Попробуйте, и тогда вам это удастся.

Читатель открывает рассказ и какое-то время сидит неподвижно, словно тень,пристально окидывая взглядом эти строки. Ему не хочется читать это, но я попрошу именно тебя остаться, ты не сразу поймешь,но я подарю тебе хорошие эмоции, обещаю. Читатель ощущает себя властным над историей. Это читатель сейчас взял верх над Историей. Читателю нравится воспринимать эту историю как живое существо, а диалог между автором и потребителем - как соитие. Каждый читатель рассматривает историю - по своему. Рассматривая через свой объектив,  испытывает различные эмоции, выраженные одними и теми же словами. Читателю принадлежит вся власть над этой историей, это он вдыхает жизнь в слова. Читатель становится наблюдателем и управляет всем. Наблюдатель стоит на заснеженной улице, ты узнаешь этот город...Джексон. Наблюдатель проходит по его улицам, осматривается. Он слышит, как кто-то играет на гитаре, очень красиво, без ошибок и фальши. Наблюдатель подходит ближе, он идет на звук музыки. Ты видишь как Джоэл, играет на своём крыльце. Ты улыбаешься, тебе нравится его слушать. Ты смотришь на этого человека и видишь, что несколько лет в Джексоне изменили его, черты лица стали более мягкими, возможно он даже постарел, или это просто из-за новой причёски тебе так кажется. Но музыка прерывается, ты видишь молодую девушку, ты знаешь ее. Элли. Она неуверенно поднимается по ступенькам его веранды... - Черт, автор,ты мать твою меня обманул? Ты сказал,что история будет хорошей. - проносится в твоей голове. Но я лишь прошу тебя, досмотри ее до конца. Ты знаешь этот диалог, он повторяется слово в слово. Это их последний диалог. Ты кланешь автора последними словами, ведь автор обещал хорошие эмоции. Автор сдержит свое слово, но просит тебя помочь ему, дочитать это до конца. - Увидимся, - попрощалась Элли, сказав то, что хотела сказать. - Да, - кивнул Джоэл. На последнем слоге он поперхнулся, и голос его сорвался. Он откашлялся, пытаясь проглотить невыносимый ком в горле, грозивший вот-вот разорваться, и каким-то чудом удержался от слез, пока Элли не ушла с крыльца. Это был первый раз за несколько месяцев, когда они нормально поговорили. Первый намек на возможную, гипотетическую открытую дверь от Элли после их ссоры в больнице. Его душу тянуло в самых разных направлениях. . . Он хотел пойти за Элли, умолять ее вернуться и начать прямо сейчас примирение. Ему хотелось хорошенько закричать в ночь. Он знал, что ей нужно личное пространство, и поэтому дал ей его. Он отшатнулся назад к креслу, где упал замертво, так измученный, как будто только что в одиночку справился с Ордой щелкунов и  бегунов -только его изнеможение в тот момент было вызвано эмоциями. Немного потрясенный, он позволил кружке кофе согреть его пальцы, напиток снова вдохнул жизнь в его организм. Он уставился на свой инструмент, лежащий у стены, размышляя о том, что даже электрогитара на максимальной громкости не могла сравниться с тем взрывом радости, который его сердце испытывало последние несколько минут. Он не совсем верил, что сможет сыграть хоть один аккорд, чтобы успокоиться. Неподалеку заиграла другая песня, другая гитара. Он вскинул голову и посмотрел в сторону дома Элли. Он знал без малейшего сомнения, что музыка идет от нее, а не от зимних танцев-он научил ее этой единственной песне. Или, по крайней мере, он пытался научить ее этому прямо перед их ссорой и ссорами. Он выстукивал ритм на колене и улыбался, уткнувшись в чашку с кофе. Он так давно не слышал, чтобы она практиковалась, но она не забыла. Она начала нерешительно, пропустив несколько особенно трудных аккордов, и постепенно набиралась уверенности в себе по мере того, как песня продвигалась вперед, хотя в данный момент она не пела. Он напевал слова для