Эти гребанные ромашки с привкусом крови.

Как же Малфой ненавидел это всё. Ненавидел свою жизнь, людей и Поттера. Этого чертова Поттера, который проник в его сознание и завладел им полностью. Как же он ненавидел атмосферу царившую в Хогвартсе после возвращения на восьмой год обучения. Ненавидел все эти гребаные перешёптывания за спиной. Ненавидел эту метку, которая черными извилинами впилась в его молочно-белую кожу, оставляя воспоминания на всю жизнь. Воспоминания не совершенной ошибки, а воспоминания о желании жить. Кажется всё что происходило вокруг просто тихо и монотонно убивало его изнутри. Медленно, но стремительно. Он не видел смысла жизни. Потеряв всё то чего даже никогда у него не было. А ещё ему так хотелось найти что-то в этом гриффиндурке, то за что можно было выгнать его из своего сердца и мыслей навсегда. Он так хотел забыть о всём что с ним произошло. Но это оказалось намного сложнее чем планировалось. Он помнил то чувство когда Поттер отказал ему в дружбе, не пожав руку. Помнил то чувство когда смотрел на золотую троицу и понимал что с ним такого никогда не будет, что он никогда уже не окажется среди них. Помнил то чувство когда получал метку, он так хотел угодить отцу. Помнил то чувство в отсутствии выбора, когда он так отчаянно пытался спасти то что любил больше всего остального, свою семью. Помнил тот страх и осуждающие взгляды, а его сердце так жгло от нарастающей боли. Помнил как тогда увидел Поттера на руках у Хагрида, как всё это оказалось неправдой. Помнил. И вряд ли уже когда нибудь забудет. Каждый его вечер проходил в самокопании и саморазрушении. Он расцарапывал левую руку до крови и уже даже не чувствовал боли, она и так полностью поглотила его сознание и тело. Кровь медленно стекала на ковёр оставляя красные пятна на светлом полотне. Каждый день ему приходилось терпеть толчки и усмешки в его сторону. Он даже не мог ответить. Его семья и так была в плачевном состоянии, и если бы ещё кто-то пострадал от его рук, никто бы даже разбираться не стал. Раньше он так поклонялся своему отцу. Он был для Драко примером для подражания, иконой. Парень так хотел быть похожим на него, что перенимал все качества отца даже не задумываясь. Старался быть лучшим из лучших забывая о своём «Я». Он уже перестал видеть грань между желаниями своего отца и своими собственными желаниями. А потом он увидел как его отец трясся. Увидел страх в его глазах. Увидел его настоящим, и кажется понял насколько сильно ошибался. А ещё он помнил суд. Суд, где опять этот чёртов Поттер проявил свою доброту и стоял на стороне защиты. А после суда просто обнял его. Без подлости и шуток, без насмешек и прочего. Просто обнял. Просто. Он потерял слишком много. Он так хотел вернуть всё назад. Вернуть Северуса, который заменил ему отца. Который защищал его под предлогом смерти, а тот даже не понял этого. А сейчас слишком поздно что-то менять. Вернуть тётю. Но не ту что была в последние годы, а ту что была в его далёком детстве. Которая уводила Драко подальше от менора и Люциуса что не давал даже продыху Драко. Уводила куда-то в самый далёкий участок сада или в лес на опушке и давала просто почувствовать себя свободным, просто почувствовать себя ребёнком. Она обожала возиться с ним. А он просто обожал свою тётушку Беллу. Так хотел чтобы хотя бы Пэнси была рядом. Он понимал её. Понимал как ей было тяжело когда её отца уводили на поцелуй дементора, и понимал что та чувствовала когда его семью не тронули. Хотел вернуть маму. Нет она жива, но её здоровье сильно подкосилось после произошедших действий и никто уже не мог толком сказать что с ней и сколько ей осталось. Мать была для него всем. Единственной его слабостью осталась пересматривание