В чужом теле

Семь утра. Сквозь маленький кусочек окна, что остался неприкрыт шторами, солнечные лучи падали на лицо спящего темноволосого юноши; дразняще яркий свет потревожил его покой, что заставило того проснуться и медленно раскрыть веки. Лениво потянувшись, парень присел на кровати, и, протерев глаза, направился в ванную, чтобы, как всегда, переделать все свои водные процедуры и немного взбодриться. Темноволосый слегка сбрызнул своё лицо холодной водой, и, прикрутив кран умывальника, начал чистить зубы. Всё ещё не до конца проснувшийся, он рассеянно провёл взглядом по своему отражению — буквально краем глаза. Но вдруг, замерев, прямо со щёткой во рту, ещё раз внимательно посмотрелся в зеркало. Что-то в его отражении заставило парня до ужаса удивиться. И тут, зубная щётка выпадает из его руки, со стуком приземляется на пол. В следующую секунду всю ванную заполоняет крик.       — Токия!!! Очень скоро в проходе показался красноволосый парень с очень сонным и очень недовольным лицом. Ещё бы, ведь он столько раз просил своего соседа быть потише, а тут такие вопли… Да ещё и рано утром.       — Отоя, сколько раз я… Высказать до конца своё возмущение рыжий не смог, так как тут же впал в ступор, ведь, взглянув на своего товарища, понял, что смотрел… Как будто на самого себя.

***

Раскрыв глаза, Дзингудзи вяло посмотрел на настенные часы. Было довольно-таки рано, и странно, редко он так просыпался без будильника, если нужды на то не было. Все дела запланированы на вторую половину дня, и сейчас ему бы отсыпаться до обеда, тем более что вечером он засиделся допоздна… Хотя, утром, вроде как, намечалась репетиция, но всё равно так рано он никогда не вставал. Впрочем, чувствовал он себя на удивление бодрым и выспавшимся. Стоп... Почему он лежит на кровати Масато?.. Рен с удивлением понял, что вид ему сейчас открывался не на кровать его соседа, а на его собственную. Что за чертовщина? С огромным недоумением парень медленно встал с кровати. Оглянувшись, убедился, что находился на той части комнаты, где, вообще-то, располагался Хидзирикава: набор для каллиграфии, свитки, различные книги и папки с нотами, расставленные по своим местам в идеальном порядке. Тотальный перфекционизм. Взяв телефон, парень ещё раз проверил время – 7:11. И тут же понял, что телефон-то, который он сейчас взял с тумбочки, тоже принадлежал не ему. Что происходит? Неужто старый друг детства решил подшутить над ним? Но это было совсем не в его духе… Масато, устраивающий розыгрыши — это что-то из разряда фантастики. Он просто не стал бы тратить время на подобную ерунду. Заблокировав обратно устройство, Рен увидел своё отражение на чёрном экране. Замерев на какое-то время, он, не веря своим глазам, тут же подорвался с кровати и побежал к зеркалу в ванной комнате. Потом, пристально вгляделся в своё отражение. Ему не померещилось. Вместо себя, он видел Хидзирикаву Масато. Абсолютно все те черты, что принадлежали ему. Лицо, волосы, глаза. И эта родинка, справа под глазом. Парень точно знал, что находится в своём уме, и был уверен, что не спит. Впрочем, он всё же разок ущипнул себя, дабы окончательно убедиться, что всё это — наяву. Вернувшись к кровати, на которой проснулся, он присел, и задумчиво уставился на пол. Внезапно ему вспомнился Сесиль, эта его магия... Конечно, Рен в такое не верил. Но, может, такие чудеса и правда существуют?.. Как иначе можно объяснить всю эту ситуацию? Осторожно подойдя к своей «привычной» кровати, как и ожидалось, он увидел там уже своё “законное”, мирно спящее тело. Так странно и дико... Смотреть на самого себя со стороны. Рен, не зная точно, что сейчас вообще нужно делать, потряс своё же тело по плечу. Наверняка сейчас в его “оболочке” находился Масато. Если, конечно, предположить, что произошла какая-то магия, а не он просто сошёл с ума.       — Хидзирикава... Просыпайся... Голубые глаза раскрылись и недовольно посмотрели на человека прямо перед собой. Рыжеволосый, с лёгкой ноткой раздражения во взгляде, уставился на своего товарища; правда, вскоре, раздражение сменилось недоумением. Рен поспешил протянуть тому небольшое зеркало, что стояло на прикроватной тумбе. Дзингудзи хотел было сказать что-то, но, когда спустя несколько секунд он начал наблюдать смену эмоций на лице, понял, что слова тут излишни. Вначале, Масато просто сидел и непонимающе смотрел на себя в отражении, но стоило ему присмотреться повнимательнее, как лёгкое недоумение в его глазах возросло до самого настоящего шока. Рен, отвернувшись, пожал плечами в ответ на его заторможенную реакцию:       — Ничего не спрашивай, сам не знаю. Масато медленно поставил зеркало обратно на тумбочку, ещё раз покосился на своё отражение... И вздохнул, словно был смертельно уставшим (хотя только проснулся).       — И за что мне такое наказание?..

