she's not my sexy frau

Вот уже две недели Хвиин не может дозвониться до Мунбёль. Кажется, девушка забыла обо всём, стоило ей только улететь из страны, но Чон не обижалась на неё — возможно, старшая действительно нашла её — повзрослевшую, такую прекрасную и уже совершенно позабывшую о том, что в её жизни когда-то случилось. Хвиин хочется так же — почему Хеджин просто не может испариться из воспоминаний, для чего до сих играется со старшей и пытается разбить? Голова уже буквально болела от того, сколько было вопросов, на которые Хеджин не в жизнь бы не ответила. — Ты выглядишь взволнованной, это из-за меня? — Хеджин нависает над Хвиин, снова целуя её в уголок губ. Они стоят в туалете, младшая смотрит на девушку так жадно, буквально пожирает взглядом, но Чон терпит — ещё немного, и её отпустят. Обязательно. — Нет, Мари, это с тобой не связано, — отмахивается Хвиин, отворачиваясь и понимая, что всё это слишком далеко зашло, — Я в порядке, правда. — Правда? — Хеджин ухмыляется, ловит девушку за локоть и снова прижимает к кафельной стене, когда та хотела уйти. Ан наклоняется близко-близко, и у Хвиин нет сил, чтобы её оттолкнуть. Хеджин сжимает её руку сильнее и целует, уже смелее, напористее, и старшая зачем-то позволяет ей быть хозяйкой положения и лишь кладёт ладони ей на плечи. Кажется, Хеджин улыбнулась в поцелуй, приобняв за талию. Пора это всё прекращать. Хвиин не может не винить себя в том, что произошло, она ведь позволила девушке поцеловать первой, позволила снова манипулировать собой. После этого случая Хеджин несколько дней не появлялась на учёбе, и, если Чон встречала её в общежитии, младшая непременно сбегала, игнорировала, как будто развлекаясь — Хвиин не могла не видеть улыбку на её лице, когда они случайно встречались. От гнетущего чувства обиды на Хеджин и её молчание ничего не спасало, Мунбёль по-прежнему было недоступна, кто-то другой не способен был заменить лучшую подругу и человека, который буквально ограждал от всего плохого. Хвиин чувствовала себя виноватой, когда думала о Мунбёль — онни не обязана была водиться с Чон, как с маленькой, но порой хотелось снова оказаться в объятиях самой прекрасной онни. Так было до тех пор, пока не появился ещё один человек, который выбил у Хвиин почву из-под ног. Короткие светлые волосы, очаровательная улыбка и узнаваемая походка — Ким Ёнсон была удивительной девушкой и отличным преподавателем, Хвиин могла бесконечно ей восхищаться, что, конечно, раздражало Хеджин. Хвиин всё никак не могла понять, что происходит. Между ней и Хеджин — хрупкий мир и равновесие, которое могло разрушиться в любой момент, и он, кажется, настал ровно тогда, когда они сидели во дворе университета, и Ёнсон подошла к ним с лёгкой улыбкой на лице. Её любимой ученицей была Хвиин — онни была не просто наставницей, но и хорошей подругой, которая любила встретиться в неформальной обстановке, и поэтому ей хотелось думать, что отношения «учитель — ученик» — это не их случай. — Хвиин-а, было бы неплохо, если бы мы встретились на днях, — Чон почувствовала на себе напряжённый взгляд Хеджин, — В последний раз ведь так пару лет назад встречались, разве нет? — Да, вы правы, — Хвиин робко улыбнулась Ёнсон и опустила глаза, даже не подозревая, как отреагирует Хеджин на такие предложения, — Можно на выходных. — Вот и прекрасно, — Ёнсон потрепала младшую по волосам и пошла по своим делам, оставив девушек в неуютной тишине. — Пойдёшь? — через некоторое время спросила Хеджин, разглядывая свой новый маникюр. — Конечно, мы так давно не виделись, я очень скучала по ней, — Хвиин нахмурилась, но голос звучал уверенно, она пыталась понять, почему девушка так реагирует и смотрит с таким недовольством, — А что? — Ничего. Мне пора на занятия. Хеджин вела себя странно, Хвиин оставалось смотреть ей вслед с недоумением и подозрением, что никуда она на выходных не пойдёт. Чон была убеждена в том, что младшая дуется на неё и от себя никуда не отпустит, но разве это правильно? — Я у неё на побегушках, что ли? — возмущённо спросила у самой себя Хвиин, затем набирая уже выученный наизусть номер — она надеялась, что хотя бы у Бёль всё нормально. В следующие минуты Хвиин не могла перестать улыбаться