On the edge of a knife

Под гнетущую тишину и звуки перегорающей лампочки Хосок, сидя на полу, курил сигарету. Ощутимый холод после душа освежил не только тело, но и мысли, а горячий никотин разливался по венам, создавая замечательный контраст. Прикрыв глаза, он почувствовал силуэт рядом с собой. — Чего тебе надо? — медленно протянул Хосок. — Ты же знаешь чего я хочу уже как много лет. — Ты не получишь моё тело и разум, ты лишь тень из моего прошлого, — выдохнул дым Чон. — Ты так говоришь, но ничего не можешь поделать. Воспоминания возвращаются, а следовательно, вернусь и я, — близнец Хосока присел рядом с ним и усмехнулся. Кудрявые каштановые волосы спадали на лоб, а чёрная рубашка была вся в крови. — Ты ошибаешься, если так думаешь. Я начал новую жизнь и прекрасно с ней справляюсь. Не хочу возвращаться к убийствам и опять попасть в психушку. — Чон, не льсти себе. Я тебя создал, ты всего лишь мой защитный механизм. — Заткнись. — Ну же, восстанови свою память и выпустил меня из заточения. Я скучаю по НЕМУ и он тоже, не так ли? — Мне плевать. — Ну ты же его любишь, любишь ведь! — Иди нахер! — закричал Хосок, прикрыв уши. — От себя не убежать, ты-это я, а я-это ты, — засмеялся близнец и исчез. Хосок тяжело отдышался и вырвал вьющуюся прядь, с этим надо что-то делать.

***

Тэхён сидел в кабинете, когда телефон завибрировал и на дисплее высветилось знакомое имя: — Алло? — Тэхён, можешь мне выписать пару таблеток, подавляющих память? — Что? Мы же договорились отменить лекарства и восстанавливать твои воспоминания. — Планы немного поменялись. — Что случилось? — Тэхён подскочил с места. — Я сейчас же приеду, только скажи! — Не надо, просто пропиши мне рецепт, я приду завтра. Я буду благодарен. — Но я твой врач, у меня есть право знать, что с тобой происходит! — Спасибо Тэ, я на тебя рассчитываю. — на конце провода послышались гудки, Хосок бросил трубку. Тэхён покрутил банку с таблетками и бросил на пол. Препараты рассыпались. Надо немедленно ехать к нему и выяснить в чём дело, он нутром чувствовал что что-то не так. На всякий случай Ким прихватил капсулы с сильным нейтрализатором.

