HOME [Russian translation]

      — Так...что ты делаешь в эту субботу? — Ким поставила чашку горячего медового чая на стол и удобно устроилась на диване. Лиса сидела на полу и занималась своими бумагами.       —Ух. Я не знаю. Ничего, я думаю, а что? — она на некоторое время перестала печатать и посмотрела в её сторону, обнаружив, что дым поднимается от чашки, приглашая её выпить.       — Для меня? — Лиса намеренно не смотрела на другую девушку, так как та была одета в свободную футболку и шорты. Она уже много раз видела ноги Дженни, но это не означало, что она к ним привыкла. Потребовалось поразительное самообладание, чтобы не пялиться на неё.       — Да. Осторожно, он горячий.       — Спасибо, — коротко ответила она. Манобан взяла чашку, поднесла к губам и попробовала чаю, прежде чем медленно отхлебнуть. — Ого, это действительно здорово! — она благодарно улыбнулась Дженни.       — Тебе нравится?       — Конечно, мне нравится, — Лиса снова отхлебнула. Не пить в холодную погоду было просто идеально.       — Ого, на этот раз ты действительно честна. Обычно ты раздражающе переворачиваешься с ног на голову просто, чтобы не сказать правду, что мое творение потрясающее.       Лалиса прищурилась, глядя на неё Бог знает сколько времени.       — Заткнись, — наконец сказала она ровным голосом, заставив Дженни рассмеяться.       — Я думала, ты придумаешь какое-нибудь оправдание! У тебя закончились идеи, не так ли? — Ким лукаво передразнила её.       — Как бы то ни было, — пробормотала Лиса себе под нос. Успокоившись, Дженни вытащила из кармана салфетку, вытерла слезы от слишком сильного смеха.       — Эхм, — Ким прочистила горло. — А если серьезно, то в эту субботу тебе делать нечего?       — Нет, не думаю.       — Ну, тогда что ты думаешь насчет встречи с твоими друзьями? Мы можем поужинать, если хочешь.       — Ты имеешь в виду эту субботу? — Дженни кивнула.       — Тогда я спрошу их завтра. Мы пригласим их сюда или ты хочешь пойти в ресторан?       — А как насчет домашней стряпни?       — Ты будешь для них готовить?       — Да.       — Тогда ладно.       Лиса вернулась к своей работе, а Дженни лежала на спине, перелистывая журнал с одной страницы на другую. По телевизору играла тихая музыка — выбор Ким. Это была мирная ночь в их доме.       — Хоам-м... — Лиса зевнула и почесала спину, издавая какой-то трескучий звук.       — Клонит ко сну? — спросила Дженни, не отрывая глаз от журнала.       — А-а-ха-а-м-м, — Она снова зевнула. — Я всё ещё хочу немного поработать.       — Тебе надо поспать. Ты уже несколько часов сидишь перед компьютером.       — Да, я так и сделаю, у меня уже болит голова, — Лиса потерла лоб, надеясь, что болезненная пульсация пройдет.       — Хочешь, я помассирую тебе голову? — адвокат оторвалась от журнала.       — Нет, нет, все в порядке, — Манобан покачала головой. Ей не очень-то хотелось, чтобы рука Дженни коснулась её головы. Это даст ей еще больше головной боли. — Ты сейчас работаешь над делом? — спросила она, открывая другой документ.       — Да.       — Это и есть твой ответ? Только «да»? — она продолжила печатать на машинке.       — Ты хочешь знать больше?       — Зачем мне утруждать себя расспросами, если я не хочу знать больше? — Лиса закатила глаза.       — Не знаю, ты никогда раньше не спрашивала.       — Так ты хочешь мне сказать или нет? — раздраженно сказала Лалиса.       Она начинала терять терпение.       — Если ты действительно хочешь знать, то, может быть, тебе стоит проявить к нему хоть какой-то интерес, — Дженни встала с дивана. Это движение заставило Лису повернуть голову в её сторону. Ким повернулась к Манобан спиной, завязывая волосы в конский хвост, и это успешно заставило Лису сглотнуть.       Хирург быстро взяла стакан и отпила из него, когда Дженни снова повернулась к ней.       — И не будь дурой, — добавила она и, не сказав больше ни слова, вошла в свою комнату.       — Черт возьми! — пробормотала Лиса себе под нос.

