Огонь на башне

Лили трансгрессировала и оказалась в большом шумном помещении с золотым фонтаном — в атриуме Министерства магии. Девушка решила еще раз предложить Малфою действовать вместе. Хоть он и не был невыразимцем, все же парень знал об устройстве Министерства намного больше, чем Лили, которая и была-то здесь всего около пяти раз, включая сегодняшнее утро. Решение это далось ей с трудом, особенно после того, как Скорпиус уже отказался брать ее с собой. Но Поттер понимала, что, если она будет вести себя как привыкла — ни на кого не полагаясь, не тратя времени на долгие размышления и составления планов, в этот раз она не справится. Это не было ее привычной работой и было бы глупо думать, что можно действовать опрометчиво и надеяться на удачу. Она направилась к дежурной волшебнице, не собираясь проходить регистрацию сразу. Сначала нужно было отправить самолётик с запиской Скорпиусу, чтобы тот помог пронести мантию-невидимку, не ставя ее на учёт при проверке. Лили в очередной раз мысленно порадовалась, что мантия попала к ней до того, как ее выгнали с первой работы. В семье Поттеров с первого года обучения Лили в Хогвартсе была традиция: каждое Рождество дети должны были передавать друг другу мантию-невидимку, и она на весь год оставалась у того, кто нашёл ее среди своих рождественских подарков. До этого Гарри подарил мантию Джеймсу в одиннадцать, а после того, как одиннадцать исполнилось Альбусу, велел мальчикам делить ее между собой. И только когда все трое стали школьниками, передавать подарок по кругу показалось Поттерам слишком скучным. В последний раз Лили на Рождество была уже во Франции и решила оставить мантию. Никто ничего на это не сказал. Наверное, братья другого и не ждали. А младшая Поттер решила, что ей на работе эта вещица пригодится больше, чем Джеймсу — игроку в квиддич и Альбусу — школьному преподавателю. — О, мисс Поттер, вы тоже здесь? — молоденькая дежурная ведьма вырвала Лили из воспоминаний о том, какими чудесными были рождественские праздники в школьные годы. Поттер нахмурила брови, не понимая, о чем улыбающаяся розоволосая девушка говорит. — Да, я хотела бы отправить записку Скорпиусу Малфою, чтобы он поднялся. А что вы имели в виду, когда сказали… — Лили? — она обернулась на знакомый голос и едва не издала стон досады. Лили ужасно переживала с самого утра и совсем забыла, что Джинни тоже должна быть в Министерстве. Миссис Поттер подошла к дочке и поцеловала ее в висок. Ее длинные рыжие волосы были аккуратно собраны в конский хвост, мантия сидела на ней просто идеально, и, несмотря на усталость в глазах, плечи ее были прямыми, а выражение лица решительным. Лили в очередной раз восхитилась тем, какая же ее мать красивая женщина. — Мам. Привет. Ты как? — она спрятала руки за спину и неловко переступила с ноги на ногу. — Ничего нового, я и до этого знала больше, чем сказали эти бестолковые министерские бюрократы. Хотя в чем-то они и правы, Гарри действительно может справиться с чем угодно. И все-таки я никогда не перестану повторять, что Гермиона зря отказалась от должности министра. Но думаю, ее Рози такой возможности не упустит. Кстати, а ты здесь почему? Тебя не вызывали, насколько я знаю. — Я… просто… — Миссис Поттер, здравствуйте! — за спиной Джиневры появился Скорпиус, заставляя ее отвернуться от дочери. — Вас уже направили ко мне? Лили, добрый вечер. Он бросил на Лили выразительный взгляд, кивнул, улыбнулся Джинни. — Секунду, — Малфой подошёл к дежурной ведьме и наклонился, чтобы сказать что-то, чего Поттер-младшая не расслышала. — Теперь можем идти. Мисс Поттер, извините, но вам с нами нельзя, — глазами он несколько раз стрельнул от Лили к дежурной и, взяв ничего не понимающую Джинни под руку, куда-то ее увёл. Лили от возмущения чуть не топнула ногой. Дежурная что-то пробормотала, шумно листая документы, и подозвала Поттер к себе. — Вас уже записывали сегодня. Мистер Малфой попросил дублировать запись и срочно направить вас в его кабинет. Можете просто поставить здесь подпись и идти. Немного сбитая с толку Поттер кивнула, сделала, что ей сказали, и направилась к лифтам. На втором уровне девушка вышла в коридор и на деревянных ногах поплелась к кабинету отца и Скорпиуса. С каждой секундой к ней все больше приходило осознание того, что никакого плана у нее толком нет, и что сказать Скорпиусу, она не придумала. Решимость всегда для Лили была чем-то очевидным, неотделимым от нее. А вот составление планов — пункт, который постоянно хромал, да и просто откровенно не работал. В кабинете Скорпиуса за те несколько часов, что ее не было, снова воцарился порядок. Поттер выдавила из себя слабую улыбку, поправила очки, которые дома быстро захватила из своего чемодана, и упала в кресло. Она так и сидела почти без движения в ступоре, вперив взгляд в ножку стола, что для нее было совершенно несвойственно. Примерно через пятнадцать минут дверь в кабинет открылась, и Лили вздрогнула. — Ты притягиваешь к себе неприятности нарочно? Такое чувство, будто ты умножила на два количество усилий, которое мне сейчас нужно прикладывать, чтобы что-то сделать. Скорпиус запустил руку в волосы и вымученно улыбнулся. — Обсудим план, раз ты все же пришла?

