Предательство. Часть вторая

      Утром раньше всех проснулся Северус. Будучи ещё в пижаме, он умылся и решил спуститься в гостиную. Окончательно оправившись от сна, мальчик вспомнил, что сегодня наступило Рождество и неприятные события, произошедшие ночью. Хотя одно из них было, пожалуй, лучшим за последнее время. Северус вспомнил трепетные объятия Анны, которые она, вероятно, уже забыла. Девочка сладко спала на диване. Северус подошёл ближе и увидел одеяло, лежавшее на полу. Недолго думая, мальчик поднял его и накрыл им Анну, от чего та начала просыпаться.       - Бабушка… извини… я опять уронила одеяло, - еле слышно бормотала Анна, она постепенно открыла глаза и резко приподнялась, натягивая на себя одеяло. Девочка залилась густым румянцем, увидев перед собой совсем не Габриэллу. Её волосы были растрёпаны, и вид казался совершенно растерянным. – Ты не бабушка.       - Пять очков Гриффиндору, - пробормотал Северус и улыбнулся, его это явно позабавило.       - Мог бы и побольше причислить, - изобразила недовольство красноволосая и тоже пустила смешок.       - Увы, когда-то давно я награждал гриффиндорцев только штрафными, - вздохнул Северус и, не убирая с лица улыбки, развёл руками.       - Моего сына тоже? – в голосе Анны слышалось явное любопытство.       - Эм… - он волнительно забегал глазами и порозовел. – Пойду чайник поставлю, - с этими словами мальчик поспешил удалиться на кухню.       Северус решил похлопотать и приготовить завтрак, что не составило ему большого труда. С праздничного ужина еды оставалось много. Накрыв на стол, мальчик позвал уже проснувшуюся Анну и неохотно пробудившегося Дэвида. Гриффиндорец что-то недовольно пробурчал в ответ и через несколько минут спустился на кухню. Судя по трём наполненным тарелкам, Эйлин ещё спала, и место для неё не подразумевалось. Друзья старались разговаривать тихо и обсуждали отдалённые темы, не затрагивая вчерашнее происшествие.       - Доброе утро, - послышался у входа на кухню знакомый женский голос. Дети перевели взгляд на Эйлин, стоявшую у дверного проёма. Она облокотилась на него и сложила руки на груди. Женщина была одета в домашнее и уже убрала волосы в хвост. – С Рождеством! – сказала она и приветливо улыбнулась.       Дети ответили тем же и недоумённо переглянулись. В воздухе повисла неловкая пауза.       - Простите меня, - вдруг произнесла Эйлин слегка неуверенным тоном. – Я должна была пригласить того гостя в дом, чтобы у вас не оказалось никаких страхов и подозрений. Я поступила глупо.       - Кто это был? – тихо спросил Северус также неуверенно.       - Теперь это неважно, - замотала головой женщина и опустила взгляд. – Возможно, когда-нибудь я расскажу об этом, но не сейчас…       - Мам, ты тоже меня прости, - промолвил Северус, вставая со своего места. – Я не должен был так резко себя вести, но я переживал за тебя, за всех нас! Я боялся, что это могло быть… - он поймал взгляд Дэвида, тот жестом показал, что не стоит говорить лишнего.       Эйлин подошла ближе к детям и положила ладонь сыну на плечо.       - Вы ещё так юны, у вас всё впереди, - начала брюнетка. – Вам предстоит многое узнать: счастье, исполнение мечты, любовь, познать настоящую дружбу. Но наряду с этими положительными моментами рука об руку будут идти боль, разочарование, страх, отчаяние и, возможно, предательство… Берегите друг друга, будьте опорой. В жизни может наступить такой период, что кроме вас самих рядом никого не окажется. Все будут настроены против вас, но вы не должны бросать и оставлять друг друга. Очень важны поддержка и взаимопонимание.       - Мам, зачем ты всё это говоришь нам? – в голосе Северуса послышалась злость. В прошлой жизни он испил до последнего глотка всё перечисленное и был сыт этим по горло, больше, чем Анна и Дэвид.       - Потому что я сама прошла через это, - серьёзным и в то же время печальным тоном ответила Эйлин.       - Миссис Снейп, - наконец заговорила Анна. – Вы поддерживаете общение с Вашими бывшими товарищами по команде?       Эйлин была явно озадачена таким вопросом, и надо было уже что-то ответить, а то пауза до неприличия затянулась. Женщина отвернулась, чтобы дети не видели её лицо.       - Нас осталось не так много, - тихо промолвила Эйлин.       - Но ведь в команде три человека, - Дэвид пришёл в недоумение. – Или раньше было больше?       - Один из нас покинул команду, - ответила женщина, не поворачиваясь к детям. – Он поставил свои цели выше наших собственных.       - А что насчёт третьего напарника? – настороженно поинтересовался Северус. – Где он?       Эйлин дёрнулась, но с ответом медлить не стала:       - Я думаю, с ним всё в порядке, - неуверенно пролепетала женщина и нервно улыбнулась, наконец развернувшись к детям. – По праздникам обмениваемся открытками.       - Это, случаем, не он вчера приходил? – прищурился слизеринец.       - Даже, если так, то что? – в голосе Эйлин послышались недовольство и напряжение. Она положила руки на пояс.       - Тогда почему он скрывает свою личность? – продолжал Северус.       - Не любит внимание и быть узнанным, предпочитает анонимность, - недовольно пробурчала Эйлин. – Скажем так, травма детства.       - А кто у Вас был наставником? – присоединился Дэвид. – Он всё ещё работает в Хогвартсе?       - Ну, всё! – тяжело вздохнула женщина. – Пора сменить тему. Северус, я между прочим тоже хочу есть, - изобразила возмущение Эйлин и строго посмотрела на сына. Тот быстро начал накрывать на стол для матери.       Дни пролетали слишком быстро. Команде номер семь было очень интересно проводить время вместе, особенно в обществе Эйлин, которая рассказала много полезного из того, что сама знала. Оказалось, она очень опытная и мудрая волшебница, которая вполне могла бы стать их наставницей, случись такая возможность. Дэвид даже намекнул на это, чем вогнал в краску миссис Снейп.       Но наступил день, когда Дэвиду и Анне нужно было отправиться домой, чему те были не очень рады, особенно Северус. Он стал грустным и поникшим после трансгрессии своих напарников. Мальчик сидел за кухонным столом, положив голову на сложенные руки, и бездумно смотрел на снегопад, шедший за окном. Эйлин не могла не заметить печаль сына. Она приготовила ему горячий шоколад и, поставив кружку перед мальчиком, села на соседний стул.       - Почему именно он? – скучающе спросил Северус, не поднимая головы.       - В Хогвартсе это был мой любимый напиток, - с улыбкой ответила Эйлин. – Мы с подругой с удовольствием лакомились им.       - Спасибо, - поблагодарил мальчик и, наконец, выпрямился.       - Не стоит так скучать, - ободрила сына Эйлин. – Разлука не вечна.       - Я не скучаю по ним, - пробурчал Северус и потянул ладонь к кружке.       - Не по ним, а по ней, - уточнила женщина.       Её слова прозвучали как выстрел, и Северус тут же осёкся, так и не дотронувшись до кружки.       - Мне ты можешь не врать. Я всё вижу и прекрасно понимаю тебя.       Северус не знал, что ответить. Он никогда не разговаривал с матерью на подобные темы. И сейчас Эйлин очень напоминала ему Джульетту.       - Испытывать чувства, влечение, влюблённость – это нормально, - продолжила Эйлин. – Но не стоит забывать об учёбе.       - Я тебя пока ни разу не разочаровывал в этом, - недовольно буркнул Северус, не поднимая глаз.       - Не спорю, - мягко улыбнулась женщина. – Я ведь тоже полюбила одного человека в твоём возрасте и пронесла это через всю жизнь. Но, к сожалению, нам не суждено быть вместе.       - Это тот самый напарник, что бросил вас? – любопытствовал Северус.       - Н-нет! – резко замотала головой Эйлин, и её лицо сменилось отвращением. – Вот к нему я всегда испытывала только неприязнь, и у нас это было взаимно.       - Как же мне это знакомо, - тяжело вздохнул мальчик. – Значит, это был другой напарник?       - Да, - кивнула женщина.       - Он знает о твоих чувствах? – взволнованно спросил Северус.       - Знает, - печально ответила брюнетка.       - И почему тогда вы не можете быть вместе?! – судя по тону, сын начинал злиться. – Он отверг твои чувства?       - Не совсем так, - Эйлин замялась в ответе и волнительно забегала глазами. – Он тоже любит меня. Всё очень сложно, Северус… Но я никогда не смогу быть с этим человеком.       - Из-за чего? Что мешает? Погоди-ка… - внезапно мальчика осенило. – Раз это другой напарник, то вчера это он был тут? Если вы общаетесь, что же вам мешает?!       - Мы очень разные, - тихо сказала Эйлин и прикрыла глаза. – Ты даже не представляешь, насколько…       - Разве это мешает настоящей любви? – Северус был вне себя от услышанного. Ребёнок, живущий в нём, казалось, померк, уступая слово взрослому мужчине.       - Я не могу тебе всего рассказать прямо сейчас, - с сожалением говорила женщина. – Но, когда ты узнаешь, то всё поймёшь.       - Плевать я хотел на эту разность! – не выдержал слизеринец. – Жизнь слишком быстротечна и несправедлива, чтобы о чём-то сожалеть и себя ограничивать, особенно в любви. Я знаю это, как никто другой!       Эйлин ошарашенно уставилась на сына и не могла поверить услышанному.       - Вот, сколько сейчас тебе лет?! – с жаром продолжал слизеринец. – Сорок три. И сколько ещё ты собираешься ждать? Жизни с Тобиасом было мало?       - Хватит, Северус! – рявкнула Эйлин и резко встала с места. – У меня ощущение, что я сейчас разговариваю не с собственным, без пяти минут тринадцатилетним, сыном, а с ровесником или почтенным старцем, учащем меня жизни! Слишком много книг читаешь, не положенных детям твоего возраста! Раз ты такой умный и опытный мудрец, так пойди и признайся красноволосой девочке в своих чувствах!       - Только после того, как ты это скажешь своему напарнику, - важно заявил Северус и сложил руки на груди.       - Поверь, если я это сделаю, ты больше не сможешь ни обучаться в Хогвартсе, ни общаться со мной! – с этими словами она быстро вышла из-за стола и ушла прочь, оставив сына ещё более озадаченным.