* * *

      Она подчеркнула ещё одну фразу в своем блокноте. В перерывах между операциями она читала и работала над своим предложением. Она только что закончила одну операцию, и Дахён теперь готовилась к следующей. У неё было полчаса, чтобы заняться бумажной работой. Лиса сидела в приемной с газетой на скрещенной ноге и бутылкой настоянной воды в левой руке.       — Всё ещё работаешь над своим предложением?       — Да, мне ещё долго придется над ним работать.       — И есть шанс, что совет директоров откажется от этого?       Сыльги рассмеялась над подругой, когда та села рядом с ней, жуя булочку.       — Я совершаю прорыв в науке, ясно? Это спасет жизни больше, чем ты можешь себе представить.       — Я знаю, поэтому я тебя всячески поддерживаю, — сказала Сыльги невнятно.       — Сначала поешь, дурочка, — передразнила её Лалиса.       — Неважно. А это что такое? — она кивнула на бутылку, которую Лиса держала в руке.       — Хм, это? О, это настоянная вода, — беспечно ответила она.       — Ты пьешь настоянную воду? С каких это пор?       — С сегодняшнего утра.       — Вчера вечером Дженни видела в журнале рекламу о том, как полезна настоянная вода, — Лиса сымитировала мимику Ким. — Она будет заставлять меня пить её каждое утро.       Сыльги просто смотрела на подругу с растерянным лицом. Неужели она действительно послушается того, что ей скажет Дженни?       — Мне пора идти. Мне нужно починить митральный клапан, — она закрыла ноутбук, собрала свои вещи и положила их в шкафчик.       — А? Ок. Удачи с этим.       — Для меня это раз плюнуть, коротышка.       — Ах!       — Кстати, ребята, вы свободны в эту субботу?       — Попытаемся угадать, почему ты спрашиваешь?       — Вы можете прийти ко мне домой, если хотите познакомиться с Дженни. Если вы не можете, то я не буду просить её во второй раз. Вы многое потеряете.       — Мы придем! Мы обязательно придем! Увидимся за обедом! — Сыльги отсалютовала ей, прежде чем Лиса скрылась за дверью.

* * *

      — Эй! Чу! — Крикнула Кан.       Невысокая женщина-врач, которая разговаривала со своим ординатором, повернулась, чтобы увидеть, как её невысокая подруга идет — скорее, бежит — по направлению к ней.       — Тебя преследует призрак или что-то в этом роде?       — Нет, в субботу, в эту субботу мы собираемся встретиться с Ким Дженни, — сказала она на одном дыхании.       — Неужели?       Кан кивнула.       — Отрегулируй весь свой график на этот день. Мне нужно найти Хё.       Она снова побежала.

