Mercury and Theodore (Меркьюри и Теодор)

Однажды Кроули входит в книжный магазин с Меркьюри на руках. — Ангел! — зовёт он. — Кроули! — радостно звучит голос Азирафеля. — Какой прекрасный сюрприз! Меркьюри с тобой? Он усмехается. — Конечно. Я бы легко не отделался, если бы пришел один… Азирафель, сияя, появляется из задней части магазина. — Привет, дорогая, — обращается он к Меркьюри. Он подходит ближе к Кроули, берёт утенка из его рук и гладит её, едва взглянув на Кроули. — Как ты, милая малышка? Пи! Пи! Пи! Меркьюри довольно взмахивает хвостом. Кроули смотрит на них обоих. — Я тоже рад тебя видеть… — бормочет он, отходя к стопкам книг. Кроули знает, что ведёт себя немного драматично и ревниво, но он — демон. Такого рода вещи ожидаемы, разве не так? — Ох, Кроули… — раздаются ему вслед шаги Азирафеля — Вернись, мой дорогой, прости меня. Но Кроули останавливается перед столом Азирафеля. Сверху вороха бумаги сидит… мышь. Она устроилась в настоящем гнезде из обрывков бумаги, откусывая кусочек от чего-то, что, судя по виду, когда-то могло быть блинчиком. — Эмм… — такой была реакция Кроули. — Что такое? — спрашивает Азирафель, подходя, чтобы встать рядом с ним. — Ах, я вижу, ты познакомился с Теодором! Кроули приподнимает бровь. — Теодором? При звуке этого имени мышка вскакивает и издает мягкий свистящий звук. Меркьюри застывает в ответ, сидя в объятиях Азирафеля, а её блестящие глазки в упор смотрят на мышь. Она подозрительно пищит, наклонив голову. В свою очередь, Теодор смотрит в ответ, подрагивая и шурша. — Почему, — спрашивает Кроули, чувствуя, что произошла абсурдная смена ролей с того момента, как Азирафель обнаружил Меркьюри, — у тебя мышь в качестве соседа по квартире? Азирафель поджимает губы, вызывающе приподнимая подбородок. — Да будет тебе известно, он пришёл сюда в поисках убежища. Я навряд ли мог его выгнать, он такой вежливый гость. Теодор принюхивается в направлении Меркьюри, чего Кроули просто не может вынести. Он забирает утёнка у Азирафеля, прижимая её к своей груди в защитном жесте. — Тебе не приходило в голову, что на этот книжный магазин уже заявили права? — спрашивает Кроули. — Я не понимаю, почему они не могут сосуществовать! — возражает Азирафель. — В конце концов, мы же с тобой можем. — Да, но мы встречаемся. Это другое. Азирафель раздражённо качает головой и вытаскивает Теодора из гнезда. — Что ж, просто посмотрим, кто из нас прав. Он подводит Кроули к свободному участку пола и становится на колени. Теодор выскакивает из его рук на ковёр, но отступает обратно к ангелу, когда Кроули тоже опускается вниз. Тем временем Меркьюри извивается в руках Кроули, и поэтому он её отпускает. Она плюхается на пол с гораздо меньшей грацией, чем мышь, но быстро выпрямляется. В тот же миг они с Теодором скептически глазеют друг на друга. Кроули с опаской наблюдает. На самом деле он понятия не имеет, как Меркьюри отреагирует на этого чужака. — Давай же, Теодор, — уговаривает Азирафель. — Познакомься со своим новым другом, Меркьюри. Теодор выходит вперёд и принюхивается к Меркьюри, которая тут же издает пронзительный писк, предупреждающе взмахивая крохотными крыльями. Теодор в ужасе свиристит и бросается прочь. А Меркьюри следует прямо за ним в победоносной погоне. — Ох, дорогой, — беспокоится Азирафель. Кроули ухмыляется. — Ну, а чего ты ждёшь от демонической водоплавающей птицы? *** Через час Кроули порядком наскучило это шоу. В конце концов, как много раз кто-то сможет наблюдать за тем, как утёнок гоняет мышь посреди книжных полок, прежде чем это зрелище станет немного однообразным. Он встаёт и начинает бродить в поисках Азирафеля, который ушёл вскоре после того, как началась эта погоня. — Гусь, не терроризируй его слишком сильно, — бормочет он в сторону Меркьюри, уходя. — Азирафель не будет этому рад. Неудивительно, что Азирафель устроился на диване с чашкой чая и книгой. Однако на его лбу залегла морщинка, которая, кажется, становилась глубже всякий раз, когда одно из животных издавало шум. Кроули чувствует укол вины, который быстро подавляет. Он, крадучись, приближается к дивану и кладёт голову Азирафелю на колени. — Привет, Ангел. Азирафель окидывает его быстрым взглядом. — Здравствуй, дорогой. Его ровный тон заставляет Кроули прижаться ближе, в попытках