***

      Второй учебный год подходил к завершению, приближался день экзамена. Каждый студент, принимавший в нём участие, усердно занимался и тренировался. Результат зависел от всех трёх членов команды. Если провалится кто-то один, то выпадает вся группа.       Северус и Эйлин обменивались письмами как прежде, более не возвращаясь к тому странному разговору. Хотя члены Команды номер семь не раз задавались вопросом о личностях напарников миссис Снейп.       - Я, знаете, что подумал? – начал Дэвид, обращаясь к Анне и Северусу. Они сидели за ужином, находясь в Большом Зале.       Напарники недоумённо посмотрели на гриффиндорца.       - Все эти разговоры с миссис Снейп навели меня на одну интересную мысль, - голос Дэвида был серьёзен. – Она говорила, что её напарник покинул их команду. Больно неприязненная реакция у твоей мамы, Сев, на него.       - К чему ты клонишь, Дэвид? – не понимала Анна.       - Помните, на первом курсе столкновение с Антаресом, когда он поведал о наших прошлых жизнях? – продолжал гриффиндорец.       - Такое забудешь, - недовольно буркнул Северус.       - Люси нам тогда сказала, что он – её бывший напарник. Что Антарес после обучения покинул Хогвартс и уничтожил все упоминания о себе! – Дэвид склонился чуть ближе к друзьям и пытался говорить тише, чтобы не привлекать внимание других студентов. – Но, когда Северус спросил нашу наставницу о том, кто был третьим напарником, Люси заявила, что больше ничего не скажет нам. Твоя мама, Сев, отреагировала точно также, когда мы спросили её о третьем напарнике! Выходит, миссис Снейп, Антарес и Люси были в одной команде!       Последние слова Дэвида вызвали у Северуса резкий кашель. Еда, поглощаемая им, застряла в горле, и он никак не мог с ней справиться. Анна начала стучать напарника по спине, но это не помогало.       - Можешь быть поаккуратнее со своими расследованиями, Дэвид? – забеспокоилась красноволосая. – Словами можно и убить.       - А что такого в том, что Люси и мама Сева напарницы? – не понимал гриффиндорец. Наконец Северус прокашлялся и начал быстро пить тыквенный сок, чуть не захлёбываясь, рискуя поперхнуться снова.       - Да что я такого сказал? – по-прежнему недоумевал Дэвид.       - Миссис Снейп сказала, что её напарник их бросил, уйдя из команды, - внушительно начала объяснять Анна. – А Люси говорила, что Антарес доучился и уже потом встал на путь зла. Поэтому версии не сходятся. Мне слабо в это верится. А ты что думаешь, Северус? – она взволнованно посмотрела на слизеринца.       - Я отказываюсь верить в то, что моя мать и Люси – напарницы! – отчеканил он громко и, быстро выйдя из-за стола, стремительным шагом направился к выходу из Большого Зала.       - Что это с ним? – всё больше удивлялся Дэвид.       - Наверно, переживает о предстоящем экзамене, - предположила Анна.

***

      Слова, сказанные Дэвидом, не покидали мысли Северуса. Возможно, слизеринец мог это предполагать ранее, но не размножал данные домыслы у себя в голове. Теперь же они оттуда не выходили. Стоило бы применить легилименцию к Эйлин? Слишком подло по отношению к матери, а Люси второго раза точно не простит. Северус вспоминал слова Эйлин о чувствах к напарнику. Он помнил, как каждый раз при упоминании о Люси, мать передёргивало, и она бросала искромётные колкости в адрес наставницы сына. Чужой человек так бы не стал делать. Взять хоть мистера Льюиса и миссис Муун. Они очень хорошо относятся к Люси.       Внезапно Северуса осенило. Он обратился к воспоминаниям из своей прошлой жизни. Пред глазами предстал один из самых неприятных моментов: когда Северус назвал Лили грязнокровкой. Что было потом? Он отчаянно просил прощения. А ещё дальше? Испытывал помимо сильной любви, сопровождаемой его до конца дней и после, чувство вины, боли, но не только их… При каких-либо упоминаниях Лили в диалогах с кем-то из слизеринцев или Пожирателей он отзывался о ней с отвращением и неприязнью, либо аккуратно менял тему разговора. Это отличный отвлекающий маневр, дабы не показать своих истинных чувств. Что, если Эйлин делает тоже самое?       «Значит ли, что моя мама и Люси…» - рассуждал в мыслях Северус по дороге в библиотеку. – «Нет! Нет! Нет! Как я вообще смею думать такое?! Это ужасно! Надо срочно прибегнуть к окклюменции, иначе я сойду с ума. Завтра экзамен, а голова забита совсем другим!»