* * *

      — Эй, можно тебя кое о чем спросить?       — Конечно, говори, — Лиса жевала морковку.       — Я не должна... Дело в том, что Венди ведет себя так, будто ненавидит меня, верно? Я имею в виду, что она, вероятно, чувствует себя брошенной прямо сейчас, потому что я была очень занята, и у неё нет подруги с кем она могла бы пойти выпить каждый вечер, как мы привыкли. И я редко могу ответить на её звонок или сообщение сразу. Может быть, Венди просто чувствует себя обиженной и одинокой. Но она должна же понимать, не так ли? Я имею в виду, что она тоже врач. Она знает, как мы работаем.       — Или она просто ненавидит тебя, — беспечно ответила она.       — Ух-ты, спасибо. Большое спасибо, — невозмутимо произнесла Сыльги.       — Да не за что, — ответила Лиса, даже не взглянув на подругу.       — Ты безнадёжна, — Кан с отвращением фыркнула, поднимая поднос, собираясь пересесть за другой столик.       Жаль, что единственный свободный столик находился всего в четырех футах от Манобан.       Это лучше, чем сидеть с этой дурой.       — Серьезно? — Лиса наклонила голову и рассмеялась над своей подругой.       — Я не хочу сейчас с тобой разговаривать.       — Что с ней такое? — Джису поставила свой поднос рядом с Лисой.       — Ничего особенного, просто она, как обычно, плакса, — Манобан громко расхохоталась.       — Шутки в сторону, что случилось?       — Как всегда, снова Венди, что еще может быть?       — А что насчет Венди?       — У Сыльги здесь нет на неё времени, поэтому она думает, что та ненавидит её, и я подтверждаю это, и сейчас она хандрит из-за этого, — объяснила Лиса.       — Ага! Не смей говорить обо мне! Я прямо здесь, я слышу тебя! — прикрикнула на неё Кан.       — Тогда иди сюда, чтобы мы могли поговорить о тебе, не крича, — предложила Джису.       — Этого не случится.       Вздох...       — Лиса-я, давай перейдем к этому столику, — Джису взяла свой поднос, но не сдвинулась с места.       — Ты идешь или нет? Если нет, то ты ещё большая плакса, чем она.       — О Боже милостивый! Сколько нам лет? Десять? — Лалиса преувеличенно развела руками.       Трое друзей наконец сели вместе.       — А теперь пожмите друг другу руки, — торжественно произнесла Ким.       — Ни в коем случае, — тут же ответили обе одновременно.       — Вы сделаете это, — Джису решительно взяла Сыльги за руку. — Даже если мне придется помочь вам двоим. — Она взяла руку Лисы, применяя силу, затем она направила двух манекенов пожать друг другу руки в знак того, что они простили друг друга. — Итак. В чем проблема? У меня нет времени на ваше детское поведение. У меня операция.       Лалиса рассказала ей всю историю, так как Сыльги отказалась даже открыть рот.       — Почему ты такая, Лиса-я?       — Я дала ей честный ответ, Чу. Послушай, Сыль... Я твоя просто подруга или лучшая близкая подруга? Я серьезно, ответь мне.       — Ты мой близкий друг, — она что-то пробормотала, но достаточно громко, чтобы они услышали. Лиса благодарно улыбнулась.       — Именно поэтому я и дала тебе самый правдивый ответ. Я не собираюсь ходить вокруг да около, чтобы сказать, что она в порядке или, может быть, ей нужно немного побыть одной. Она ненавидит тебя, я не могу быть судьей, чтобы сказать, нормально ли ей ненавидеть тебя, но, — у неё перехватило дыхание, — у неё есть веская причина ненавидеть тебя.       — И что это за причина?       — Ты ей нравишься с незапамятных времен. Я потеряла счет тому, какое тоскливое выражение было на её лице всегда, когда она смотрела на тебя в те давние времена. Кроме того, она врач-дерматолог, а ты знаешь, что она делала днем? Их заставили сделать массаж, Сыль. Им платили как профессиональным массажисткам, чтобы они массировали спины каждый день с девяти утра до половины первого вечера, — Кан состроила фактически гребаное лицо. — Хотя единственное, что их должно беспокоить, это прыщи. Конечно, она чувствовала себя одинокой, когда ты была занята собой. И ты хороший человек, ты хорошо относишься ко всем людям. Это заставляет её чувствовать себя менее особенной. Теперь ты понимаешь?       — Погоди-ка, а как ты узнала, какой график у резидента дерматолога?       — Ты помнишь ту девушку, с которой я говорила, когда мы были ординаторами?       — Ординатор декана? Ты трахалась с ординатором декана?!       — Заткнись сейчас же. Это не моя история, — Лиса ткнула её вилкой.       — Ты уверена, что я ей нравлюсь? — Кан говорила почти шепотом.       — Да, Сыльги, — сказала Джису, не переставая жевать.       — Я никогда этого не замечала. Она мой близкий друг. Я никогда не думала о ней так... Я не знаю. Я даже в себе не уверенна.       — Ну, тогда тебе придется убедиться самой. Извините, ребята, мне пора идти, — Ким вытерла рот салфеткой. — Она хорошая девушка, Сыльги-я. Думай разумно.       Когда Джису ушла, Манобан открыла рот, чтобы искренне поговорить.       — Прости меня! Я не хотела тебя унизить. Я просто... Ты знаешь...       — Да, я знаю. Мне тоже очень жаль.