Когда цветет сакура

      — …Я размочу тебя, разотру в порошок, а потом убью к чертям собачьим! Тодороки, тебя тоже, гнида! — Голос Бакуго громкий и злой было сложно не услышать даже из коридора.       Айзава тихо вздохнул, хмурясь и опуская лицо глубже в шарф. Шота, чтобы не говорили другие и как бы не считал он сам, был заботливым учителем, думающим о своих учениках, возможно, больше, чем требовалось. Так, ещё в начале года он заметил у Бакуго проблемы с агрессией и нерешенный конфликт с Мидорией, который не один из двух учеников не проговаривал вслух. Айзава не стал вмешиваться только потому, что посчитал, что они решили всё во время первого занятия с Яги. Айзава сделал им выговор позднее, в том числе указал на излишнюю агрессию Бакуго. На этом всё закончилось.       Время шло и углы в характере Бакуго начинали сглаживаться под влиянием его самопровозглашенных друзей: Киришима, Ашидо, Серо и Каминари. В основном благодаря Киришиме, что со своей причудой легко переживал вспышки как агрессии, так и взрывов. Айзава думал, что Бакуго просто нужен был соперник, и потому, когда Катсуки со временем перестал обращать на Мидорию внимания больше, чем нужно, и сосредоточился на своём непосредственном окружении, Шота выдохнул со спокойствием.       Что ж, Айзава был готов признать, что ошибся и поторопился с выводами.       После учебной практики Бакуго, казалось, вернулся к состоянию близкому к тому, что было в начале года. Это не могло не разочаровывать.       «Бакуго… Он стал хуже, чем я думал.» — Айзава должен был это признать. Киришима уже не справлялся с ролью громоотвода для агрессии Бакуго, потому что его злость перераспределилась ещё и на Тодороки. В случае с Тодороки Айзава хотя бы понимал, что делать, потому что причина лежала на поверхности – спортивный фестиваль. Шота подумывал поставить Тодороки и Бакуго против друг друга на спаррингах почаще.       Мидория всё ещё оставался проблемой. Он снова начал получать от Бакуго гневные взгляды без причины, словесные оскорбления и излишние травмы во время спаррингов. В конце концов оставался только один вариант: они должны были сдавать экзамен вместе. Это была бы контролируемая среда для того, чтобы оба были обязаны работать сообща, если не хотят провалится. Это звучало хорошо.       Айзава тихо вздохнул, видя, как Бакуго проходит мимо с его фирменным грозным взглядом, но опущенной головой, сунув руки в карманы форменных брюк. Шота опустил планшетку, следя за удаляющимся Бакуго. Он просто надеялся, что вынужденное сотрудничество заставит этого мальца взять свой нрав под контроль, пока он не превратился во второго Старателя.       Дверь класса 1-А снова поспешно открылась и закрылась так тихо, что можно было не заметить. Голос привлёк внимание Шоты.       — Катсуки! Подожди меня!       Айзава удивленно приподнял бровь, заметив, как Саито подбежала к Бакуго и без какого-либо колебания взяла его под локоть, начиная идти с ним в ногу. Это было… ну, как минимум необычно. Как максимум Шота был в ступоре и не понимал, как он мог пропустить это взаимодействие раньше. Может, потому что раньше такого и не было?.. Айзава не мог вспомнить, чтобы Бакуго позволял Киришиме, самому близкому к нему однокласснику, быть таким фамильярным, а тем более хвататься за него. Хотя, если подумать, не Бакуго ли притащил Саито в учительский корпус к Исцеляющей Девочке, когда Сумико была сама не в состоянии двигаться?..       Но вот они тут. И из всех людей это именно Сумико Саито. Та самая Саито, что недавно стала личной ученицей Незу. Та самая Саито, которая дружила в классе одновременно со всеми и ни с кем. Та самая Саито, что помогает Мидории после занятий с освоением причуды. Бакуго даже сейчас выдаёт тихое ворчание по этому поводу, а Саито тихо фыркает и пихает его в бок. Её дружба с Бакуго это точно что-то странное, поэтому Шота остаётся наблюдать.       Бакуго не то, что позволяет, он даже не принимает попытки отстраниться. Катсуки фыркает слегка недовольно, всё ещё хмурясь. Он отбирает у Сумико сумку, вешая её себе на плечо рядом со своей. Саито улыбается ему немного лукаво и льнёт чуть ближе, слегка хихикая.       — Знаешь, это прогресс. Кири говорил мне, что переживает, что ты снова начал наседать на Мидорию, но, вижу, Шото-сан тоже твоя жертва.       Бакуго щурится, смотря на Саито с укором. Айзава не знает, что это значит, но его ученица в состоянии поддерживать односторонний разговор. Что больше Шоту удивляет это то, что Бакуго действительно позволяет ей ехидные комментарии и не взрывается как петарда из-за них.       — Что? Я ведь уже говорила, что он ненавидит свою фамилию и ты тоже знаешь почему, не строй невежду.       Айзава мысленно делает себе заметку. Возможно, ему бы стоило поговорить с Тодороки о нелюбви к своей фамилии. Тем временем разговор двух учеников продолжается. — Мне просто не нравится, что ты называешь двумордого по имени ещё и уважительно… — Бакуго бормочет, а Шота только больше удивляется, хотя куда уж там. Из всех людей Бакуго волнует Саито и её отношения с другими.       — А как мне его звать? Серединка на половинку?..       За спиной Айзава слышит переливистый смех Саито и новое ворчание Бакуго, однако в мыслях у него другое. Шота не хочет лезть в любовные драмы подростков и предпочтет уйти до того, как услышит больше чем хотел бы. Этого ему с головой достаточно.

