Дочь Айзена или Противоположности притягиваются

Знаете, бывают такие ситуации, когда тебя обезоруживают новостью о том, что единственный дорогой тебе человек умер необъяснимой смертью. Первое, что приходит тебе в голову: «Враньё. Этого не может быть». Но когда тебе предъявляют неопровержимые доказательства обратного, тебе ничего не остаётся, кроме как поверить в этот кошмар и принять его. Смириться с ним и продолжать жить дальше. Но Джун не смирилась. Она до последнего не верила в то, что теперь у неё не осталось мотивации к жизни. Она жила лишь для того, чтобы вновь встретиться со своим отцом, она проделала такой долгий путь... и что, хотите сказать, всё это напрасно? Нет, ни за что. Джун никогда не умела проигрывать. И этот раз не стал исключением – она продолжала лелеять в груди слепую надежду на то, что её отец всё-таки жив, и что кто-то над ней просто жестоко пошутил. И сейчас она поняла, что была полностью права. - Папа?.. Ты.. Ты жив? Ты правда жив, да? – шептала девушка, не в силах успокоить трепещущее в груди сердце и не пытаясь остановить слёзы, безостановочным потоком хлынувшие из её глаз. Всё это было не зря. Её отец сейчас стоит перед ней, живой и здоровый. Она явственно ощущала тепло, исходящее от его руки, лежащей на её затылке. И чётко слышала его голос, уже позабытый спустя столько лет, но всё равно самый любимый и родной на свете. - Да, Джун, всё хорошо, - успокаивающе проговорил Айзен, тепло улыбаясь. – Я просто подстроил свою смерть. - Подстроил? – переспросила девушка, начиная понемногу успокаиваться. – Подожди, где мы? И кто это такой? – она указала взглядом на Заэль-Апорро, молча наблюдающего за сценой воссоединения отца и дочери. Пусть даже и не родных. Айзен оценивающе посмотрел на Джун, будто решая, удостаивать её ответом или нет. - Мы в Уэко Мундо. Счастливая улыбка моментально съехала с заплаканного лица девушки. - В смысле? – не поняла она, мгновенно посерьёзнев. – Что всё это значит? Какого чёрта мы делаем в царстве пустых? А это... – девушка перевела взгляд на учёного, так как насчёт него Соуске так и не ответил. – Это ведь арранкар, я правильно поняла? - Да, - кивнул Айзен, убрав руку с затылка дочери и перестав улыбаться. –Ты нужна мне для осуществления моего плана по захвату Общества душ, - увидев, как глаза Джун шокировано расширяются, он поспешил продолжить. – Я подстроил свою смерть для того, чтобы во время казни Кучики Рукии беспрепятственно захватить Хогьёку. Правда, мне немного помешали вторженцы, о которых ты наверняка слышала, но, в целом, первая часть моего плана прошла успешно. Всё, что ты увидишь здесь – творения моих рук. С их помощью я собираюсь воплотить свой план в реальность. Для этого я и забрал тебя из Общества душ. Я хочу, чтобы ты помогла мне. Джун, не веря своим ушам, уставилась на своего отца. Перед ней будто стоял абсолютно другой человек. Кусочки мозаики в голове постепенно начали складываться – внезапный уход Айзена из Руконгая, постоянные отказы в службе в Готее 13, имитация собственной смерти... - Ты... Ты всё это с самого начала задумал, правильно? – тихо спросила Джун, в очередной раз поморщившись от боли в голове. – И не ври мне. Я для тебя просто очередная пешка, да? Вот только я не понимаю, зачем тебе понадобилось захватывать Общество душ? Ты хоть понимаешь, что ты творишь?! – девушка резко дёрнулась, но крепкие ремни остановили её порыв, отчего Джун откинулась обратно на койку. Ненавистным взглядом посмотрев на ремни, она устремила его на сохраняющего полное спокойствие отца. – Для безопасности, да? Ну, конечно же. Вот только это была излишняя мера – я всё равно ничего не смогу тебе сделать – у тебя же Хогьёку, - ядовито усмехнулась она. Повертев головой, оглядывая помещение на наличие чего-нибудь вспомогательного, она почувствовала странное ощущение в области шеи. Прислушавшись к себе, брюнетка обнаружила, что её шея будто... продырявлена? Скосив взгляд вправо, ей удалось разглядеть побелевшие кончики волос и раздробленный край чего-то костяного. Внезапное осознание того, что с ней произошло, будто пронзило её