Моменты уюта

      В их отношениях, больше походящих на американские горки, со всеми своими резкими поворотами, взлётами и падениями, редко случались моменты уюта. Подколы, смешки, пранки, и частые ссоры на несерьёзные темы, заканчивающиеся обидками на один день, но забывающиеся так же быстро, как и начинающиеся, часто сменялись страстью, горячими, властными поцелуями, пошлыми действиями, но никак не нежностью и целомудрием. Моменты ласковых обнимашек, признаний в любви как бы невзначай, из неоткуда появляющихся сентиментальных фразочек, с которых они потом только заливисто смеялись, сладких, трогательных чмоков в щёчку, в кончик носа или в лоб ценились особенно сильно и казались невероятно важными, но желания их слишком часто повторять как-то не появлялось. В конце концов, Фил и Илья — не ванильные, сопливые маленькие девочки, захлёбывающиеся слюной от одного вида чего-то милого, будь то щеночек, котёнок, «няшная» аниме-«тян» или «кун», и постоянно «ня»-кающие без видной на то причины. Но сейчас, когда Илья мирно посапывал на плече Фила, юноша ощущал себя именно той самой сопливой девочкой, желающей приласкать умилительного вида создание, и ему уже было давно наплевать на маячащий на экране телевизора фильм. Хотелось дотронуться пальцем до розоватых, мягких, чуть приоткрытых губ, погладить по рыжим, густым, растрёпанным волосам, покрутить между пальцев яркие, шелковистые пряди. Хотелось прикоснуться к румяным щекам, пересчитать каждую веснушку, и, если станет скучно, мысленно объединять их в созвездия. Хотелось никогда не ссориться и всю жизнь наслаждаться спокойствием и умиротворением на лице этого довольно нахального человека, часто кривящего губы в ехидных усмешках, хмурящего густые брови и самодовольно вздёргивающего подбородок в моменты, когда он чувствует интеллектуальное превосходство над соперником. Но Фил обычно сразу же отбрасывал эти мысли, ведь мгновения уюта приносят особенное удовольствие только тогда, когда они не слишком часты. Ведь Илья будет не Ильёй, если резко станет «нежным одуванчиком», ведь именно за эту резкость, но не исключающую на первый взгляд незаметную ласку, он его и полюбил. За разрушившийся пред ним образ неприступного человека, скрывавший за собой неуверенность в себе, огромное количество загонов и тараканов, проблемы и укоренившиеся в голове стереотипы, которые было так приятно разбивать и показывать пред одиноким человеком дивный, новый мир дружбы и влюблённости. И, в конце концов, как можно было не любить Илью за то, что он принял всех тараканов Фила, и даже помог с некоторыми справиться?       Отношения Ильи и Фила были… сложными, но эта игра явно стоила всех затраченных свеч.