      Он знает, как сбалансировать команду Бакуго и Мидории.

***

      Персонал собирается в комнате для совещаний. По мнению Айзавы здесь душно и он уже устал за день от разговоров. Чашка крепкого кофе в руках, ласково всунутая Хизаши, спасает положение, но не сильно. Наконец, спустя тысячу отступлений и побочных тем, Незу приходит к основному обсуждению.       — …Итак, как вы знаете, в этом году преступность резко возросла и как школа героев мы должны перестраховаться. — директор слегка барабанит лапками по столу, перекладывая бумаги. — С этого момента мы сосредоточимся на битвах между людьми, чтобы учения больше отражали настоящий бой! Я долго думал и пришёл к выводу, что мы будем организовывать бои два на одного со стандартным ограничением времени в полчаса, где к каждому учителю будет приставлено два ученика. Конечно, Маиджима со своими первогодками курса поддержки подготовят наборы утяжелителей для учителей, и мы введем новое правило: кроме стандартного сценария с захватом противника будет альтернативный с бегством через противоположные ворота арены. Конечно, только при условии, что была командная работа.       По учительской пронесся совсем тихий гул голосов учителей, что обсуждали эту перспективу между собой. Айзава чуть глубже опустился в кресло, пропуская речь мимо ушей. Он, как классный руководитель 1-А уже знал об этом, как и Кан с Маиджимой, непосредственно вовлечённые и отвечающие за свои классы. Когда гул наконец стих, Незу предоставил слово Айзаве, который должен был поделиться своим мнением для распределения пар.       — Первые Ашидо и Каминари. На счастье или беду, они не утруждают себя лишними мыслями… Поэтому, господин директор, я был бы рад, если вы сможете заставить их котелки варить.       — Конечно!       Айзава говорил монотонно, директор же в ответ оскалился своей дружелюбно-маниакальной улыбкой. Шоте могло бы быть жаль Ашидо и Каминари, если бы он так не мучался каждый раз проверяя их сочинения по геройской этике. Каминари в своих постоянно перескакивал с темы на тему и мысли его всегда были где-то не там, Ашидо же просто не могла вникнуть слишком глубоко. Им будет полезно подумать, борясь против Незу.       — Тодороки… В общем, не имеет глобальных недостатков, но при этом имеет склонность полагаться на грубую силу. В то же время, Яойорозу также не имеет слабых сторон, но не может принимать быстрых решений, требующих хорошей реакции. Поэтому… С ними буду сражаться я, стирая их причуды и атакуя их в ближнем бою, где они уязвимее всего.       — Принято!       — Следующие… Джиро и Кода. Мик, возьми их на себя.       — О! Знаю-знаю, их причуды: Джиро – штекеры и Кода – голос животных будут бесполезны, если я использую свой «голос»! Я беру их, Стёрка!       От энтузиазма в голосе Хизаши у Шоты болела голова, но он лишь сдержанно кивнул, не посчитав нужным давать дополнительных объяснений. В целом, Ямада был прав. Плюсом шло то, что Кода был слишком застенчив большую часть времени, так что кто-то как Джиро, тот кто умел слушать, мог оказать парню поддержку.       — Токоями. Его сила в том, чтобы не подпускать противника к себе за счёт дальности его атак и скорости. Но если посмотреть с другой стороны, то, как только противник сокращает дистанцию, его защита рассыпается. Эктоплазм, я рассчитываю, что ты дашь ему это понять. — Айзава глотнул кофе, переведя дыхание, когда Эктоплазм кивнул и ожидал второго ученика для него. — Второй будет Асуи. Из плюсов, она сохраняет спокойствие даже перед лицом опасности, она становится отличной эмоциональной поддержкой для партнёра. Однако меня беспокоит её пренебрежительное отношение к опасности, плюс она сможет устранить брешь в атаках Токоями, если они сработаются.       — Понял. — Эктоплазм сдержанно кивнул, делая пометки.       — Дальше. Сато и Киришима. У обоих причуды связанны с физической силой и оба склонны слишком полагаться на них. Цементос, я рассчитываю на то, что ты будешь создавать им преграды, чтобы они нашли альтернативные решения в ситуации, где их способности ничего не дадут.       — Я это учту. — спокойно отозвался Цементос.       — Хагакуре и Шоджи против Снайпа. «Невидимость» и «репликация» – причуды, хорошо подходящие для разведки, так что им стоит использовать это в свою пользу против противника, как ты.       Ковбой хмыкнул, поправляя шляпу на голове.       — Старая-добрая игра в прятки, хах?       — Урарака и Аояма против Тринадцать. Урарака после практики хороша в ближнем бою и это хороший выбор с учётом её причуды, привязанной к касаниям, Аояма наоборот боец дальнего боя, атакующий лазерами... Твоя чёрная дыра поглощает всё, в том числе и свет, так что эти двое должны будут постараться придумать что-то неожиданное, чтобы победить. Не давай им спуска.       Тринадцать мягко улыбнулась и кивнула. Она редко снимала свой шлем, но всё же сейчас была без него. Возможно, душно было не только Айзаве.       — Минета… Он имеет очень размытые цели для геройства, но он хорошо учится и не валит практические задания, однако это не значит, что всё хорошо. У него есть потенциал, но если он не исправится, то я думаю на счёт его перевода на общеобразовательный. Его склонность к извращениям излишня и временами меня беспокоит… Я уже не упоминаю, инцидент со спортивного фестиваля, когда на него пожаловались одноклассницы и в целом непристойные комментарии.       Комната на секунду погрузилась в тишину, прежде чем Полночь преувеличенно драматично вздохнула. В её голосе была напряженность, но также присутствовала и нотка свойственной ей игривости.       — Эх, мальчики в самом рассвете сил… Я поняла к чему ты клонишь, беру его на себя! Кто второй?       — Серо… Я поставил бы Каминари, из-за их дружбы, но ему полезнее будет научится думать, так что второй будет Серо. Он компенсирует отсутствие дальних атак и сможет сыграть хорошей поддержкой благодаря его толерантности ко всем. Думаю, он может уравновесить Минету.       — Оджиро и Иида… против Погрузчика.       Маиджима слегка хмурился, листая файлы студентов, доходя до нужных. Он хмыкнул, найдя их.       — Парень с двигателями и второй со стилем боя, рассчитанным на ближние дистанции… Ты хочешь отправить их на площадку с неустойчивой поверхностью?       Айзава кивнул, также молча благодаря Маиджиму за понятливость. Что ж, именно поэтому они и смогли сработаться в своё время. Ну, а ещё потому, что у них обоих всегда появлялись проблемные дети. Айзава на данный момент такими мог назвать весь класс, за парой исключений, но «особенно отличились» Мидория с Саито. Ух… К слову, о них…       — Последние три ученика: Бакуго, Саито и Мидория…       Незу тихо захихикал, вибрируя на своём месте от восторга, и Шота ели сдержался чтобы не вздрогнуть. Директор уже понимал к чему это шло и явно был доволен.       — …В одной команде против Всемогущего.       Упомянутый герой номер один слегка оживился. Сейчас он находился в своей форме «малого могущего», что значило, что по его лицу можно было считать большинство эмоций… Например недоумение после озвучивания Саито.       — Мидория и Бакуго в одной команде не из-за их способностей или успеваемости, а потому что они совсем не ладят. Вы, Всемогущий, в любом случае присматриваете за Мидорией, так что это не станет проблемой и в этот раз.       Айзава наконец смог убрать в сторону бумаги. Эти трое были последними из его класса, так что больше объяснений не требовалось. Однако, когда Шота поднял глаза, он увидел, как Яги переминается в своём кресле. Ах, точно, Саито.       Другие учителя тоже были в недоумении. Ну, кроме Незу.       Айзава уже слишком устал говорить, но продолжил, чтобы прояснить недомолвки.       — Сначала я думал провести ей индивидуальное испытание против кого-нибудь из учителей, но чем я больше думал, тем больше это вызывало головной боли. С виду у неё нет выделяющихся минусов, она хороша в рукопашном бою, но не ограничивается им. На спортивном фестивале она показала владение оружием и адаптивность к поставленным ситуациям, а на практических занятиях она проявляет способность к командной и индивидуальной работе.       — Звучит как-то многовато для её возраста… — пробормотал Кан, скрещивая руки на груди и выглядя более скептичным, чем требовалось бы. — Ты уверен, что не перехваливаешь её? Я не проявляю недоверие тебе, но…       Это «но» повисло в воздухе, пока Незу не начал щебетать.       — О, но это правда и этому есть причина! Саито из семьи героев, так что её тренировали с детства. Хотя, вернее будет сказать, что она сама стремилась к тренировкам. По правде, её мать была консультантом по причудам здесь, в ЮЭЙ, некоторое время, так что девочка тоже была здесь частой гостью, а также здесь учился её старший брат, так что иногда она здесь появлялась, чтобы дождаться его. Помнится, когда Саито старший был на третьем курсе мы с его сестрой часто пили чай…       Айзава слегка нахмурился, услышав это. Шота сам пришёл в ЮЭЙ где-то пять лет назад. Детей у Незу в кабинете он не помнил. Айзава перевёл взгляд на Каяму и Ямаду, которые были тут раньше него на год, но оба с той же растерянностью, что и Шота, пожали плечами неуверенные.       Это было странно по всем фронтам. Айзава пролистал свои бумаги до профиля Саито и дошел до контактных данных. Шота не интересовался, почему там был подписан только опекун, значившийся братом, потому что в этом не было необходимости и ЮЭЙ не лезла в дела учеников до тех пор, пока что-то не угрожало их опасности. Так, Айзава задумался. Если Незу говорил, что Саито ждала своего брата здесь, в академии, даже при том, что Незу не особо сильно любил людей, а маленьких детей тем более… Были ли вообще родители у двоих Саито?..       Незу продолжил.       — Хм, если мне не изменяет память, она ушла около шести лет назад из-за невозможности совмещать геройскую деятельность и преподавание с семьёй. В любом случае, сейчас Саито имеет представления о работе героев чуть больше, чем её одноклассники, так что я могу понять сомнения Айзавы-куна. Возвращаясь к вопросу, не поделишься, почему ты поставил её к Мидории и Бакуго?       Айзава оставил попытки осмыслить ситуацию Саито и заторможенно кивнул.       — Мм, сегодняшняя ситуация. Перед тем как прийти сюда, я лишний раз убедился в том, что Бакуго всё тяжелее даётся его контроль агрессии. Он вновь прибег к словесным угрозам против Мидории и мне не нравится куда ведёт их «соперничество». Саито же… Она могла бы сбалансировать эту команду и при этом не быть в лидерской позиции. К моему удивлению, она дружит с ними обоими. Особенно с Бакуго.       На этих словах Айзава невольно поморщился. Каяма тут же это подхватила.       — Ооо! Постой, погоди, это любовная драма!?       После этого любой серьёзный настрой пропал, будто его не было. Айзава издал раздражённый вздох, зарываясь лицом глубже в шарф и скатываясь на стуле ниже. Каяма издала ещё более возбуждённый визг, чем предыдущий и началась уже традиционная игра, в которой Айзава никогда не учувствовал за все эти годы. «Угадай на сколько подростки непроходимые и как скоро они начнут встречаться». Айзава без сожаления сполз под стол окончательно, доставая свой спальный мешок и забираясь в него, чтобы облокотиться на стену и поспать пару минут.       Если Шота чувствовал взгляды Секиджиро, горящие искренней ненавистью, из-за того, что Айзава неосторожными словами прервал обсуждение годового экзамена до того, как очередь успела дойти до 1-Б, Шота предпочёл их игнорировать. Пара минут сна стоила того балагана, что развела Полночь.