молнией. Дыра в шее, костяная маска... - ЧТО ВЫ СДЕЛАЛИ СО МНОЙ?! – закричала она, в исступлении задёргавшись и заворочавшись на кушетке, пытаясь вырваться, но ремни крепко сковывали её тело. – Только выберусь отсюда – вам мало не покажется! – конечно, задней мыслью Джун осознавала, что против Хогьёку и целой армии арранкаров ей противопоставить нечего, но слова сами срывались с губ. От былой радости не осталось и следа. Джун поняла, что того Айзена, которого она знала, который нашёл её и приютил под своим крылом... Его никогда и не существовало. Всё это время им двигал лишь холодный расчёт. Всё это он спланировал ради своей дурацкой цели. Соуске равнодушным взглядом смотрел на свою разъярённую дочь около минуты, затем кивнул Гранцу и молча исчез из лаборатории. Учёный понял приказ господина и, изловчившись, ввёл девушке уже знакомый ей препарат. Через несколько секунд бесполезного сопротивления синеглазая, проклиная всё живое и неживое, провалилась в небытие. *** - Успокоилась? – первое, что услышала Джун, когда открыла глаза. В голове было как-то, на удивление, пусто, хотя она точно помнила, что была очень зла на своего отца. Прислушавшись к себе, девушка не ощутила вокруг своего тела тугих ремней, а под спиной было намного мягче, чем раньше. Да и обстановка в помещении сменилась. Оглядев комнату, брюнетка наткнулась взглядом на чей-то высокий силуэт, стоящий около кровати. Приглядевшись к нему, Джун смогла разглядеть чёрные растрёпанные волосы, абсолютно белую кожу – что крайне удивило девушку – и спокойный взгляд тёмно-зелёных глаз. Этакое чудо она видела впервые, поэтому на секунду замялась. - Ээ... – недоверчиво протянула она, но, разглядев у незнакомца в районе ключиц дыру пустого, тяжело вздохнула. – Да, успокоилась. Не успела она спросить, кто он такой и где она находится, таинственный арранкар представился сам: - Меня зовут Улькиорра Шиффер, я твой надсмотрщик, - сказал он своим монотонным голосом. – Вставай, мы отправляемся на собрание Эспады. - Стой, - остановила его брюнетка, на что он обернулся. – Сколько времени я... эээ... была без сознания? - Шесть часов, - ответил тот и вышел из комнаты ошарашенной девушки, закрыв дверь. Удаляющихся шагов Джун не услышала, а это значит, что её надсмотрщик соизволил её подождать. Быстро встав с кровати, девушка начала – ну, насколько могла – оглядывать себя. Бледная, почти белая кожа, от которой, казалось, исходит холод. Чёрные волосы, почему-то с белыми кончиками. Прикоснувшись руками к шее, девушка с тяжёлым вздохом нащупала там сквозную дыру. Так как зеркала в комнате, по всей видимости, не наблюдалось, брюнетка попыталась ощупать свою маску, а точнее, её остатки. Позже девушка заметила, что всё ещё одета в своё любимое синее кимоно. Оглядев комнату, она обнаружила на стуле белую одежду. Она состояла из белой кофты с высоким воротом и длинными рукавами, белых хакама и чёрных высоких сапог с металлическим плетением.С горем пополам одевшись, Джун вышла из комнаты в коридор, где её поджидал Улькиорра. - Следуй за мной, женщина, – произнёс Шиффер и направился прямо по коридору. Девушка покорно последовала за ним, беспрестанно оглядываясь по сторонам, но не из-за чувства опасности, а из природного любопытства. Вскоре однообразие этого, казалось, бесконечного коридора наскучило Джун, и она вперилась взглядом тёмно-синих глаз в спину своего надзирателя. Улькиорра молча шёл вперёд, засунув руки в карманы хакама. Было в нём что-то такое... загадочное, что ли? А Джун ну очень любила загадки, даже несмотря на свое очень щекотливое положение, когда ей даже шагу без чужого наблюдения ступить нельзя. Вспомнив, что было до того, как она снова отключилась в лаборатории того розоволосого очкарика, девушка нахмурилась. Как бы сильно она не жаждала встречи со своим отцом, она не собиралась принимать участие в этом беспределе. Конечно, после стольких лет разлуки она должна бы остаться здесь и сделать всё возможное, чтобы помочь Айзену. Девушка одёрнула сама себя – того отца, которого она помнила, никогда не существовало. С самого начала всё было ложью. И