детских колдографий семьи. Где они ещё семья. Одно целое. Где они ещё не прочувствовали тот страх, и ту боль. Он чувствовал всеми своими фибрами души и тела как его прожигают глазами. Он слышал как в него опять летит какое-то проклятье. Очередное. Он уже сбился со счёта. А потом началось что-то странное. Отвечая на уроке он закашливается, а с его губ слетает первый лепесток гребанной ромашки. *** От Гарри пахнет свежим полем и в частности луговыми цветами. Так уютно и свежо. Этот запах успокаивает и даёт уверенность, будто ты в безопасности и ничего тебя не потревожит. А эти зелёные глаза, что смотрят прямо в душу? Они кажутся бескрайними и такими глубокими. Эта свежескошенная трава с капельками росы под блеском лучей золотого солнца. А эти вечно растрёпанные волосы, что небрежно падают на лоб и лезут в глаза? Они ведь такие мягкие на ощупь. Волосы цвета тёмного шоколада. А эта улыбка и вечно детский смех? Он так далеко разливался в душе. Он не успел заметить когда Поттер сблизился с ним. Но ему было так хорошо что даже думать не хотелось о том что это очередное благородие заиграло в Поттере и тот не смог переступить через него. Чтоб его. *** — Мистер Малфой, с вами всё в порядке? Я жду от вас ответа уже пять минут. — немного растерянно проговорил профессор Слизнорт. Его уже замучил этот кашель. По началу он даже не обращал внимание на странные лепестки что сопровождались кровью прямо из лёгких. Но когда это уже начали замечать окружающие ему пришлось рассказать всё Паркинсон что настойчиво упрашивала его объясниться. — Простите… — Драко не спрашивая разрешения быстро вылетел из кабинета зельеварения. Он скатился по стене и упал на пол удерживаясь за горло. Его жгло и разрывало. Опять приступ кашля и на его раскрытые ладони падают эти гребаные лепестки луговой ромашки в перемешку с кровью. Эти нежные листики не дают ему дышать. Они преследуют его везде и просто лезут из горла. Это стало невыносимо сдерживать. Дверь хлопает повторно и над ним склоняется черноволосая девушка. — Драко? — она аккуратно зовёт его положив одну руку на плечо парня. — Ты как? — Всё впорядке. Правда. — блондин попытался ободрительно улыбнулся, но получилось с трудом. — Идём. — девушка помогла ему встать и довела до общей ванной. Стирая кровь с лица немного прохладной водой, Пэнси периодически хмурилась. Она громко выдохнула и потянувшись рукой в карман, выудила из него какой-то бутылек со странным зельем фиолетово-зелёного цвета. — Это должно ненадолго помочь тебе. Выпей. Не бойся. Драко неуверенно открывает бутылочку и прислонив горлышко к губам чувствует как по горлу течёт немного противное зелье. Оно немного щиплет раздраженное горло, но впринципе терпимо. — Я знаю что это. — уверенно начала Паркинсон, облакатившись на раковину, — Родовое проклятие. — Ты уверенна? — глаза бегали по девушке, она очень изменилась. — Ты сомневаешься во мне? А ещё я знаю кто это. Так что тебе просто бессмысленно это отрицать. — Я и не пытался. — Вот и правильно. — Паркинсон хищно облизнулась. — А то я думала сейчас опять начнётся твоя игра на протяжении уже восьмого года. Игра под названием " Отрицай свои чувства до последнего, пока тебя это не убьёт". — она перевела взгляд на юношу. — Пэнс. Зачем всё это? Это всё неправильно. Я уверен что любой встречный ему на пути человек будет лучше. Что я ему дам? — Любовь? Может хватит зализывать своё самолюбие и ты начнёшь действовать? — Да как ты себе это представляешь? Зачем ему возиться со мной? С человеком которого все ненавидят, да и к тому же я парень. Меня и возможно самого Поттера это не волнует. Но вот мнение общественности он точно не пропустит. Зачем ему водиться с пожирателем который предал сторону? У него уже