***

      Анна прогуливалась неподалёку от Чёрного озера. Погода была лучше некуда, но солнце достаточно сильно припекало, от чего расхаживать в чёрной школьной мантии было жарковато. Анна решила расположиться в тени под деревьями. Девочка достала из сумки учебник по ЗОТИ и собиралась почитать его, как вдруг…       - Неосмотрительно с твоей стороны блуждать без обожаемых защитничков, Помидорка! – послышался ехидный голос Таразеда. Он вышел из-за ближайшего дерева позади Анны. По бокам показались ещё два силуэта, разумеется это были Альтаир и Альшаин.       - Что вам нужно?! – брезгливо спросила красноволосая и резко встала на ноги, сунув руку в карман за волшебной палочкой.       - Ты даже не ожидала, что здесь будем мы, - насмехался Альтаир. – Как же ты собираешься выживать на экзамене?       - Таких, как ты, мы быстро сотрём в порошок, - выдал гордо Альшаин. Он потянулся за волшебной палочкой.       - Конфринго! – послышался знакомый голос откуда-то сверху.       Альшаин быстро отбил заклинание. Все четверо подняли головы и увидели на крупной ветке силуэт в мантии, скрытый в тени от деревьев. Он быстро спланировал вниз и, взяв Анну на руки вместе с её сумкой, снова подпрыгнул высоко вверх, после чего направился в сторону Хогвартса.       - Чёртов Уэйд! – ненавистно ругнулся Таразед.       Анна узнала в своём спасителе Дэвида, чему была безмерно рада. Широкими прыжками, задерживаясь в воздухе, словно паря над землёй, гриффиндорец быстро оказался во дворе Хогвартса и поставил напарницу на землю, от чего та огорчилась. Ведь ей так нравилось быть на руках у возлюбленного мальчика.       - Спасибо тебе, Дэвид! – заверещала красноволосая и накинулась на друга с объятиями, тот аж пошатнулся, не устояв от повисшей на нём Анны.       - Ну, всё! – возмущался гриффиндорец, высвобождаясь из удушающих объятий. – Пусти! – девочке пришлось послушать Дэвида, но улыбка не сходила с её лица. – Ты должна быть осторожнее! – серьёзно заявил он. – Завтра может произойти тоже самое. И есть вероятность, что ни я, ни Северус не успеем тебе помочь. Ты должна быть готова ко всему.       - Но мы же будем вместе! – твердила своё Анна.       - Не исключено, что нам с ним может понадобиться твоя помощь, - тон Дэвида не менялся, и взгляд чёрных глаз был холоден.       - Я буду готова! Что бы ни случилось, я сделаю всё, чтобы спасти вас! – гордо заявила красноволосая.

***

      Наступил тот самый день – день проведения экзамена. Возле входа в Запретный лес собралось множество студентов. У большинства выражение лиц было кислым и недовольным. Не каждому хотелось рано утром вылезать из тёплой уютной постели, ещё и на экзамен в Запретный лес.       Дэвид осмотрелся по сторонам и заметил много старшекурсников. У некоторых был устрашающий вид, что не понравилось ему ещё больше. Всё-таки, школьная форма добавляла строгости, дисциплинированности и впечатления приятной наружности, но теперь все эти люди выглядели совершенно иначе. Многие были с трудом узнаваемы.       - Смотрите! – шепнула Анна напарникам. – Там Люси, Макгонагалл, Йэннифэр и даже Дамблдор, а также другие профессора и наставники!       - Чего это они все собрались? – проворчал недовольно Северус и сложил руки на груди. – Неужто пришли посмотреть шоу? Особенно директор…       Повсюду стояла болтовня. Кто-то громко смеялся, кто-то взволнованно скулил от страха. Дэвид разглядел неподалёку знакомые ему лица: Кэссиди, Деймоса и их напарников. С одной стороны, становилось спокойнее, но с другой – совершенно не по себе, что придётся соперничать с ними. Среди толпы студентов Дэвид заметил девушку, подозрительно наблюдавшую за ним. В её взгляде не было ни злости, ни приветливости, но тем не менее она не сводила с мальчика глаз. Девушка выглядела явно старше на несколько курсов, она была очень красива. Её длинные, тёмно-фиолетовые волосы были до неприличия прямые и такого же оттенка глаза с пронзающим взглядом. Эффектности прибавляла помада сливового цвета, а глаза обведены чёрной подводкой, и брови спрятаны под идеально ровной чёлкой.       