***

— У нас будет равно десять секунд после того, как дверь из коридора закроется. Нужно успеть зайти в третью дверь слева, прежде чем комната начнёт вращаться. Когда попадём в зал с омутом памяти… — парень внезапно замолчал, оторвав взгляд от нарисованной вручную схемы помещения. Лили тоже это услышала. В коридоре звучали шаги, которые остановились где-то рядом с дверью в кабинет. Девушка быстро окунула пальцы в стакан с водой, стоящий на столе, и потёрла ими глаза, сунув очки в карман своей мантии. Скорпиус непонимающе нахмурил брови, но не успел он даже спросить, что происходит, как Лили обхватила его руками и уткнулась макушкой парню в ключицу, издав странный звук, похожий на всхлип. Дверь открылась, и в кабинет заглянула темноволосая голова молодого парня. А за головой показалось и все остальное. — Мистер Малфой, уже поздно, вы собираетесь задержаться? Оу… Мисс Поттер, добрый вечер. Лили обернулась на волшебника, судорожно всхлипывая. — И-извините, пожалуйста. Я сейчас. Да. Я ухожу, — она засуетилась, делая вид, что ищет свои вещи, чтобы уйти. — Нет, что вы. Это я уже ухожу. Извините, мистер Малфой. Мне отметить, что вы ушли раньше? Мистер Поттер всегда просил, когда задерживался. Извините. — Было бы замечательно, Крис. Спасибо. Мы с мисс Поттер действительно собирались уходить. Она… — блондин слегка выгнул бровь и бросил быстрый взгляд на стоящую рядом и разглаживающую несуществующие складки на мантии девушку. — Я хотела забрать… — она наугад быстро взяла что-то со стола Скорпиуса и помахала перед собой. Крис кивнул. Это оказалась рамка с колдографией, сделанной около года назад. На фото Малфой, весь в чем-то испачканный, со счастливым лицом протягивал вперёд какой-то пергамент, а рядом стоял Гарри Поттер в мантии с оторванным рукавом и довольно улыбался. В углу была подпись «С Рождеством, Скорпиус! Отличная команда из нас вышла в этом году! Г. Поттер». Дверь за молодым волшебником уже закрылась, а Лили так и продолжала рассматривать колдографию в своих руках. Ей вспомнилось, как отец только взял Малфоя-младшего к себе на стажировку, когда девушка была на седьмом курсе в Хогвартсе. Многие тогда удивились, в газетах вновь подняли всю историю отношений их семей. Только статьи со сплетнями никогда бы не заставили Гарри поменять своего решения. Лили это знала, и ей это нравилось. Но сейчас, всего на одно мгновение, что-то кольнуло ее. Как будто в грудной клетке кто-то зажег огонёк на кончике волшебной палочки и попытался прожечь оттуда дырку между рёбер в самом центре. Скорпиус смотрел на застывшую Лили с любопытством. Возможно, он заметил что-то печальное в выражении ее веснушчатого лица, на котором до сих пор остались поддельные слезы и смазанная тушь, поэтому он решил отвлечь девушку. — Ты так во мне дыру прожжёшь, Поттер. Ну, если я тебе настолько нравлюсь, могу подарить колдо, на котором я получше получился. И без футболки, как тебе такое? Лили только фыркнула и бросила рамку в Малфоя, отворачиваясь и притягивая к себе схему с тремя нарисованными на ней помещениями. — И что это за представление с искусственными слезами? Можно же было просто сказать, что ты пришла что-то забрать. — Так быстрее можно от кого-то избавиться. Я это уже не в первый раз проделываю. Когда люди видят чужие слезы, им неловко, неприятно, хочется уйти. Так что там дальше по плану?