самой себе — наконец-то Мунбёль взяла трубку. — Привет, птенчик, — мягко сказала старшая, затем хихикнув, — Извини, что я пропала так надолго, были некоторые проблемы с устройством, времени не было совершенно, но теперь… — Ты нашла его, — договорила за неё Хвиин и с ходу спросила о том, что волновало больше всего, — А никого больше не находила? Мунбёль молчала. Она тяжело вздохнула, но Хвиин не могла знать, что это от облегчения и счастья — конечно же, она нашла ту самую, и она даже не оттолкнула. — Она со мной сейчас, мы ходим по магазинам и ищем что-нибудь для следующей фотосессии, — Хвиин улыбнулась и прикрыла глаза, — Я так… Я так счастлива, Хвиин. — Как хорошо, что ты приняла предложение от той студии, — усмехнулась девушка, — Благодаря мне всё обернулось так удачно. — Спасибо, птенчик, и да, — Мунбёль вдруг замолчала и что-то сказала в сторону, засмеявшись, — Расскажи, что у тебя происходит с Хеджин? Я хочу знать всё. — Она… — Хвиин закусила губу, — Она ужасно ревнивая, а потому, кажется, против того, чтобы я общалась с кем-то ещё так же близко. — У неё есть все основания, разве нет? — Она просто играет мной, — обиженно пробубнила младшая. — Подожди немного, время всё изменит, — Мунбёль снова отвлеклась на тихий нежный голос и затем вернулась к Хвиин, — Мне нужно идти. Позволь нести тебя по течению. Если что-то побеспокоит, звони — теперь я смогу ответить. — Спасибо, я люблю тебя. — И я тебя, — Мунбёль наверняка очаровательно улыбнулась сейчас и тут же отключилась, оставляя Хвиин наедине с собой и сильным желанием что-нибудь сделать с ревностью Хеджин. Но что она может? Они не общались весь последующий день, и Хвиин решила, что так и надо — она без зазрения совести может встретиться с Ёнсон и ни о чём не беспокоиться, да и вообще — почему она должна чего-то опасаться? Всю встречу Ёнсон вела себя странно и смотрела на Хвиин так пристально, что становилось неуютно. Они сидели у неё дома, и старшая рассказывала про свою поездку в Испанию, но девушке с трудом удавалось вникать во всё сказанное, потому что не думать о Хеджин не получалось. — Эта Хеджин… — вдруг заговорила о ней Ёнсон, и Хвиин вздрогнула, стараясь смотреть на старшую со спокойствием, однако получалось плохо, — Кто она для тебя? — Мы дружим, — Хвиин отвела взгляд, — Не так давно, но она хорошая. — Да ладно? — в голосе старшей слишком много подозрения и насмешки — ей почему-то не верится, — С каких пор тихая и скромная девушка дружит с такой яркой личностью? Как вас угораздило? — Случайность, — Чон пожала плечами, надеясь, что на этом вопросы о Хеджин закончатся. Захотелось домой. — Ладно, тогда я могу кое о чём попросить… — Ёнсон подвинулась ближе к девушке и заглянула в её испуганные глаза, — Поцелуй меня. Хвиин не знала, что ей делать. Внезапная перемена в поведении снова заставила вздрогнуть и отвернуться, затаив дыхание. Для неё Ёнсон всегда была лишь наставницей, надёжной и заботливой, никогда не хотелось думать о старшей, как о ком-то ещё — её всё устраивало, и лишь Ким порой словно пыталась сблизиться и перейти черту. — Нет, онни, — Хвиин старалась выглядеть расслабленной, но не могла преодолеть страх, — Извини, мне лучше уйти. Именно тогда Ёнсон поняла, что Хвиин — бессовестная лгунья, потому что наврала насчёт Хеджин и их отношения друг к другу. Девушка широко улыбнулась, когда Хвиин ушла, тихо закрыв за собой дверь, и увалилась на пол, вздыхая — никто никогда не выдерживал её проверок, наверное, это не так уж и плохо. Чон была расстроена поведением онни. Она надеялась, что хотя бы Ёнсон не будет говорить о Хеджин, намекать на что-то, но такой уж она человек — открытый, даже слишком, а ещё прямолинейный. Хвиин чувствовала себя идиоткой, когда впервые впустила Ан за порог своей квартиры, и сейчас она чувствует себя точно так же. Всё шло наперекосяк, непонятно, что делать, и стоит ли вообще что-то предпринимать… Хвиин зачем-то пошла к Хеджин. Она не знала, что должна сказать, но им необходимо было поговорить и всё выяснить. — Почему ты здесь? Хеджин удивлена, однако всё-таки впускает Хвиин к себе и незаметно вытирает глаза, но старшая всё равно замечает, что её глаза красные. — Скучала. У тебя что-то случилось? Хвиин