от этого невыносимого давящего в груди чувства обиды хотелось крушить всё на своём пути. Кроме того, если логически подумать, это он чуть не убил Хинамори в тот раз. А она ведь относилась к нему с особым трепетом, чуть ли не как к Богу. От этой мысли Джун скривилась, вспомнив, как сильно она переживала за подругу. Нет, нельзя всё так оставить. Она должна сбежать отсюда любой ценой. Хотя, чёрт подери, как она собирается это сделать? Такая прекрасная вещь, как Гарганта ей пока неподвластна, а без неё все мысли о побеге накрываются медным тазом. Значит, нужно тренироваться и понемногу развивать в себе способности чёртовых арранкаров. Одна лишь мысль о том, что она теперь принадлежит к числу этих ненасытных тварей, заставляла девушку скривиться от отвращения. Но, в конце концов, не просто же так Айзен решил пойти на это. И плевать, что с неё с этого момента не будут спускать глаз – не зря же к ней этого чёртового Шиффера приставили. Девушка снова уставилась на спину брюнета, надеясь прожечь её взглядом. Улькиорра же, хоть и чувствовал испепеляющий взгляд своей подопечной, не обращал на это ровно никакого внимания. Дойдя до пункта назначения, арранкар провёл девушку в зал, где уже присутствовала вся Эспада в полном составе. От такого количества незнакомых людей, от которых в любой момент можно ожидать какой-нибудь неожиданности, Джун невольно шагнула за спину своего надсмотрщика. - Дорогая моя Эспада, - начал Айзен. – Сегодня я наконец нашёл свою приёмную дочь. Благодаря прекрасным способностям Заэль-Апорро, - учёный на этих словах довольно ухмыльнулся, - мы смогли превратить её в арранкара. Отныне Джун Соуске, - услышав после своего имени фамилию отца, девушка вздрогнула и скривилась, – будет входить в состав Эспады, но как арранкар без номера. В зале собраний повисла тишина. Члены Эспады изучающее смотрели на девушку, отчего та ещё сильнее съёжилась и спряталась за спину Улькиорры, внутренне порадовавшись, что всё-таки не смогла пробурить в ней дыру своим взглядом. - Говорить-то умеешь? – подал голос Джагерджак, усмехнувшись. Услышав этот знакомый и наглый голос, который она уже успела возненавидеть всем сердцем, Джун выглянула из своего укрытия и злобно зыркнула на Сэксту Эспады. - Пошёл к чёрту, - прошипела она и села, по всей видимости, на своё место - единственное пустующее кресло между Гриммджоу и Зоммари. С обеих сторон от неё - арранкары, надсмотрщика - прямо напротив, да ещё и почти под носом у отца. Оценив своё положение, девушка горестно вздохнула и, скрестив руки, положила их на стол. По знаку Айзена все арранкары поочерёдно представились девушке, ей же оставалось только кивать головой. - Выпьем чаю, моя дорогая Эспада, – промолвил Айзен, взяв со стола стоящую перед ним белую чашку. Все остальные последовали его примеру. Все, кроме Джун, которая при одном лишь упоминании названия этого напитка скривилась от отвращения, заглянула в свою чашку и, убедившись, что там действительно чай, отодвинула злосчастный напиток подальше от себя, игнорируя удивлённые взгляды арранкаров. Девушка просто на дух не переносила чай, сколько себя помнила. - Итак... – начал свою речь Айзен, но Джун нарочно пропускала его слова мимо ушей, как и её сосед справа. И если брюнетка старалась изобразить на своём лице вселенское внимание, то Гриммджоу вообще не волновало ничего вокруг – он просто откинулся на высокую спинку своего стула и молча отхлёбывал ароматный напиток из своей кружки. Спустя примерно час, который показался Джун целой вечностью, Айзен закончил речь и очередное собрание. Джун мысленно поблагодарила всех богов, встала со стула и пошла в свою комнату, но, когда к ней снова прилепился Шиффер, о котором та уже успела благополучно забыть, девушка забрала назад все свои благодарности. Эта прогулка по нескончаемым коридорам Лас Ночес грозила быть такой же скучной и тихой, если бы Джун не наткнулась на Гриммджоу. Джагерджак стоял, прислонившись спиной к стене, засунув руки в карманы хакама и о чём-то сосредоточенно думая. Улькиорра прошёл мимо него, просто не замечая. Джун же не могла упустить