Сбой в работе Имиджа

      Яркий солнечный свет неприятно раздражал глаза сквозь закрытые веки. Гэвин зажмурился, потянулся, похрустывая костями, и со вздохом окончательно очнулся ото сна. Усилия, потраченные на открытие глаз, не стоили увиденного.       Во рту было гадкое послевкусие от алкоголя. Безумно хотелось пить. Противное чувство добавила тянущая боль в голове и саднящая поясница. Вылезать из-под одеяла утром было трудно, но он вздохнул, поднялся с кровати, разминая шею. Единственное, что понимал Рид — он проснулся не в своей квартире. Обстановка была другая да и рядом с ним на широкой кровати лежал незнакомый мужчина и крепко спал. Лицо его было сносное, вполне симпатичное, не смазливое, но серьезное, без бороды и шрамов. Не то, что у Рида. А фигура, даже через одеяло было видно, подкаченная и крепкая. Они спали на развороченных простынях, а сам детектив чувствовал себя удовлетворенным. Гэвин понял, что прошлая ночь удалась. Собственно, так он и хотел.       Он встал и не спеша отправился в ванную. В чужой квартире ориентироваться было сложновато, но что где находится ему подсказывали вчерашние смазанные воспоминания. Тут он агрессивно целовался у стены, а вот здесь его зажали в углу и жадно облапали. Он прошел дальше по коридору, туда, где, не разрывая объятий, он принимал душ с тем мужчиной. И совершенно не целомудренно тер другому спину. Детектив усмехнулся своим мыслям. Да, прошлая ночь была страстной и сумасшедшей. И на удивление ему повезло с партнером.       К слову, не к чести Рида, он частенько бывало грешил тем, что посещал гей бары, рассчитывая на спонтанный секс. Когда смены были особо тяжелыми, а курить хотелось в два раза больше обычного, за день могло полностью улететь две-три пачки сигарет. Вот тогда ему хотелось оттянуться как следует и переспать с каким-нибудь страстным незнакомцем. Но не всегда получалось. И дело было не в детективе, он то прекрасно знал насколько красив и горяч, особенно в постели. И при большом желании мог понравиться кому угодно своей легкой отчужденностью и харизмой. Но не все подходили под его жесткие критерии отбора, и часто половина посетителей бара отсеивались еще на первом этапе знакомства, а именно с первого взгляда. Когда же его вкусы удовлетворяло некоторое количество человек, которых обычно можно было пересчитать по пальцам одной руки, следом шло этакое собеседование, где Рид тактично выяснял не трепло ли его оппонент. А после, когда его все устроит и его партнером будет в меру альфач, в меру симпатичный мужик, подрубал максимальное обольщение и кадрил на полную катушку. Вообще со стороны все выглядело так, будто кадрят его, но на это и был расчет хитрого копа. Вот такой был детектив: коварный жук, лукавый лис и чертов плут, чья профессиональная подозрительность и хитроумность влияла даже на спонтанный перепихон. И в этот раз ему повезло — он выбрал свою жертву, ненавязчиво подкатил и полностью отбил свой вечер. Ведь не прогадал.       Гэвин наконец-то разобрался с поисками ванной и первом делом полез в душ. Горячие струи стекали по спине, принося охлажденному после сна телу настоящий кайф. Он постоял под водой какое-то время, нагло позаимствовал шампунь в качестве геля для душа, отрегулировал воду и по привычке перевел ее на контраст. Рид понимал, что на утро понедельника не стоит возлагать больших надежд, особенно когда у тебя болит голова, после того, как ты вчера пил весь вечер и трахался всю ночь. А все потому что выходные были у кого угодно, но не у детектива. Они с его андроидом закрывали дело по незаконной торговле красным льдом, сначала отслеживая бандитов, а потом сидя в засаде чуть ли не до обморожения жопы. А потом настал благоприятный момент и нервное адреналиновое задержание, где его напарника подстрелили, пока он прикрывал детектива своим плечом. И благо не убили к чёрту. Хотя если бы и убили, он бы спасибо сказал. За себя и за андроида.       И вот после такой напряженной недели и бешеной разрядки, после которой Рид люто матерился, отстирывая от куртки тириум своего напарника, ему дико захотелось расслабиться. Решение было принято мгновенно и тогда после всех процедур Гэвин разве что не ринулся в бар завоевывать свое законное удовольствие. В итоге бой был выигран, множественный оргазм словлен, и сейчас Риду вновь придется приводить себя в порядок, надевая на лицо маску хама и возвращаясь в трудовыебудни.       Он выключил воду и нехотя встал босыми ступнями на кафель. Взял более-менее чистое полотенце, из имевшихся у его ночного хахаля, и даже подумал, не оставить ли тому телефончик. Всё-таки прошлая ночь ему на удивление понравилось и партнёр удивительно хорошо попадал под его вкусы. В задумчивости он запустил руку в свои волосы, чтобы взъерошить их. И вдруг напрягся. Он провёл ещё раз. Вместо того чтобы ощутить под пальцами структуру средней жесткости, Гэвин почувствовал чертовски мягкие пряди, практически пушистые, приятные на ощупь. И которые подозрительно топорщились в разные стороны.       