есть пассия. Я не хочу мешать. Давай закончим этот диалог. Пожалуйста. — у Драко уже надрывался голос, а последние слова были сказаны вообще шёпотом. Девушке ничего не оставалось делать как просто свернуть от этой темы. Она видела что тому плохо и давить не станет. Но вот и оставлять это всё так, она явно не планировала. *** С какого момента Поттер начал так часто проводить время с Драко не знал походу никто. Даже сам Гарри. С чего произошли такие изменения? Но чтобы там не было Поттер был единственным кому Драко смог открыться. Он даже не задумывался что говорил, когда был рядом с ним, ему было так легко. Смог рассказать о переживаниях и страхе. Смог рассказать о том что чувствовал будучи под одним боком с Волан-Де-Мортом. И его поняли. Гарри был слишком мил и нежен с ним. Его приступы прекратились. Его больше не душили эти проклятые ромашки, а лишь обволакивали его нежными лепестками. Больше не было того дикого кашля, прожигающие лёгкие и его самого насквозь. Не было крови. Он чувствовал заботу и ласку. Они вместе гуляли по тёмному лесу, постоянно находились рядом и кажется даже не отходили друг от друга ни на шаг. Но Драко чувствовал некое напряжение, которое окутывало его в момент когда он полностью расслаблялся. Кажется что что-то ему мешало. И понял что именно он слишком поздно. *** — У него опять начались приступы. Что мне делать? — Драко стоял за дверью и кажется что находившиеся в комнате не догадывались о его присутствии. — Ты подливал ему то что я тебе передала? — голоса были знакомы. До боли знакомы. — Я не хочу его травить! — яростно выкрикнул Поттер. — Ты не травишь его! Ты его спасаешь! Идиот! — Но почему они вернулись? Я же… Я же был всё это время рядом? — Ты правда не понимаешь? Его чувства всё ещё остались не взаимными. Дальше находится здесь Драко просто не мог. Он вылетел из коридора. *** Сколько Малфой просидел в том тёмном переулке между выходом и давно уже заброшенными кабинетами он сам не знал. Но ему было просто необходимо переварить всю эту информацию. На улице уже давно бушевала глубокая ночь. Дикий ветер срывал листья ещё не до конца окрашенных деревьев. Холодок пробирался сквозь щели на окнах и заползал прямо под слои одежды, обволакивая тело морозом. Сколько уже время Драко просидел там? Час? Два? Три? Так просто сидеть и ждать уже не было никакого смысла. Возможно его искали. А может и нет. Дикий кашель опять пронзил лёгкие. Дикая боль, и очередные окровавленные лепестки упали на ладони. Попытавшись встать, Малфой упал обратно. Приступ не хотел останавливаться, а только набирал обороты. Немного успокоившись и выплюнув остатки лепестков, он решительно встал и пошёл в направлении спальни Гриффиндорцев. Ему надо было всё разъяснить. В последний раз. Драко даже не хотел думать о том что все их ночные вылазки, побеги от Филча, держание за руки, признание в любви, теплые объятия, нежные поцелуи и чувства, просто были обманом. Уже сворачивая за угол он услышал знакомый голос и повернув в другую сторону скрылся за углом. Он видел всё, за то его никто не мог увидеть. Комок подступает к горлу. Малфой с последних сил пытается сдержать рвущийся на руку то ли крик, то ли кашель. Джинни и Гарри стояли посередине коридора и целовались. Спокойно. Нежно. Всё же боль взяла своё и первый всхлип раздался по пустому помещению. Кажется Гарри заметил его и помявшись пару секунд просто ушёл. Драко ожидал чего угодно. Любой реакции. Оправданий, криков или сор. Но то что Поттер уйдёт. Ничего не сказав. Вот так просто. –О, Драко. Привет. — смазливо протянула девчёнка, — Ты что-то искал? — она самодовольно ухмыльнулась. — Что… — Что тут было? — Уизли не дала договорить, продолжив. — Ничего. Просто была со своим