такую возможность отомстить синеволосому, поэтому она остановилась рядом с Сэкстой Эспады, гаденько ухмыляясь. Джагерджаку и в голову не могло прийти, что же на этот раз выдумает эта чудная особа, поэтому он настороженно посмотрел на неё. Девушка вгляделась в его суровую физиономию и состроила задумчивую рожицу. Затем она неожиданно улыбнулась, отошла назад и, поучительно вздернув указательный палец вверх, громко выпалила: - Голубой кот! Гриммджоу ощутил, как верхнее веко снова нервно подёргивается. - Ч-чего?! – рявкнул оскорблённый Джагерджак. – Ты совсем страх потеряла, тупая баба?! С каждым словом арранкара ухмылка на губах Джун становилась всё шире. - Я долго придумывала тебе прозвище, и это самое подходящее! – нарочито по-детски воскликнула Джун, хлопая в ладоши. - Да, голубой кот? Гриммджоу окончательно рассвирепел. Да как посмела эта недошинигами издеваться над ним?! Плюнув на то, что с ним может сделать Айзен, арранкар уже хотел было вправить наглой девчонке мозги, если бы перед его взором не замаячил Улькиорра, вернувшийся на поиски своей потерявшейся подопечной. - Женщина, ты закончила? – спросил он у Джун. - Ага, – ответила она и подошла к Шифферу, посчитавшему это знаком к тому, что можно продолжать путь. – Пока, голубой кот! – напоследок ухмыльнулась она и, от греха подальше, выбежала перед Улькиоррой, чтобы «голубой кот» не достал её. Бодрой походкой прошагав пару десятков метров, Джун вдруг вспомнила слова Айзена, которые он говорил на собрании и которые она каким-то образом умудрилась запомнить. - Слушай, Улькиорра, - вкрадчиво начала синеглазая, перестроившись рядом со своим наздирателем, который лишь взглянул на неё. – Я слышала, две недели назад вы захватили в плен девушку из мира живых... – Джун попыталась было вспомнить её имя, но мозг настойчиво отказывался предъявлять своей хозяйке эту информацию. – Так вот, где находится её камера? - Зачем тебе это, женщина? – поинтересовался Улькиорра. Девушка хотела было ляпнуть «какая тебе разница, мужчина?», но вовремя прикусила язык, подавив смешок. Да, встреча с Гриммджоу определённо хорошо на неё повлияла. - Как зачем? – удивилась она. – Знакомиться, конечно! *** - Да как она смеет?! – рявкнул разъярённый Сэкста Эспады, ворвавшись в комнату Орихиме и громко хлопнув дверью. - Гриммджоу-кун, что-то случилось? – спросила растерянная пленница, чуть не подавившись пончиком. - Забей, - прорычал Гриммджоу и присел на диван, сердито сопя. Девушка, уже успевшая привыкнуть к подобным сценам, присела рядом с ним. В эту же секунду дверь в комнату распахнулась с такой силой, будто её выбили ногой - а так, собственно, и было, - а затем в камеру пленницы влетело черноволосое нечто. - ПРИВЕЕЕТ, СО... – воскликнуло это нечто, именуемое Джун, но тут её взгляд упал на окончательно рассвирепевшего Джагерджака, который был готов в любую секунду порвать её в клочья, - ...седка... Гриммджоу в ту же секунду сорвался с места с твердым намерением придушить девицу, но та вовремя среагировала и отошла в сторону. Таким образом, Гриммджоу очень удачно вылетел через дверной проём в коридор и со всей дури врезался в стену. Рыча от ярости, он снова ввалился в комнату Орихиме, где его уже поджидала развеселившаяся Джун, что ещё сильнее взбесило его. - Я тебя сейчас придушу! – рявкнул Сэкста и попытался схватить девушку, но она ловко увернулась и, заливисто хохоча, стала бегать от него по комнате. Джагерджак – за ней. Вот так они и носились по комнате пленницы около десяти минут. Шокированная Орихиме следила за ними, затаив дыхание и не понимая, что происходит и кто эта черноволосая девушка. Улькиорра стоял у стены и молча наблюдал за этой сценой. Он не предпринимал никаких попыток остановить разбуянившегося Гриммджоу, так как понимал, что Джагерджак не глупый и не рискнёт кидаться на дочь господина с кулаками. Шиффер лишь настороженно следил взглядом за своей подопечной, успевающей во время бега громко и заливисто смеяться. Улькиорра уже не помнил, когда в последний раз слышал чей-то настолько чистый и весёлый смех. Здесь, в царстве пустых, всегда