Любовь яндере

      Юмэко шла на место встречи, ощущая за собой пристальный взгляд, но когда оборачивалась, то никого не видела. Это странное ощущение не покидало ее всю дорогу, девушка даже подумала, что у нее началась паранойя. Но все было гораздо проще — за ней и правда следили, темная фигура шла за ней от самого дома и ловко скрывалась от взора карих глаз.       Под фонарным столбом, возле парка, стоял Киришима и ждал девушку, играя в телефоне от скуки. — А вот и я, — тяжело вздохнув и натянув улыбку, сказала Сузуми и помахала рукой в знак приветствия. — О чем ты хотел поговорить конкретно? — спросила девушка, бросив тяжелый взгляд на собеседника. Совершенно не хотелось обсуждать Бакуго, как раз наоборот, было желание не думать о нем вообще, забыть о его существовании на выходные и морально отдохнуть. — Пойдем, хочу показать одно место, — его приглашение вызвало недоверие, но всего на мгновение. Почему-то не верится, что Киришима способен на подлость. Тем более, у него написано в характеристиках, что он самый безобидный, да и процент симпатии очень низкий, поэтому Юмэко не переживала и беспрекословно шла за ним.       Было интересно, куда парень приведет ее и для чего. В голове не было ни одной идеи на этот счет. Шли они минут десять и остановились в неблагоприятном районе, у одного из ветхих и полуразрушенных домов. Вой собак, мрачная серость вокруг нагоняли тоску и страх. — Эм, куда это мы пришли? — полюбопытствовала Юмэко, напугано хватая парня за рукав рубашки — сзади раздалось какое-то глухое «бам». Девушка облегченно вздохнула, когда увидела, что это просто какой-то мужчина открывает крышку мусорного бачка. — Что это за дом? — Здесь живет Кацуки, — он с грустью смерил взглядом полуразвалившийся дом. Даже не верится, что Бакуго живет в таких плохих условиях. — Он с детства живет в нищете, поэтому ему ничего не остается, как отнимать деньги у более слабых, чтобы просто выжить. У них в семье с трудом хватает денег на еду, поэтому не злись на него слишком сильно, ему довольно тяжко так жить, — поведал историю детства Бакуго Киришима. Он говорил о своем друге с теплотой, жалостью и хотел от Сузуми лишь одного — снисходительности. — Вот почему он хотел меня ограбить в тот день, — тихо пробубнила она, вспоминая свой первый день в школе. — Еще у него проблемы с выражением чувств. Ты ему очень нравишься, несмотря на все пакости, которые он тебе делает, но он просто не умеет показывать это по иному. Не знаю, зачем оправдываю все его поступки, наверное, во мне теплится надежда на то, что ты сможешь понять и простить его? Мне кажется, его жизнь станет чуточку лучше, если в его жизни появится хороший человек, — размышлял он вслух, а после перевел серьезный взгляд на девушку. Когда их глаза встретились, Сузуми стало не по себе. — Я не могу просто так закрыть глаза на то, что он калечит моих друзей и домогается до меня, ведет себя непозволительно, полностью наплевав на чужое мнение. Прости, но такой человек никогда не заслужит прощения, — с сожалением проговорила Юмэко, потупив взгляд. Почему-то ей было стыдно за это, хоть она и не обязана принимать огромные недостатки своего одноклассника. Она может посочувствовать, но никак не простить и принять мотив его агрессии. Если у него травмы детства, то стоит обратиться к врачу, а не досаждать другим людям своими бредовыми идеями и действиями. Как бы это эгоистично не звучало, но таковы ее истинные эмоции и мысли. — Я понимаю, — с досадой произнес Эйджиро, и наступила неловкая, гнетущая тишина. Юмэко понимает, для чего он ее сюда позвал. Парень хотел как-то помочь своему другу, облегчить его страдания, как-то осветить его мир, но девушка не хочет становиться тем самым лучиком света, что покажет ему верный путь в этом мраке. Он не просчитал то, что Сузуми вполне способна остаться равнодушной в такой ситуации. Все-таки она не всепрощающая Мать Тереза, обычный человек со своими недостатками, принципами и тараканами. А еще с головой на плечах, пытаться подружиться с Бакуго будет равняться самоубийству, ее инстинкт самосохранения еще не дал сбой и работает отменно. — Зря я это затеял, забудь, что я сказал, просто держись от него подальше и береги себя, — дал полезный совет он и тепло улыбнулся, как родному и близкому человеку. — Дерьмоголовый, ты чего тут забыл? — раздался громкий и недовольный голос Бакуго. У Юмэко сердце сжалось от испуга, она робко выглянула из-за спины Эйджиро и встретилась с гневным взглядом алых глаз. — Какого хуя она тут делает?! — возмущенно спросил светловолосый и с угрожающим видом пошел в их сторону, крепко сжимая рукой пакет с продуктами, купленными по акции. Так же девушка заметила, в каком виде он был. Штаны немного порваны и потерты, кроссовки явно не новые и уже расклеились, а принт на футболку уже давно осыпался. — Ох, Кацуки, мы просто проходили мимо и решили заглянуть к тебе на чай, — начал нервно оправдываться Киришима, немного отступая назад. — Какого черта