Тройной шпион

      Теперь Снейп точно знал, что Inscendio не брало портреты директоров Хогвартса. А еще, что зачарованное масло, которым писали магические картины, жутко воняло при контакте с этим заклинанием.       — Альбус, вы действительно знали, что все так обернется? — с интересом спросил со своего портрета профессор Армандо Диппет, едва за разъяренным директором Хогвартса захлопнулась дверь.       — Полной уверенности не было, но такая вероятность определённо существовала, — оглаживая бороду отозвался Дамблдор, — Не мог же я в самом деле оставить своего лучшего агента без шанса на личное счастье.       Профессор Диппет хмыкнул и вновь погрузился в задумчивость. Он невероятно редко подавал голос, лишь в том случае, если его действительно что-то интересовало.       Снейп вернулся в особняк лишь ближе к десяти. На небе высветились яркие морозные звезды. С началом декабря зима полноправно взяла власть в свои руки. Ворота, пропуская, бесшумно открылись при его приближении. И зельевар по узкой тропинке направился к дому.       Северус нашел свою жену в малом зале библиотеки. Анна-Луиза сидела на диване, укрыв ноги теплым пледом. На коленях лежала какая-то книга. Северуса посетила мысль, что возможно в старом особняке просто нечем больше было заняться.       — Добрый вечер, — поздоровался он, привлекая внимание.       Девушка подняла на него глаза и кивнула в ответ. На ней был легкий халат поверх ночной сорочки. По всей видимости лишь обещание дождаться Снейпа отделяло ее от спальни. Снейп достал из-за пазухи темно-зеленую бутылку и под удивленным взглядом Анны-Луизы поставил на стол.       — Отпразднуем свадьбу? — хмыкнула она. Снейп скрипнул зубами, но не удостоил ее ответом, хотя колкости так и крутились на языке.       Девушка смерила его непроницаемым взглядом, затем встала и направилась к камину. Открыла справа от очага неприметный вертикальный ящик и извлекла оттуда два пузатых винных бокала.       — Вы голодны или обойдемся сыром? — спросила она расставляя звонкий хрусталь на столике у дивана.       — Закуски будет достаточно, — ответил зельевар.       Анна-Луиза кивнула и через мгновение на столике появилось блюдо с сырами и оливками.       — Иво — единственный, кто служит в поместье? — спросил Снейп. Он невербальным заклятием вытащил пробку из горлышка и разлил рубиновую жидкость по бокалам.       — Нет, еще есть пара домовиков и конюх.       — Конюх? — вздернул бровь Снейп.       — Ни разу толком не видела его за все пол года, но он точно есть, — пожала плечами Анна-Луиза, принимая от Снейпа наполненный бокал.       — Прямо так и ни разу? — нахмурился Снейп.       — Местные больше пяти веков были предоставлены сами себе. Субординацию мне приходится восстанавливать до сих пор. А еще три четверти дома опечатаны, и я абсолютно не представляю что там происходит.       Зельевар с задумчивым видом сделал глоток из бокала. Похоже к его личному списку источников головной боли прибавлялось еще и древнее поместье, где уже несколько веков происходило черт знает что.       В комнате повисло молчание. Сегодня был последний день, отведённый Лордом на скрепление брака, и Северус шел сюда с вполне конкретной целью выполнить приказ, а заодно избавить себя от очередной порции пыток. Но он абсолютно не представлял, как зайти к этой теме, чтобы все прошло относительно гладко. Принимать за норму все творящееся между ним и этой непроницаемой юной женщиной, он отчаянно отказывался.       — «Луиза, раздвиньте пожалуйста ноги и терпите. Я постараюсь сделать процесс как можно более быстрым и безболезненным. Могу даже Обливейт на вас потом наслать, если хотите», — прикинул он в голове и едва удержал лицо. Это звучало отвратительно даже в его мыслях. Снейп прихватил бутылку вина на вечер в надежде, что красное полусухое хоть как-то позволит им обоим расслабиться и разрядит обстановку. Но видимо с количеством бутылок зельевар обсчитался.       — Расскажите что-нибудь о себе, Северус, — услышал он непринуждённый голос Анны-Луизы. С налаживанием общения у девушки явно все было легче, чем у него, — Вы директор Хогвартса только с текущего учебного года, чем занимались до этого?       — Я пятнадцать лет преподавал зельеделие, — кивнул он.       — Похоже это не было верхом ваших мечтаний, — хмыкнула его жена, вздергивая бровь.       — Было бы больше толку, займи я пост преподавателя Защиты от тёмных искусств. Бестолковые студенты умели бы хоть что-нибудь. Им не пришлось бы два года назад прятаться в подполье и брать уроки у Поттера, — недовольно проворчал Снейп.       — Неужели все было настолько плохо? — расслабленно улыбнулась Анна-Луиза.       — Мне все ещё не верится, что Лонгботтом дожил до шестого курса не освоив элементарный Экспеллиармус, — потер рукой лоб Снейп, — Хотя нужно отдать должное его упорству. Сейчас он настоящая заноза в заднице у Кэрроу. Скоро парень рискует стать главным потребителем зелий для больничного крыла. За последние шесть лет ни один преподаватель Защиты не проработал в Хогвартсе больше года. Кого там только не было: заика с паразитирующей сущностью Темного Лорда на затылке, напыщенный бездарный нарцисс, оборотень, пожиратель смерти под оборотным зельем, министерская жаба в розовом костюме, а сейчас у студентов вместо защиты — уроки по освоению дисциплины от садистов-пожирателей… Боюсь представить какой винегрет сейчас в головах у детей. Ладно если хоть кто-то из них знает базовые щитовые чары.       — И какие щитовые чары считаются базовыми? — ее вопрос застал Снейпа в расплох. Он удивлённо уставился на жену переваривая услышанное. На языке вертелось что-то в духе «Пятьдесят баллов со Слизерина», — Что вы так на меня смотрите? Вы вот с какого возраста колдуете? — хмыкнув хитро улыбнулась Анна-Луиза.       — Сколько себя помню… — осторожно проговорил Снейп. Что-то подсказывало, что сейчас он услышит нечто из ряда вон, — Лет с пяти… Моя мать была волшебницей, это всегда было нормой… Для нее и меня во всяком случае, — он поморщился с последней фразой, усилием воли загоняя подальше неприятные воспоминания.       — Со мной магия случилась в семнадцать. И я до сих пор убеждаю себя в том, что все происходящее — не плод моей шизофрении, и крыша не поехала шурша шифером, — продолжая улыбаться одними губами сказала Анна-Луиза.       — «Здрасьте приехали. Поздняя реализация магического потенциала», — Снейп замер, глядя на нее в упор. Такие случаи были невероятно редкими. Часто люди просто не могли психически выдержать все происходящее и сходили с ума. Министерство блокировало их магию и стирало память. Но видимо это был не тот случай, — И как это произошло? , — наконец справившись с ледяным комом в горле спросил Снейп.       — Я тогда была сильно зла и не нашла ничего лучше, чем съездить в лес рядом с Эльблонгом и прокричаться. В общем… Нету там больше леса. Помнится, газеты тогда написали что-то о пожаре или о взрыве, я не помню точно, — сказала Анна-Луиза, отведя взгляд к камину.       — У вас есть кто-то из родных? — приподнял бровь Снейп. Анна-Луиза выдержала паузу, смерила его проницательным взглядом и прыснула, прикрывая лицо ладонью.       — Конечно есть. Отец, мать и двое младших братьев. И да, я езжу к ним раз в две недели. Представьте себе, у меня абсолютно нормальная дружная семья! И нет, они еще не в курсе всего. Я вообще стараюсь не грузить их тем, что здесь происходит, — пожала плечами мисс Лисс, — Погодите, — она осеклась, глядя на непроницаемое выражение, застывшее на лице мужа, — Только не говорите, будто уже надумали, что я росла в каком-нибудь интернате, где была изгоем или еще чего покруче.       — В выписке в графе о семье стоял прочерк, — проговорил Снейп, пряча смятение за бокалом и делая глоток.       — Он там стоял, потому что я люблю свою семью и совершенно не хочу посвящать в их существование пожирателей. Но как-то уж так сложилось, что мы с вами женаты. Подозреваю вы будете в бешенстве, если я каждые две недели вдруг начну куда-нибудь пропадать не говоря ни слова.       — Магия в семнадцать… Поэтому вы сказали, что не учились в Скарсгарде… — пробормотал Снейп, — Но учитель у вас все же был. Кто он?        — Я не могу сказать, — вмиг становясь серьезной качнула головой Анна-Луиза, — Непреложного обета я не давала, но нарушить данное слово сродни самоубийству. Он жуткий тип, несмотря на то, что я обязана ему контролем над магией…       Снейп озадаченно смотрел на жену. Суть пиздеца, в который он влип женившись на Анне-Луизе, усугублялась с каждым сказанным ею словом.       — То есть вы хотите сказать, что ваш учитель еще более жуткий тип, чем я? — улыбнувшись уголками губ спросил он. Вино определенно начинало разряжать обстановку, чему Снейп был безмерно рад.       — Извините, я правда не могу о нем говорить, — отвела взгляд Анна-Луиза.       — «Лаадно, леди, это интересно, но может подождать. Сколько же ещё скелетов вы прячете по комодам и шкафам?» — щурясь на пламя подумал Снейп, — Ваши родители — магглы? — спросил он.       — Сложно сказать, — помолчав ответила Анна-Луиза.       — В смысле? — нахмурился Северус. — Они либо магглы, либо волшебники, либо сквибы. Или в Польше выделяют что-то четвертое?       — Моя мама может разложить Таро так, что увидит всю жизнь человека как на ладони и не ошибется ни разу. Ее адрес шепотом передают из уст в уста, а запись на расклад по картам расписана на два года вперед. Моего отца знают как отличного сосудистого хирурга. Я помню, как в детстве навернулась с велосипеда и в мясо разодрала колени. Он наложил повязки и долго, сосредоточенно что-то говорил моим ногам. На утро кровавое месиво, вновь стало нормальной кожей десятилетнего ребенка. В доме никогда не было ни волшебных палочек, ни летающих метел, ни аппарацией, ни зелий. Вообще ничего. Только невероятно умный черный кот с яркими желтыми глазами. Все тихо, мирно. Моих родителей даже нет в реестре лиц с магическими способностями. Так что мне сложно сказать, кто они такие. Для магглов все слишком странно, а для волшебников магические прецеденты слишком неочевидны.       — «Отлично, хотел прояснить обстановку, а в итоге все стало еще запутаннее», — хмуро подумал Снейп, - Почему тогда наследство досталось вам, если есть старшие родственники?       - Потому что я единственная, кто согласился на это, - пожала плечами Анна-Луиза, — А что на счёт вас? Что заставило вас перейти на сторону Дамблдора? — она пристально посмотрела на него темными глазами.       — Я вдруг увидел, что в действительности для Воландеморта существует лишь его собственная цель: достижение могущества, а все остальное, включая соратников — расходный материал, — помолчав уклончиво ответил Снейп. Анна-Луиза продолжала сверлить его змеиным взглядом.       — Я не знаю зачем вы мне врете, Северус, но видимо это что-то совсем личное, так что не буду лезть. Пусть это останется с вами, как и со мной личность учителя, — выдержав паузу сказала Анна-Луиза, отводя глаза.       