Оглянулся и ринулся к зеркалу над раковиной, чтобы посмотреть на себя. И вдруг замер. На него смотрело всё то же помятое лицо с проницательными колючими зеленоватыми глазами, но на голове у него было гнездо. Мягкое гнездо, уложенное небрежными объемными волнами, на котором виднелись мелкие капельки воды. — Это что за пиздец…       Он попытался пригладить его рукой, но волосы упорно торчали в разные стороны. И он вдруг с ужасом понял в чём дело. Вчера, когда они вдвоем принимали душ, он решил воспользоваться другим шампунем. Но он никак не ожидал, что у того мужчины они будут от природы жестче, чем у него. А он, дурак, без задней мысли помыл, а потом также с мокрыми волосами и заснул. И как он на чужой постели ворочался, так они и примялись. И стали ужасно непослушными. — Вот же дерьмо…       Он открыл кран и попытался как-нибудь усмирить их водой, но ни черта не произошло. Пряди стали не только тяжелее, но и слиплись и теперь торчали отвратительными иглами. «Помыть что ли голову заново и пойти на работу?» — подумал он, — «Ага помыл её я так как-то раз, простудился к херам моржовым на радость коллективу. Хенк меня потом с таким наслаждением стебал, что кулаки чесались. А я только и мог хрипеть нечленораздельные маты. Блядство.»       Он выглянул из комнаты, чтобы посмотреть на часы. Не успеет. Рид даже точно не знает в какой части Детройта находится, а ему ведь как-то добираться на работу. И он бы не парился по поводу опоздания, ведь начальник может не заметить. Но вот его андроид заметит точно. Заметит, прочитает лекцию, выест мозг, будет ссылаться на это в течение дня, и, конечно, может доложить об этом Фаулеру, и вот тогда-то Джефф узнает. И добавит пиздюлей.       Гэвин грязно выругался, заметался по ванной комнате, обтер себя полотенцем, натянул свои трусишки и случайно посмотрел вниз. Ну здорово, теперь благодаря шампуню у него будут еще и очень пушистые ноги.       Он поспешно прокрался в спальню и стянул с тумбочки собственные наручники. Запястья выдавали с головой его специфические вкусы. Как бы он не был высокомерен и любил власть с дрожанием раздражающих оппонентов перед его табельным, в постели от перевозбуждения и адреналина в крови предпочитал дрожать он сам. Не каждый раз таким вот мальчикам на ночь он доверял заковать себя в наручники, но раз позволял, то всегда тащился с этого неоправданного риска. Обычно он решался на такое только под алкоголем и если адекватность партнёра позволяла заглушить его профессиональную подозрительность. Он-то прекрасно понимал, что люди не любят копов, ответ на вопрос, откуда же у первого встречного такие натуральные обтесанные поцарапанные наручники, приходит с пониманием, что они явно не из сексшопа. И кто угодно может воспользоваться такой ситуацией, особенно если у него имеется зуб на полицию. И даже свободные от пут, накаченные ноги не смогут остановить что-то страшное. Что Рид прекрасно понимал. На утро после бурной ночи. Он в который раз подавил желание хлопнуть себя по лбу. Цель сомнительного съема в том, чтобы снять накопившееся на работе напряжение. Но вместо этого Гэвин подвергает себя риску и в очередной раз не упускает шанса пощекотать себе нервишки. Идиотизм в чистом виде. Он чертов адреналиновый наркоман, который не может и дня прожить без малейших угроз для жизни.       Рид вспомнил, как почти так и сказал когда-то его нынешний напарник, андроид RK900, когда детектив однажды даже на обычном осмотре места преступления умудрился найти приключений на свою задницу. Просто балки были ржавые, претерпевшие коррозию. Просто он, идиот, не увидел безопасного прохода, решая пойти сразу напрямик. Просто он чуть не провалился нахрен в дыру третьего этажа, едва сумев зацепиться руками за обломки бетонных блоков. А всё потому, что он в очередной раз сцепился языками со своей бездушной машиной, решая ей импульсивно что-то доказать. «Чуть тогда не получил от этой машины по шее железной рукой,— подумал детектив. — Или синтетической, из чего там этот андроид сделан? Черт его знает».       Уже поспешно надевая обувь и накидывая на плечи коричневую куртку, Рид услышал позади себя шаги босых ног. Спиной он почувствовал на себе чужой взгляд и от того досадно цокнул языком. «Чёрт, хотел же тихо-мирно съебаться из чужой квартиры. Чего этот гей вскочил с кровати, когда я уже почти ушел? Замечательно, теперь придётся перекинуться парочкой слов с этим мужиком. С его жёсткими короткими волосами, чёрт его подери. И пусть ночь прошла замечательно, ноги моей не будет в этом доме. И рыло это я это пидорское больше не увижу. И пожелаю пойти к чёрту, а не удачного дня. Бесит.» — Что, уйдёшь и даже не оставишь номерок? — самодовольным голосом спросил мужчина. Ох, и не понравился Риду его нахальный тон. Не любил он хамов. Зачем ему конкуренты? — С какой стати? Если соскучишься, то найти меня несложно. Достаточно всего лишь сдохнуть от чьей-то руки. Но если вдруг, мой хороший, тебе удастся выжить, позвони по номеру 511*. Я приеду и отрасследую тебя полностью, — сказал Рид и поиграл бровями.       