Тайная правда.

10:02. POV Клаус. - Я кажется тебя люблю. - ее голос какой-то отдаленный, будто она говорит это самой себе. Что она сказала? Любит? Кажется? Она сошла с ума. Резко встаю и слышу то, как она ударяется об мраморный пол. Ничего, не сломается, вампир же. - Не надо, Кэролайн. - я боюсь за нее, я боюсь за себя. Выхожу из комнаты, позволяя ей остаться одной и разнести мою библиотеку, уже в который раз. Она наверное думает, что я трус. Я действительно трус, но боюсь я не своих чувств, а то как они повлияют на нее, на мою маленькую девочку, которая становится все взрослее, все женственнее с каждым днем. Я не из тех, кто сможет остановиться, если начал; не из тех, кто отпустит, если завладел, а она не из тех, кто подчинится полностью, позволив завладеть собой целиком; не из тех, кто сможет разделить со мной вечность, да и в целом таких людей нет и не будет. Слышу как она рвет картины и лишь ухмыляюсь, вспоминая, что она сделала с теми картинами, что висели там до этих. Она импульсивна, но не агрессивна. Она неуклюжа, но в то же время грациозна. Она не опытна, но и не глупа. Она не знает многого, но знает то, чего должно быть не знаю я. Она издевалась надо мной столько, сколько надо мной не издевались, должно быть, за все века, что я прожил. Она заставила меня ощутить такую гамму чувств, какая была чужда мне. Я поражался ее стойкости, тому, как она идет вперед не сдаваясь. Но не тут то было. Она сдалась. Там, на холодном мраморе библиотеки, лежа у меня на груди и шепча те заветные слова, что лезвием прошлись по моему сердцу. "Я кажется тебя люблю" Дура. Глупая. Безумная. Слабая. Слышу ее приближающиеся шаги. Что ей снова надо? Хотя, она наверное идет к себе в комнату, которая находится слева от моей. Не в ее стиле это выяснять отношения до конца, она предпочитает копить все в себе, а потом медленно гадить своей обидой мою жизнь. Как же я зол на нее. - Это из-за нее, да? - она вламывается в мою комнату с раскрасневшими, то ли от слез, то ли от гнева, глазами. - Выйди. - мой голос груб, да и сам я зол и меня уже приводит в ярость ее наглость. - Это из-за нее ты так вырываешься и уходишь, когда я наконец открываюсь тебе? - Что? - я прекрасно понимаю о чем она, так же, как и прекрасно знаю, что она все слышала в ту ночь, в поместье Сандры. Меня всегда раздражало то, как она шаркает ногами дома и я мог услышать ее шарканье из любого конца дома, та ночь не была исключением. Вот только я думал, что она спустится к нам, но она остановилась и стала жадно вслушиваться в каждое слово. Любопытная дурочка. - Это из-за Амелии? - она нарочно произносит ее имя неправильно. - Амели. - поправляю ее я как можно равнодушнее. - Амели. - поправляет она себя. Она бы сказала, что ей наплевать на ее имя, но мы оба знаем, что это не так. Она волнует ее как никто другой. Еще бы, она ведь думает, что эта женщина заставила меня испытать ничто иное, как любовь. - Кэролайн, выйди. - я требую этого, потому что сейчас действительно не выношу ее присутствия рядом. - Расскажи мне о ней. - она требует этого так же, как и я ее ухода. - Нет. - И еще расскажи мне о том заклинании! - она кричит, меня это выводит еще больше. Какое она имеет право требовать что-либо у меня, будучи лишь какой-то смазливой девчонкой? "Полное. Полное право." - спокойно отвечает разум. - Выйди из моей комнаты! - я ослушался разума. - Живо! - Это желание. - неуверенно говорит она, сминая в руках футболку. Как умно. Я проигрываю в любом случае: либо говорю и она узнает всю правду, либо отказываюсь и нарушаю обещание. Какая же ты хитрая, девочка моя. Мои губы трогает легкая улыбка, отчего лицо ее становится несколько расслабленнее. - Очень хорошо. Но ты просишь слишком многого, ты