Папочка Мин

… двигая бедрами вверх-вниз еще раз. Шуга громко стонет на это, дергаясь напротив Чимина, а затем дотягивается до лубриканта в комоде и бросает его куда-то на кровать. — Да? Будешь хорошей девочкой для своего папочки? — спрашивает он, перекладывая Чимина на спину и проводя руками по его бокам. — Готов поспорить, ты стал таким мокрым специально для меня, не так ли, принцесса? — хрипло продолжает он, двигая руками сверху вниз и поднимая юбку, открывая прикрытую эрекцию Пака, которой создали преграду трусики. Он сдерживает стон и проводит рукой по ткани, глядя на пятно от естественной смазки. — Какая грязная девочка, хм?!! Чимин скулит и кивает, двигаясь по кругу под ладонью Мина, всхлипывая, когда он прижимает его бедра вниз. — Всегда мокрый для тебя, папочка, — хнычет он, кивая и отбрасывая голову назад, хватаясь за покрывало под ним. — Д-да, — снова скулит он, отчаянно нуждаясь в стимуляции, поэтому двигает тазом еще раз, издавая мягкие стоны. Шуга сильнее нажимает рукой, глядя, как Чимин медленно, но неуклонно приближается к тому, чтобы кончить преждевременно под ним. — Какая грязная девочка, глянь на себя, — воркует он, положив руки на заднюю сторону бедер Пака и поднимая их вверх и смотря на то, как полоска ткани зажата между ягодицами. — О, Боже, посмотрите, что у нас здесь, какая красота, — говорит он, сжимая бедра Чимина и наклоняясь вниз, чтобы схватить зубами полоску ткани и отодвинуть ее в сторону, открывая вид на расслабленные мышцы отверстия Пака. Он тихо стонет и проводит сухим пальцем там, глядя, как она сжимается от прикосновения. — Самая прекрасная дырочка, которую я когда-либо видел, — говорит он, подкладывая руки под попу Чимина и смотря на него, после издавая звук наслаждения от его разбитого вида. Пак всхлипывает, когда его дырочка сжимается просто так, и прижимает ноги ближе к груди. Он уже невыносимо затвердел, трусики оттягивают эрекцию вниз, в то время как она должна лежать ровно на животе, и от этого Чимин хнычет еще больше. Он уже близок, и точно знает это, а Шуга еще даже не касался его. Он думает, что если потрется о что-нибудь или если Мин проведет рукой, он кончит сразу же. Но он очень, очень хочет быть хорошим для своего любимого папочки. — Сп-пасибо, папочка, — выдавливает он, двигая тазом снова для достижения стимуляции. Мин ухмыляется и проводит собственным стояком по бедру Чимина. — Не могу дождаться, что побывать в тебе. Такая красотка, как ты, определено нуждается в том, чтобы ее хорошенько и жестко оттрахали прямо сейчас, да? — спрашивает он. — На живот, моя шлюшка, — рычит он, Чимин немедля подчиняется и без жалоб переворачивается, выпячивая задницу. Мин рыкнул, хватая лубрикант и обмакивая два пальца, затем отодвигает ткань снова и медленно вводит сразу оба пальца, покрутив ими.  — Хочешь, чтобы я оттрахал тебя, детка? Хочешь, я выебу тебя так, что ты обкончаешь всю свою прелестную маленькую юбочку, создавая тут беспорядок? — спрашивает он его, сгибая пальцы и задевая простату. Затем Чимин не выдерживает, он кивает и вскрикивает, так как уже кончает с силой и пачкает розовые трусики, держа задницу кверху и насаживаясь на пальцы Шуги, создавая трение с матрасом. — П-прост-ти, папочка, — извинился он с хныканьем, хотя у него снова наполовину встал, особенно из-за того, что у Мина на пальцах, которые внутри него, сейчас надеты кольца, и это просто невыносимо. Зрачки Шуги расширяются, карие радужки становятся почти незаметными, когда он рычит, вставая и сильно хлопая Пака по заду. — Папочка сказал, что ты можешь кончить? — спросил он так грозно, что даже напугал самого себя. Когда Чимин не ответил, он шлепнул его еще раз, по другой стороне, глядя, как кожа становится розового цвета, даже ярче, чем трусики.  — Ты можешь кончить только тогда, когда я скажу тебе. А теперь папочка накажет тебя, — объясняет он, помещая еще один хлопок на попу и сжимая уже разгоряченные ягодицы. — Папочка оттрахает тебя жестко и хорошо, сейчас же, — информирует он, смазывая себя и раздвигая ягодицы, а затем резким и быстрым движением входит в него без предупреждения. Пак кричит и рыдает, кивая и принимая в себя член Мина, сжимаясь и скуля. — П-про-оости, п-папочка, не смог с-сдержаться, — кричит он, сжимаясь крепче и зажмуривая глаза. — Я заслуживаю наказания, папочка.- соглашается он, снова издавая сухое рыдание. Он двигает бедрами назад к тазу Мина и стонет, уже готовый и чувствующий, как порция спермы с прошлого извержения просачивается сквозь трусики на покрывало. Он ощущает, как юбочка поднимается выше и выше по изгибу талии, а затем останавливается посередине его торса. Мин трахает его очень жестко и сильно, поэтому она ездит взад-вперед, и Чимин кричит и хлюпает снова и снова. Шуга вбивал Чимина глубоко в матрас, наслаждаясь видом, как оборки двигаются по телу Пака вверх и вниз, как покраснела задница Чимина от его действий. — Ты был плохой девочкой, знал ведь, что лучше не кончать без разрешения, — рычит он, продвигаясь дальше и сталкиваясь с бедрами Пака и тяжело дыша, и звуки, которые издавал парень под ним отдавались в его член, заставляя его вдалбливаться так сильно, как он может. — Плохая, плохая девочка, — стонет он, царапая, а затем снова шлепая болевшую и без того задницу Пака. Чимин просто кивает и рыдает в сложенные на матрасе руки, чувствуя, как подводка немного размазывается от того, как он пытается до слез в глазах не кончить еще раз. Но его это не волнует. Он реально хочет быть хорошим для Шуги, хочет, чтобы Мин хвалил его, но в то же время ему нравится то, что происходит. Он сжимается вокруг Шуги, и именно тогда он проезжается по простате. Чимин просто больше не может держаться и извергается с громким криком, надеясь, что Мин не заметит этого. Но он знает, что Шуга умеет распознавать все, как он может узнать, где он находится, соответственно, он знает, что Пак снова кончил и попал по полной, но ведь он так старался.