Уголки губ мужчины медленно поползли вниз. Гэвин подмигнул в миг потерявшему свою напыщенность мажору, перешагнул порог и захлопнул за собой дверь. Он наслаждался произведенным эффектом. Что-что, а производить впечатление он умел как никто другой. Ухмыльнувшись, детектив достал значок из внутреннего кармана куртки, чтобы вновь прикрепить его на поясе. Пистолет он оставил в участке — его то во внутреннем кармане вряд ли скроешь, а тем более он знал, на что идет и что домой возвращаться не будет. «Главное, — размышлял он, — чтобы мой навороченный чайник из Киберлайфа не просек, что табельное я предусмотрительно оставил в столе. Нет-нет, а с него станется сказать мне пару ласковых.»       Детектив не стал терять времени на рассмотрение местности, а решил сразу глянуть по навигатору, в какую жопу его занесло и можно ли дойти пешком. «Нет, Гэвин Рид, твоя удача сегодня явно бухает с везением, и добираться своим ходом придется полчаса минимум… Хотя на кибертакси вполне себе можно доехать минут за десять. Отлично.» — после чего кивнул и отправил запрос. Долго же он копался — на часах было без трех минут. Время, однако, безжалостно к скитальцам бренной жизни и искателям праздных утех.       Детектив Рид добрался до департамента опоздав на несколько минут. Настроение было ни к черту, собственные же волосы задолбали его во время поездки похлеще, чем дорогой напарник за неделю. Разлохматились, плясали кадриль по лбу от каждого дуновения ветра и лезли в глаза особо длинными прядями, закрывая обзор. Мало того, так ещё, видимо от влаги, они зафиксировали свою форму и теперь, как бы Гэвин не зачесывал их пятерней назад, они возвращались на место и продолжали щекотать ноздри секущимися концами. «Состригу нахер, » — успел подумать мужчина раз двадцать за эти несколько минут и еще больше о том, что не предусмотрел и смог допустить такой косяк — «Не мыл бы голову, так хотя бы захватил маленький тюбик геля фиксации для волос, так сложно что ли? 2039 год на дворе, на полках каждого бытового отдела их тьма тьмущая и стоят они дешево. Какая проблема купить парочку, распихать по карманам или на крайний случай засунуть себе в жопу, чтобы помнил, сука, что купил и где спрятал? Потому что заколебался я так мучиться и зачесывать волосы назад. Бесит.»       Это было только начало дня, а ведь впереди еще целая смена. Машина сделала последний поворот, проехала круг почета по парковке перед департаментом и остановилась около центрального входа. Детектив не глядя провел карточкой по терминалу, оплачивая проезд, пихнул плечом дверь, вылез и громко захлопнул ее за собой. Погода оказалась холоднее, чем предвещал прогноз. Он запахнул куртку и быстрым шагом направился в офис. «Не стоило с самого утра принимать дневную порцию раздражения и злости. Надо же и на рабочий день оставить, а как по-другому оставаться бодрым? Это же единственная сила на Земле, что дарует мне энергию и мотивацию жить, несмотря на почву чистейшего недосыпа. Пока существуют люди, которых раздражает мое существование, я буду жить и продолжать свою великую миссию.»       Поэтому когда он вошел в отдел привычной вальяжной походкой, по дороге уже успел одарить девушек-андроидов слащавыми комплиментами по поводу их стабильно идеального внешнего вида, которого ни испортит не девиация, ни внезапная гражданская война. Еще отвесил пару едких комментариев бесящим его своей бестолковостью офицерам. Так что уже подходя к своему рабочему столу, Гэвин чувствовал себя в форме и был собой доволен. — Доброе утро детектив Рид, — сдержанно поприветствовал его андроид RK900 и едва заметно поджал губы, — рад вас видеть в столь не пунктуальное для работы время. — Доброе утро, мой пластиковый напарник, — притворно обворожительно улыбнулся Гэвин, — рад бы вообще не видеть в это чудесное утро твоё красивое ебало. Думал, что ты застрянешь в своем Киберлайфе на денек-другой, но вижу, что удача не на моей стороне. Уже починили? — Как видите, да. Благодарю вас за беспокойство, детектив, повреждение было не критичным, и его легко устранили за несколько часов. Поэтому я цел и снова готов к нашему благотворному сотрудничеству.       И андроид чуть склонил голову и вновь вернул взгляд к терминалу. Рид же скрипнул зубами на весь отдел. «Готов к сотрудничеству он, блять. Каким мне там богам молиться, чтобы этого безупречного андроида подстрелили наконец до критического повреждения и фатального отключения?» — Сраный андроид, — недовольно проворчал Рид, плюхнулся на стул и разблокировал свой терминал. Ричард бегло взглянул на него, но промолчал. «На том и спасибо.»       