Ночное рандеву

      Хаджимэ распахнул глаза, резко садясь на кровати. С губ непроизвольно сорвался смешок, который тут же был перекрыт дрожащей рукой, стирающей холодный пот со лба. Сколько бы раз Хината ни пытался уснуть, перед глазами представали трупы. Трупы его друзей.       Спрятав лицо в руках, Хината подавил острое желание закричать. Нет, это ничего не решит. Только разбудит соседей. А парень очень сомневался, что они это оценят.       Стены его небольшой комнаты начинали давить, вызывая странный, почти тошнотворный страх, поэтому, недолго думая, Хината натянул штаны и буквально выбежал на улицу. Обнажённые части тела тут же обдало прохладным ночным воздухом, заставив Хаджимэ поёжится. Головой он понимал, что свежий воздух может пойти ему на пользу, но вот тело рвалось обратно внутрь — хотело спрятаться под одеялом и больше никогда не показываться наружу.       Немного постояв на пороге, Хаджимэ всё же собрался с силами, решительно направляясь к бассейну. Он посидит там немного, очистит голову и постарается обо всём забыть. Судорожно выдохнув, Хината кивнул, подтверждая собственные мысли. Так он и сделает.       Но стоило ему завернуть за угол, как он тут же затормозил, разочарованно выдыхая. Естественно, ну естественно там уже кто-то сидел.       — Чёрт… — устало выругался Хаджимэ, щуря глаза. Судя по очертаниям силуэта, это был не кто иной, как Комаэда. Отличная компания. Хината даже подумывал о том, чтобы вернуться обратно, как вдруг Нагито вскочил на ноги, поворачиваясь к нему лицом. Что ж, отступать уже было поздно.       Расправив плечи, парень направился к бассейну, старательно скрывая дрожь, пробившую его тело: вот только была ли это вина холода или присутствия Комаэды — он и сам не знал.       — Доброй ночи, Хината-кун. — Тошнотворно вежливая улыбка, руки, засунутые в карманы, растрёпанные волосы, нагло лезущие в лицо своему хозяину — казалось, Комаэда совсем не изменился. — Поздновато ты сегодня.       — Ага, — буркнул Хаджимэ в ответ. Между ними повисло тягучее молчание. Парень опустил взгляд, стараясь не смотреть на Комаэду, а тот, в свою очередь, переминался с ноги на ногу, словно подбирая слова. Наконец, он заговорил:       — Выглядишь уставшим. У тебя что-то случилось?       Хаджимэ был готов поспорить, что в голосе Нагито проскользнули тревожные нотки. Может, ему просто показалось, и его лишённое сна сознание теперь откровенно над ним издевается. Потерев глаза, Хаджимэ повёл плечами:       — Какая тебе разница?       — О, ты абсолютно прав, — Комаэда рассмеялся, делая шаг назад, — я слишком много на себя беру. Я понимаю, если ты не хочешь разговаривать с таким мусором. Не волнуйся, я не держу тебя зла.       — Забей.       Хината махнул рукой, прерывая его поток слов. Он и раньше-то не был особым поклонником речей Комаэды, а сейчас ему было совершенно не до этого.       — Мне очень жаль, если я испортил твою ночь. — Он тихо рассмеялся. — Я пойду. Приятно провести время.       Он улыбнулся в последний раз, прежде чем пройти мимо, бросив короткий взгляд. Хаджимэ обнял себя за плечи. Правильно ли он поступил, прогнав Комаэду? В такие моменты Хината начинал проклинать собственную совесть.       — Комаэда, постой! — Он машинально окликнул парня, поворачиваясь к нему лицом. — Ты можешь остаться. Если хочешь, конечно.       — Ах, Хината-кун. — Нагито прикрыл рукой лицо. — Ты такой добрый. Но я не достоин твоей жалости.       — Если не хочешь, так и скажи. — Хината закатил глаза, в который раз задаваясь вопросом, что именно дёрнуло его позвать Комаэду.       — О, не пойми меня превратно, Хината-кун. Я с радостью составлю тебе компанию. Подумать только, что кто-то захочет провести со мной время — Он обвил себя руками. — Это… такое прекрасное чувство. Скажи, Хината-кун…       — Наговорился? — Хината плюхнулся на бортик бассейна, скрещивая ноги. — Тогда тащи сюда свою задницу.       — Как скажешь, Хината-кун.       Комаэда медленно приблизился к нему и опустился рядом, прижимая колени к груди. Они просидели в молчании некоторое время. Хаджимэ изредка поглядывал на Нагито. Не то чтобы ему было сильно любопытно, но сейчас парень выглядел задумчиво и почти умиротворённо, и одно лишь это было редкой картиной. Кажется, он тоже размышлял о чём-то своём.       — О чём думаешь? — как бы невзначай бросил Хината, поднимая взгляд к небу. Вопрос казался ему безобидным началом разговора. Да и наедине со своими мыслями ему приходилось туго.       — Ты правда хочешь знать, Хината-кун?       — Иначе бы не стал спрашивать.       — О. — Комаэда мягко рассмеялся. — Я думаю о том, как ты будешь топить меня, Хината-кун.       — Ч-чего?!       — О том, как твои пальцы сомкнуться на моей шее. Как ты погрузишь мою голову в воду. Хочешь, я могу немного подёргаться? Или это только выведет тебя из себя?       — Н-нет, я не…       — Затем я почувствую острую боль в груди. Машинально открою рот, чтобы вдохнуть хоть немного кислорода, но вместо этого заглотну ещё больше воды. В конце концов моё тело ослабеет и перестанет сопротивляться. Ты сможешь отпустить меня. Идеальное преступление, нет? Вместе мы сможем создать безупречный план. Что скажешь?       — Скажу, что ты чёртов псих, — фыркнул Хаджимэ, отворачиваясь. — Не собираюсь я тебя топить.       — О, конечно. — Комаэда повёл плечами. — Слишком много любопытных глаз кругом. Прости, я совсем не подумал. Но это ведь и неудивительно? Тупому скоту не отведена такая роль.       — Я не это имел в виду, — вздохнул Хината, растирая руками плечи. Он и сам удивился тому, какой спокойной была его реакция. Возможно, он просто устал. А возможно, он уже успел привыкнуть к таким выходкам со стороны Комаэды. Если сначала они его дико бесили и пугали, то теперь… Что ж, стоило ему прервать Комаэду, как тот сразу же замолкал и больше не поднимал эту тему. Значительный плюс в его копилку. Хаджимэ усмехнулся.       — А ты?       — М-м?       Хината перевёл взгляд на Комаэду. Он смотрел на него немигающим взглядом, чуть подавшись вперёд, словно изучая его лицо. Бледно-голубые огоньки бассейна плясали у него на лица, придавая ему почти неземной вид. Хаджимэ сглотнул.       — О чём ты думаешь? Может, я лезу не в своё дело, — он склонил голову, — но ты с самого утра бледный. Плохо спится?       — Так заметно? — усмехнулся Хината.       — При всём уважении, Хината-кун, лжец из тебя не очень.       — Ага, кто бы говорил. — Хаджимэ шутливо стукнул его по плечу. Возможно, его мозг действительно перестал соображать.       — Но я был серьёзен, Хината-кун. Если ты хочешь поговорить — я с радостью возьму на себя эту ношу! Тем более, — он вздохнул, — можешь не переживать за сохранность своих тайн. Рассказывать о них мне некому.       — Больно любезно с твоей стороны.       — О, я просто подумал, что мне стоит отплатить добротой на доброту. Ты ведь проводишь столько времени со мной, несмотря на то что я абсолютно бесполезный мусор. Любой другой на твоём месте давно бы уже отступился, но ты… — Его глаза вспыхнули. — Хината-кун, иногда мне кажется, что ты олицетворяешь собой абсолютную надежду.       — Да кому вообще нужен такой лоховской талант? — фыркнул Хаджимэ, зарываясь пальцами в волосы.       Комаэда вздрогнул, словно его только что ударили по лицу, однако смолчал, тихо вздохнув.       — Разумеется.       — Я думал о наших мёртвых друзьях, — немного помолчав, признался Хината. Предложение Комаэды было слишком заманчивым, да и Хаджимэ чувствовал, что ему нужно выговориться хоть кому-то. Даже если этот кто-то — абсолютно поехавший псих.       — Какое совпадение, Хината-кун. Я тоже.       — Правда?       — Да.       — О, — Хаджимэ нервно усмехнулся, — это немного… неожиданно.       — Я думал о том, — продолжил Нагито, вновь поворачиваясь к нему, — как им повезло. Их жизни стали основой чего-то большего. Разве это не преисполняет тебя надеждой, Хината-кун? Только подумай о…       Комаэда резко замолчал, удивлённо выдохнув, когда губы Хаджимэ прижались к его. Хината и сам не до конца понял, зачем это сделал. Он мог заткнуть его как угодно: словами, кулаком — да хоть толкнуть в бассейн. Но вместо этого его тело среагировало совсем по-другому. Поддавшись вперёд, он сократил расстояние между их лицами. Поцелуй длился недолго, Хаджимэ не пытался углубить его, не пытался обнять Нагито, но и не отстранялся, боясь последующей реакции.       Лишь спустя некоторое время он слегка отодвинулся, приоткрывая глаза. Комаэда смотрел на него широко распахнутыми глазами, тяжело дыша: на его бледных щеках проступил еле заметный румянец.       — Хината-кун…       — Ни слова, — отворачиваясь, пробурчал Хаджимэ. — Это просто…       Он замолчал, не зная, как продолжить. Да и что он мог сказать в своё оправдание?       Благо Комаэда не стал на него давить — лишь уставился на водную гладь, слегка касаясь губ кончиками пальцев. На его лице застыло абсолютное удивление.       Они просидели так ещё некоторое время. К своему большому облегчению, Хаджимэ больше не думал о своих друзьях — однако теперь все его мысли занял Нагито. Тепло его тела, их близость, мягкость его губ… Хината сглотнул, вновь поёжившись.       В тот же момент на его плечи опустилось что-то тёплое, укутывая его тело. Нос заполнил знакомый аромат, и Хаджимэ машинально протянул руку, проводя ей по ткани. Затем его голова повернулась к Комаэде.       — Что ты?..       — Отвечаю добром на добро, — просто ответил Комаэда, махнув худой рукой. Он остался в одной футболке, и Хината с ужасом отметил, каким костистым он был на самом деле. — Я же уже говорил, Хината-кун, из тебя плохой лжец. К тому же, — его рука непроизвольно взметнулась к лицу, — у тебя холодные губы.       Хаджимэ опустил голову. Ему очень хотелось скинуть эту ситуацию на очередной бредовый сон, ущипнуть себя и проснуться у себя в кровати, но… какая-то часть его сознания искренне надеялась, что он не спал.       — А как же ты? — наконец выдал он, искоса глядя на Комаэду. Тот пожал плечами:       — Я привык, — просто ответил он, одаривая Хаджимэ улыбкой. — Не нужно переживать, Хината-кун.       «Легко сказать», — подумал Хаджимэ, придвигаясь к Нагито. В его голове появилась идея. Он уже поцеловал его, куда хуже? Конечно, его мозг тут же услужливо подкинул парочку мыслей, которые тут же были отметены в сторону. Резко выдохнув, он сел практически вплотную к парню, опуская голову ему на плечо. Комаэда вздрогнул, и Хината был готов поклясться, что чувствует на себе вопросительный взгляд.       — Так тебе хотя бы будет теплее, — объяснил он свой поступок, стараясь звучать как можно более убедительно. Верил ли он сам своим слова? Нет.       — Только если ты не возражаешь, Хината-кун.       Хаджимэ хмыкнул в ответ. Беззлобно, просто потому, что не знал, как ответить. Он-то не возражал. Вопреки всем его ожиданиям, плечо Комаэды было удобным, а его тело — тёплым. Закрыв глаза, Хината устроился поудобнее, вдыхая ночной воздух.       Может, Комаэда был и не таким уж плохим парнем? Специфичным, конечно, но не плохим. Хината сонно улыбнулся. Утром он обязательно подумает над этим ещё.