царит мёртвая тишина. Смех этой странной женщины завораживал Шиффера, невольно заставляя всплыть в памяти те уже давно забытые моменты, когда он ещё был человеком. Моргнув, прогоняя ненужные воспоминания, Кватра продолжил следить за метающимися из угла в угол арранкарами. Наконец-то набегавшись, запыхавшиеся Лас Ночесские спринтеры завалились на диван: Джун с левой стороны от Орихиме, а Гриммджоу – с правой. - Эй, мелюзга! Быстро же ты сдалась! – усмехнулся голубоглазый, пытаясь отдышаться, уперевшись локтями в колени. - Это кто еще первый сдался, – выдохнула брюнетка в ответ, переводя дыхание, откинувшись на спинку дивана. - Что ты сказала?! – начал было Гриммджоу, но договорить ему не дала Иноуэ. - Так ты... Вы моя соседка? – решилась, наконец, спросить рыжая. - Ага, - весело кивнула синеглазая. – Меня зовут Джун, и мне очень приятно видеть в этой пустыне ещё одну адекватную особь женского пола. Можно на "ты", кстати. - Орихиме Иноуэ, приятно познакомиться, - пролепетала пленница. На первый взгляд, эта девушка кажется вполне нормальной, но... Сквозная дыра в шее и остатки маски на правой стороне лица напоминали Орихиме о том, куда она попала и что здесь доверять нельзя никому. Если бы она только знала, что приключилось с её соседкой и что она тоже в некотором роде пленница Уэко Мундо. Но Иноуэ этого знать не могла, поэтому, несмотря на вежливый тон, настороженно следила за запыхавшейся Джун. - Ещё одну адекватную? – переспросил Гриммджоу. – Я вот только одну адекватную женщину знаю, - оскалился он и по-хозяйски притянул свою подопечную к себе, обняв её за плечо. Орихиме тихо пискнула, испуганно съёжившись. - Да иди ты знаешь куда? – усмехнулась черноволосая, отвесив Джагерджаку смачный подзатыльник. - Женщина, я думаю, ты теперь знаешь где твоя комната, - произнёс до этого молчавший Улькиорра. – Я ухожу, - с этими словами Кватра скрылся за дверью. Джун проводила его недоумённым взглядом и несколько обиженно буркнула: - Ну и вали. - Мне, пожалуй, тоже следует проветриться, - хмыкнул Гриммджоу и, применив сонидо, исчез из комнаты, подняв лёгкий ветерок. - Сейчас бы чего-нибудь сладенького, - тихо сказала Орихиме и обречённо вздохнула. Те пончики, которые ей принёс Гриммджоу, она уже успела съесть, поэтому сейчас во всём Уэко Мундо не было ни единой конфетки. А сладкого хотелось сильно. Решив, что Джун, всё-таки, можно доверять, Орихиме безбоязненно сообщила ей эту прискорбную новость. - И не говори, - вздохнула в ответ арранкар. – А хотя, в чём проблема? У тебя Гриммджоу надсмотрщик? – уточнила черноволосая, мгновенно оживившись. - Да. - Мда-а... С ним-то мы сладостей наедимся, - раздосадовано протянула Джун. Орихиме хотела было убедить её в обратном, но не успела. – Тогда жди тут, я сейчас! – воскликнула брюнетка и быстро выбежала из комнаты своей соседки. Прошло уже довольно много времени – точно Орихиме сказать не могла, ибо часов в царстве пустых не наблюдалось, - а Джун всё не приходила. «Наверное, у неё срочные дела? Да», - подумала Иноуэ. В комнате было уже темно, лишь из решётчатого окна лился яркий свет луны. Дверь в комнату девушки открылась и впустила к пленнице какой-то силуэт. Орихиме ничего не слышала, так как она уже начала понемногу засыпать. Но тут что-то упало рядом с ней на диван, издав при этом громкий шуршащий звук. Испугавшись, девушка распахнула глаза. Сбоку от неё лежал маленький пакетик, в котором Орихиме обнаружила кучу всяких сладостей. Рыжеволосая начала вертеться на месте, чтобы отыскать того, кто преподнес ей эту маленькую радость. Из-за этого Иноуэ с размаху врезалась во что-то локтём. - Рыжая, не буянь! – прошипел знакомый голос над ухом пленницы, отчего та вздрогнула. - Гриммджоу? – пролепетала она, сжав пакетик в руках и прижав его к груди, будто Джагерджак пытался отобрать его. – Прости... те, а что Вы здесь делаете? – спросила она, незаметно для самой себя называя своего надсмотрщика на «вы», как обычно случалось, когда Орихиме была чем-то сильно напугана или взволнована. - А как ты думаешь, кто тебе принёс этот пакет? - Вы..? - Не выкай. Не