ведь знаешь? - Знаю. - кивает она. - Знаешь, - сжимаю я губы и обходя ее, направляюсь к бутылке виски, что стоит на столе, уверенно наливаю два полных стакана и протягивая ей один, возглашаю свое условие: - Каждый ответ на твой вопрос ценой ответа на любой мой. Ее глаза мгновенно разбегаются по комнате, а на лице виднеется растерянность. Вот этого я не ожидал. - Тебе есть что скрывать, любовь моя? - победно улыбаюсь я, предвкушая долгую ночь. Теперь я уж точно не потерплю отказа от своего условия, раз малышке есть, что скрывать. - Нет. - она старается ответить как можно увереннее, но что-то слабо получается. - Я согласна. - кивает она и берет в руки стакан виски. Сделав небольшой глоток, я сажусь на диван и указываю ей на место рядом. Она демонстративно садится на персидский ковер по-турецкий и делает существенный глоток алкоголя, почти наполовину осушив стакан. Я ухмыляюсь ее таким детским действиям и сажусь около нее. - Кто такая Амели? - задает она свой первый вопрос, поставив свой стакан на ковер. - Моя бывшая. - отвечаю я, ожидая именно этот вопрос. Она слабо кивает, затем махает рукой, указывая мне на то, что мой черед. - Что было между тобой и Деймоном? - я знаю ответ, но мне важно услышать это от нее. - Секс. Только секс. - она будто ожидала этот вопрос так же, как и я ее предыдущий. - Хорошо. - киваю я. - Задавай. - Ты ее любил? - Нет. - я говорю чистой воды правду, но что-то мне подсказывает, что она не верит мне. - Я никогда никого не любил. - добавляю я, в попытке развеять ее сомнения. - Как же все запущенно. - шепчет она, опускаясь спиной на ковер. - Твой вопрос. - Тот парень, о котором ты говорила в Испании, якобы твой жених, он же существует? - Да. - я знал. Та боль, что читалась в ее глазах, когда она говорила о нем, была не из тех, которую можно подделать. - Но, тогда значит, что... - не успеваю я задать свой вопрос, как она перебивает меня жестом. - Моя очередь. - строго отвечает она. - Расскажи мне о ней. Опиши ее. - Она была юная, почти как ты, чуть старше. - Не сравнивай нас! - раздраженно бросает она, тем самым вызывая у меня волну смеха, которую я еле подавляю. - Длинные каштановые волосы, миндалевидные карие глаза, в которых можно было утонуть, осиная талия, идеальное тело. Красивая, изящная. Она была как дикий зверь, хищник. Умная, ловкая, прозорливая. Я ее обратил и научил жить среди таких как мы, научил всему, что умел. Я был ее наставником, ее опорой, ее семьей, ее любовником. В каждом ее жесте, в каждом ее движении я видел себя, она подражала мне, она хотела быть как я. Она была моей юной копией. Потрясающей копией. - вздыхаю я, впадая во воспоминания. Я чувствую как Кэролайн напряженно слушает и вникает в каждое слово, стараясь нарисовать перед собой ее истинный портрет. - Какое обещание ты ей дал? - Мой черед. - слащаво улыбаюсь я, напоминая ей ее же фразу. - Что было между тобой и твоим... женихом? - не знаю почему, но мне противно называть его так. - Мы с ним встречались с пятнадцати лет, с девятого класса, как раз после смерти отца. Он обещал мне все, что только мог, а я слепо верила ему, так как хотела верить. Мне было необходимо сильное мужское плечо и почему-то я предположила, что он и есть то самое плечо. Но в один день... - запнулась она. - На следующий день после моего дня рождения, я узнала, что он переспал с моей лучшей подругой. С Бонни Беннет. С тех пор я не верю ни в любовь, ни в дружбу. - она грустно усмехается, затем резко вскакивает с места и заглядывает мне в глаза. - Знаешь, в чем вся ирония? Ты был мне и другом, и любимым. Но сегодня ты разрушил мою веру. - она сузила глаза. - Еще один. - брезгливо бросила она, снова откинувшись на спину. Как же ей было больно. Как же