится. -Вы с мамой всё подписали? –Это единственное, что оставалось мне у него спросить. -Я всё подписал, Сунан, но запомни, что для нас с матерью тебя больше не существует, -папа произнёс это так холодно, что я задрожала. Я закрыла рот рукой, чтобы он не услышал, как я всхлипываю. Я догадывалась, что услышу от отца подобные слова, но не знала, что это так больно. -Отлично, документы передайте курьеру. Они должны быть у меня не позже шести вечера, -после недолгой паузы, мне удалось восстановить голос. По дороге в аэропорт я терроризировала брата всевозможными инструкциями, как мне казалось, очень нужными в самостоятельной жизни. Джин-Хо встречал каждый мой совет закатанными глазами. -Господи, Сунан, его встретят в аэропорту, -Чонгук не выдержал моей непрекращающейся лекции. –Всё что ему будет нужно, я уже рассказал, -Чон хитро улыбнулся и посмотрел в зеркало заднего вида туда, где сидел Джин-Хо. -Что ты там ему рассказал? –Мне не понравился этот взгляд, и я легко толкнула Чона в плечо. -Ну, знаешь, это не для девочек, -Джин-Хо ответил за Чонгука. Я округлила глаза. -Не слушай его, -я повернулась к брату и строго посмотрела на него. –А с тобой мы позже поговорим, -следом я обратилась к Чону. После короткого прощания с Джин-Хо мы с Чонгуком вернулись в машину. Брат не любил всех этих семейных сцен, поэтому недолгие объятия и обещание звонить и писать –это всё, что мне от него досталось. -Мне жарко, зачем весь этот альпинистский набор? –Я начала оттягивать горло колючего вязанного свитера. Чонгук притащил мне огромный пакет одежды, видимо, для похода в горы, сказал, что я должна всё это надеть. В противном случае, я останусь дома. -Ты болеешь, забыла? –Чон смотрел на дорогу. -Уже почти не болею, -ответила я. Чонгук промолчал. После нашего вчерашнего разговора, он старался лишний раз не смотреть на меня. Что его так охладило? До его дома мы ехали в тишине. Когда мы остановились возле подъезда, Чонгук не торопился выходить из машины. -У меня ещё есть дела, -сказал он, когда я, открыв двери, вопросительно взглянула на него. От слов Чона я немного растерялась. Какие дела могут быть в десять вечера? -Ладно, тогда, спокойной ночи, -я пожала плечами и выскочила из машины. Сидя на кухне в полной темноте, я говорила с Жэс по телефону. Она никак не могла понять, почему не может меня навестить. -Признавайся, ты что-то скрываешь? –Чжэси внезапно прервала свои размышления на тему строго больничного режима. -Нет, я не скрываю, -я начала запинаться, усомнившись в своей, как казалось мне гладкой легенде. –Что мне скрывать? -Не знаю, но голос у тебя странный. За два дня ты мне толком не написала ничего, даже про универ не спрашивала. У тебя точно простой вирус? –голос подруги выражал беспокойство. -Ты думаешь, что я смертельно больна? –Я тихо засмеялась. -Тебе смешно? А что мне ещё думать? –Жэс выдохнула. -Всё хорошо, я не умираю, -успокоила я подругу. -Ладно, тогда сейчас я тебя убью. Прямо через телефон, -Жэс слегка повысила голос. –Я полчаса назад вернулась с одной корпоративной тусовки Хосока, и угадай кто там про тебя спрашивал? У них сегодня вечеринка. Получается, Чонгук поехал туда? -Чёрт! –перед глазами пролетел десяток уведомлений о сообщениях от Квана, которые я хладнокровно игнорировала, как почти все сообщения, приходящие за эти два дня. -Тебе так не понравилось свидание? –Жэс разочарованно спросила. -Нет, дело не в этом. Я почти никому не отвечала. Что Кван говорил про меня? -Спрашивал всё ли с тобой в порядке. Бедняга, когда узнал, что ты в больнице начал винить себя, что не приехал в тот вечер к тебе. -Я напишу ему, я надеюсь он там ещё никого себе не нашёл? –взволнованно спросила я. -Не переживай, я к нему никого не подпускала сегодня. Это было сложно. Между прочим, там одна коршуниха весь вечер кружила вокруг Квана, его спасло только то, что приехал Чонгук. Я услышала несколько неровных ударов собственного сердца. Ощущение не из приятных: немного обиды, а всё остальное возмущение. -В каком смысле спасло? –не следовало мне этого спрашивать, но я не сдержалась. -В том смысле, что она укатила куда-то с Чоном, и я со спокойной душой оставила Квана на вечеринке в окружении парней. Как же мне не нравится это чувство. Что происходит? Я встала со стула и начала ходить по комнате из угла в угол, как нервная кошка. -Сунан, ты здесь? –голос Жэс заставил меня остановиться. -Да, мне пора, -растерянно произнесла я. –Медсестра говорит закругляться. -Ты только Квану не забудь написать. И выздоравливай быстрее, -на прощание сказала подруга. Я подошла к окну. Не знаю, что я хотела там высмотреть, но всё равно пялилась вниз. Что ему нужно от меня? Тоже мне, Робин Гуд! «Я хочу о тебе позаботиться, ты мне нравишься» -твои слова, Чонгук? И это я ещё начинаю сдаваться? Нет, это ты сдался! Как он вообще себе это представляет? Я должна сидеть здесь, потому что ему так хочется, а он там развлекается, вместо того, чтобы просто сказать: «Извини, погорячился. Думал мне интересно будет играть с тобой в спасателя, но я что-то как-то заскучал. Давай закончим?» Я бы с радостью, Господи! Хватило мне мозгов с ним связаться. Дрожащей от злобы рукой я строчила этому мачо прощальную записку. В ней я обещала отдать деньги за обучение брата в ближайшее время и просила никогда больше не подходить ко мне. Я переоделась в свою пижаму, собралась и решила подождать такси на улице. Я стояла под мерзким ледяным дождём, рискуя действительно попасть завтра в больницу. За поворотом показались огни подъезжающего авто. Это машина Чонгука. Я спряталась за углом забора, чтобы он не заметил. Из этого места я видела, как он зашёл в подъезд. Отлично. Где этот гребанный таксист? Я мокла уже лишние пять минут, а приложение в телефоне показывало, что машина напротив меня. Телефон завибрировал, Чонгук спохватился. Я сбросила. Через несколько секунд ещё звонок от Чона. Я повторила действие. По асфальту поползли круги света, я наконец-то увидела такси. Я побежала по лужам на противоположную сторону дороги к машине. За спиной я услышала шаги. -Сунан! –Чонгук крикнул в полуметре от меня. Главное не оборачиваться, просто добежать до машины. В двух шагах до такси на моей талии сомкнулись руки Чона. Он поднял меня, держа спиной к себе, развернулся и понёс в сторону подъезда. -Отпусти меня! –Я кричала во всё горло и, мотая головой, дёргалась во все стороны, как рыба на крючке. –Помогите! –Я надеялась на помощь таксиста, который точно должен был видеть, что я сопротивляюсь. Но он, похоже, не искал себе приключений. Я услышала, как он завёл мотор. Я ногтями впилась в мокрые руки Чонгука и царапала со всей жестокостью, на которую только была способна. Он только злобно шипел у меня над ухом. -Ты не имеешь права меня здесь держать! Не трогай меня! –Я начала кричать ещё громче, когда мы вошли в здание. Чонгук закрыл мне рот рукой, предварительно, нажав на кнопку вызова лифта. -Побереги голос, малышка. Сегодня ты ещё успеешь накричаться, -после этих слов я испуганно замычала.