люблю. - Х-хорошо... спасибо. *** - Итак, мы возьмём вот это, это... это, и ещё, наверное, вот это! – деловито приговаривала Джун, шагая между прилавками в продуктовом магазине Каракуры и толкая перед собой тележку, полную всяких сладостей – конфет, шоколадок, печенья, пончиков, пирожных и других прелестей жизни. Рядом с ней, внимательно следя за тем, чтобы брюнетка не сбежала, воспользовавшись ситуацией, плёлся Улькиорра. - Женщина, куда тебе столько этого мусора? – спросил Шиффер, откровенно недоумевая, зачем его подопечной понадобилось столько этих блестящих и шуршащих вещей. - Как куда? Буду пить чай с Орихиме, - бросая в тележку с продуктами всё, что попадётся, ответила она. Арранкарам очень повезло, что в этот день в городе стояла смертельная жара, поэтому никто из нормальных людей не шастал в такую погоду по магазинам, иначе разъезжающая по магазину и самонаполняющаяся тележка вызвала бы много недоумения. Набрав полную тележку всякого «мусора», они прибыли обратно в Лас Ночес и направились в комнату Орихиме. Точнее, направилась Джун, катившая перед собой тележку и напевающая какую-то песенку, а Улькиорра просто молча шёл за ней. *** Орихиме принялась развязывать пакетик, который, как назло, упорно не хотел поддаваться ловким пальцам девушки и очень сильно шуршал на всю комнату, чем начал вызывать у сидящего рядом Гриммджоу нервный тик. - Давай развяжу, - прошипел он, не выдержав. - Я с-сама, - уверенно ответила девушка. Гриммджоу вцепился в пакет и попытался отобрать его у Иноуэ, а та, в свою очередь, мысленно поражаясь своему бесстрашию, тянула его на себя. - Давай сюда! – чуть повысил голос Сэкста. Орихиме испуганно вздрогнула, но пакет не отпустила. Гриммджоу это надоело, поэтому он резко дёрнул пакетик на себя. Орихиме, не удержав равновесия и тихонько ахнув, выпустила пакет и упала прямо на колени Джагерджака, густо покраснев. Синеволосый оскалился и поднял голову девушки за подбородок, склонившись к самому её лицу. - Ты с огнём играешь, рыжая, – прошептал он, опаляя своим дыханием её губы. Довольно наблюдая за реакцией пленницы, он провёл свободной рукой по её рыжим волосам, заправляя непослушную прядку за ухо. Эти огненные волосы манили Гриммджоу неведомой силой. В её тусклой и серой комнате они являются единственным ярким пятном. И в его тусклой и серой жизни тоже. Но Сэкста Эспады ни в коем случае не желал признавать то, что было в этой рыжей пленнице что-то... От мыслей Джагержака отвлёк громкий звук распахнувшейся двери, после чего в комнату Орихиме въехала какая-то тележка, в которой, на куче конфет, восседал его самый страшный кошмар. Иноуэ резко отпрянула от своего смотрителя, как чёрт от ладана, пытаясь спрятать пылающие щёки в волосах. - Надеюсь, ты ещё не спишь? – бодро, несмотря на поздний час, поинтересовался кошмар в лице черноволосой Джун. Орихиме удивлённо захлопала глазами. - Н-нет. - Это хорошо, сейчас будем чай пить! – воскликнула арранкар, спрыгнув с тележки и деловито вкатив её вглубь комнаты. - Ну, то есть, ты будешь пить чай, а я просто наемся конфет. - А... может, лучше завтра? – попыталась Орихиме тактично выпроводить соседку, при этом сладко и протяжно зевнув, прикрыв рот ладошкой. Но синеглазая на удивление быстро согласилась. - Ну, хорошо, я... – начала было она, но договорить ей не дал Гриммджоу, со скоростью сонидо вылетевший из комнаты, отчего чёрные волосы девушки взметнулись вверх. - Ну вот, голубой кот обиделся, - притворно расстроилась Джун, но в следующую секунду снова дружелюбно улыбнулась. – Я тогда это у тебя оставлю, хорошо? - показывая взглядом на тележку, поинтересовалась она у хозяйки комнаты. - Хорошо, - кивнула Иноуэ. – До завтра, Джун-тян. - Ага, спокойной ночи, – кивнула брюнетка, вышла из комнаты и, подхватив Улькиорру, направилась в сторону своей комнаты. Удостоверившись, что женщина легла спать, Улькиорра вышел из её комнаты и направился в свою. *** - Женщина, - услышала Джун и обернулась за звук знакомого голоса. В дверях её комнаты стоял зеленоглазый арранкар. Не понимая, что Шифферу могло от неё понадобиться, девушка удивлённо