***

Лили покачнулась и расставила руки в стороны, пытаясь сохранить равновесие. Скорпиус уже держался за ручку нужной двери, поэтому второй рукой он схватил девушку и притянул к себе. Парень сделал это так резко, что они вместе ввалились в большой круглый зал. В центре стояла огромная и очень старая каменная чаша. У стен разместились стеллажи со стеклянными, сияющими серебристо-голубым сетом, флакончиками. Поттер охнула, поднимаясь с пола и отряхивая свою мантию. Скорпиус, все еще лежавший на полу, подумал, что сделал бы все быстрее и тише один, несмотря на то, что при помощи мантии-невидимки они прошли незамеченными через нескольких дежурных в коридоре. Но вслух он этого не сказал. — Это где-то здесь? Скорпиус, это слишком много, мы никогда не найдём то, что нам нужно. — А того, что нам нужно, в этой комнате и нет. Потому что никто этого не помнит. Ты вообще слушала, когда я объяснял план? Идём дальше. Наша дверь напротив той, в которую мы вошли. Они прошли через круглый зал. Скорпиус быстрым тихим шагом, а Лили медленно и озираясь на стеллажи, умудрившись врезаться в единственное препятствие в комнате — в омут памяти. — Похоже на библиотеку. Уже проще. В библиотеках я разбираюсь, — Лили поправила очки и кивнула в ответ на свои же слова. Помещение, в которое Лили и Скорпиус вошли после зала омута памяти, действительно напоминало библиотеку. Только книг на полках не было. На длинных рядах стеллажей в неприличном беспорядке располагалось множество свитков без подписей. Кое-что даже было сброшено на пол. Малфой поджал губы так, будто нашёл крысиный хвост в своём завтраке. Но, переведя взгляд с полок на стоящую рядом рыжеволосую девушку, Скорпиус быстро сменил выражение своего лица на изумленное. Поттер потирала руки, и ее теплые карие глаза загорелись как будто довольным огоньком. — Ты чего? — О-о, так ты еще не понял? В хаосе я как гиппогриф в небе. Только не нужно так на меня смотреть. На самом деле все это, — она махнула рукой на свитки, — имеет смысл. В беспорядке легче что-то спрятать. Не зря же это Отдел тайн. Здесь не ленивые дураки работают. Девушка подошла к самому близкому стеллажу и забормотала что-то себе под нос, водя пальцем вдоль полок. Когда Скорпиус попытался спросить, что она делает, та только махнула на него рукой, показывая, чтобы он замолчал. Парень переступил с ноги на ногу и еще раз оглядел помещение. Оно было меньше, чем Малфой себе представлял. На полу и на полках лежал невероятный слой пыли, при этом свитки выглядели так, будто за ними ухаживали постоянно, только лежали беспорядочно. Он кивнул, соглашаясь с тем, что до этого сказала Лили. Помещение, очевидно, не было заброшенным, просто беспорядок был предназначен, чтобы сбить с толку того, кто пришёл за информацией, которую не должен был получить. Лили махнула палочкой, и к ней из разных полок подлетело больше двадцати свитков. Она разворачивала их по одному и, что-то невнятно говоря себе под нос, оставляла их висеть в воздухе по не ясной Скорпиусу схеме. Затем ведьма повторила то же самое несколько раз и радостно подпрыгнула. — Я же говорила! Здесь все по алфавиту, только буквы разбросаны в другом порядке. Нам к этим полкам, если хотим найти Азкабан, здесь — дементоры. И еще может понадобиться тюрьма, она рядом со свитками на букву А. Но начать все же предлагаю с нее. — Так просто? — лицо Малфоя выражало сомнение. — Нет, конечно. Я же сказала, что здесь не дураки работают. Ну, не считая Шарли Томас, конечно. Какой безответственной тупицей нужно быть, чтобы рассказать кому-то, как попасть в нужную ему комнату в Отделе тайн? — Эй! Без этой безответственной тупицы мы бы здесь не оказались. И я не за красивые глаза выведал эту информацию. Даже мистеру Поттеру это не удалось, хотя у него половина министерства в друзьях. — Ну да, он бы не стал дружить с кем-то настолько… ладно, молчу, молчу. На свитках было несколько заклятий. Парочка защитных и одно, из-за которого невозможно прочитать написанное. Я встречала и посложнее, но и эти без практики ликвидатора не снять. А ты еще не хотел меня брать с собой. Скорпиус ухмыльнулся. — Мне наколдовать зеркало, чтобы ты его расцеловала? Или все же продолжим поиски? — Да, неудивительно, что ты работал с моим отцом. Вы же идеально друг другу подходите. Как будто чувство юмора одно на двоих. Жаль, что не очень хорошее. Ай! Лили увернулась от свитка, который в нее бросил Малфой, и рассмеялась.

