Лирик, или Человек по ту сторону зеркала

И вот, проживая ещё один день в условиях спартанского минимализма, я решил покопаться в тумбочке. В нижнем ящике обнаружились несколько довольно толстых конвертов. «Интересно, сколько там?», — промелькнуло у меня в голове. Сев за стол, я принялся один за другим открывать конверты и пересчитывать их содержимое. К концу процесса волосы мои стояли дыбом, а глаза по величине не уступали автомобильным колёсам. «Как там в песне пелось… без трёх рублей два миллиона? Когда я успел заработать такие деньги?». Я ещё несколько раз пересчитал деньги, но их каждый раз было столько же, сколько и в самом начале. Во мне смешались чувства гордости, эйфории и вселенского непонимания, ведь я никак не мог вспомнить, откуда у меня взялось столько средств. Кое-как встав из-за стола, я тут же плюхнулся на кровать и закрыл лицо руками. В таком положении, с застывшими на устах словами «это невозможно», я не заметил, как уснул. Проснулся я, как оказалось, поздно вечером. Телефон показывал половину одиннадцатого. Я с опаской повернул голову и посмотрел на стол, на котором лежали мои богатства. Они всё ещё были там. «Значит, это возможно», — сказал я пустой комнате. И тут меня будто громом поразила мысль о том, что мне наскучил пейзаж за окном, наскучили улицы города, по которым я гулял вечерами и на которых было нечего посмотреть, наскучил сам город. Включив компьютер, я первым делом вбил в поисковую строку запрос о недорогих квартирах на окраине Москвы. Решил быть поближе к цивилизации. … Около месяца прошло с тех пор, как я начал поиски нового жилища. Но все те варианты, которые мне предлагали различные сайты, либо были слишком дороги, либо картинка сильно разнилась с реальным положением дел. Идея переехать потихоньку начала сдавать свои позиции. Решив отвлечься, я погрузился в удивительный мир социальных сетей — единственного стабильного моста между мной и окружающей мою квартиру реальностью. Во вкладке «Сообщения» я увидел непрочитанное от одного хорошо знакомого мне персонажа. Это был графический дизайнер по роду деятельности, добродушный усач Кирилл, живой взгляд которого притягивал к себе с силой, не поддающейся объяснению. Он был одним из тех людей, с которыми я общался с большим удовольствием, ждал от него приглашений и по возможности сам старался позвать его куда-нибудь. Встречам способствовала близость наших городов. Итак, сообщение от него гласило: «Привет, Лексей. Как жизнь? Нет желания повидать старого партнёра по опасному бизнесу?». В моих глазах загорелся огонёк. Дождавшись, когда он войдёт в сеть, я договорился встретиться с ним вечером следующего дня. … Автобус, который доставлял меня на все мероприятия, медленно подошёл к остановке. Заплатив за проезд положенные 25 рублей, я сел на последний ряд и вытянул ноги. В автобусе не было никого кроме двух подростков со спортивными сумками, но и те вышли на следующей остановке. Я остался один на один с пустым салоном и водителем. Последний, как свойственно представителям его ремесла, не обращал на меня никакого внимания. Впрочем, мне он тоже был абсолютно безразличен. Я отвернулся к окну и включил музыку. Помогает отвлечься, знаете ли. Рассматривая приевшиеся уже узкие улицы своего города, я ещё больше убедился в необходимости переезда. «Я больше не могу здесь работать», — думал я, глядя в пыльное окно автобуса. Во мне проснулась забытая ещё в юности эстетическая сторона мировоззрения. Мне понадобилось вдохновение для плодотворной работы. — Конечная, молодой человек! — услышал я крик водителя. — Как конечная? — удивлённо воскликнул я, оглядываясь по сторонам. — Очень просто. «Музыка умеет захватывать внимание», — подумал я. Да и репертуар моего телефона способствовал выпадению из мира: «Кино», «Ария», «Гражданская оборона» и прочие гиганты советской и российской музыки. Поблагодарив водителя за то, что вернул меня в реальность, я поспешил выйти из автобуса. Моё счастье, что место встречи было недалеко. Я быстрыми шагами направился в сторону, откуда меня привёз автобус. «Надеюсь, я не сильно опоздал. Как же неловко получается». Подобные мысли крутились в моей голове до тех пор, пока мне на глаза не попалась знакомая вывеска. Зайдя в кафе, мне не составило труда найти Кирилла, который сидел за самым близким к двери столом. — Что-то ты припозднился, Лёш, — с усмешкой заметил усач.- Что случилось? — Проспал остановку. Извини, глупо получилось. — Ничего страшного, тебе не нужно оправдываться передо мной. Пока тебя не было, я изучил меню вдоль и поперёк. — И что же ты там нашёл? — я уже включился в непринуждённый разговор. — В том и дело, что ничего интересного. Я бы намного лучше придумал. — Притормози. Во-первых, это не ресторан, а обычная забегаловка. А во-вторых, ты не являешься ресторанным критиком, и тем более не составляешь меню. — Ой, да нет там ничего сложного. Есть у меня пара друзей, которые этим занимаются. Я бы тоже справился. — Ну, как скажешь. Я в это никогда не влезал. Обычно хватает и того, что уже написано. Разговор наш с тонкостей работы заведений общественного питания всех мастей перешёл сначала на воспоминания о тех, с кем мы оба были знакомы, потом на тех, кого из них хотелось бы пригласить. Выяснилось, что Кирилл пытался позвать своих «коллег», но все они по разным причинам отказались. Так, за тёплыми воспоминаниями и бокалом-другим пенного прошло около часа. — А что это мы всё о них, — весело заметил мой собеседник.