К слову о любви к риску и превосходству над другими. Девиантность андроида качнулось в сторону чуть раздувшегося эго, поэтому он не терпел прямые оскорбления в свой адрес и замену в речи своего имени на предметы бытовой техники. Что и объяснил детективу кратко, а однажды и доходчиво, вплоть до захвата и похрустывания костей. Пару раз таких «безобидных» шуточек стоили Риду потери равновесия и удару в солнечное сплетение, а также нажатия на особо чувствительные болевые точки. В уязвленном чувстве собственного достоинства, конечно, детектив пожаловался Фаулеру на чересчур девиантное поведение модели. Но его запрос был проигнорирован и вскоре его завуалированно послали. Начальник был убежден, что андроид мог применить силу по отношению к своему напарнику только в случаях крайней необходимости и в целях самообороны. И не сомневался, что детектив Рид давал много поводов для таких случаев. Ну хорошо, на самом деле Фаулер тогда оказался прав — Гэвин первым начал потасовку. Но тот все равно возмущался такому отпору и настойчиво качал права, пока его не выгнали из кабинета работать. В пострадавших числилась человеческая гордость, но утешение можно было найти в одном: хорошо что они так тусовались в коридоре, а не на глазах у коллег. Ему было бы тогда не отмыться от позора побежденного, униженного и оскорбленного. Так что Гэвин понял, что зря быканул так открыто, и стал выбирать другие тактики сживания со свету своего напарника. Пришлось адаптироваться к новым условиям взаимодействия с андроидом, потому что правила общения, к глубочайшему сожалению детектива, увы, диктовал не он сам. Однако, будучи импульсивным человеком, Рид, как всегда, не упускал своего шанса порисковать. Он ходил по тонкому льду, споря с андроидом, выкидывая из головы его дельные советы по делу и пытаясь подгадить исподтишка. Одним словом, Гэвин выбрал тактику пассивной агрессии, раз в целях сохранения здоровья пришлось выключить режим агрессивной пассии. Он ловил на себе нечитаемый взгляд Ричарда, который все прекрасно понимал, поэтому, как однажды заметил Рид, тоже пытался бороться с его строптивостью с помощью разных формулировок: начиная с вежливой просьбы, заканчивая циничным сарказмом. Выходило когда как. То человек улавливал скрытый умысел искусственного интеллекта, то иногда на эмоциях вёлся на тупые провокации, за что после работы чувствовал себя круглым идиотом. Но в целом, если не вдаваться в подробности их взаимоотношений, вместе работали они хорошо, так как единодушно хотели раскрыть как можно больше дел: Один — для галочки успешно выполненного задания, другой — во имя карьеры и доказательства своей неоспоримой компетенции.       Работали то они хорошо, да не сегодня. На удивление никаких срочных вызовов в разгар дня не поступало и из запросов в полицию вылавливались только обычные бытовые разборки. Поэтому никакой полевой работы пока не предвиделось, так что напарники зависали в офисе за отчетами и разгребанием электронных документов. Если Ричарду недоставало никаких проблем заполнением форм, то детектив Рид сегодня отличался особой непродуктивностью не только из-за скуки, но и из-за не скрываемого раздражения.       Из-за непослушных волос было невозможно работать: те всё время падали на лоб, мешая смотреть в терминал, щекотали нос, кололи глаза, в общем-то, все то, что они коварно проделывали в машине, только теперь с еще большим упорством и невероятной заносчивостью. Было совершенно невозможно работать, как бы человек не заглаживал их назад. Они лежали как надо только несколько секунд, пока плавно не падали на лоб от легкого наклона головы, когда Рид смотрел на клавиатуру. Он пробовал сидеть ровно, даже чуть вздернутым подбородком, но по какой-то кармической несправедливости это не особо работало. Гэвин чувствовал, как уже через несколько минут волосы начинают плавно стекать на бок, прядь за прядью, пока под тяжестью последних волосков снова не упадут. И так то и дело с самого утра. К началу обеденного перерыва, детектив не мог и пяти минут сидеть спокойно, косясь на все отражающие поверхности, что были на его столе, чтобы посмотреть, как он выглядит. Поэтому, вместо того чтобы сходить за кофе и немного поговорить Тиной о последних новостях, он ринулся в туалет, по дороге чуть не сбив кого-то из офицеров. Ричард непроницаемым взглядом проследил за взвинченным напарником, а затем встал и не спеша направился в кафетерий. — Ёбаные волосы блять… В пизду этот внешний вид, нахуй сдался мне этот имидж. Так приду домой, откопаю откуда-нибудь свою старую машинку и сбрею всё нахер под ноль. Буду ходить как уголовник и пугать всех потенциальных свидетелей. Потому что ебал я в рот, блять, так страдать!       