Вновь повисла неловкая пауза. Все происходящее воспринималось каким-то иррациональным. Снейп никогда бы не подумал, что вот так будет сидеть с кем-то, кого называл своей женой, и расспрашивать о жизни. И уж точно не думал, что будет делиться с ней своими соображениями. Первой и единственной женщиной, о ком ему действительно хотелось узнать больше, и кому он сам был интересен, всегда оставалась Лили. А теперь он ощущал, как ее образ настойчиво вытесняла своим ледяным, прямо-таки змеиным спокойствием мисс Лисс. Ощущение было непривычным, но дискомфорта не доставляло. Вообще, когда речь не шла о супружеском долге, он мог бы назвать общество своей теперь уже жены весьма приятным… умиротворяющим…желанным.       С последней мыслью он нахмурился глядя в огонь. С его шпионскими играми спокойствие было опасно обманчивым.       — Сюда никто не сможет войти без нашего ведома, — услышал он голос Анны-Луизы.       — О чем вы? — настороженно проговорил он. Вмешательства в разум он не заметил, но и в совпадения верил слабо.       — Хранитель знает обо всем, что происходит на территории, — с ухмылкой глядя в огонь ответила девушка, — Если кто-то окажется хоть в метре от барьера с намерением пробраться внутрь, его будет ждать неприятный сюрприз.       Снейп смерил ее внимательным взглядом и вновь наполнил бокалы вином. Ментальные щиты стояли мертво, значит все же совпадение. Анна-Луиза пристально посмотрела на него. А затем, подоткнув под спину подушку, вытянула стройные ноги и умостила их на его коленях. Снейп накрыл ее лодыжку ладонью, огладил до колена и снова вернулся вниз, принимая ее безмолвную игру. Он был безмерно благодарен ей за инициативу. Северус постоянно напоминал себе о том, что абсолютно все в этом постановочном браке могло пойти по гораздо более хреновому сценарию. За одно лишь то, что Анна-Луиза так вовремя разряжала обстановку, сама шла навстречу, когда дело касалось их взаимодействия, он был готов терпеть все ее неудобные вопросы и фразочки, которые удивительно точно проезжались по всем больным местам. Все это было ничто по сравнению с тем, как даже теоретически могла молодая девушка отреагировать на принудительный брак с таким как он. Окажись Анна-Луиза несговорчивой или склонной к истерикам, он бы давно запер ее где-нибудь в подвале.       — Каким образом Лорд из воспоминаний Малфоя узнает о том, что все сделано как надо? — спросила она, выводя мужа из задумчивости.       — Посмотрите на кольцо, — ответил Снейп, — Сейчас оно серебряное, — Анна-Луиза кивнула, — Будет золотым, — отводя взгляд сказал зельевар, — И да, воздействовать на него никак нельзя. Ни заколдовать, ни покрасить, ни снять.       Они долго молчали, занятые каждый своими мыслями. В камине мерно потрескивали дрова, рассыпая огненные искры. Снейп продолжал рассеянно поглаживать ее ногу, ощущение гладкой теплой кожи успокаивало. А девушка сверлила глазами огонь, мелкими глотками потягивая терпкое красное вино.       Он почувствовал движение рядом с собой. Анна-Луиза села, просунув одну ногу за его спину, а вторую оставила на коленях. Она вдруг оказалась невероятно близко, пристально вглядываясь в его лицо. Ее губы были красными от вина, в расширившихся черных зрачках плясало отраженное пламя. Снейп взялся за ее бокал, отставил его на столик, сократил расстояние и коснулся ее губ, собирая остатки влаги.       Девушка отвечала томно, медленно, пробуя на вкус, посасывая губы и растягивая момент. Прихваченная алкоголем голова кружилась от прикосновения ее нежных пальцев к лицу и волосам. Неет, его прежние женщины конечно были искусны, но такую самозабвенную отдачу Северус чувствовал впервые. Руки скользнули вверх по ее разведённым ногам, оглаживая бедра, вызывая толпы мурашек и вырывая из груди первые полустоны.       Все происходящее продолжало быть иррациональным. В голове взрывался фейерверк от того, как она двигалась ему навстречу, как выгибала спину, как шептала его имя в полузабытьи. Красное полусухое однозначно и сверх меры исполнило свое предназначение этим вечером.