***

      — Я в шоке!! Это... Это как вообще возможно?!!       — Да не ори ты, дебил!! Синомия, до ужаса разъярённый, бахнул кулаком по столу, не в силах сдерживать себя. Молодой человек всегда был с горячим нравом, а теперешняя ситуация и вовсе выбивала его из колеи. Сё это прекрасно понимал, и, вероятно, непременно спрятался бы, но сейчас, скорее всего, в этом нет смысла. Сацуки был сейчас гораздо меньше его самого. Вряд ли сможет особый вред нанести.       — Я так и знал... Я так и знал!! Никому нельзя доверять! От всех вас одни проблемы!!!       — Сацуки… Думаешь, я сейчас в восторге? Я сам в шоке, так же, как и ты, знаешь ли… — слегка раздражённо отозвался Курусу, совершенно не зная, как угомонить это бушующее «торнадо» прямо перед ним. Да уж, проснуться и первым делом стукнуться макушкой о потолок, потом ходить и гадать, от чего всё вокруг стало таким высоким, после же посмотреться в зеркало и увидеть вместо себя своего друга Нацуки – отличное начало утра, ничего не скажешь. А позже, ещё и столкнуться с агрессией Сацуки – вообще шик.       — И с кем только Нацуки связался?! Дурак! Вечно в проблемы влезает!.. Где этот Айдзима?! Я его убью!.. Сацуки рванул в коридор, – явно не на встречу мирному переговору, и его сосед по комнате тут же засуетился.       — Причём тут... Стой!! — Курусу, чертыхнувшись, выскочил за дверь, — подожди!.. Сам не успев толком свыкнуться к своему новому телу, Сё ринулся за взбешённым низкорослым блондином, чтобы не дать тому разнести всё вокруг. Хотя... С его теперешним телом это вряд ли возможно.

***

Сам Айдзима, проснувшись утром и переделав все свои дела, уже как-то и позабыл о своей шалости. Только потом, придя в комнату для репетиций, он, дожидаясь других, невольно вспомнил о том заклинании, и тут же, весь в предвкушении, принялся с нетерпением дожидаться других. Но тут, крохотный «червячок» сомнения внезапно зашевелился внутри него – вдруг что-то пошло не так?.. Вдруг он сделал какую-то ошибку? Впрочем, отбросив в сторону внезапно появившиеся ни с того ни с сего тревоги, он стал пристально вглядываться в дверь. И вдруг, та наконец открылась. На пороге показался Отоя. Рыжий молча прошёл в зал, по направлению к стульям. Буквально на мгновение у Сесиля промелькнула мысль, что тот был какой-то… Более серьёзный, что ли, чем обычно; но особого значения он этому не придал.       — О, Отоя… Привет! А где Токия? Он обычно самый первый приходит, вместе с Масато. Алые глаза парня обратились к Сесилю.       — Токия задерживается. Но скоро будет, — кивнув, дал свой ответ Иттоки. Айдзима в изумлении раскрыл свои глаза. Почему голос парня не изменился? Неужели… Обряд не подействовал?..       — А-а… Ну ладно. Не часто они опаздывают… Самые пунктуальные же. И, буквально через пару секунд, тут же добавил:       — Зато, когда другие опаздывают, они ворчат и отчитывают нас! Ух, деловые… Ничего не ответив, Отоя только лишь как-то странно покосился в сторону Сесиля, и присел на стул, стоящий гораздо дальше, чем сидел сам Айдзима. Ожидание других «Стариш» проходило в полном молчании, и Айдзиме оно показалось до ужаса неловким. Сесиль искоса взглянул на своего красноволосого товарища. Тот сидел, отвернувшись и задумавшись о чём-то своём. И всё-таки, странный он какой-то сегодня… Всегда, приходя на репетицию, Отоя улыбался, радостно всех приветствовал, спрашивал, как дела, и просто скрашивал каждую свободную минуту непринуждённой болтовнёй, а сейчас же… Сидел и хмуро глядел в пол. Айдзиму внезапно посетили пугающие догадки: а не навредил ли он своему другу, этим заклинанием?.. Может, он сделал что-то не то, и всё испортил? Как только Сесиль решил поинтересоваться у Иттоки, всё ли у него в порядке, дверь хлопнула, и в проходе уже показался темноволосый парень, с каким-то непонятным вихрем на голове. Будто только встал с постели.       — Простите за опоздание... — сказал Токия запыхавшимся голосом, — я... Это... Укладку долго делал, во!       — Оно и видно, — Сесиль кивнул товарищу, — тебе бы... Причесаться немного.       — А... Ой, и правда. Парень, взглянув в маленькое настенное зеркало, пригладил пряди волос, невзначай добавив:       — Эх... Правильно говорит То...то есть, Отоя... что у меня руки не из того места. Сесиль вопросительно выгнул бровь:       — Разве у тебя когда-то были проблемы с этим? Токия “завис”, и что-то невнятно забормотал.       — Ну... Да так, забудь... Сесиль промолчал, краем глаза заметив, как Отоя отчего-то закатил свои глаза. Внезапно, в комнату влетел маленький “ураган” в виде Курусу.       — Ты!! Это всё ты виноват, я знаю!..       Вначале, Айдзима даже опешил от такого наглого, бесцеремонного обвинения, но, вспомнив, что некий «грешок» у него за душой всё же имелся, сделал вид, будто не знает, в чём дело. Неужели его розыгрыш так быстро раскрыли? Стоп… И Отоя, и Сё говорили своими обычными голосами… Может, эффект уже успел истечь? Впрочем, выдавать себя Сесиль не решался.       — Сё? Ты чего это кричишь прям с утра? В чём я виноват?       — Какой я тебе Сё!? Почему я не в теле Нацуки??! Думал, я не узнаю, что это ты эту фигню устроил?! Боковым зрением Сесиль уловил, как Отоя заинтересованно обернулся к ним обоим. Нахмурив свои тёмные брови, Айдзима недоумённо спросил:       — Подожди… К-как это не в теле Нацуки?.. Я тебя не понимаю... Дверь открылась, и в комнату зашли Рен с Масато.       — Мы не сильно опоздали? Сесиль коротко взглянул на настенные часы.       — Да не особо... — ответил парень, разворачиваясь лицом к новым пришедшим. Курусу нетерпеливо помахал рукой перед лицом Айдзимы:       — Я с кем разговариваю, олух?! Отвечай давай!       — Кстати, что у вас уже за крики тут были? Сесиль лишь мотнул головой в сторону блондина.       — Да так... Сами всё видите. Эх, не любишь ты меня, Сё... Что же я тебе такого сделал? Масато слегка усмехнулся:       — Сё, репетиция ещё не началась, а ты уже истеришь... Может, немного сбавишь пыл?       — Открою тебе тайну — я не Сё! Сегодня утром, я проснулся в кровати этого недоумка! А должен был в кровати Нацуки! Блондин указал руками на своё же тело. Масато как-то по-странному ухмыльнулся.       — Ничего себе... И давно у вас такие близкие отношения?              — Я вас точно всех бахну!!! Объясняю ещё раз для отсталых: я вам не Сё! Я альтер-эго Нацуки, и вчера вечером, самое последнее, что я помню — как он снял очки и я лёг спать! Далее, я раскрываю глаза, и вместо нормального тела, вижу вот этого дрыща!        Парень снова демонстративно и излишне эмоционально указывает на своё тело, а кто-то неподалёку внезапно выкрикивает:              — Эй! Я вообще-то в спортзал хожу!! В одно мгновенье, в комнате раздаётся грохот, и все оборачиваются на источник звука. В проходе, лицом в пол, лежал Синомия, который, очевидно, случайно споткнулся и упал.       — Нацуки!.. Осторожнее надо... Тот, встав, слегка отряхнулся и пропыхтел:       — Капец... Ну и высоты... Нет, да что тут всё-таки происходит?? И вообще, все они какие-то... Реально странные. И этот Сё, напавший на него... Чего орал-то? Раз голоса всё те же, значит, ничего не вышло? Стоп... Почему Сё называет себя Сацуки?..       — Сесиль, всё нормально? Ты так... Уж больно задумчиво как-то смотришь...              — Хм? — Айдзима не сразу понял, что к нему обратились, — а... Да, всё нормально... Задумался просто, как мы сегодня без Харуки будем... У неё же выходной сегодня. “Курусу” снова замахал рукой прямо перед лицом у Сесиля.       — Эй, я к кому обращаюсь?!              — Сё, успокойся...              — Слышь, я не Сё! Я не собираюсь жить в этом долбанном теле до самой кончины!! Меняй давай, фокусник!        