Сзади зажурчала вода, и не спеша открылась кабинка туалета. Из неё как-то сконфуженно высунулся молодой парень, по-видимому, стажер, только недавно пришедший из полицейской академии. Высунулся и как давай таращиться во все глаза на детектива, который уже как минут пять матерился сквозь зубы, стараясь зализать волосы назад с помощью воды, больше разбрызгивая её вокруг себя, чем нанося на голову. Рид заметил его тут же и тяжело вздохнул. «О боже, нет. Я узнаю из тысячи этот вопросительный услужливый взгляд. «Вам чем нибудь помочь, сэр? Может быть мне вам что-нибудь посоветовать, сэр? Могу дать смазку, сэр, чтобы пригладить вам волосы, сэр, или охладить ваше трахание, сэр.» Не дай бог юнец спизднёт что-то подобное, на благодарность может и не рассчитывать. Максимум, какую реакцию можно ожидать, так это то, что я пропишу двоечку с обеих рук.» — Что встал? Спросить, где выход хочешь или тебе зубы жмут, салага?       Стажер неуверенно помялся, метаясь между желанием уйти и сказать что-то «умное» детективу. Рид не выдержал и пяти секунд лицезрения чужого сомнения, поэтому раздражённо прикрикнул: — Ну что стоишь? Забыл, что дальше? Поссал, а теперь выметайся!       Парень вздрогнул и загнанно посмотрел на мужчину. На его скулах заалела кровь от растерянности и смущения, а взгляд нервно забегал из стороны в сторону в поисках двери. Стажер неловко дернулся и беглым шагом направился на выход, открывая дверь. Но не успела та закрыться, как в туалет вошёл Ричард, держа за края длинными пальцами пластиковый стаканчик. Гэвин на миг оторопел. Ему было абсолютно непонятно, что андроид забыл в мужском сортире, и его замешательство отразилось в вопросе: — Ты в курсе, что кофе напарнику доставляют к рабочему столу, а не туда, где люди срут? — Это не кофе, детектив, а крепкий чай. И он требуется для дела. «Чай, который требуется для дела… Для какого дела? В смысле, для раскрытия дела? Что за бред?»       Рид по-прежнему стоял неподвижно с мокрыми руками и сверлил андроида вопросительным взглядом, от растерянности забыв выключить кран. Андроид неспешно, плавно подошел к человеку и сделал это за него. — Для какого еще дела может требоваться чай? Ты программой тронулся или залагал, я понять не могу?       RK900 чуть склонил голову на бок, глядя на детектива своими честными серыми глазами. И Гэвину начало казаться, будто смотрел тот на него, как на идиота. Это его слегка отрезвило. Он расправил плечи и повернулся к Ричарду всем корпусом, скептически глядя ему прямо в лицо. «Вот только превосходства железной задницы мне не хватало.» — Детектив, сегодня ваша работоспособность упала на 17%. Учитывая, что она и до этого была не велика, это довольно критичный показатель. — Слышь, пластик… — Кроме того, — не дав сказать детективу, продолжил Ричард, — проведя простой анализ ситуации я понял, что сниженная активность вызвана дискомфортом от непослушных волос. И, знаете, я удивлен, — и он позволил себе легкую ироничную ухмылку. — Не думал, что ваша выдающаяся амбициозность может иссякнуть из-за пары прядей. — Ах ты сукин сын… — яростно зашипел Гэвин и резко замахнулся кулаком на андроида, желая разбить ему искусственное лицо. Но его сжатые пальцы мгновенно перехватила твердая рука. Ричард стоял спокойно и на дерзкий выпад и бровью не повел. Однако в его ровном голосе проскользнула легкая угроза. — Вы, разумеется, можете попытаться повредить моё лицо, детектив. Но вы также должны осознавать тот факт, что мне не составит труда заломить вам руку и обездвижить. Только, в отличие от прошлого нашего столкновения в безлюдном коридоре, сюда может кто-нибудь зайти. И тогда разговоры, что пройдутся по отделу, могут гораздо больше уязвить вашу хрупкую гордость.       Гэвин прожигал андроида яростным взглядом, пока тот твердо держал его руку. «О, как же он меня бесит… Без пяти минут с завода, а уже диктует правила. И что самое паршивое — этот кусок металла прав: он действительно приложит головой об умывальник, обездвижит, между раковин нагнет да и глазом не моргнет. И если кто-нибудь сюда припрется, да тот же салага, забыв свои чертовы бумажные платочки для зеленых соплей, то от позора мне потом как минимум месяц не отмыться, как ни выпендривайся. Хоть из страны съебывай, честное слово.»       Рука детектива дрожала от напряжения, пока тот с секунду сверлил взглядом в RK900 дыру. Он оскалился до такой степени, что около носа появились морщинки. Он чуть ли не рычал на него, смотря прямо в глаза, но, глядя на холодную непоколебимость Ричарда, Гэвин вдруг неожиданно пфекнул и резко сдал назад. Рука андроида разжалась, и человек быстро опустил свою, потирая костяшки. — Ну короче, умник, — дыхание сбилось от злости, поэтому он резко вздохнул, а затем дернул подбородком, — Ты тут трепаться пришел или по важному делу? — Скорее второе. Правда это дело важно конкретно для вас, — андроид чуть склонил голову и выдержал паузу, внимательно смотря на детектива. Гэвин поморщился от раздражения. Он понял, что этот гад решил подержать его в напряжении, но интерес слишком зашкаливал, чтобы прерывать. — Я понимаю, как