ей больно сейчас. Я дурак. Я глупый. Я безумный. Какой же я слабый, и какая же она сильная, что после всего этого она так спокойно слушает то, как я брызжу слюнями о другой женщине. - Какое обещание ты ей дал? - она повторяет свой вопрос. - Я обещал ей, что никогда никого не полюблю; обещал, что никогда не разделю крышу ни с одной женщиной; обещал, что позабочусь о ее ребенке; обещал, что Элайджа будет жив. - я говорю ей всю правду, даже ту, что не касается ее. Я исполняю ее желание: только правда. - Задавай. - шепчет она, а я физически чувствую то, как интерес рвет ее изнутри. - Кто тот парень? - Метт. - холодок пробегает по моей коже. Она видела его почти каждый Божий день в школе, в баре, в кампании друзей. Думаю, это была ее мечта, чтобы он уехал куда-нибудь в Барселону и лишь изредка писал ей в социальных сетях. - Какой ребенок? - задает она вопрос, прерывая мои размышления. - Ее ребенок. Он был плодом изнасилования каким-то графом, который, как ты уже догадалась, был жестоко убит чуть позже. Ее дочь звали Лилиана и она была потрясающе красивой девочкой. По ее просьбе я ее не обратил и она не была обращена до самой смерти; она прожила долгую человеческую жизнь, оставив за собой потомство, за которым в дальнейшем следил Элайджа. Я так полагаю, что последний из ее рода - двойник. - Елена? - она удивлена. - Да. - Все так запутанно. - выдыхает она. - Твой вопрос. - За что ты полюбила меня? - Мне с тобой хорошо. Да и вообще, я же сказала, что мне кажется. А теперь мне кажется, что мне лишь показалось. - ее игра слов меня раздражает, но я лишь улыбаюсь и говорю: - Теперь ты. - Что было между ней и Элайджей? - Он был влюблен в нее. Беспамятно. А она в меня. Вот такой вот у нас вышел милый треугольник. - улыбнулся я воспоминаниям. - Но потом это стало неважно. Она умерла от рук нашего отца, который почуял, что эта особа что-то значит для нас. - я не стал говорить Кэролайн, что возможно именно это ее и ждет, если я откроюсь ей, пускай думает, что я конченный урод. Так легче. - А ты любил лишь себя. - она отпила янтарной жидкости. - А я не любил никого. - повторил я за ней и сделал глоток виски. - Что ты испытываешь к Элайдже? - Он мне как старший брат. Я чувствую себя защищенной, когда он просто говорит со мной по телефону. На самом деле, я думала он тот самый, которого я ждала все восемнадцать лет: красивый, умный, надежный. Но потом явился его импульсивный, ненормальный, безумный брат и испортил всю сказку. - усмехнулась она. - Я тоже в начале имел виды на твою милую подругу. - Ты можешь и на нее переключится, ты то не влюблен. - огорченно шепнула она. - Все-таки ты влюблена? - я растянулся в улыбке. - Нет. Я... - вот она и попалась. - Я хочу сказать, я поняла, что Эл это не мое. А твоя тема женщин еще не раскрыта. - С чего бы это? Я ведь женат. - обиженно произношу я, на что она искренне улыбается, уставившись в потолок. - Клаус, - ласково зовет она меня. - Да, милая? - Что за заклинание? - строго спрашивает она, снова издевается надо мной. Безумная. - "Прежней жизни". Общими усилиями мы с Элайджей заставили одну сильную ведьму прочесть его. Оно позволяет вампиру быть вампиром лишь физически, то есть у тебя нет тяги к крови, к убийству и так далее, есть лишь потребность. Ты пьешь кровь, когда это жизненно необходимо, а в другом случае в этом нет нужды. - А я думала, что дело в моих диетах. - разочарованно дует она губки. - Кэролайн, - я нависаю над ней, расставляя руки над ее плечами. - Я тебя люблю. - она говорит это громко и отчетливо. - И мне наплевать, если ты не умеешь любить, если тебе не нравится это, если ты не хочешь быть рядом, если тебе... - я накрываю ее губы своими, останавливая тот бред, который она несет.