Лёд

      Золотой дворец становился все больше и больше, пока не закрыл собой все небо.       Локи надавил на металлический поручень, и их крылатая лодка уперлась в своеобразную пристань, у которой стояло еще несколько таких же лодок. Локи помог Сигюн выйти и молча предложил свою руку. Это придало ей немного уверенности. Сигюн было весьма не по себе от вида суровых стражей в золотых доспехах с длинными копьями в руках. Стражи не склоняли головы в приветствии, стоя неподвижно, словно каменные истуканы.       Они прошли по длинной открытой галерее и подошли к колоссального размера двойным дверям, которые сияли так ярко, словно их отлили только вчера. Стоявшие у дверей воины расступились, а створки бесшумно отворились.       Зал, в который они попали, мог бы с легкостью вместить альвхеймский дворец. Знаменитый Золотой трон терялся в самом его конце. Впрочем, он все равно пустовал, поскольку царская чета встречала их у его подножия. Не как подданных или гостей, но как членов семьи.       Тору, чтобы казаться величественным и устрашающим, вовсе не требовалось возвышаться над толпой. Ему не нужны были ни трон, ни корона. Их встречал царь и невозможно было спутать его с кем-то другим. Сигюн подумалось, что Тор, должно быть, унаследовал это свойство от Одина.       — Брат мой. Леди Сигюн, — Тор слегка склонил голову в приветствии. — Позволь представить тебе мою супругу, царицу Сиф.       — Здравствуй, — поприветствовала ее царица Асгарда. Только ее одну. Локи она не удостоила и взглядом. Сигюн склонила голову в ответ.       У Сиф были черные волосы, белая кожа и темно-зеленые глаза. Она, в отличие от Тора, корону носила.       Царица Сиф была красивой. Но красота ее не была похожа на утонченную красоту альвхеймских дев. Сиф была похожа на выточенную из мрамора статую, холодную и опасную. Ей действительно нужна была корона, потому как без нее Сиф скорее походила на воина, чем на супругу царя. Впрочем, она и была воином, одним из самых умелых и отважных во всех Девяти мирах.       Одежда, которую носила царица, была совсем не похожа на то, к чему привыкла Сигюн. На Сиф было странного кроя платье, переходившее от талии в узорчатый стальной нагрудник, а на руках она носила золотые наручи, которые странно контрастировали с холодным стальным цветом нагрудника. В подобном наряде можно было с одинаковым успехом красоваться на балу и отразить внезапную угрозу. Сигюн в своем легком и слишком женственном платьице почувствовала себя неуместно.       — Леди Сигюн, — обратился к ней Тор. Сигюн слегка покраснела, осознав, что рассматривала царицу несколько дольше, чем позволяли приличия, — вчера я получил весточку из Альвхейма. Твой батюшка весьма сильно беспокоится о тебе. Я отправил ему послание, в котором заверил, что с его дочерью все в порядке. Но ему, конечно же, будет спокойнее, если ты напишешь сама. Хеймдалль все передаст.       — Благодарю, мой царь, — вежливо ответила Сигюн.       Как она могла не подумать об отце? Он сходил с ума от беспокойства за ее судьбу, а она… Конечно, за последние два дня в жизни Сигюн произошло множество событий, но это не давало ей права забывать о тех, кто любит и волнуется.       Она напишет письмо, прямо сегодня. Если, конечно… если Локи позволит ей это сделать. Она встретилась с ним глазами.       — Разумеется, напишешь. Как только вернемся домой, — сказал он спокойно. И Сигюн с облегчением поняла, что, как бы он ни ненавидел ее отца, он не будет издеваться над ней подобным образом.       Она заметила, как Сиф в раздражении закатила глаза. От царицы явно не укрылся просящий взгляд Сигюн, направленный на Локи.       — Что ж, в таком случае, — бодро сказал Тор, — моя госпожа, думаю, нашей гостье будет интересно осмотреть дворец и сады. А у нас с братом есть дела.       Тень неудовольствия скользнула по лицу Сиф. Вряд ли ей было интересно выгуливать постороннюю девицу, пока муж обсуждает государственные дела. Да еще с тем, к кому Сиф испытывала явную неприязнь.       — Разумеется, — вежливо ответила она Тору. — Идем, леди. Думаю, мы тоже проведем время с пользой.       Она недобро взглянула на Локи, который вернул ей этот взгляд с процентами, хотя на губах его играла привычная шутовская улыбка. Сигюн растерянно посмотрела на него, не совсем понимая, должна ли она отпрашиваться у мужа на прогулку с самой царицей.       — Ступай, — видя ее замешательство, равнодушно произнес Локи. И тут же переключил свое внимание на Тора.       Сигюн поклонилась и направилась следом за нетерпеливо поджидавшей ее Сиф.