нее, желая быть рядом с ней и сопровождать Элли. Надеясь, что это не займет много времени, прежде чем они снова смогут играть и петь вместе. В глубине души он задавался вопросом, скучала ли она по игре так же сильно, как он по ее игре. Он скучал по совместной игре, по тому, как раздражалась Элли, когда она что-то напутывала, как красиво звучали некоторые их песни, по его тихому голосу, по ее более высокому тону. Джоэл усмехнулся про себя, зная, что Элли скоро пожалуется на свои мозоли, которые наверняка зажили бы на пальцах за то время, что она не играла. Ее гитара долго играла, песня за песней, а Джоэл все стоял на крыльце, прислонившись головой к стене, с глупой улыбкой на лице. Он мог бы оставаться там целыми днями, слушая, как она играет, - он определенно выдержит холод, пока играет Элли, слушая каждую песню, каждый аккорд, представляя себе каждое проклятие, произнесенное вполголоса, когда она напортачила. Ее игра была самой прекрасной вещью, которую он когда-либо слышал. Это было предложение мира и возможность надеяться на будущее, которое сработало лучше, чем любые речи, которые Элли могла бы подготовить. Ты стоишь рядом и наблюдаешь  за этим. Ты хочешь вмешаться, вправить упрямой девчонке мозги. Ты подходишь к Джоэлу, кладёшь ему руку на плечо и пытаешься что-то сказать ему,но он тебя не слышит, не замечает. Ты всего лишь наблюдатель этой истории. Ты операешься на стену его крыльца, закрываешь глаза и глубоко вдыхаешь морозный воздух. Ты снова открываешь глаза. Ты в патруле с Томми и Джоэлом. Ты бежишь вместе с ними от орды зараженных. Снежная стена перекрывает твою видимость, воет ветер. Читатель хочет закрыть этот рассказ. Его охватывает печаль. Но я прошу тебя остаться, именно ты сейчас нужен. Ты бежишь и видишь девушку, ее вот вот сожрут заражённые. Ты ее знаешь. Ты не можешь этого допустить. Она охотиться на меня. Читателя. Джоэла. Зрителя. Она вмешалась в наш разговор с рассказчиком. Она во всем виновата. Она изменила историю. Испортила финал. Нужно остановить ее. Нужен другой финал. Пытаешься заорать, остановить Джоэла.Но он не видит наблюдателя, он не замечает читателя. Обгоняешь его. Ты встаёшь перед ним, пытаешься выиграть ему несколько драгоценных секунд. Пусть ее разорвут. Но Джоэл тебя не видит, не слышит, не реагирует. Твое сердцебиение увеличивается, стучит в ушах. Ты толкаешь его со всей силы. Джоэл подскользывается, падает. К нему подбегает Томми, помогает встать и они убегают. Ты смотришь им в след. Ты слышишь как девушку разрывают заражённые. Ты отомстил. Читатель вмешался в историю. Читатель совершил месть, но тебя не терзают угрызения совести. Ты знаешь,что так правильно. Тебя трясёт, ты не в силах пошевелиться. Пытаешься осознать,что ты сейчас сделал. На тебя набрасываются заражённые. Ты изменил историю. Читатель управляет всем. Ты снова открываешь глаза. Ты невредим, ведь ты наблюдатель. Узнаешь тайник Юджина. Ты видишь как Элли и Дина лежат в объятиях друг друга. Ты слышишь топот. Джесси. Да, именно он сейчас скажет им,что Томми и Джоэл не вернулись. Ты смотришь на Элли. Она в одно мгновение растет в твоих глазах. В ее голове происходит переоценка ценностей. Она осознает,что совершила ошибку отталкивая самого близкого ей человека. Она бежит на его поиски, она его мысленно прощает. Молится,чтобы все было хорошо. Они часами обыскивают местность, но возвращаются в город. Они их не нашли. Элли беспокойно ходит около своего дома. Отгогяет ужасные мысли из своей головы. И вдруг она замирает, пораженная внезапным ощущением, что за ней следят. Элли медленно оборачивается. Ее сердце замирает. Джоэл. В руке - сумка с едой, у рта облако горячего дыхания. Элли медленно, неловко поднимается на ноги. - Ты в порядке, малыш? - спросил он, и его лицо вновь расплылось