Дэвид резко дёрнул за плечи Северуса и Анну, наклонив тем самым напарников к себе.       - Что случилось? – возмутился слизеринец.       - Видите вон ту девушку? – прошептал Дэвид.       - С фиолетовыми волосами? – уточнила Анна.       - Тише! – шикнул гриффиндорец. – А то она поймёт, что мы говорим о ней! Она подозрительно смотрела на меня и не сводила глаз. Хотя сейчас сделала вид, что отвлеклась.       - И что дальше? – закатил глаза Северус.       - Я её здесь ранее не видел! – бесился Дэвид. – Это очень странно.       - Может, она незаметная тихоня? – предположила Анна. – Или перевелась из другой школы волшебства?       - Ради экзамена? – фыркнул гриффиндорец. – Весьма сомнительно. Мне она не нравится, вампирша какая-то…       - Зато ты ей, видимо, нравишься, - усмехнулся Северус. Сказанное им явно пришлось не по душе Анне, которая окинула мальчика укоризненным взглядом, от чего тот смутился и виновато опустил глаза.       - Сонорус! – очень громко произнёс Дамблдор, приставив к шее Бузинную палочку. Шум прекратился, болтовня сменилась тишиной. – Леди и джентльмены, сегодня мы собрались с вами для того, чтобы провести экзамен на проверку командной работы. Испытание вместо положенных пяти будет проходить три дня по причине того, что в этом году изволили принять участие некоторые второкурсники!       Все члены Команды номер семь затаили дыхание. Северус со всей своей неприязнью к Дамблдору и внутренним осуждением тоже внимательно слушал директора.       - Каждая команда получит по свитку-пергаменту, - продолжил объяснять Дамблдор. – Один будет олицетворять день с изображением солнца, другой – ночь с изображением луны. Заглядывать в них до конца экзамена строго-настрого запрещено! В противном случае, вас ждут непоправимые последствия, и вся команда будет снята с участия. По окончанию экзамена вы должны будете достать оба свитка-пергамента. Команды, не успевшие по истечению трёхдневного срока достать оба артефакта, будут считаться непрошедшими испытание. Также это касается и тех, кто найдёт оба свитка-пергамента, но уже после сигнала. Получив своевременно оба артефакта, команда может вернуться сюда. Вас будет ожидать наколдованный шатёр, где вы сможете отдохнуть. Для хитрецов, решивших вернуться сюда с одним свитком-пергаментом или поддельными, будет выставлен защитный барьер, убрать который получится только, имея при себе оба подлинных артефакта. Лишь прибыв сюда, вы сможете смело развернуть их. Запрещено использовать Непростительные заклинания, - в толпе студентов послышались цоканья и возгласы возмущения, - и доводить кого-либо до предсмертного состояния. В случае какой-либо угрозы каждый из вас имеет право послать сигнальное заклинание, но в этом случае вся команда будет снята с участия. Прошедшие экзамен студенты, будут очень щедро вознаграждены. Сейчас каждая команда в порядке очереди может подойти к профессору Флитвику и получить свой артефакт в единичном экземпляре. Желаю всем удачи! – закончив свою пламенную речь, Дамблдор снова направился к стоящим неподалёку от него профессорам.       Многие студенты были ошарашены услышанному, особенно второкурсники, в частности Команда номер семь. Анна поспешила обнять на так называемое прощание Кэссиди и Джульетту. Девочке не верилось, что на протяжении трёх дней Дэвид и Северус будут ей ближе, чем родная сестра.