для вас важен внешний вид и что вы делаете всё возможное, чтобы выглядеть в глазах окружающих уверенно и достойно. Однако сегодня что-то явно пошло не так, раз на ваших волосах отсутствует гель для укладки волос. А следы от наручников на ваших кистях, — Гэвин машинально дёрнулся потереть запястье, — и отсутствие видимых травм говорят о том, что вы скорее хорошо провели вчерашний вечер, нежели были в заложниках. С чем вас и поздравляю. Однако, видимо, спонтанность привела к тому, что у вас было нечем уложить волосы. Иной расклад я исключаю, так как вы бы скорее позволили себе опоздать на полчаса, чем прийти в таком виде. Это вам явно мешает и раздражает на протяжении всего рабочего дня. Поэтому я тут, чтобы устранить вашу проблему и вернуть вас в привычную зону комфорта. Вы ведь не против моей помощи, детектив?       Гэвин аж дар речи потерял. Андроид максимально нейтральным тоном делился доводами своего аналитического ума, которые в этот раз попадали точно в десятку, но Гэвин всё равно чувствовал, как у него начинают гореть уши. «Он понял. Этот чертовски проницательный андроид-детектив всё прекрасно понял: от запарываний по поводу имиджа, до похотливых желаний и вкусов в постели. Дело дрянь. Окей, если с первым можно было как-то жить и мириться, стиснув зубы, то от последнего почему-то хотелось обо что-нибудь приложиться головой до сотрясения. Хотя с какой такой стати? Это же андроид, искусственный интеллект, машина, которой должно быть поебать на какие-то там мои сексуальные фантазии, на то, как я хочу, несмотря на то, как я веду себя в обществе. Чёрт, да если бы все это сказал кто-то другой, я бы просто отмахнулся бы или дал в морду. Но ему ведь не дашь… в морду. И почему-то все его соображения звучат, как чёртово разоблачение. При том, что его лицо не выражает ничего. От того ещё больше было не по себе.» — Да ты, блять… кхм-м-м, — Рид прочистил горло, потому что его голос мгновенно сел, а во рту всё разом пересохло, — чёрт ебаный… — Послушайте, детектив Рид… — Нет, это ты послушай сюда, умник, — Гэвин выдохнул сквозь зубы, потому что почувствовал, как в груди разгорается жгучее раздражение, а кровь набатом бьёт в виски. — Во-первых, пока не доказано, не ебёт, что сказанно. И я имею полное право это всё отрицать. Но е-если… ты кому-нибудь… хоть одной живой или искусственной морде в отделе растрепишь свои охуительные умозаключения, то я тебе… башку прострелю и глазом не моргну. Совершенно без колебаний. Невзирая на ваши новые, мать его, законы… я тебя… отправлю в утиль. Потому что, давай будем честны, не твоего ума дела, почему я так прихожу на работу и как коротаю вечера… И тебя это не касается никак, усёк?       Ричард смерил его нечитаемым взглядом. Гэвин почувствовал, что готов второй раз попытаться вмазать андроиду, только теперь из побуждения защитить свою честь и достоинство. «Хрен знает, что творится в его искусственной голове, но по виду явно ничего хорошего.» — Я вас понял. — спустя небольшую паузу ответил RK900, — Но вам нечего беспокоиться, я вовсе не собирался распространяться по этому поводу. Однако хочу повторить свой вопрос: вы не будете против, если я окажу вам помощь? — Каким образом? — не скрывая своего скептицизма, спросил Рид. — Очень просто. Люди часто попадали в такие ситуации, когда у них не было средства для фиксации волос. Поэтому они использовали для укладки то, что было под рукой. Например, черный чай. Он не дает липкости, оставляет очень хороший блеск на волосах, при всем этом пряди остаются упругими и живыми. Такой рецепт подходит только для брюнетов потому, что черный чай еще и придает темный оттенок. Как раз ваш случай, детектив. Именно поэтому я заварил его в кафетерии, пока вы безуспешно пытались пригладить их здесь водой.       Гэвин поджал губы и прищурил глаза. Он сверлил андроида взглядом, взвешивая аргументы и, в общем-то, приходя к тому, что Ричард говорит об этом на полном серьёзе. Без какого либо тёмного умысла выставить его дураком. Чисто дружеский жест напарника. Единственное, что его неприятно досаждало, так то, что он сам не догадался заглянуть в интернет. Чёлка снова неприятно защекотала нос и детектив, дёрнув головой в сторону, наконец-то принял решение. — Ну предположим… И как эта штука работает? Надо смачивать чаем? Полить голову кипятком и сверху посыпать заваркой? Выпить его, успокоиться и просто позабыть о своей проблеме, что? — Все менее прозаично, чем кажется. Достаточно просто нанести его на волосы и высушить их. Дело пяти минут. — Всего? Ладно, вроде не сложно. Давай сюда стаканчик, я сейчас… — Позвольте мне, детектив. Вы сегодня уже достаточно привели себя в порядок, судя по мокрым волосам. А учитывая то, что вы в спешке можете растратить чай попросту, я не хочу варить вам его ещё раз. Гэвин на секунду оторопел. Но потом собрался, говоря тихо и угрожающе: — Я в состоянии нанести гребаный чай себе на волосы, и, как бы эта идея абсурдно не звучала, высушить их… Кстати где бы… — Думаю, сушилка для рук может решить эту проблему, — ровным голосом сказал андроид.       