Цветение

      Девушка тяжело выдыхает, подходя ближе к больнице. Смена Энношиты должна уже закончиться, она так торопилась ради этой встречи и с нетерпением хотела увидеть его. Ран стягивает палящий шарф с шеи, в попытках остудить горячую кожу. Если шатенка не сможет увидеть его сегодня, то точно сойдёт с ума. Ей было необходимо обнять его, вдохнуть свежий аромат парфюма и признаться… выразить все чувства, что были у неё внутри. Грудная клетка трещала от тяжести этих эмоций, а сердце добивало, разбивая кости с треском. Её ломало как какую-то наркоманку. Жалкое зрелище, но как же Хагино хотела его…       Энношита Чикара… самый заботливый и добрый парень в мире. Не знала Ран, дело было в его профессии физиотерапевта, которая предполагала чуткость рук или в том, что парень был просто невероятно очарователен. Потому что в прошлый раз она чуть ли простонала лишь от одного движения его пальцев, которые провели по её замёрзшей от осеннего ветра щеке. Шатенка готова поклясться, что никогда её не трясло так от мужчины. А тут он… невероятно тактичный и порядочный, такой уверенный. Чикара никогда не краснел рядом с ней от жуткого смущения, всегда был так спокоен и аккуратен, рассудителен, это несомненно подкупало нервную и даже тревожную особу. Не стеснялся говорить как она красива, как ему повезло провести свидание с такой девушкой, как она ему нравится.       Исходя из всего вышесказанного можно было бы подумать, что они ещё даже не пара. Свидания, признания в симпатии, робкие касания, никаких интимностей дальше поцелуев. Но брюнет принадлежал Хагино. От макушки мягких тёмных прядей до самых кончиков ногтей, он был лишь её. И, наверное, это очень не здоровая история, думать о другом человеке как о том, что могло бы принадлежать лишь тебе, но Ран хотела без устали поглощать каждую частичку Энношиты. Каждый его вздох и жест, не должно было оставаться и крупицы чего-то незнакомого ей, что нельзя было бы забрать вместе с ним. Для Хагино это было условием перед началом их отношений. Парень прекрасно знал каким огромным чувством собственничества его девушка обладала и кажется он был не против. Эти восхищение, желание с её стороны, он их любил больше жизни. Она не была патологически ревнива или зависима от него в своей жизни, лишь чрезмерно ярко выражала любовь. За пол года он привык.       Но совсем не ожидал увидеть запыхавшеюся шатенку без шарфа рядом с работой. Он тут же подходит к ней ближе, улыбаясь. Они не договаривались встретиться, но физиотерапевт был рад увидеться. Ему и не нужна была причина. Она могла быть любой. Даже самой глупой. Хорошая погода? Плохая погода? Хагино сломала ноготь? А может чихнула с утра? Всё что угодно! Ему бы хватило любой мелочи. Он бы её принял с распростертыми объятиями. Девушка прикусывает губу, оглядываясь. — Привет, Ран… — смягчается его взгляд пуще обычного. — Привет. Я могу? — дёргает она плечами, не решаясь сделать первый шаг.       Вот кто именно смущался так она. Ран временами боялась даже пальцем дотронуться до его оголённой кожи, будто он не просто хрупкая фарфоровая чашка, а целый песчаный замок, который может рухнуть лишь от лёгкого дуновения ветра. Ему льстили все эти сравнения, но сам он себя считал крепким мужчиной, который мог вынести и большее. Врач обнимает возлюбленную, прижимая к груди и тычась носом в её висок. С придыханием захватывает аромат её спрея для волос, прикрывая в экстазе глаза. Он был таким же сумасшедшим как и она. Они были отличной парой.       Девушка с удовольствием движется носом чуть ниже угла мужской челюсти, находя эпицентр аромата чужого парфюма, именно в это место парень наносил свои духи. С ноткой ежевики, немного кисловатые, но всё же такие свежие, будто утро в лесу. Они несомненно подходили брюнету. Женские руки ведут по широкой груди прикрытой плотной тканью пальто, сжимаясь в слабое кольцо за его плечами. Всего несколько секунд и… — Я люблю тебя, Чикара… — шепчет девушка ему в шею. — Что? — ошарашенно отстраняется парень, приподнимая брови в волнении.       Они ещё не признавались друг другу в чём-то большем, чем простая симпатия. Её слова застали Энношиту врасплох. Он конечно же имел взаимные чувства и мог это сказать. Его лишь удивляла такая яркая инициатива возлюбленной. Обычно именно он делал первый шаг, предлагал, отдавался. И тут такой серьёзный ход, с её стороны… — Повтори? Прошу… — улыбается врач, прижимая девичью руку к сердцу. — Я люблю тебя, Чикара, — твёрже заявляет она, выдавая волнение подрагивающим голосом.       Энношита не отвергнет её, Хагино это знала. Мог конечно сказать, что это немного скоротечно, но всё равно бы принял женское признание, со всей присущей ему благодарностью. Потому что он умел любить и быть любимым. Обладал этим чудесным даром быть тихим, когда требовала ситуация и внимательным. Особенно по отношению к ней. Он был не просто потрясающим партнёром, а самым волшебным мужчиной на планете. Ей хотелось кричать от того как сильно переполняли её чувства к этому человеку. Она не могла держать в себе столько, поэтому так стремительно выражала эмоции. — Я люблю тебя, Ран, — отвечает и брюнет, немного склоняя голову к её губам.       Мягко тычется своим лбом о её, аккуратно касаясь женского затылка и щеки. Оставляет невесомый поцелуй, давая понять, что именно сейчас сделает. Даёт шанс отстраниться, смотрит прямо в зелёные глаза, впритык, улыбается, а потом стремительно утягивает в поцелуй, теряя взгляд в закрытых веках. Целует самозабвенно, страстно, давая понять, что влюблён не меньше. Её чувства взаимны и он готов продолжать отдавать ей всё те же 100% себя, как было и до. Мягкие женские губы поддаются касаниям, полностью раскрываясь. Энношита вёл. Большая ладонь плавно спускается от щеки по шее, затем груди, застывая на пару секунд в области живота, нежно надавливая на ткань чужого тренча, будто пытаясь нащупать заветную мягкость, окутывает талию, прижимая ближе, теснее, с силой вжимая в свой торс, будто пытаясь стать единым целым. Шарф падает на асфальт, а женские пальцы уже зарываются в мягкие мужские пряди, углубляя поцелуй. Этой осенью было жарко.