Огонь и песок

Канкуро подавился содовой и закашлялся, выплевывая все выпитое наружу. Лицо брата Казекаге покраснело под фиолетовыми полосами боевой раскраски. Откашлявшись, Канкуро вскочил на ноги и хлопнул ладонями по столу, который в ответ жалобно заскрежетал. Гаара повернулся к своей сестре, чьи глаза опасно сузились, когда она пристально взглянула на него. Одного этого взгляда хватало вместо всех комментариев. - Так, поправь меня, если я ослышалась, но ты сказал, что собираешься жить с блондинчиком? - Так я и сказал, - ответил Гаара. Канкуро взвыл и смачно двинул ладонью себе по лбу. Темари спрыгнула с подоконника, сжимая в руке пилочку для ногтей на манер ножа, и подошла к Наруто, который раскинулся на диване под теплым пледом, натянутым до самых глаз. Бандана сползла на его глаза, когда он особенно громко всхрапнул. - АУЧ! - Воскликнул вдруг Наруто, свалившись с дивана на жесткий пол. Гаара закатил глаза к потолку, прося у всех богов сил для разговора с людьми, зовущимися его родственниками. Вырвав пилочку из руки Темари, он раздраженно произнес: - Я хочу жить с ним в Конохе. Он тоже этого хочет. В любом случае я отправляюсь с ним, и вы меня не остановите. - Но... Гаара! - Воскликнул Канкуро, вцепившись в свои волосы в отчаянном жесте. - Ты же Казекаге, ты не можешь просто взять и уйти! Гаара понимал это. И это было главной проблемой. - Отлично. Темари, ты теперь Казекаге. Можешь забрать шляпу. Наруто, припустив от взбешенной сестры Казекаге, домчался до Гаары и вцепился в его ногу. - Гаара, Темари меня убить хочет! Выруби ее, а? Сделай же что-нибудь! Гаара честно старался унять дикое желание придушить их всех вместе взятых. - Заткнись. Темари, ты будешь Казекаге. Канкуро, хватит ныть, иначе я вырву тебе глаза. Ты меня знаешь, я могу это сделать. Наруто, мы уезжаем. - Но Гаара... - Немедленно.