***

Примерно через час, а может и больше, Хосок не считал, послышался звонок во входную дверь. Еле подняв себя с кровати парень открыл дверь и на пороге стоял взлохмаченный Тэхён в белом халате и с тревожным выражением лица. Эта картина напоминала первую встречу, но сейчас она была более мрачной. — Хосок, что произошло? — Ничего особенного, просто голоса в голове усилились — прошептал Чон. — Это плохо, тогда мне надо за тобой присмотреть. Впусти меня, пожалуйста. — Ладно — вздохнул Хосок и пропустил Тэхёна. — Ты очень бледный, видно, истощение сил — Тэхён достал таблетки — открой рот, это витамины, они должны помочь. Чон послушался и поморщился от кислого вкуса, когда таблетка коснулась языка. — А теперь ложись, тебе надо отдохнуть. — Я сейчас покурю и лягу — Хосок потянулся за сигаретами, но Тэхён вырвал пачку из рук. — Никаких сигарет! Больному человеку не желательно отравлять свою кровь никотином и вообще, брось эту хрень. — Не тебе решать, отдай — Чон выхватил пачку, но положил её на тумбочку и лёг в кровать. — Отдыхай, я за тобой послежу — в подтверждение своих слов Тэхён сел на кресло рядом с кроватью и сложил руки на груди. Хосок закрыл глаза и заснул беспокойным сном. Его сновидения были кошмарами, где он находился в бесконечной пустоте и где все его бросили. На каждый тяжёлый выдох, тихий скулеж или бормотание во сне Тэхён немедленно вскакивал с места и проверял температуру, если тело или лоб рыжего сильно нагревались, то Ким каждый раз растирал его тело тряпкой, смоченной в холодной воде и устало выдыхал, сжимал ладонь когда тот кричал и гладил по мокрым от пота волосам. Сейчас Тэхён решил присесть на кресло, чтобы отдохнуть, но не тут то было: — Тэхён-а — прошептал Хосок, мучаясь во сне — Тэхён-а, Тэхён-а! — Я здесь — Тэхён взял горячую ладонь Хосока и поцеловал её. Опять поднялся жар, придётся сходить за тряпкой. Дрожащая рука Хосока упорно не хотела отпускать тёплую ладонь, но Тэхён осторожно её вытащил, прошептал что сейчас придёт. — Не уходи, тигрёнок — Хосок открыл тёмно-карие глаза, которые, казалось, почернели на несколько оттенков. Тэхёна прошибла дрожь и он остановился. — Х-хён? Ты вернулся? — Да, но боюсь что ненадолго. — Хосок протянул руку и погладил по щеке Кима — Я знаю, что ты убиваешь — прошептал он на ухо парню — и хорошо с этим справляешься — улыбнулся Чон. — Я стараюсь, хён. — Из тебя вышел хороший врач, хороший убийца, но не хороший партнёр. — Что? О чём ты? Кроме тебя я ни с кем не встречаюсь. — Не ври мне! — Хосок потянул за чёрные волосы, приблизив лицо — ты спал с ним. Ну как, было классно его трахать? — Да о чем ты?! — заскулил Тэхён. — Не строй из себя невинную овечку, Тэ. Тебе запал в душу этот рыжий, да? А как же я? Я тебе больше не нужен? Мы же договорились, что ты восстановишь мне память и всё у нас будет хорошо! Должно было быть… — Хосок оскалился и, взяв за запястья Кима, повалил его на кровать, оказавшись сверху. — Нет, ты не так понял, — захныкал Тэхён. — Я пытался быть с тобой добрым, хорошим, — говорил Хосок, параллельно снимая с Тэхёна брюки и боксеры, — даже сдерживал всю свою агрессию и не показывал тебе ничего, — следом полетели спортивные штаны Чона, — но ты не оценил мои старания. — Хосок, не злись пожалуйста. Прошу… — О чём ты, Тэ? Я не злюсь, я просто даю тебе то, что ты заслужил, — ухмыльнулся Чон, затыкая хнычущего парня грубым поцелуем. Хосок покрывал дрожащее тело засосами, укусами и небольшими синяками. Оставил на боку шеи заметную метку, как бы мстя за все, что произошло в его отсутствие. Хосок, зажимая левой рукой оба запястья, а три пальца на правой смочил слюной и резко вставил в анус, не обращая внимания на шипение Тэхёна. — Тугой, как девственник. Давненько я тебя не трахал, да, тигрёнок? — Хён, пожалуйста… Мне очень больно. — Верю, но мне сейчас больнее всего  — Хосок взял подбородок Тэхёна и целовал его, сминая нежные губы и наслаждаясь этим моментом. Крики этого мальчишки были отдельным удовольствием, поэтому Чон хотел большего. Он оттягивал нижнюю губу и прокусил её, почти что насквозь, проталкивал свой язык поглубже в рот Тэхёну, несмотря на его недовольное мычание, очерчивал дёсна и зубы, протянувшаяся ниточка слюны между ними разорвалась в тот же миг и Хосок хмыкнул, смотря на капающие по щекам слезы Тэхёна. — Сейчас будет немного больно. — Нет! Не надо, хён! Неее… В горле застрял немой крик, пульсировало в висках, а руки так и застыли в одном положении. Хосок вошёл в Тэхёна. Полностью. И что самое неприятное для Кима, это как он идеально принял член Чона. Ким дрожал от боли и удовольствия, сдерживая стоны. Какая же он шлюха, никогда бы в жизни этого не подумал, но, как оказалось, так и есть. Соски встали от возбуждения, член стоял колом, стоило Хосоку только коснуться его кожи, хоть грубо расцарапать или поцеловать, он реагировал на всё. Хосок втрахивал его в кровать, параллельно рыча и оттягивая за волосы, а Тэхён не мог ничего поделать, тот был сильнее, да и тело предавало. Волна возбуждения не давала здраво мыслить, а толчки по простате уносили в экстаз. Было больно или приятно? Больно, это точно, покрайней мере, так хотел думать Тэхён, кончая себе на живот и стоная. Хосок резко поднял его за запястья и, Тэхён, оказавшись в сидячем положении, обвил шею Хосока, уткнувшись в плечо. Хосок чувствовал, как по его телу скатываются горячие слезы, но старался не зацикливаться на этом, хотя это очень сложно. Он правда хотел быть хорошим, хотел подарить целый мир этому пацану с улицы, хотел любить и лелеять, но, видно не судьба. Он полюбил Хоби, полюбил этого рыжего беса, да он даже не настоящий человек! Он же просто иллюзия Хосока! Чон насадил Тэхёна полностью на всю длину, услышав очередной томный стон, сминал мягкие ягодицы и царапал спину, оставляя глубокий след. Гнев надо было куда-то деть и не важно, что раскрывает по новой только затянувшиеся раны, нужно было выпустить пар. Оттянув Тэхёна за волосы, Хосок поцеловав его в губы, кончил. Тэхён, почувствовав горячую сперму внутри, упал от бессилия. Перед своим уходом Чон разбил колбы с лекарствами на тумбе и горько хмыкнул, Тэхён хотел отключить его сознание. Маленькая мразь.