*

      Гладсхейм был поистине необъятен. И невероятно красив. При всей своей массивности он выглядел прозрачным и невесомым. Во многом благодаря бесчисленным открытым террасам и балконам, которые имелись почти в каждой зале.       Сиф привела ее на террасу, под которой раскинулся дивной красоты сад. Он был великолепен даже по меркам Альвхейма, который славился своими садами на все Девять миров. Сигюн с грустью вспомнила, что сталось с прекрасными садами ее родины. И сколько потребуется времени, чтобы возродить былое.       — Личный сад Фригги, — Сиф оперлась руками о каменное ограждение и смотрела вниз скучающим взглядом.       — Он очень красивый, — ответила Сигюн, не зная как правильно себя вести с царицей, которую вряд ли могли интересовать беседы о флоре и фауне.       — Мы стараемся поддерживать его в надлежащем состоянии. В память о ней, — Сиф тяжело вздохнула. — Не люблю ходить вокруг да около. Скажи мне, Сигюн, что я могу для тебя сделать?       Сигюн совершенно растерялась от такого вопроса. Ей припомнилась брошенная Локи фраза о том, что Сиф попытается ее «завербовать». Царица внимательно всматривалась в нее, словно искала одной ей понятные симптомы и признаки. Сигюн встретила ее взгляд. В темных глазах Сиф не было того хитросплетения интриг, капризов и эмоций, которые бурлили во взгляде Локи. Там было лишь прямолинейное желание помочь попавшему в беду. И никакого лукавства. Не зря леди Сиф до замужества звали Защитницей.       — Благодарю, царица, — Сигюн постаралась ответить как можно теплее, выразить словами свою симпатию. И в то же время продемонстрировать лояльность мужу. — У меня все хорошо.       — Ладно, — Сиф втянула ноздрями воздух, — спрошу прямее. Он жесток с тобой? Имей в виду, в нашей власти повлиять на его поведение.       Под «нашей властью» она, очевидно, имела в виду власть Тора.       — Нет, — Сигюн изо всех сил постаралась, чтобы ее голос звучал твердо. — Он… весьма добр ко мне.       Воспоминания о безобразном поведении Локи накануне весьма некстати всплыли в памяти. Сиф скептически подняла бровь. Возможно, она решила, что Сигюн была слишком напугана, чтобы сказать правду.       — Я спрашиваю не ради проверки и не для того, чтобы вытянуть секреты. Просто я слишком хорошо знаю, что он из себя представляет. И поэтому хочу, чтобы ты знала, что можешь мне доверять и что я смогу тебя защитить, если понадобится. Ты совсем юная, а он…       — Я знаю, кто он, — мягко сказала Сигюн. Она не хотела, чтобы у Сиф сложилось о ней впечатление, как о доверчивой простушке, которая опрометчиво сует голову в пасть волку, — я осторожна.       — Тебе не одержать победы в его играх, — Сиф словно ее и не слышала. Что Локи сделал ей, задумалась Сигюн. Чем обидел? Что-то подсказывало ей, что обидеть Сиф было не так уж и просто. — Он может долго прикидываться заботливым, понимающим. А потом… Ладно, сменим тему. Ты впервые покинула пределы своего мира?       — Да, — ответила Сигюн с облегчением. — Отец планировал брать меня в поездки, когда я войду в возраст, но затем в Девятимирье стало… неспокойно.       — Благодаря твоему муженьку, чтоб его Нидхёгг сожрал! — вставила Сиф.       Такие слова настолько не подобали царице, что Сигюн не удержалась от улыбки, которая отразилась на лице Сиф, как в зеркале.       Они еще немного побеседовали об Асгарде и Альвхейме, об их схожести и различиях. Сиф больше не говорила о Локи. Возможно, она решила, что сделала все, что было в ее силах.       — Нам стоит вернуться, времени прошло достаточно. К тому же сюда в любой момент может нагрянуть придворный курятник. И ты вряд ли захочешь выслушивать их трескотню. Лично я едва их терплю.       Нелюбовь Сиф к светским беседам была легко объяснима. Будущая царица проводила все свое время в походах, а ее самыми близкими друзьями были Тор и знаменитая тройка воинов. Должно быть, после этого разговоры дворцовых леди казались ей невыносимо скучными и пустыми.       Сигюн улыбнулась. Ее фрейлины в Альвхейме как следует закалили ее в этом плане, поэтому она не имела ничего против общения с придворными дамами, но как-нибудь в другой раз. Когда она лучше освоится в Асгарде и разберется с модой и этикетом.