подошла к застывшей и почему-то испуганной девушке и внимательно посмотрела ей в глаза. Она долго молчала, дожидаясь ответа, но Хеджин не могла и слова вымолвить, потому что онни была так близко, это дико смущало. Та наконец вздохнула, забавно дёрнула носом и вытерла слёзы с лица Хеджин, затем уходя в гостиную. Ан решила, что, возможно, сможет сказать, почему плакала. — Я не понимаю, что чувствую к тебе, — тихо сказала она, проходя к Хвиин и оказываясь рядом с ней. Девушка взяла её за руку и опустила взгляд, пока Чон пустым взглядом смотрела на мельтешащих людей в телевизоре. — Это заметно, — Хвиин кивнула и села на диван, утягивая младшую за собой, — И что нам делать? Я ведь тоже не знаю, как к тебе относиться. Ты ведь любишь играть со мной, Мари, почему сомневаешься в своих чувствах? — Я… — Хеджин не хотелось смотреть правде в глаза, но было уже поздно, — Всё не так. Я никогда не играла с тобой… — Не верю, — перебила Хвиин, по-прежнему не отрывая взгляда от телевизора. Она знала, что младшая прямо сейчас смотрит на неё невероятно внимательно, словно пытаясь доказать, что всё сказанное в её сторону — ложь. Хеджин была в замешательстве и хотела снова что-то сказать, но Хвиин наконец повернулась к ней и взглянула с большой претензией. — Извини, я не могла понять, какой быть рядом с тобой, — промолвила Ан, — Мне не хотелось быть отвергнутой, я ведь знаю, что пугаю тебя, когда не скрываю своих чувств. — Я не хочу такого, ты права, — Хвиин без колебаний кивнула, высвободила свою руку и поднялась с дивана, — А потому просто ухожу. Твои игры мне надоели. Ревность — тем более. Меня ждёт Ёнсон, извини, она снова хочет встретиться. Хеджин быстро пошла следом, опередила Хвиин и заперла дверь на ключ, тут же смотря на старшую, которая замерла и ничего не могла сказать. Да сколько можно? — Какая же ты… — Идиотка? — в отчаянии спросила девушка, смотря на Чон в упор и не понимая, что она творит, но чувствуя, что так нужно, — Это ты извини, но… Тебе следует остаться здесь. — Надолго? — старшая сложила руки на груди и наклонила голову набок. Ей сложно было сдержать улыбку, а Хеджин не могла не удивиться заданному вопросу. — Как получится, тем более ты сама зачем-то пришла ко мне. Хеджин была права, а Хвиин не могла даже самой себе объяснить, зачем заявилась к младшей. Она вернулась в гостиную, выключая телевизор и затем смотря на девушку, которая демонстративно положила ключ от двери в передний карман широких брюк. Хвиин устало вздохнула и покачала головой — кажется, этой ночью ей не удастся нормально отдохнуть. — Если скажешь, зачем пришла сюда, то сможешь забрать его и уйти, — подходя к старшей, сказала Хеджин и посмотрела на неё с хитрой улыбкой. — Я без понятия, что здесь делаю, но наверное я ждала здесь поддержки и ответов, — Хвиин посмотрела в сторону, — Но стоило только тебя увидеть, желание что-либо знать исчезло, и вернулось чувство обиды и ощущение, что ты рассмеёшься надо мной, когда я обо всём расскажу. — И что в итоге? — не переставая смотреть на красивую Хвиин, спросила младшая. — В итоге цирк, — девушка развела руками и посмотрела на Ан так устало, что той вдруг захотелось отдать ключ просто так и наконец отпустить бедняжку домой. — Меня более менее устраивает твой ответ, так что можешь забрать ключ. Хвиин заметно расслабилась и подошла к младшей вплотную, затем засовывая руку в карман. Хеджин смотрит на неё слишком пристально и, когда Чон наконец готова достать ключ, целует её в губы. Старшая вдруг замирает и боится пошевелиться, затем и вовсе теряет самообладание, отталкивает её и старается отдышаться. Хвиин сдаётся, опускает голову и облизывает губы, затем кладя ключ обратно в карман. Хеджин победно улыбается, словно ей опять удалось обдурить старшую своими фокусами, и гладит девушку по щеке, улыбаясь. Той это не нравится. Она вообще ненавидит, когда ей вот так играются, но тогда она готова была позволить Хеджин делать, что той заблагорассудится. Ан, к слову, попросила только, чтобы Хвиин переночевала у неё. Она ведь была уже так долго одна. Хотелось, чтобы хоть кто-нибудь оказался рядом. Например, Хвиин, которая обнимает крепко-крепко и целует в макушку, потому что ей так захотелось.