на него посмотрела. - Что, Улькиорра? – спросила она каким-то на удивление усталым голосом и развернулась к Кватре лицом. Взгляды спокойных изумрудных и любопытных, цвета индиго, глаз встретились. После нескольких секунд обоюдного молчания, Улькиорра, не разрывая зрительного контакта, подошёл к своей подопечной, аккуратно подцепил пальцами острый подбородок и прикоснулся своими губами к её. Джун широко распахнула тёмно-синие глаза, боясь пошевелиться. Она не понимала, что происходит и что вообще нашло на её холодного надсмотрщика, и даже попыталась было оттолкнуть его. Но руки, не слушаясь свою хозяйку, сами легли на худые плечи арранкара. Прикрыв глаза, девушка решила всё-таки ответить на поцелуй. В этот момент у неё из головы в один миг вылетело всё, что тяготило её – мнимая смерть Айзена, отказы на вступление в Готей, бесчеловечный план её отца... Всё это казалось сейчас таким неважным, и Джун просто не понимала, как она вообще могла беспокоиться о таких мелочах? Но эта эйфория длилась ровно до того момента, как Улькиорра разорвал этот внезапный поцелуй. - Я... *** Арранкар не договорил, потому что сон закончился и Джун резко проснулась. Распахнув глаза, она медленно приняла сидячее положение и несколько минут смотрела невидящим взором в одну точку. «Что за хрень мне приснилась, чёрт подери?!» - крутилась в голове единственная мысль. Пара минут ушла на то, чтобы девушка осознала, что это был всего лишь сон - но зато какой реальный! - после чего она снова легла на свою кровать, откровенно недоумевая, с какой радости ей вообще приснился такой бред. Ещё немного поворочавшись, Джун снова погрузилась в царство Морфея. *** - Женщина. Женщина, просыпайся, – разбудил девушку голос арранкара. Джун медленно открыла глаза и узрела прямо над собой бесстрастное лицо Шиффера. В голове моментально всплыл сон, разбудивший её посреди ночи, поэтому девушка резко вжалась в кровать. - Никогда... так... не делай, - пробормотала она, оправившись от мимолётного шока и медленно встав с кровати. - Женщина, вставай. Скоро пойдём на собрание, - оповестил свою подопечную Улькиорра, не обратив внимания на её слова, и вышел в коридор. Джун крепко и протяжно зевнула, оделась, привела в порядок свою растрёпанную шевелюру и вышла из комнаты, после чего арранкары направились по уже известному девушке маршруту. Тихо зайдя в зал собраний, Джун села на своё место. Зацепившись взглядом за ненавистную чашку, она демонстративно отодвинула её подальше от себя. Через пару минут в зал вошёл виновник торжества - Айзен, в сопровождении Гина и Тоусена. - Приветствую вас, дорогая Эспада, - поприветствовал арранкаров Соуске, опустившись на своё место. Брюнетка лишь смерила его недовольным взглядом и отвернулась. - Джун, сегодня я бы хотел поговорить о тебе, - начал Айзен, отчего девушку передёрнуло. Таким тоном обычно разговаривают с детьми, когда хотят поговорить об их успеваемости в школе. Когда Джун умерла в мире людей, ей было около десяти лет - точно она не помнила, - поэтому она на собственной шкуре успела почувствовать все прелести жизни типичного школьника. Не понимая, с чего вдруг Айзену приспичило поговорить о ней, девушка вопросительно вскинула бровь. - Насколько я знаю, из-за того, что тебя не принимали в Готей 13, ты достаточно хорошо натренировала свои навыки... - Подожди, - перебила его синеглазая, медленно осознавая суть его слов. - Хочешь сказать, ты и это предусмотрел? - Я специально подстроил это, - терпеливо пояснил Соуске. - Использовал подставных людей, которым отдал приказ не пропускать тебя в Готей ни под каким предлогом, даже если ты подходишь для службы. А принимая во внимание твою упёртость, я предсказывал, что ты будешь усиленно тренироваться и станешь достаточно сильной, чтобы я мог, наконец, забрать тебя. "Чёрт, он всё продумал", - пронеслось в голове девушки, но она, решив уже ничему не удивляться, лишь усмехнулась: - Достаточно сильной? - переспросила она. - В моём арсенале есть только немного техник кидо. Я даже занпакто не успела получить! - Не забывай, что теперь ты - арранкар, - строго