ты гуляешь с Сузуми? Да еще и у моего дома! — в порыве гнева Кацуки схватил бывшего друга за грудки и притянул ближе, хмурясь и скаля зубы. — Признавайся, чего ты задумал? — Ничего, — Эйджиро резко отвернул голову, ему было сложно врать и недоговаривать, при этом смотреть прямо в глаза. Бакуго перевел взгляд на напуганную девушку, что стояла за Киришимой, ей было явно некомфортно находиться в сложившейся ситуации, но в ее взгляде не было той неприязни, скорее… жалость? Эти очи и вправду смотрят на него с жалостью? Она знает, она все знает! Кацуки сжал рубашку красноволосого еще сильнее и, поддавшись гневу, ударил в лицо. Киришима не ожидал атаки со стороны парня, поэтому растерялся и отшатнулся, хватаясь за щеку, которая просто горела от жгучей боли. — Кто тебя просил рассказывать ей все это?! Я не хочу, чтобы Сузуми смотрела на меня таким взглядом, все вокруг всегда так на меня смотрят, я не хочу, чтобы она жалела меня, только не она. Нет, нет, нет, зачем? Зачем ты все испортил! — Бакуго выглядел так, будто перед ним весь мир рухнул, его аж трясло от злости. Он откинул пакет с продуктами в сторону и накинулся на Эйджиро с кулаками, завалил на землю и принялся избивать. Каждый раз он наносил удар от всей души, ничуть не щадя друга перед собой.       Юмэко принялась оттаскивать взбешенного одноклассника за шиворот, но тот сопротивлялся, да так сильно, что послышался треск ткани. — Прекрати! — отчаянно выкрикнула черноволосая, с надеждой на то, что он и правда остановится. Когда она увидела кровь, то сильно испугалась, но при этом потеряла контроль. Внутри нее все забурлило, закипело, было лишь одно желание — ломать кости.       На всю улицу раздалась звонкая пощечина, в которую Юмэко вложила всю свою злость. Бакуго удивленно распахнул глаза, держась за покрасневшую щеку и отвлекаясь от избиения друга. — Да кто тебя будет жалеть, придурка? Он хотел помочь тебе по-дружески, а ты так отвечаешь ему? Он всегда оправдывал тебя, даже хотел, чтобы я поняла тебя, — девушку просто распирало от возмущения и негодования, хотелось вломить светловолосому еще раз, так, для профилактики, но он, кажется, уже давно не с ними, находится далеко в прострации. Слишком сильное потрясение вызвал удар от Юмэко. — Как же меня бесит твое нелогичное поведение, так и хочется придушить, — в сердцах сказала юная особа, но это желание не ускользнуло от Бакуго. Он представил, как нежные женские руки обхватывают его шею и с силой сжимают. Его губы тронула сумасшедшая улыбка. Ему нравится эта идея. — Что вы тут устроили, засранцы? — вдруг раздался недовольный женский голос, и из дома Кацуки вышла коротковолосая женщина. Она уже засучила рукава, чтобы поднадавать по чей-то тощей заднице, и просто пыхтела от недовольства. — Кири-чан? — женщина изумленно уставилась на Киришиму, черты ее лица смягчились. — Кацуки, ты что творишь? Хватит набрасываться на Кири-чана каждый раз, когда тебе что-то не нравится. А ну быстро встал с него! — она отчитывала парня, как маленького ребенка, схватила за ухо и потянула на себя, оттаскивая от Эйджиро. Бакуго болезненно зашипел. — Прекрати, женщина! — с недовольством попросил светловолосый, сверля взглядом мать. Та не отпустила, лишь треснула по голове и потащила за ухо в дом, при этом что-то бурча себе под нос.       Дверь с грохотом закрылась, отчего Юмэко непроизвольно вздрогнула. Она удивленно хлопала глазами, на этом свете и правда существует тот, кто способен усмирить Бакуго? Поразительно!       Сузуми вспомнила про Киришиму только тогда, когда он издал болезненный и протяжный стон. Она мигом ринулась к нему, помогая встать и прийти в себя. Парень принял сидячее положение, хватаясь рукой за голову, которая просто раскалывалась от боли. Юмэко приобняла его за плечо, а другой, свободной рукой принялась искать что-нибудь, чем можно вытереть алую жидкость. — Сильно болит? — с участием спросила Сузуми, аккуратно убирая кровь платочком с лица парня. Он промолчал, головокружение и резкий приступ тошноты мешал сосредоточиться на словах. — Скорее всего у тебя сотрясение мозга, лучше тебе завтра сходить к врачу, — дала наставление девушка, с ужасом рассматривая синяки и ссадины. — Все нормально, — он посмотрел на нее туманным взглядом и улыбнулся, но это действие повлекло за собой острую боль. — Попей водички, — Юмэко протянула воду, которую всегда носила с собой в сумочке, и с беспокойством заглянула в его глаза. В этот момент она была невероятно красивой, очень похожей на его сестренку. Он аккуратно накрыл своей ладонью ее руку, которой она держала бутылку, своей ладонью, приблизился к ее щеке, но остановился в паре сантиметрах, тяжело вздохнул и отпрянул, не решаясь поцеловать. Она же наверняка будет против. — Спасибо, — убито ответил парень, принимая спасительную жидкость.       Щеки предательски покраснели, выдавая ее смущение. Вдруг за спиной раздался грохот, но когда Юмэко обернулась, то никого не увидела.       Странно. Очень странно.