- У тебя-то как дела? Какие планы на ближайшее будущее? — Вот что, братец. Хочу поделиться своей бедой. При слове «беда» Кирилл насторожился. Но по проступившей на моём лице ухмылке он быстро понял, что опасаться нечего. — И что же у тебя за беда такая случилась? — Представь себе: решил поглядеть на вещи в тумбочке, и нашёл целую кучу денег. Веришь? — А куча — это сколько? Девять — это куча? — улыбнулся усач, цитируя бессмертный советский мультик. — Поставь бокал, а то прольёшь, — сказал я и наклонился как можно ближе к его уху.- Два миллиона. Улыбка моментом исчезла с лица Кирилла, а нижняя челюсть, казалось, вот-вот отвалится и упадёт на стол. Он ещё некоторое время смотрел на меня глазами, величиной с пять советских копеек, но всё же совладал с собой. — Сколько? — переспросил он. В ответ я лишь кивнул в знак того, что мой товарищ услышал именно то, что он услышал. — И что ты собираешься с ними делать? — Да вот думаю купить квартиру на окраине Москвы. А то эта деревня уже надоела. Смотреть не на что, улицы исхожены вдоль и поперек. Скучно, понимаешь? А там хоть поближе к цивилизации буду. — Вот как? — Кирилл смерил меня взглядом.- Хочешь поближе к цивилизации. Закончив фразу, он задумался. Бывает иногда такое, что смотришь ты на человека и не знаешь, о чём он думает. Такое же чувство овладело и мной. Наконец, Кирилл заговорил: — А знаешь, Лёш, я тебе тоже расскажу одну новость. Учитывая всё сказанное ранее, тебя должно будет заинтересовать. Только у меня, в некотором смысле, настоящая беда. Некоторое время назад мой дед отдал Богу душу. И мне от него досталась квартира в Москве. Он там почти никогда не жил, поэтому я в ней зависал с друзьями. А теперь я и не знаю, что с ней делать. — Как это? Не знаешь, что делать с квартирой? Живи в ней, брат. — Да понимаешь, Алексей, не всё так просто. Познакомился я с одной девчонкой, а она с Урала. Решил переехать к ней. — А отчего же она к тебе не переедет? Жили бы вместе в Москве. Красота! — Так она там, у себя, учится. А в наши края к родственникам приехала на отдых. Вот такие у меня пироги. — Ну ты даёшь, Кирилл. Молодец! — похлопал я его по плечу. — В общем, что я предлагаю: могу тебе эту квартиру продать. Посмотришь её, когда тебе будет удобно. Ценник символический. — Сколько? — Миллион восемьсот. Такая цена мне показалась более чем приемлемой. Мы с Кириллом ещё немного посидели, после чего решили разойтись. Домой я пришёл в приподнятом настроении. Раздевшись и оказавшись в кровати, я начал фантазировать на тему того, как выглядит предложенная мне жилплощадь. Перед моим мысленным взором предстала более-менее ухоженная однокомнатная квартира, чуть больше той, которая у меня есть сейчас. Представил я так нелюбимые мной громоздкие предметы интерьера, всегда поражавшие меня своей ненужностью. Но такие мысли лишь мешали предвкушать момент переезда, так что я отогнал их. Полежав ещё немного, я почувствовал, что мозг требует законный отдых. Эти требования было решено удовлетворить. То, что показал мне Кирилл, не сильно отличалось от того, что я успел представить себе в тот вечер. Квартира являла собой приличных размеров спальную комнату с книжным шкафом во всю стену, небольшую кухню, совмещённые ванную и санузел, и небольшой чулан в конце коридора. Вымытые к моему приходу полы приятно удивили. — Ну, как тебе твоё новое место обитания? — спросил меня Кирилл, когда мы закончили осмотр. — Великолепно. Мне нравится! — Это хорошо. Ну, дело за малым. Когда будем бумажки оформлять? — Да хоть сейчас! — выкрикнул я, не скрывая своей радости. — Не суетись, Лёш. Никуда они от нас не убегут. — Это всё прямо-таки подарок судьбы. Кирилл, спасибо тебе большое. Я самый счастливый человек на этом свете. — Да ладно тебе, Лёша. Много ли в материальном мире радости? Главное ведь, чтобы душе хорошо было. Правильно я говорю? — Правильно. Но моя душа сейчас ликует. Всё такое новое, интересное. По целым месяцам дальше магазина не ходил, а тут аж в другой город поехал. И совсем скоро я тут жить буду. — Знаешь, друг, что мне в тебе нравится? Мне нравится, что ты не потерял способность удивляться. Многие в твоём возрасте больше похожи на дедушек, причём буквально. А ты вон, огонь в глазах. И не скажешь, что полжизни безвылазно просидел дома. — Я и сам не знал, что умею так удивляться. Но ты вот, например, часто переезжаешь? — Первый раз в жизни. Наверное, я тоже буду так радоваться. — Не наверное, а точно. К тому же, ты не абы куда переезжаешь. Так что радости будет вдвое больше. — Тут ты прав. Ну, раз мы закончили осмотр, предлагаю расходиться. — Я тоже так думаю. Поеду к себе. Посмотрю, что я оставляю взамен всего этого. Меня вновь переполняли эмоции. Тогда казалось, что Кирилл был послан мне самой судьбой. Это мой шанс сделать что-то хорошее, большое. Я чувствовал, что близится переломный момент. Новая глава в моей жизни. И я твёрдо решил, что она будет лучше всех предыдущих.