парнем. Ну ты понимаешь. Или ты думал что он останется с тобой? Ты и вправду верил что Гарри смог тебя полюбить? Он любит меня. А твоя подружка попросила его подыграть тебе. И подливала тебе зелье. Чтобы ты не сдох раньше времени. А хочешь узнать кто тебя проклял? — она не дождалась ответа, — Кормак. А знаешь по чьей просьбе? Правильно. По моей. — Спасибо за информацию. Не знаю как бы я без неё жил. Удачи вам. — процедил хладным, как обычно, тоном Малфой и скрылся за поворотом. Уже стоя на открытом участке Астрономической башни, в голове всё начало укладываться. Как же он сам не догадался до этого? Конечно. Как же сам избранный Поттер смог бы вообще посмотреть в сторону Пожирателя смерти. Драко подошёл ещё ближе к краю. Ветер сильными порывами бил в лицо, а ноги подгибались. Сейчас всё закончится. Сейчас ему казалось что это единственный и самый лучший выход из положения. Он так пытался угодить и исправиться. Всегда стелился под отца. А тот лишь этим пользовался. Драко хотел лишь чтобы его хоть кто-то полюбил. Не пожалел, а полюбил. Отец уже подобрал ему вариант. А его уже никогда не признают и у него уже вряд-ли будут какие-то возможности на будущее. Его все ненавидят и хотят убить и уж когда-то это получится. Так лучше пускай он сделает это сам. Руки уже опускаются и единственная соломинка к желанию жить сломалось, треснула по швам и сбросила Малфоя вниз, значит осталось завершить это до конца. *** — Что ты ему сказала? — громко крикнув Поттер ударил по стене что была в паре метров от него. — Я не понимаю о чём ты. — Я не люблю тебя, понимаешь? Не люблю. — Но как же… — Там Малфой на башне. Кажется он собирается свести счёты с жизнью. — как же эта информация быстро просачилась. — Если он умрёт это будет на твоей совести. Сердце замирало с каждым новым шагом. Ему просто нужно было успеть. Ценой жизни. — Драко! — парень даже не обернулся. — Убирайся! Или же ты хочешь посмотреть как закончится ещё одна жизнь. Тогда пожалуйста. — Малфой, не глупи! — Да Пэнси? Не глупить? Да я лучше бы умер, чем пережил этот всё. — Драко, я люблю тебя… Но уже было поздно. Резкий толчок и он уже полностью принадлежит стихии. Ветер обдувал его тело пока оно не приземлилось на асфальт. Он не успел услышать эту фразу. Уже больше никогда её не услышит. Никогда не узнает что поцелуй между Поттером и Уизли случился из-за приворотного зелья. то что Пэнси просто пыталась его спасти. Она не хотела потерять друга. И то что будет винить себя до конца своей жизни. Не узнает что его мать еле откачали после известия о гибели единственного сына, а Люциус впервые заплачет. Поттер уже никогда не сможет признаться ему, сказать что это было и вправду, что он влюбился в него как ребёнок. Что он больше никогда уже не сможет почувствовать холод его длинных, тонких пальцев на своей голове, что так аккуратно перебирали его вечно лохматые как сталь волосы. Больше никогда не проведёт пальцами по шрамам, оставленными ещё на далёком шестом курсе им же, и уже никогда не извинится за это ещё раз. Что не услышит его голоса, такого приятного пробирающего до костей голоса. Никогда не поцелует его метку, не скажет больше что тот не был виноват в её получении. Больше не почувствует вкус его сладких и таких терпких губ на своих. И уже вряд-ли они смогут стать счастливой семьёй, которой планировали, после окончания Хогвартса. Ему уже было даже плевать что скажут его друзья, которые не одобряли их отношения. И тем более всё равно на посторонних ему людей. Он уже потерял самое ценное что у него было. А потом, на утро, найдут тело Драко. Его полностью поразили цветы. Прорастая на всей поверхности. На губах останутся пару лепестков этой гребанной ромашки и отражения имени Поттера.