Сказать, что детектив Рид просто удивился, значит ничего не сказать. Это всё уже походило на цирк с конями, где главным клоуном на манеже оказался он сам. С каждой новой идеей Ричарда Гэвину всё меньше хотелось воспринимать его слова всерьёз. Поэтому он усмехнулся и весело посмотрел на напарника. — То есть ты… Предлагаешь мне… засунуть голову под сушилку и подождать пока она высохнет? — Так точно, детектив. — Слушай, твои великолепные советы у меня уже в печёнках сидят. Не буду я этого делать, отдай мне стаканчик и вали к чертям собачьим, - разозлился Рид. — Вы не можете обойтись без меня. Хотя бы потому что вам необходимо контролировать ситуацию. Ваш рабочий перерыв заканчивается, вы ещё не решили свою проблему, а в туалет в любой момент могут зайти. Однако я подключился к камерам наблюдения и теперь могу предупредить об этом заранее. Поэтому я буду вам полезен. В данный момент никто посещать туалет не собирается, но в любом случае советую вам действовать быстрее. Потому что в случае чего, препятствовать появлению посторонних людей я не могу. Надеюсь, вы меня поняли, детектив. — Сделал на этом акцент и посмотрел так красноречиво, что Гэвин понял: если сейчас он не сунет голову в сушилку, андроид подкрепит свои слова действием. — Да ну, чёрт с тобой… — Гэвин направился к сушилке у стены, проводив андроида долгим взглядом. Он остановился, развернувшись спиной к стене, присел на корточки так, что хрустнули колени, и ещё раз с лёгким сомнением глянул на совершенно спокойного Ричарда. — Ты точно предупредишь, если кто-то решит войти? — Разумеется, детектив. В крайнем случае, я выйду навстречу этому человеку и постараюсь отвлечь его внимание.       И Гэвин несмело сунул голову под прибор, облокотившись на холодную плитку. Сушилка автоматически включилась, гулко зашумела и принялась гонять волосы по всему лбу. Гэвин не сводил взгляда с андроида, а тот не мигая смотрел на него.       Журчала вода в сливном бочке, шумно работало устройство в стене, мощная струя тёплого воздуха била в лицо, а прядь на его лбу танцевала под ней туда-сюда, туда-сюда. Гэвин пытался сохранять самообладание. В голове у него промелькнула мысль, что если жизнь — театр, то его жизнь — театр абсурда и Ричард там играет одну из главных ролей. По-другому убедить себя не злиться у него не получалось.        Уже через две минуты его терпение кончилось, он вскочил с места и двинулся к раковине, где стоял остывший чай. Сушилка тут же отключилась, оставляя после себя непривычную тишину. — Мне наплевать, что ты сейчас скажешь, но больше сидеть под этим прибором не собираюсь! — Оно уже больше и не требуется, лишняя влага ушла, теперь мне можно приступить к работе. — Почему это тебе? Я заварил это дерьмо, я и буду расхлёбывать. Поэтому дай сюда… — Нет. Вы уже сделали всё, что могли. У нас мало времени. Поэтому позвольте, с этим разберусь я.       И он плавным отточенным движением достал небольшую мужскую расчёску из внутреннего кармана пиджака. Рид удивлённо вскинул брови, но теперь не стал возникать, когда ловкие пальцы коснулись волос и начали их бережно и плавно расчёсывать. «Хер с ним, — подумал он, — раз хочет, пускай делает.»       Ричард аккуратно проводил смоченной в чае расчёской по волосам, убирая их со лба. Гэвин немного прищурился и всё-таки решил спросить: — Откуда расчёска? Спиздил? — Одолжил.       Ага, одолжил он. Гэвин усмехнулся такому ответу. Он знал, что эта расчёска Коллинза, и тот если и одолжит её кому-то, то с обязательно с вопросами падежей по типу: «Кого? Куда?» А RK900 не любил глупые вопросы, засоряющие чертоги его безграничной оперативной памяти. Поэтому он и мог её «одолжить» со стола, разве что когда Бен отвлечётся или отойдёт по своим делам.       Да, RK900 на удивление не отличался общительностью и желанием поговорить, хотя и был самой передовой моделью с высокими показателями работоспособности. В отличие от Коннора, который с Хенком любил поболтать за милую душу, Ричард предпочитал открывать рот по делу или чтобы осадить Рида, когда тот через чур нагло себя вёл и переходил личные границы. С чего вдруг такая несговорчивость в обычной жизни, Гэвин не знал, да и не парился по этому поводу. Ему наоборот нравилось говорить за двоих и часто рассуждать вслух. Хотя в допросной подвисал знатно, когда Ричард, чтобы выбить признание, устраивал сцены выдающейся актерской игры. В тот день Гэвин понял одно: если андроиду приспичит, он разговорит даже немого и расколет любого, какими бы крепкими у того не были нервы. У детектива от подобных выступлений кровь бурлила в жилах и закипала так, что в ней можно было варить пельмени или заваривать кроваво-красный чай каркаде. Именно в такие моменты Рид облизывал пересохшие губы и мечтал оказаться на месте подозреваемого. А если бы это всё плавно перетекло в допрос с пристрастием, он был бы только рад.       