Масато задумчиво приложил палец к своему подбородку:              — Я правильно понимаю, ты хочешь нам донести, что ты — на самом деле Сацуки, но каким-то образом проснулся в теле Сё?.. То есть, по логике, настоящий Сё должен сейчас находиться, эм... в теле, которое принадлежит тебе и Нацуки?..        Блондин хлопнул себя рукой по лбу.              — Ну вы реально тупые... А я о чём, по-вашему, талдычу минут пять уже?!        Нацуки подошел к “Сё”, отчаянно заявлявшего о том, что он Сацуки, осторожно придержал того за плечи, пытаясь отвести в сторону.              — Сё... Ты, это... Перегрелся немного, давай отойдём...              — Боюсь, не в перегреве дело... — перебил его Рен, с каким-то мучительно задумчивым выражением лица глядя в пол.        Казалось, в комнате повисла тишина на целую минуту. Все недоумённо переглядывались, будто безмолвно задавая друг другу вопросы, и так же безмолвно получая на них утвердительные ответы, пока кто-то не решился подать голос первым:       — Боюсь, что не один ты попал в такую ситуацию...              В комнате загудели голоса, все начали ошалело переговариваться между собой.              — Стоп... А чё, у вас всех тоже такое???              — Быть не может... Я не верю...              — Бред какой-то... Сесиль обомлел прямо на месте, и, едва заметно, побледнел. Мысли и догадки вихрем проносились в его голове, образуя причинно-следственную цепочку. Их странное поведение... Проснулись в не своих телах... Но голоса — всё те же... О Боги... Он не мог так накосячить.       — Ребята… Я-я… Кажется, знаю, что произошло… — запинаясь, боязливо промолвил парень. Все шестеро вопросительно уставились на Сесиля.       — Ну… Вы только, это... Сильно не ругайтесь…

***

Рыжеволосая девушка шла по коридору, держа в руках папки со своими работами. Хорошо потрудившись в музыкальном кабинете, она направлялась в свою комнату. После хорошей, плодотворной работы, пребывая в отличном настроении, она собиралась пойти на встречу со своей подругой, чтобы немного прогуляться и, наконец, получить заслуженный отдых. Да, у неё, вообще-то, был выходной; но лишняя пара часов практики на фортепиано не повредит же? Пусть она и была выжата после всех этих конкурсов со “Стариш”, для того, чтобы достигнуть вершины успеха, нужно всегда держать планку, и не забывать об ежедневной практике. Что тут скажешь — врождённый трудоголизм. Харука шла и предвкушала долгожданную встречу с Томочикой. Из-за того, что они разъехались по разным общежитиям и много работали, девушки стали видеться не так часто, как раньше, во времена их учёбы в академии; поэтому, когда Сибуя написала с предложением встретиться, Харука сразу радостно согласилась, ведь успела страшно соскучиться по ней. Внезапно, Нанами услышала шум и прислушалась. Кажется, грохот исходил прямо из мужского "крыла" общежития. Это явно был топот. Впечатление было такое, что где-то там, далеко, проходил какой-то марафон. Но, естественно, марафонам в общежитии неоткуда было взяться (хотя, с их безумным начальником, всё возможно), поэтому рыжая лишь замерла на месте, насторожившись и недоумённо уставившись на проход. Будто боясь, что её снесут.       — СПАСИТЕ!! — резкий вопль раздался из глубин коридора, отчего Харука вздрогнула от неожиданности. Далее, этот же голос провыл:       — О, святая богиня Муза!.. Спаси меня, грешного... В коридор пулей вылетел Сесиль, весь отчего-то перепуганный и без конца озирающийся назад. Его взгляд наткнулся на недоумевающую Харуку; парень посмотрел так, словно находился на волоске от смерти, а девушка была его единственным спасением.       — Харука!.. Мне не жить!       Весь его облик источал такой страх, что Нанами тут же начала переживать за парня, хоть и не знала причины его перепуга.              — Сесиль-сан, да на вас лица нет... Что с вами? Прошу, успокойтесь...              — Нет, Харука, это не поможет!.. — ответил Айдзима страдальческим тоном, — мне уже ничего не поможет... Сесиль подошёл к Харуке с выражением лица мученика, и, взяв девушку за руку, приблизил её к своей груди, и приложил туда, где было сердце. Харука могла чувствовать, как сильно оно билось. Видимо, от страха.       — Харука... Если это мой последний день... Знаю, что я ничтожество, но, пожалуйста, хоть ты принеси мне цветы на могилу... И увековечь меня в песне!.. Девушка, поняв, что Айдзима готовиться к своей скорой кончине, уже всерьёз распереживалась и включила весь свой такт и сострадание.       — Боже... Как же так... Сесиль-сан, неужели вы больны? Пожалуйста, не ставьте крест на себе... Всегда есть надежда... Но тот будто даже не слушал её:       — ...а на могиле, пусть будет надпись: “Принц Агнаполиса... Умер молодым и прекрасным...”        — Айдзима! Мы убьём тебя!! — раздался рядом хор разъярённых голосов. Девушка снова вздрогнула от неожиданности. К ним тут же вылетели шестеро парней, и, словно стая взбешённых, голодных волков, в ярости воззрились на Сесиля. Тот, слегка вскрикнув, нагнулся и спрятался за спиной у Харуки:       — Ой-ой-ой... Принцесса! Спрячь меня... Взгляд Нанами стал ещё более изумлённым: неужели парни опять поссорились? Что такого могло случиться между ребятами, что они были так агрессивно настроены?       — Р-ребята... Я д-думала, вы перестали ссориться... Нанами стушевалась, поняв, что никто её слушать не собирается.       — Ты, недоумок!!.. Если ты сейчас не выйдешь… Харука слегка насторожилась, увидев резко приближающегося к ним блондина без своих привычных очков на носу. Она прекрасно помнила, какую опасность мог представлять этот человек, и поэтому неосознанно попятилась назад… Сесиль же, заметив лёгкий испуг девушки, обвиняющим тоном громко проговорил:       — Вот видите! Вы! Вы все пугаете Харуку, своими злыми рожами... Осмелившись выглянуть из-за её плеча, Айдзима, будто стараясь отвести фокус от себя, указал пальцем на рыжеволосую. «Стариш» перевели взгляд на девушку, будто только сейчас заметили её присутствие. Пусть до конца их злость не испарилась, но желания вырваться вперёд и безжалостно разодрать добычу у них явно поубавилось. По крайней мере, при их композиторе. Немного успокоившись, ребята мрачно вернули свой взгляд на виновника всего переполоха. Сжав кулак, Сацуки(как думалось Нанами) направился к Сесилю, и тот, снова испуганно вскрикнув, снова попятился за спину – точно напуганный кот, так неудачно подвернувшийся огромным уличным псам.       — Айдзима... Нехорошо прикрываться девушками... Выходи давай! На разговор, по-мужски! — грозно высказался кто-то ещё из компании. Харука теперь уже просто стояла и лишь надеялась на то, что драки не произойдёт. Случись что, вряд ли она хоть как-то поможет. Не в её это силах — драку разнять.       — Ну же, ребята... Давайте успокоимся, и вы поговорите все в более мирной обстановке... Харуке больше ничего не оставалось, кроме как хотя бы попытаться разрядить напряжённую атмосферу в компании, но одной ей не так-то легко было усмирить целую группу разъярённых айдолов, которые, впрочем, и не особо обратили на неё внимания. Они продолжали испепелять взглядом того, кто трусливо прятался за её спиной.       — Нанами, не переживай, ничего мы с ним не сделаем. Просто поговорим, да и всё... — проговорил «Сацуки», и потащил принца за его предплечье. Все ушли, утащив за собой Сесиля. Харука недоумённо поклепала глазами, пытаясь понять, что только что сейчас произошло. «В чём же так провинился Сесиль-сан?..» — подумала она, а потом вздохнула; поняв, что не сможет решить их личные проблемы, продолжила свой путь, и понадеялась, что у тех всё будет в порядке.