вызвать в голосе немного раскаяния. — Знаешь ли, я не говорил ей, чтобы она его преследовала. — Да, хорошо. — Ой, Азирафель, да ладно тебе… Азирафель переворачивает страницу. Кроули ссутуливается, печально разглядывая пуговицы на жилете ангела. Ему не нравится, когда Азирафель им недоволен, но, учитывая, что это в большей степени связано с природой Меркьюри, чем с его собственной, Кроули не знает, как это исправить. Он не может контролировать каждое её движение. Через минуту щебетание и писк приближаются. Глухой набор звуков этого шума-гама проникает в комнату, а затем снова удаляется. К удивлению демона, Азирафель усмехается. — Кроули, посмотри. Он изгибается и мельком замечает животных, прежде чем те заворачивают за угол. Однако одного этого взгляда достаточно — он ясно видит, как все изменилось. Сейчас Теодор гоняется за Меркьюри. — Хм, — говорит Кроули. Азирафель начинает гладить Кроули по волосам. — Вот видишь? Теодор может за себя постоять. *** Невзирая на какофонию, где-то после полудня Кроули прикемаривает, а его голова всё так же лежит на коленях Азирафеля. К тому времени, как он просыпается, лондонское небо потемнело до глубокой синевы, и книжный магазин погрузился в тишину. — Чтпроисхдит? — он поднимает голову, осматриваясь по сторонам затуманенным взглядом. Ни Меркьюри, ни Теодора не видно. — Я считаю, что они достигли перемирия, — говорит Азирафель. Он находит ладонь Кроули и сжимает её. — Ты хорошо вздремнул? Кроули кивает и садится, убирая волосы с лица. Азирафель встречает его взгляд и улыбается, а мягкость в его чертах заставляет Кроули заговорить, прежде чем он сможет задуматься о таких вещах, как структура предложения. — Прости, ну знаешь, за Меркьюри, за эту погоню и вообще. Тебе разрешено иметь рядом животных, эм, помимо неё. Это твоё жилище. — Спасибо, Кроули, но, правда, всё в порядке. — Азирафель целует его в щёку. — Я сожалею только о том, что они, кажется, не поладили. Но он был совсем один, я с трудом мог его бросить или выгнать в дикую природу. Это город, и он опасен. И он казался одиноким… — Я знаю, — кивает Кроули. Он прошёл через ту же дилемму с Меркьюри. Конечно, она, вдобавок ко всему, хороший миньон, что делает её присутствие совершенно логичным. Это больше работа Азирафеля — размышлять о вещах наподобие того, были ли животные одинокими или нет. Кроме того, если у Кроули есть Меркьюри, кто он такой, чтобы отказать Азирафелю в Теодоре? — В любом случае, куда они подевались? — спросил он. — Они ужасно тихие… В глазах Азирафеля промелькнуло беспокойство. — По правде говоря, я не знаю. Надеюсь, это не означает, что случилось что-то плохое… Кроули мгновенно встает на ноги. — Мы с тобой оба достаточно хорошо знаем Меркьюри, чтобы понимать, что тишина означает беду. Не знаю насчёт Теодора, но она определенно что-то замышляет… Он спешит к полкам, а Азирафель следует за ним по пятам. Кроули просматривает стеллажи, заглядывает за углы в поисках характерного силуэта их утёнка или шороха мышиного хвоста. Он напрягается, чтобы расслышать писк или щебет, но ничего не обнаруживает. Его начинают беспокоить воображаемые картины катастрофы — что, если они застряли в ловушке под грудой книг? Что, если они сбежали из книжного магазина и потерялись в Лондоне? Что, если они поранились? — Подожди, Кроули. Азирафель хватает его за руку, останавливая. Кроули поворачивается. Азирафель подносит палец к губам и явно к чему-то прислушивается. Кроули не уверен, к чему, но наклоняет голову, пытаясь тоже это услышать. Там. Едва слышимый, но определённо присутствующий звук тихого дыхания. Азирафель заводит их за угол, и Кроули обнаруживает, что они стоят лицом к столу, как и сегодняшним утром. На том же ворохе бумаги, в том же самом гнезде, Меркьюри и Теодор, свернувшись клубочком, крепко спят. — Ах, — выдыхает Азирафель, прижимая руку к сердцу. — Как мило… Кроули хмурится и насмешливо фыркает. — Это твоё ангельское влияние. Всегда вмешиваешься в мои родительские обязанности… Азирафель смотрит на него сияющим взглядом, имея абсолютную наглость выглядеть так, будто ни на мгновение не верит Кроули. — Конечно, дорогой. Чтобы дать ему это понять и стереть с лица дразнящее выражение, Кроули целует Азирафеля. А прямо перед ними дремлют новые друзья — Меркьюри и Теодор.