***

      Снейп проснулся на широкой мягкой кровати, укрытый пуховым одеялом, пахнущим лавандовым мылом. Голова со сна была в легком тумане, и Северус не сразу вспомнил, где находится. Последним, что он помнил, была потрясающе раскрытая перед ним красивая женщина, которая по какой-то немыслимой причине видимо решила, сделать этот принудительный брак едва ли не лучшим событием в его жизни. Сердце пропустило удар при воспоминаниях о вчерашнем вечере. Пока в его «отношениях с женой» все шло прямо-таки поразительно хорошо.       — «Слишком гладко. Не может быть в этой бочке меда хоть одной ложки дегтя», — нахмурился Снейп. Он не разрешал себе мыслей из разряда «Долго и счастливо». По его опыту такие воздушные замки разрушались особенно болезненно и в момент, когда этого совершенно не ожидаешь.       Северус огляделся. В просторной спальне он был один. Над каминной полкой горели свечи. За окном еще было темно, зимнее солнце не спешило являть себя миру. Одежда Снейпа ровной стопкой лежала на стуле рядом с кроватью. По правой стене комнаты обнаружилась дверь в ванную. Он умылся и, накинув на плечи сюртук, вышел из комнаты. Спускаясь по лестнице Северус услышал голоса, доносившиеся из гостиной.       — Нет, Луиза, извини, мне все еще не верится, что это было единственным выходом! — Снейп услышал уже знакомый голос Яна Гринвина.       — Ян, все уже решено, давай оставим эту тему. Есть как есть, — устало ответила Анна-Луиза. Разговор явно шел по кругу и начинал ее напрягать.       — «Как интересно», — хмыкнул Снейп, внутри обожгло злостью, — «И как часто моя жена будет принимать мужчин без моего ведома в столь ранний час?», — он толкнул дверь перед собой.       — Доброе утро, Северус, — улыбнулась Анна-Луиза. Она сидела в кресле лицом ко входу, будто только и ждала, пока он войдет, — Чаю?       — Доброе, да, пожалуй, — холодно кивнул Снейп, — Чем обязаны такому раннему визиту, мистер Гринвин? — растягивая слова процедил он.       Ян, стоявший со скрещенными на груди руками, фыркнул и демонстративно отвернулся к огню.       — Ян, покажи, — не глядя на друга жестко сказала Анна-Луиза.       — Я не верю ему ни на йоту, что бы ты там не говорила, — резко обернувшись прошипел Ян и шагнул к девушке, склоняясь вперед.       Снейп внутренне напрягся в момент, когда парень резко приблизился к его жене. Лишь жесточайший самоконтроль помог ему не проклясть парня на месте. Ян Гринвин кого-то ему подозрительно остро напоминал, вот только кого? Снейп хмуро рылся в собственной памяти не находясь с ответом.       — «Они друзья, Нюниус! Угомони свою паранойю, он ничего не сможет ей сделать. В пределах этого дома уж точно!».       — Сядь, Ян, — с ледяным спокойствием ответила мисс Лисс, — Налей себе чаю. Я уже все тебе объяснила и терпеливо жду, когда ты уже успокоишься и наконец начнешь думать. В том, что ты умеешь это делать я не сомневаюсь, но видимо тебе надо постараться чуть лучше.       — «Тридцать баллов Слизерину», — усмехнулся про себя Снейп, делая глоток из чашки.       — Меня нихера не успокаивает тот факт, что он работал на Дамблдора, милая моя, бывший директор Хогвартса был тем ещё козлом, — поморщился Гринвин, но все же сел на диван, демонстративно отодвигаясь подальше от Снейпа, — Тем более что упомянутого профессора он же сам и убил. И я вообще не понимаю, за ким хером ты так впрягаешься за пожирателя.       — Мистер Гринвин, я все еще здесь, если вы не заметили, и если уж вы оказались в курсе происходящего, то прекратите меня игнорировать и скажите, что вас так сильно напрягает, в противном случае я вынесу вас отсюда вперед ногами, дабы и дальше не омрачать это утро вашим присутствием, — прошипел Снейп, сверля собеседника тяжелым взглядом.       — О, меня напрягает сейчас чрезвычайно дохера вещей, мистер Снейп, — саркастично ухмыльнулся парень, — Но больше всего меня бесит, что даже после смерти старый маразматик Дамблдор продолжает путаться под ногами и хер его разберёт что еще он приготовил.       — Поясните, — Снейп вопросительно приподнял бровь. Парень замялся, испытующе вглядываясь в лицо зельевара. Северус хотел было незаметно скользнуть в его сознание, но наткнулся на гладкую непробиваемую стену, — «Однако интересно… И много ещё в Польше молодых магов, владеющих таким уровнем Окклюменции? Да еще в условиях блокировки магии…»       — Ян, покажи ему, — голос Анны-Луизы прервал стрельбу глазами, — Он все равно узнает.       — Милая, если он нас подставит, мы все покойники, — проговорил Гринвин, — Я надеюсь ты все ещё уверена в том, что делаешь, — он достал из внутреннего кармана пиджака несколько свернутых в четверть листков, расправил и протянул Снейпу.       Северус помедлил, быстро взглянул на Анну-Луизу сидящую напротив и взял бумаги. Первым было письмо-прошение от 3 августа 1981 года об опеке над Гарри Джеймсом Поттером от мистера Габриса Гринвина на основании кровного родства и возможности предоставить ребёнку все необходимые условия, включая защиту и сокрытие места нахождения до совершеннолетия. Далее шел отказ по решению полного состава суда Визенгамота. Главным свидетельством были показания профессора Альбуса Дамблдора, главы Ордена Феникса, героя войны с Воландемортом и главного защитника Поттеров. Потом еще прошение и еще отказ. Последней лежала копия из реестра магических браков, где говорилось, что в 1910 году Алес Гринвин взял в жены Пенеллу Поттер. Снейп поднял взгляд на парня. Картинка сложилась воедино. Очков нет, волосы гораздо светлее и собраны сзади в хвост, подбородок тверже, да и сам парень пожалуй старше и серьезнее, чем в последних воспоминаниях Северуса. Но черт возьми перед ним сидела почти точная копия Джеймса мать его за ногу Поттера!       — Отец перестал обивать пороги британского Министерства только когда парень поступил на третий курс Хогвартса, — заметив изучающий взгляд и вопросительно вздернутую бровь сказал Гринвин, — У нас у всех волосы вставали дыбом от того как с ним обращалась родная тетка. Отец присматривал за пацаном, но каждый раз получая новости от соглядатаев был в таком бешенстве, что в пору всем в подвале прятаться. Сколько раз за это время он помогал вашему Ордену отбиваться от пожирателей, которые шастали вокруг дома в Литтл Уинкинге — не сосчитать. Мы думали что с поступлением в школу все выдохнут и Поттер будет в безопасности, но нет! Дамблдор даже держа мальчишку под боком умудрился его едва не угрохать! А когда на 2 курсе в школе объявился василиск, отец уже был готов силом забирать Поттера у горе-опекунов. Но обошлось. Через несколько месяцев из Азкабана сбежал Блэк и мы облегченно выдохнули, может хоть кто-то из родственников сможет нормально взяться за воспитание мальчика-который-вечно-влипает-во-всякую-хрень.       — Не на того понадеялись, — ядовито хмыкнул Снейп, вспоминая Бродягу в годы студенчества.       — Спасибо, это мы уже поняли по тому как быстро Сириус Блэк поспешил расстаться с собственной жизнью, — поморщился Ян Гринвин.       — Значит у мистера Поттера все это время была родня, о которой он ничего не знает, — Снейп потер подбородок, оперевшись на подлокотник кресла. Он проницательно смотрел на парня и все силился отделить сидевшего перед собой человека от тени Джеймса Поттера, которая так настойчиво мозолила глаза, — «Будь ты проклят, Джеймс, тебя уже давно похоронили, а ты все так же выскакиваешь как черт из табакерки, и обязательно рядом с интересующими меня женщинами!», — справиться с собой оказалось сложнее, чем он предполагал. А нечаянная мысль о том, что «интересующая его женщина» у него больше не одна, неприятно обожгла сознание, — И чего же вы хотите, мистер Гринвин? Гарри Поттера нет в Хогвартсе, и я не знаю, где он сейчас находится.       — Вот именно, никто не знает где он, — прошипел Ян и, наклонившись вперед, продолжил, — Я знаю, что с пацаном что-то не так, я видел его три года назад в Хогсмиде с друзьями. Обычный подросток с виду, все в норме, но есть что-то, что не дает покоя. Будто бы сам темную магию не применяет, но запашок ее вокруг него так и крутится.       — А вы, как я погляжу, эксперт в темной магии? — ухмыльнулся Снейп.       — Я глава польского аврората, — Гринвин хищно улыбнулся, демонстрируя ровные белые зубы, — И я хочу знать где шляется мой родственник, и что с ним не так.       — «Ты хотел знать, сколько скелетов в шкафу твоей жены? Заведи тетрадку, Нюниус, записывать будешь! Польский аврорат, мать вашу! И как давно они лезут в дела магической Британии? И что еще им известно?», — мысли метались по голове со скоростью бешеных ос, — Гарри Поттер должен уничтожить крестражи, созданные Темным Лордом, — наконец медленно проговорил Снейп, кладя бумаги на стол, —В момент, когда Воландеморт пытался убить ребенка, он сам того не желая создал еще один крестраж, и осколок души попал в мальчика.       — Блять, — констатировал Гринвин, отведя взгляд в камин, — Теперь понятно что с ним не так… Пацан должен умереть? — Снейп кивнул.       — Отцу не говори, — подала наконец голос Анна-Луиза.       — Да и так понятно, он ж с ума сойдет от таких новостей, — подперев голову кулаком, проговорил Ян, — И лезть на рожон в страну, которая расколота надвое — верное самоубийство, даже если я подниму всех своих подчиненных.       Снейп вопросительно приподнял бровь, глядя на жену. Анна-Луиза лишь слегка качнула головой, как бы говоря, что объяснит все позже. В гостиной повисло тяжелое молчание. Что она там говорила? Что теперь он шпионит на три стороны, а не на две? Что ж, теперь эта фраза начинала в полной мере доходить до него.       — Вы ведь не просто так остались в Хогвартсе, после смерти Дамблдора… — утвердительно проговорил Ян, по-прежнему не глядя на Снейпа, — Моя голова все еще взрывается от того, что я сижу рядом с пожирателем смерти, но я верю ей, — он кивнул в сторону Анны-Луизы, — А потому все же спрошу: Что сейчас можно сделать, чтобы крови в Британии лилось чуть меньше? Я не дурак, в открытую эту войну не выиграть, даже если сейчас вся Европа встанет на дыбы. Но те новости, которые долетают о так называемом «очищении магического сообщества от грязной крови» - это просто за гранью здравого смысла…       — В этом году я не принял студентов маггловского происхождения в Хогвартс, — проговорил Снейп, — Если такая возможность существует, их нужно распределить в другие магические школы.       — Сейчас начало декабря, они не успеют освоить программу, — сдвинул брови Гринвин.       — Вы недооцениваете потенциал детей, которым дали шанс вернуться в мир магии, — хмыкнул Снейп, — Они догонят программу, я уверен. Но если их не распределить, Британия получит порцию родителей, которые отправляют своих детей в сумасшедшие дома, потому что те уже не могут жить в мире магглов. А заодно вагон нарушений Статута о секретности.       — Я сделаю все возможное, — ответил Ян и поднялся с места, забирая со стола бумаги, — Мне пора, я дам знать как только будут новости.       — Иво проводит, — сказала Анна-Луиза, поднимаясь следом.       — Хорошо, — кивнул Ян, — Надеюсь в обозримом будущем мне не придется откручивать вам голову, мистер Снейп — ухмыльнулся поляк, протягивая зельевару руку.       — Не дождетесь, мистер Гринвин, — скривив губы в ответной ухмылке ответил Северус, пожимая протянутую руку. Его все никак не отпускала мысль, что он держит за руку ненавистного Джеймса Поттера.