***

      — Прошу! Не убивайте! Сё толкнул Сесиля, и тот, «влетев» в помещение, в защитной форме прикрыл себя руками.       — Не ори… Никто тебя здесь не убьёт. Айдзима потёр своё плечо, на котором, скорее всего, образуется синяк, и обиженно насупился:       — Знаешь, Сё… Неудивительно, что Бог одарил тебя таким ростом... Не дай Бог с таким нравом, ещё и размеры такие… Курусу хоть и не собирался кидаться на бедного Айдзиму, но всё же бросил на того весьма угрожающий взгляд, когда затронули его больную тему. Побаиваясь, Сесиль всё же отошёл подальше на всякий случай.       — Значит так, маг хренов… Я требую всё исправить прямо сейчас!! Сацуки агрессивно стукнул кулаком по столу, обращая на себя всё внимание. Сесиль слегка вздрогнул и сжался, словно всё ещё опасался расправы.       — Послушайте... Прямо сейчас не получится, я…       — А мне плевать! Сацуки, смотря на того снизу вверх, ткнул в того пальцем.       — Ты представляешь, как это повлияет на Нацуки?? Ты представляешь, какой это урон для его психики?! Ты хоть знаешь, что с ним будет...       — Синомия-сан… Прошу вас, успокойтесь… Лишние эмоции нам не помогут, а только усугубят ситуацию. Масато, как самый спокойный и хладнокровный участник группы, успел уже смириться со всем произошедшим. Плеваться ядом, бушевать и скандалить — пустая трата энергии; сейчас нужно понять, как решить проблему.       — Слушайте... Может, не стоит так горячиться? Ну, всё-таки, все живы и здоровы... — решил встрять в разговор Отоя, — Сесиль, конечно, натворил, но, думаю, всё могло быть и похуже...       — Отоя... — раздражённо фыркнул Ичиносе, с гневным блеском в глазах, — если ты не забыл, мы — медийные личности, и лично у меня в моём графике на эту неделю две съёмки, три интервью, два собеседования, и полно работы в студии! А как мы будем репетировать??        Токия, хоть и старался удерживать маску спокойствия, внутри пребывал в страшнейшем негодовании. Оно и понятно: работа для него — святое. Главная константа его жизни. Казалось, ещё немного, и он дойдёт до пика своей эмоциональности. Впервые в жизни. На какое-то время в комнате повисла тишина. Даже буйный Сацуки, уже успокоившись, просто стоял, сложив руки, и напряжно смотрел в одну точку.       — Сесиль… Неужели, совсем нет никакого выхода?.. — снова подал голос Отоя, — как долго мы пробудем... В таком состоянии?       — Выход есть, конечно… Но я правда не могу всё исправить прямо сейчас, честно! Увы, но вам придётся походить так, пока я не найду решение… Возможно, вам даже придётся друг за друга поделать какие-то дела...       — Ну уж нет… — возмущённо ответил Токия, — мною была проделана такая большая робота над имиджем не для того, чтобы в один день “слить” весь прогресс... Как я буду оперировать задачи менеджера?? А интервью?? А тренировки??       — Токия… Неужели, ты настолько мне не доверяешь?.. — Отоя обиженно надулся, выглядя при этом крайне странно, будучи в своей нынешней “ипостаси”. Токия промолчал, будто намеренно смотря в совершенно другую сторону, буравя взглядом стену.       — А как я буду сниматься в фильме?? — сказал Сё, — точнее, как Нацуки будет сниматься в фильме??? Да меня выпрут оттуда! Сё, разбушевавшись, эмоционально всплеснул руками. Причём сделал это, совершенно забыв, что в габаритах он теперь гораздо больше, потому и задел по случайности рядом стоящего Рена (то бишь Масато). Тот, получив лёгкий удар, слегка вздрогнул от неожиданности, и отшатнулся.       — Ой… П-прости…       — Коротыш, полегче… Лицо мне не порть, оно мне ещё надо. Я же секс-символ группы, как я фанаток соблазнять буду? Рен, опёршись о стену, ухмыльнулся в своей привычной манере. Конечно, не ему ведь, по факту, в лоб прилетело.       — Знаешь... Всегда мечтал это сделать... Прям с первого дня, когда увидел твою рожу... Тоже мне, “секс-символ”... — будучи на взводе, с сарказмом выдал Курусу, — но вместо тебя сейчас Масато… Так что, скажи ему спасибо, он твой телохранитель сейчас… Сё психовал, и не мудрено: близилось начало съёмок в фильме, а этот телепень натворил делов, да ещё и не знает, как снять это долбанное заклятие. Его актёрской карьере конец. Его мечте конец! Его точно выгонят! То есть, не совсем его… Но не важно. Сесиль, наблюдая за перепалкой, уже ощутимо жалел о своём поступке, и даже было почувствовал укол вины. Заламывая руки, тот попытался хоть как-то утешить остальных, и затараторил:       — Послушайте, я постараюсь найти решение как можно быстрее. Обещаю. Я не могу сказать, когда точно, но постараюсь быстрее!       — Лучше одно скажи: на кой чёрт ты это сделал? После вопроса Сацуки, Сесиль виновато опустил голову и потупил взгляд. Тихо присел на стул, после чего решился ответить:       — Ну… Мне… — темноволосый замялся, а после промямлил тихим, еле слышимым голосом, — ладно, скажу правду: хотел проучить вас немного... Я не хотел причинять вам вреда, и правда не хотел создавать проблем... Я хотел сделать совсем другое заклинание, которое длиться несколько часов... Ну и мне показалось, что это будет весело… Простите.       — Да уж... Офигеть как весело! Спасибо, посмеялись, — снова съязвил Курусу.       — Ну-ну… Успокойся... Зато подрос наконец-то, не так ли? — подшутил над ним Рен.       — Да я такое даже в страшном сне не мог себе представить! Сесиль вздохнул, снова чувствуя напряжение, и выдвинул следующее:       — Понимаю, это, может, не легко… Но нужно будет попытаться отменить все дела по максимуму, настолько, насколько это возможно… Может, кто-то сделает вид, что заболел, хоть это и рискованно... Понятно, что всё отменить не получится, наша работа такого не позволяет… Предлагаю всё обсудить между вами, и… Правила, может, придумать какие-то?       — Правила… Думаю, это будет разумно, — Хидзирикава согласно кивнул, оценив мысль. Другие парни тоже согласились с этим, хоть некоторые и продолжали внутри себя злиться на Айдзиму.       — Постойте… А что скажем Нанами? — спросил у всех Отоя.       — А зачем ей что-то говорить?       — Думаешь, не надо? Сё раздражённо хлопнул себя по лбу.       — А ты думаешь, она поверит??? Что именно мы скажем?? – с сарказмом выдал Сё, — она посмотрит на нас, как на дебилов... На тупую шутку, знаешь ли, похоже...       — Ну... Да... Думаю, ты прав...       — Если бы мне вдруг поведали о таком... — Масато задумчиво глядел в пол, подперев рукой подбородок, — я бы, несомненно, удивился... Учитывая, что Нанами довольно чувствительный человек, не думаю, что стоит тревожить её таким сейчас... Последний год и так выдался очень непростым для неё. Возражать ему никто не стал.       — Сесиль... Так может, ты в этой своей книге посмотришь? Неужели рядом с этим заклинанием не указано, как от него избавиться?       — В том то и дело, что нет… Точнее, понимаете... Я всё перепутал. Я хотел сделать другой обряд, на обмен голосов. И я был уверен, что сделал его, но, очевидно, я что-то напутал... Хотя ума не приложу, каким образом...       — Обмен голосов... Ну ты и гений, конечно. В то время, как для нас это главный инструмент, ты делаешь такую глупость...              — Токия, ну хватит... Я думаю, Сесиль уже признал свою вину. И наверняка успел уже раз сто пожалеть о своём поступке. Давайте уже пощадим его, ну? Отоя слегка улыбнулся, и Сесиль пристыженно промолчал. Затем робко продолжил, будто был школьником, что отвечает на уроке:       — Мне нужно ещё раз пересмотреть ту книгу, проверить, действительно ли я всё-таки с другой страницы взял заклинание, и написан ли там рядом способ от него избавиться. Боюсь, если в книге его не окажется, мне возможно даже придётся вернуться домой…              — А может ли быть, что на твоей родине... Не знаю, как лучше назвать... Волшебники, маги? Есть у вас подобные?              — Маги... Есть такие... Правда к ним не часто ходят. По крайней мере, сейчас...              — Так может, сразу к ним обратишься? Они не смогли бы нам помочь?        Сесиль недолго помолчал, а после, в очередной раз тяжело вздохнув, ответил:       — Если не найду решения в библиотеке, боюсь, что да. Но…              — «Но»??              — Мне конец!! Отец меня убьёт… Он узнает, что я использовал магию не по назначению!!              — А раньше надо было думать! — в один голос прокричали Сё и Сацуки.              — Так кто же вас спасёт тогда?!              Оба блондина лишь закатили глаза.              — Ничего, без тебя обойдёмся...       

***

      — Да уж… Вечно у них там какие-то разборки… — задумчиво произнесла Сибуя. Харука и Томочика неторопливым шагом прохаживались по коридорам, ведя непринуждённую беседу. Красноволосая подруга решила зайти за Харукой прямо в общежитие, чтобы сразу вместе отправиться по своим девичьим делам. А по пути, Нанами поведала о том, что лицезрела сегодня своими собственными глазами.       — Но в этот раз всё было как-то… Более серьёзно… Они были очень злы… Я даже испугалась немного. Я думала, все уже давно сдружились с Сесиль-саном. Неужели они опять начали враждовать?..       — Да не переживай ты, Харука. Всё у них наладится. Томочика слегка потрепала подругу по плечу.       — Слушай… Ты прям как будто их мамочка… Успокойся, дай парням самим разобраться. Я думаю, никто не будет со скандалом уходить из группы, если ты этого боишься... Президент не позволит, во всяком случае. Конфликты – обычное дело в командной работе.       — Наверное, им просто нужно ещё немного времени, чтобы научиться работать в группе. Но, если честно... Я уже не уверена, что правильно тогда всё сделала... Может, если бы они все были по отдельности, было бы лучше?..        И Харука, и Томочика внезапно остановились; Нанами, будто немного взгрустнув, глядела в пол, а её подруга вдруг бросилась отчаянно переубеждать её:              — Так, что за глупости! Не смей так говорить! Кто знает, где бы они были, если бы не твоё решение? Позволил бы Саотоме им всем добиться такого успеха? Думаешь, ему было бы выгодно “носиться” с каждым в равной степени? Очень сомневаюсь. Так что, пусть радуются. И вообще, им никто пристрелом не угрожал, сами подписались в контракте. Такое признание, слава, гора фанатов — и всё за такой короткий срок? Пусть не воротят носом.        Харука вздохнула, посмотрела на Сибую и улыбнулась, благодаря ту за поддержку.              — Ну, может ты и права, Томо-чан… Я и сама это понимала... Но иногда просто сомневалась.       — Никогда не сомневайся в себе, Харука. Неожиданно, из-за поворота на них вылетел низкорослый блондин, и, слегка оттолкнув со своего пути, раздражённо проворчал:       — С дороги. Что у Нанами, что у Сибуи — глаза на лоб полезли у обеих.       — Сё-кун?..