***

Утро седьмого октября — Мистер Поттер, я принёс все, что вы просили. И кофе, — Скорпиус вошёл в кабинет, за ним летела небольшая стопка документов и два стаканчика. Парень взмахнул палочкой, поставив все это на стол, и широко зевнул. Он совсем не выспался, потому что ночью долго не мог уснуть, прокручивая события последней недели в голове, а утром встал ужасно рано, чтобы собрать все эти документы. — У меня только не ко всему есть доступ. Вот список, может, вы попробуете достать? Малфой снова зевнул и заглянул через плечо к начальнику, протягивая ему кофе. Гарри рассматривал фото заключённых и делал неразборчивым почерком пометки в своём блокноте. — Спасибо. Да, я посмотрю. Не уверен насчёт ведьмы и парня. Но в этих двоих что-то есть. Что именно пытался украсть Флинт? Скорпиус быстро нашёл в новой стопке пергамента нужный документ, пробежался по нему глазами. — Да вроде ерунду какую-то, смотрите. Артефакт, управляющий приливами и отливами. Кому вообще нужно управлять приливами и отливами? И зачем кому-то хранить эту штуку в банке? — он бросил бумагу на стол и упал в кресло, массируя кончиками пальцев виски. Скорпиус пытался унять головную боль, которая мешала думать. Все вокруг как будто мешало. И из всех этих выученных наизусть пергаментов будто невозможно было сложить целую картинку. Он поднял глаза на Гарри. Лицо его осунулось и будто похудело за эти несколько дней. Только сейчас Малфой понял, что его начальник, скорее всего, и домой-то сегодня ночью не возвращался. — Да уж. Неделю в этих бумагах копаемся и ничего. Хорошо бы самому посмотреть. Да только разрешения никак не могу выбить, — Поттер вздохнул, снял очки и надавил пальцами на веки. — Плевать! Просто поставлю Джордана перед фактом. Тошно сидеть здесь, пока там неконтролируемые дементоры и пропавшие магглы. Тем более нам как раз обещали, что предпримут что-то, если мы за семь дней не решим эту проблему. — Я с вами, — Скорпиус быстро вскочил со своего кресла. — Нет. — Что значит «нет»? Мы ведь вместе над этим работаем. — Нет, сейчас мы идём по домам, а потом я иду к министру, а ты выполняешь мое указание. Даже не смей спорить, Скорпиус. Я все же твой начальник. Скорпиус недовольно что-то пробормотал и кивнул. Гарри продолжил. — Я попытаюсь достать документы из списка, который ты мне принёс, попрошу лодку и двух авроров. — Зачем кого-то просить? Есть же я. Мы всегда работаем вместе, неужели я вас хоть раз подвёл? — Дослушай и не перебивай! Ты остаёшься здесь и работаешь с новыми документами, потому что я уже не могу