*

      Царица привела ее к небольшой двери (не золотой, как ни странно), за которой находилась комната совещаний. Стражник у двери вежливо поклонился и уже протянул руку к дверной ручке, когда…       — Царица! — к ним спешили несколько роскошно одетых дам (в нарядах того же кроя, что и у Сиф). Выглядели они весьма устрашающе в своей решительности.       — О, боги, — Сиф сжала губы в тонкую линию, — иди внутрь, я от них избавлюсь.       Сигюн благодарно кивнула и проскользнула в приоткрытую дверь.       Тор и Локи стояли к ней спиной и о чем-то спорили, разглядывая парившую на небольшом расстоянии от пола массивную сферу с изображенными на ней материками и океанами. Мир на карте был Сигюн незнаком.       — … просто заткни им пасть, — рявкнул Локи так, что у Сигюн шевельнулись волосы на загривке. Тор и бровью не повел.       — Вот ты этим и займешься, — спокойно ответил он. — Отправишься завтра и покончишь с их неповиновением. А у меня есть другие дела.       Братья, теперь старательно сверлившие друг друга взглядами, явно ее не замечали. Да еще разговаривали на общем наречии, что ставило Сигюн совсем в неловкое положение. Наверное, нужно как-то привлечь их внимание?       — Позволь узнать, какие, о царь царей? — ехидно поинтересовался Локи. — Только не говори, что…       — Да, — ответил Тор тоном, пресекающим дальнейшие расспросы.       — О, боги, ты невыносим! Кстати, не боишься, что я увлекусь без твоего контроля? Скажем, угомоню немного больше, чем нужно? — спросил Локи с нехорошей ухмылкой.       — Клятва тебе не позволит, — ответил Тор с некоторой издевкой в голосе. А Сигюн сделала осторожный шажок назад. Уж лучше придворные дамы, чем такие секреты. — К тому же вряд ли ты хочешь вернуться к молодой жене в непригодной для прикосновений форме.       Локи сжал кулаки до побелевших костяшек. Сигюн почти физически ощущала его ярость. Тор наблюдал за ним, как дрессировщик за опасным зверем, который только и ждет возможности вцепиться ему в горло. Он его подначивал, с ужасом поняла Сигюн.       Локи, судя по его виду, уже готов был перейти черту. Сигюн на мгновение зажмурилась и негромко покашляла.       Они повернули головы одновременно. И оба замерли.       — Прошу прощения, если помешала, — она попыталась сделать вид, что вошла только что.       — Леди Сигюн, — Тор приветливо улыбнулся, вмиг надев маску радушного хозяина. — Проходи, мы уже заканчиваем. Правда же?       Локи некоторое время смотрел перед собой невидящим взглядом.       — Все сделаю, как ты велел, — произнес он наконец абсолютно бесцветным голосом.       — Вот и славно, — мягко сказал Тор, переводя свое внимание на Сигюн. — Как тебе понравился Гладсхейм?       — Он прекрасен, ваше Величество, — искренне заверила его Сигюн.       — В отличие от населяющих его куропаток, — заявила Сиф от двери.       Тор негромко фыркнул. Очевидно, ему было известно о затруднениях царицы с придворными дамами. Сигюн заметила, что он смотрел на Сиф с теплотой, но все же несколько отстраненно.       — Если у тебя все, то мы, пожалуй, пойдем. Мне нужно подготовиться к путешествию, — холодно произнес Локи.       — Разумеется, — отозвался Тор. — Был рад встрече, Сигюн. И особенно рад тому, как хорошо ты влияешь на моего брата.       Локи отчетливо скрипнул зубами. А Тор безмятежно улыбался.       — Надеюсь, ты будешь навещать нас почаще, — Сиф подошла к ним и встала рядом с Тором. — Знай, ты здесь желанный гость.       — Благодарю, ваши Величества, — ответила Сигюн.       Локи, не удостоив царскую чету прощальным поклоном, придержал для Сигюн дверь, и они вместе вышли в коридор.       Он шел так быстро, что она с трудом поспевала за ним. Несмотря на спешку, Сигюн показалось, что Локи не совсем отдавал себе отчет в том, куда именно он шел.       Остановился он только в том самом саду, которым совсем недавно Сигюн любовалась с балкона. Вблизи сад оказался еще прекраснее. Было в нем что-то ощутимо волшебное, но что именно, сказать наверняка было невозможно. Помимо сладостных ароматов многочисленных цветов, сад дарил умиротворение. Сигюн заметила, что дышит полной грудью, а мысли ее текут неспешно, как спокойная река в летний полдень. Даже Локи, казалось, немного расслабился. Во всяком случае, теперь он шел куда медленнее и его походка была не такой напряженной.       Поравнявшись с ним, Сигюн осторожно коснулась его руки своей. Почти невесомо, чтобы, в случае его нежелания, можно было сделать вид, что это вышло случайно. Локи принял ее руку, чуть сжал.       Так, держась за руки, они дошли до белоснежной статуи красивой женщины с длинными волнистыми волосами и небольшой тиарой на голове.       — Фригга, — предвосхитил ее вопрос Локи.       И коснулся пальцем мраморной руки. Зеленый сполох пробежал по статуе, превращая ее в живую женщину с каштановыми волосами, теплой кожей и голубыми глазами. Сигюн завороженно смотрела на предыдущую царицу Асгарда. Несмотря на возраст, она была невероятно хороша собой, а в ее взгляде отражались любовь и нежность.       Такой ее видел Локи, вдруг поняла Сигюн. Таким взглядом она смотрела на своего приемного сына. Сигюн не знала подробностей взаимоотношений членов царской семьи. Но сейчас перед ее глазами было доказательство того, что Фригга Локи любила. Значит, его все-таки было за что любить, подумала Сигюн, хотя прекрасно понимала, как наивно-глуп был подобный вывод. Но, возможно, все дело было в том, что ей просто хотелось в это верить?       Локи взмахнул рукой и Фригга вновь обратилась в обычную статую.       — Нам пора домой, — тихо сказал он. Сигюн кивнула и покрепче сжала его ладонь.