ответил Соуске, на что девушке захотелось хлопнуть себя по лбу - она совсем забыла об этой новенькой особенности её организма. - А это значит, что все способности арранкаров подвластны тебе, но, так как до этого ты была обычной душой, тебе нужно развить их в себе самостоятельно. А занпакто ты ещё успеешь получить. Ты ведь знаешь об особенности духовного меча арранкаров? - Знаю, - буркнула Джун. Не зря же она всё-таки боролась со своим желанием заснуть на лекциях в Академии. - Но, в таком случае, мне нужен учитель, правильно? - Нет, неправильно, - покачал головой Айзен и, поймав на себе удивлённый взгляд дочери, поспешил продолжить. - Ты должна будешь сама развить в себе эти способности. Твой надсмотрщик может лишь поддтолкнуть тебя в правильном направлении, а дальше действуй сама. Кинув короткий взгляд на Улькиорру, которому невольно пришлось принять на себя роль учителя, Джун вздохнула, поняв, что выбора-то у неё особого и нет, и кивнула: - Хорошо. Следующие полчаса Айзен говорил о своих дальнейших планах и о том, как арранкары могут ему в этих планах помочь. Девушка слушала отца лишь краем уха, все её мысли были сосредоточены на том, каким способом она будет развивать свои способности. Ладно, с техниками арранкаров ей подсобит Улькиорра, а вот как быть с занпакто? "Не волнуйся", - раздался вдруг у девушки в голове чей-то женский голос, отчего она вздрогнула. - "Настанет время, когда мы встретимся с тобой." Джун удивлённо, но не привлекая излишнего внимания, заозиралась по сторонам, не понимая, чей голос она только что слышала. Во всём зале собраний единственной представительницей прекрасного пола помимо неё являлась только Харрибел, но ей на дочь господина было откровенно начхать. Поймав на себе взгляд изумрудных глаз, девушка посмотрела на их обладателя и еле заметно покачала головой, показывая, что всё в порядке. Больше таинственный голос не показывался, поэтому синеглазая откровенно скучала. Еле дождавшись конца собрания, девушка вылетела из зала и хотела было направиться в свою комнату, чтобы всё обдумать, но не успела, так как в её локоть кто-то нагло вцепился. Посмотрев на нахала, Джун узрела перед собой Улькиорру. - Ты чего? – поинтересовалась она, но вместо ответа Шиффер потащил её куда-то. – Улькиорра, что ты делаешь?! - Веду тебя на полигон, - бесстрастно ответил арранкар, не обращая внимания на жалкие попытки сопротивления своей подопечной. - В смысле на полигон? Подожди, прямо сейчас что ли? – возмутилась было девушка, но Куатро, не реагируя на её слова, продолжал тащить её в неизвестном направлении. Смирившись со своим безвыходным положением, Джун поплелась за своим надзирателем, выдернув руку из его стальной хватки. В конце коридора оказался тупик. Улькиорра подошёл к стене и выпустил немного реацу, после чего стена с грохотом отодвинулась в сторону и явила арранкарам бессчётное множество каменных ступенек витой лестницы, ведущей куда-то в темноту. - Этот проход реагирует только на реацу арранкаров? – уточнила Джун, с опаской пытаясь разглядеть во мраке конец лестницы. - Не совсем, - ответил Шиффер, подойдя к своей подопечной, чтобы та ненароком не свалилась вниз. – Он реагирует только на реакцию арранкаров Эспады. - То есть, без твоего сопровождения мне сюда не попасть? – усмехнулась девушка. Вместо ответа Улькиорра подхватил брюнетку на руки и, применив сонидо, в следующую же секунду оказался в конце лестницы. Джун даже вскрикнуть не успела – вот она стоит в начале спуска, потом её резко подхватывают – и вот она уже в самом конце. «Всё-таки, сонидо – хорошая вещь», - подумала она, когда Шиффер поставил её на ноги. Снова выпустив реацу, он открыл ещё один проход, за которым оказалась огромных размеров комната цилиндрической формы, в которой не было ничего, кроме кучи вмятин в потолке, в полу и в стенах. - Ого, - только и смогла выдавить из себя Джун. Арранкары вышли на середину комнаты и встали друг напротив друга. - Начнём, - произнёс Улькиорра, чей голос отдался эхом от каменных стен полигона. Девушка лишь нервно сглотнула – эта тренировка обещала быть интересной...