ждать, пока мы хоть что-то в этих бумажках найдём. Но я и не дурак. Там может быть что-то важное, возможно, даже решающее все дело. А никто во всем Министерстве не знает это дело лучше тебя. Поэтому ты нужен мне здесь. Как только найдёшь что-то, сразу отправь мне или отправляйся с этим ко мне, там уж как сам решишь. Но сейчас нам нужно немного отдохнуть. Потому что неизвестно, когда в следующий раз это получится. Вернёшься завтра. Я все нужное оставлю на столе. Не смей меня ослушаться и прийти раньше. Скорпиус был явно недоволен. Он так привык к определенной схеме работы, в которой они всегда либо вместе возились с бумагами, либо вместе ловили волшебников, использующих темную магию. Но, с другой стороны, он не мог ослушаться Гарри, и он действительно устал. — Хорошо. Но если вы передумаете, сразу отправьте ко мне сову, мистер Поттер.

***

— Меня уже тошнит от этих бумаг. Думаю, теперь мой боггарт будет превращаться в стопку документов. Сколько мы здесь уже сидим? Четыре часа? Скорпиус в очередной раз встал с места, разминая шею и руки. Они с Лили действительно уже больше четырёх часов сидели на полу в комнате со свитками, в которых хранилась засекреченная Министерством магии информация. — Да-а уж. Кто бы мог подумать, что самым сложным окажется вынести эту бумажную тоску. А еще я голодная. Мне даже больше все эти министерские секретики не интересны. И почему мы не додумались взять с собой еды? Хотя бы бутерброды или… Ого! — Что там у тебя? — парень опустился над пергаментом, снова усаживаясь на пол, только на этот раз рядом с Лили. — Кажется, я нашла то, что нам нужно. Малфой пробежался по пергаменту глазами, выхватывая какие-то обрывки и негромко говоря вслух. — Заманивал магглов… первые сильные щитовые чары… дементоры… волшебница… убила?.. остров нашли… ребенок… в дальнейшем неизвестно… Что еще за сюжет для плохого романа? — парень выругался и недоуменно перевёл взгляд на Лили. Ее взгляд был стеклянным. — Или для детской книжки. Я знаю эту историю, Скорпиус. Конечно, не так подробно, как описано здесь, там ни слова не было про Азкабан и дементоров, но зато было про волшебницу, которую полюбил темный маг, а она убила его. Это было в книге, которую подарил мне Билл. И в той, что мы стащили в школьной библиотеке, а потом у профессора Долгопупса. Это все время было у меня в чемодане. Только здесь, — она ткнула палочкой в свиток, — нет имён. Написано, что волшебник был таким ужасным, что весь волшебный мир должен о нем забыть. А в моей книге из запретной секции одно имя есть. Отгадай, какое?