в улыбке, столь свойственной старому доброму Джоэлу. Зелёные глаза засияли. Ее сердце осталось, накатила волна адреналина и любви. Она кивнула ему в ответ. Глаза жгло. Она не могла поверить, что и в самом деле все хорошо. Она была счастлива видеть его здесь, живого, настоящего, это казалось чем-то невероятным, после долгих часов безуспешных поисков. Он помолчал. Подошёл ближе, крепко обнял ее. Она замерла, посмотрела ему в глаза. Она больше не хотела его оттолкнуть. - Я так рада тебя видеть. - пробормотала Элли, скрываясь в его объятиях. - Ты в порядке? - обеспокоенно спросила девушка. - Лучше всех. - сказал он и умолк, хотя ему явно хотелось сказать что-то еще. Элли знала, о чем он думает. Ей хотелось задать ему столько вопросов,  восполнить, то упущенное время, но она даже не знала,с  чего начать и куда их приведёт этот разговор. - Хочешь зайти? - Я уж думал, ты не догадаешься. - он крепче сжал в руке сумки. - Посмотрим фильм вместе? Я принес немного еды. Элли в ответ кивнула. Они сидели на маленьком диване перед телевизором. Сияние луны медленно разгоралось в небе. Они пили красное вино, отмечая свое примирение. Он был таким тёплым,таким надёжным. Ей нравилось его тепло. Нравилось смотреть на него - морщинки и шрамы на лице казались картой прошлой жизни. В его компании она чувствовала себя увереннее, чем среди тех кто поступает правильно и неважно,что скрывалось за этой правильностью. Шрамы на его лице были следами, которые пересекались с ее жизнью, рассказывали о том,что они пережили вместе и что изменило их навсегда. Он молча смотрел на ее губы, смотрел как она смеётся, и Элли внезапно захотелось его поцеловать. Она быстро отвела взгляд и потянулась за стаканом, который был ей не нужен, но ей просто надо было занять себя, чтобы не смотреть ему в глаза, потому что ее пугало, то что она к нему чувствовала. Слишком быстро. Слишком сильно. Она еще не готова. Или уже была ? Какое-то время он молчал, потом медленно подошёл к ней, снова приобномая. - Я рад, что мы снова общаемся. - хрипло проговорил он. Она подняла взгляд, посмотрела ему в глаза. Он глубоко вздохнул. Он провёл пальцами по ее волосам. - Я должен был это сделать, и я рад, что сделал это. Я признал свои ошибки. - он нерешительно улыбнулся, и что-то в его взгляде изменилось. Чувства захлестнули Элли. Она судорожно сглотнула, ощутив, как Джоэла покидает мрачное, нервное напряжение, такое же, что жило внутри ее самой. Он опустил глаза, стал смотреть на ее руки. - Я горжусь тобой, - прошептала она. Он не ответил. Она посмотрела ему в лицо. - Элли? Она шмыгнула носом, вытерла слезы, сбегавшие по щекам. Хрипло рассмеялась. Он коснулся ее лица, медленно провёл грубым пальцем убирая выбившуюся прядь волос. - Я же сказал тебе, - прошептал он, - я весь твой. Я всегда буду рядом. Мы вместе придумаем, как нам дальше жить. Ты и я. Она кивнула, он наклонился к ней и поцеловал в губы. Она ощутила его вкус, вкус вина и соли своих слез. Ее бросило в жар, тело размякло, и она раскрылась ему в поцелуе. Он нежно обнял ее, и прижал к твердому сильному телу. Джоэл провёл вместе с Элли ночь. Они ужинали вместе, целовались. Он не стал настаивать на большем, и это было тоже приятно.  Как бы сильно Элли не влекло к Джоэлу, секс слишком долгое время был для нее отключить разум. Ей хотелось,чтобы с ним все произошло иначе.  Медленно. По-настоящему. Они уснули в объятиях друг друга. Элли подумала,  что никто и никогда не дарил ей столь интимных ощущений. Она чувствовала,что ее любят. Чувствовала, что ей нечего скрывать от этого человека,  что он подарил ей всего себя. Читатель стал наблюдателем, изменил историю, вмешался в нее. Он сделал все правильно. Наблюдатель рад, что он так поступил. В его душе тепло и спокойно. Он оставляет их наедине.