RK900 зачесывал его волосы назад, пока Рид пренебрежительно отвернулся и теперь пялился на андроида через зеркало. И он не мог не смотреть. Потому что Ричард, что бы Гэвин не говорил, был чертовски горяч. И превосходно подходил под критерии идеального партнера со стопроцентным попаданием по всем пунктам. Он был идолом его подростковых грез, парнем мечты, начиная с внешности и заканчивая характером. Разработчики явно постарались над его внешностью, задумывая поразить детектива в самое сердце. Поэтому и подобрали эти серо-голубые глаза, порой цвета стали, а иногда оттенка чистой морской воды. Смоделировали эти широкие, аристократически прямые скулы. Улучшили и укрепили эту внушительную фигуру. И наделили бескомпромиссную машину для расследований и задержаний упрямым, сдержанным и уверенным характером. О да, они бы наверняка порадовались бы, что успешно достигли цели, потому что андроид RK900 получился настоящим совершенством. Да таким, что успешный и амбициозный детектив полиции Гэвин Рид, самодостаточный и просто половозрелый мужик в самом расцвете отсутствия сил в свободное от работы представлял его в самом нерабочем виде. Однако не хотел ни в чём себе признаваться. Ибо Ричард был закрытым, порой каким-то безэмоциональным, а иногда проявляющим на лице иронию и нахальство, словно отражая эмоции детектива. Поэтому Гэвин отрицал возможность химии между ними да и каких либо взаимодействий кроме работы. Потому что в глубе души понимал, то они отнюдь не созданы друг для друга.       Но сейчас Гэвин смотрел на него словно с другой стороны. Ричард сосредоточился на причёске, словно стилист следящий за симметричностью и правильностью укладки. Он то едва хмурил брови, то чуть сужал глаза. Совсем по-человечески. Гэвин даже залип на своего напарника, разглядывая его работу через зеркало. Как его руки мягко проводили по волосам, а пальцы словно танцевали между прядей. Чётко и слаженно. Профессионально. Детективу даже немного польстило такое старание. Будто сейчас он выйдет из туалета не в коридор департамента полиции, а ступит на ковровую дорожку модного подиума, и тут же защёлкают камеры жадных до сенсации журналистов. Это было… приятно.       Наконец, Ричард завершил работу и сделал шаг назад. Он быстро сполоснул расчёску, встряхнул её пару раз и снова плавно положил себе во внутренний карман. А затем повернулся к детективу и спокойным голосом произнёс: — Я закончил. Чёрный чай даёт лёгкую фиксацию, вполне способную держать мягкие пряди. Но если всё-таки это не возымеет должного эффекта, можно попробовать эссенцию лимонного сока или сахарный раствор. И впредь, пожалуйста, старайтесь предусматривать этот момент и брать с собой хотя бы небольшой тюбик мусса для волос или гель для фиксации. Хотя, как по мне, — и он позволил себе легкую улыбку одним уголком губ, — с чёлкой вам тоже смотрится неплохо.       Гэвин замер, даже не найдя, что ответить. Он немигающим взором смотрел на впервые естественную и искреннюю эмоцию, которую он вообще видел от Ричарда. Так легко и человечно тот не улыбался никогда. И в этот момент он выглядел… Приятно. Это завораживало и даже немного смущало. — Спасибо, что позволили вам помочь. Пять минут назад поступило неотложное дело, я оформил его на нас. Жду вас у рабочего стола через пару минут.       И с этими словами он развернулся и неторопливо вышел, закрыв за собой дверь. А Гэвин так и остался стоять на месте, будто прирос к полу. Он сглотнул, вдохнул полной грудью, открыл кран и плеснул себе водой в лицо. И посмотрел на своё отражение. Волосы лежали искусно, красиво подчёркивая форму головы, и даже смоченные чаем не теряли своего объема. Рид ещё раз поразился тому, насколько умело андроид умеет обращаться с расчёской. И с ужасом осознал, что попал. Он вкрашился в андроида ещё больше, всего лишь раз почувствовав как бережно руки касались его головы, поворачивая её чуть в сторону, чтобы оценить укладку, и увидев, как губы растянулись в лёгкой настоящей улыбке. Как-то интимно. Гэвин пропал. И пропал на долго. Но он решил продолжать себя вести так, как обычно, но чуть меньше давить агрессией. Ну, а что? Вдруг повезет и ему удастся не заговнить хотя бы дружеские отношения.       Рид со вздохом выключил кран, потянулся за бумажным полотенцем и, вытерев руки, отправил его в урну. Пряди больше не топорщились и не лезли в глаза, что очень облегчало ему жизнь. Он подумал, что неплохо было бы поблагодарить Ричарда за помощь, но пока это было слишком дня него. Как-нибудь потом обязательно скажет. А сейчас новое дело.       Он ещё раз взглянул в зеркало, усмехнулся и подмигнул себе и направился на выход к своему столу. Не будет он ничего состригать, а оставит всё как есть. Может и правда с такой длиной ему лучше?